Отречённая

Выплакав все свои воспоминания и неоправданные надежды найти Кастилию, Парасий глубоко вздохнул и подозвал Марго и Руфину. - Маргоша, что же будем делать с девицей? - спросил настоятель, посмотрев на принцессу. - По-хорошему ей надо за хозяйством смотреть учиться, у меня её оставить надо. Хоть чему-то ты, голубушка, научишься, - сказала травница. - Я - принцесса, потому должна быть обеспечена пристальной охраной и всем необходимым для жизни и участвовать только в мероприятиях, касающихся жизни королевства, а не выполнять работу служанки. Так что, будьте любезны, отвезите меня во дворец. И поскорее. Не так, как получилось с моим завтраком, - ответила Руфина и презрительно взглянула на Марго. - Ладно, так неумехой до старости и останешься. Сгореть ведь может твой замок, прислуга вся удерёт куда-нибудь, а ты ни с чем в лес побредёшь, да там и помрёшь. Мол, не научила сварливая старая женщина Марго ни готовить, ни стирать, ни шить, ни вязать, потому я, бедненькая несчастненькая со своим Высочеством в лесу померла, из-за старухи этой... - Марго начинала опять злиться на Руфину. - Маргоша, успокойся. Тебе пятьдесят лет, а выглядишь на сорок. Ты не старуха, ты - женщина средних лет в полном расцвете сил, - постарался успокоить подругу Парасий. - Спасибо, Параська, ты единственный, кто понимает меня и как травницу, и как подругу, и просто как женщину, - ,,очень стеснительно" и ,,немножечко" гордо произнесла Марго. - Если вы оба не страдаете старческим склерозом, то мы говорили совсем о другом. Как же мне, наконец, добраться до дворца... - не успела договорить принцесса. - ...и нормально поесть, а потом отлежаться на десяти перинах, не вспоминая об этой вредной Марго, - добавила травница, вопросительно посмотрев на Парасия. - Девушки, ради Господа, не усугубляйте ситуацию. Тебя, Руфина, я могу отвести в монастырь и оттуда за тобой приедут из дворца и ты вернёшься обратно. А тебя, Маргоша, прошу не нервничать по пустякам и жить спокойной праведной жизнью, как раньше. Идёт? - предложил монах. - Идёт! - радостно согласились обе и мысленно показали друг другу язык. - Вот и прекрасно. Что же, дамы, в путь! - по-молодецки ответил Парасий, взял под руку Руфину и жестом попрощался с Марго. Вот принцесса и священник подошли к двери. Травница с силой распахнула её, желая выгнать нежданную гостью туда, откуда она явилась, причём, так же гостеприимно, как отнеслась к ней и она. В тоже время целительнице хотелось задержать старого друга хотя бы на пять минут - просто так, попить чай, на судьбу пожаловаться, о Каське погрустить... Но этого уже, увы, сделать было невозможно. И что в итоге - вроде бы, и девку вредную навсегда проводила, и с сердечным другом по душам поговорить не удалось. Да уж, куда, и главное - кого занесёт нелёгкая? Знахарка терялась в догадках, чего же ей следует ожидать от непредсказуемой судьбы, потому отошла в банную комнатушку, в которой в один из судьбоносных дней отмывала Касю. Но давайте оставим женщину наедине с собой. В конце концов, где, как не в баньке, можно обеспечить чистоту своего уединения лучше всего... Тем временем, по глубокому лесу шли Руфина и Парасий. Девушка пристально смотрела на монаха, будто поджидая, что он соберётся что-то делать. Поначалу настоятель женского монастыря этого не замечал, погрузившись, как всегда, в длительные раздумья о родной Ка... ну, вы поняли, о ком речь. Но потом, взглянув на Руфину и увидев её настороженный взгляд, священник решил попробовать понять, что же с ней сейчас происходит. Может, это просто случилось на нервной почве, после длительных скандалов с Марго. - Святой отец, святой отец... Скажите, а что у вас в руках? - дрожащим голосом пискнула принцесса. - Ничего, дочь моя, ничего. Разве что травы от Маргоши, но они в мешочке, - спокойно и даже немного удивлённо ответил Парасий. - Вот и славно. А то бывает порой... - выдохнула Руфина. Парасий насторожился и снова посмотрел на девушку. В этот раз её лицо выражало абсолютное спокойствие, но настоятель монастыря явно нервничал. - Простите, мисс, а что же бывает порой? - тревожно спросил монах. - Вам обязательно это знать? - строго поинтересовалась принцесса. - С вашего позволения, конечно же, но желательно, - ответил ей Парасий. - Ну, у нас во дворце случай был...поп один был, со странным поведением и подозрительным характером. И вот однажды, он...можно сказать, убил... - не закончила Руфина... - Верно, в него успел вселиться дьявол, - вставил Парасий. - Нет, он убил...десерт, который на пир должны были подавать. Нагло съел, потому его после казнили и издали закон о неприкосновенности королевских блюд. Я считаю, что это довольно странное решение. Ну кто же считает еду полноправным членом королевства? - Руфина округлила глаза. Парасий уже успел понять, в какую-такую уже успел влипнуть катавасию, но почему-то среди всех этих отстранённых понятий ему было очень даже комфортно, потому монах решил немного расслабиться и расспросить любопытную спутницу о её побеге из дворца. Не каждый же день принцессу самого королевства встретишь... - Извините за нескромный вопрос, но я просто хочу приоткрыть завесу вашей жизни. Никогда не видел таких, как вы, но с вашего позволения, могу ли задать несколько вопросов? - вежливо постарался высказаться настоятель женского монастыря. - А вы никому не выдадите меня, святой отец? - насторожилась Руфина. - Абсолютно никому, мисс, никому, - ответил Парасий. - Тогда можете выслушать меня. Это очень долгая, длинная и безрассудная история. Знаете графа Нуарона? - начала Руфина. - Конечно, мисс. Даже видел его собственными глазами. Это человек, любящий жизнь и старающийся сберечь свои годы любыми способами, - ответил ей Парасий. - Так вот, этот граф собирался совершить безумный поступок. Не знаю, как это пришло к нему в голову, - сказала Руфина. - Что же это было? - заволновался Парасий. - Он собирался взять меня под венец. Он так стар, а я совсем молода. И отец согласился. Я не знала, как жила те дни, пока не сбежала из замка. Я была как птица в клетке. Всё подготавливалось к моему кошмарному бракосочетанию с этим старцем. Платье, артисты, кольца... Боже мой, когда я говорю об этом, я снова переживаю те дни, когда буквально была безоружной... И вот, в день перед этим событием я решилась на невозможное. Я решила предать свой род, лишь бы спасти себя. Я решила навсегда омрачить и так проклятую историю Ауткасткамулии ради своего блага. Я бежала из дворца... Взяла платье у последней горничной, краюху хлеба со стола кухарки и бежала...думала, что навсегда. Но нет. Теперь мои силы кончились. Я готова даже умереть, лишь бы не жить жизнью, полной будничной рутины и страданий. Этот лес такой негостеприимный, а его жители настоящие дикари. Я не в силах терпеть это безумие дальше... - рассказала всё, как есть Руфина. - Милая леди, теперь ясно, какое горе заставило вас покинуть дворец. Но поймите, все должны быть там, где нужны. Вы же находитесь не в своей тарелке не на своём столе не со своим бокалом. Вам надо вернуться обратно к истокам и принять все муки, что уготовлены вам. Именно вам, никому другому. Кстати, я хорошо знаю графа Нуарона. Он довольно приятный человек, не смотря на его преклонный возраст, - объяснил ей всё Парасий и обнял. - Никогда не рассказывай обо мне другим. Никогда. Пусть никто не знает, какая же Руфина Бриаронно безрассудная девушка... - по лицу Руфины проскользнула маленькая слеза. - Сильный человек может заплакать, он не будет считаться за это слабым, - ответил ей Парасий и оба замолкли. Принцесса ещё никогда не говорила не с кем так откровенно и искренне, а монах никогда и не думал, что королевские особы могут совершать такие странные и рискованные поступки. Но теперь им надо было вернуться, вернуться не смотря ни на что. И они шли. Они шли.. Шли...