Гнев богов

      «Эти бесконечные волны мне уже скоро в кошмарах сниться будут,» — прикрыв уставшие за несколько часов беспрерывного полета глаза, мрачно подумала Ингвер. Даже сейчас, в темноте закрытых век, она все еще видела солнечно-белую рябь воды без начала и конца. Все-таки ясный день и море порой бывают не совместимы.       «Ну и где же этот троллин остров? — лениво продолжила свою мысль девушка. — Вроде, и на север лечу, и места все знакомые… Может, надо набраться еще терпения? К храму-то я добиралась сколько?.. Долго… И сдались мне те драконы! Знаю же, что спасать можно кого угодно и где угодно… Правда только, их еще найти надо… Ну, было бы желание, как говорится.»       Голова раскалывалась от бессонной ночи и равномерного блеска волн. Хотелось лечь прямо здесь, на голом утесе, на котором дракониха приземлилась. Но нельзя: от спанья на солнце ничего хорошего не бывает. Ингвер поплелась вглубь островка — вернее, небольшой кучки скал. Еще ранним утром она приметила в хитром лабиринте камней пару-тройку расщелин, которые могли бы подарить желанный тенек. А по пути продолжала думать о том же:       «И правда, почему именно они? Почему не сотни других драконов, зверюшек, птичек, людей, наконец — да кого угодно? Нет, нет, нет, — тут же поправилась девушка. — Если бы я кого встретила, то не задумываясь сделала бы все, от меня зависящее, чтобы помочь этому неведомому кому-то… Но и искать его мне не хочется. Я как будто что-то знаю… Но забыла. Словно толкает меня что…» — укладываясь в причудливом углублении глыбы — над нею наверняка поработало море, — уже сонно отметила Ингвер. Мысли начинали уже смешиваться и, запутавшись в клубок, обрывались, чуть только на них обращалось внимание.       «Спать! Спать… Тебе понадобятся силы,» — отчаявшись наконец разобраться в путанице засыпающего ума, приказала себе дракониха. И, о боги, как же она была права!

***

      Протяжный, яростный драконий вопль огласил округу, эхом разбиваясь о камни.       Ингвер, услышав его сквозь сон, мгновенно проснулась, дрожа с ног до головы. В первые секунды две она надеялась еще, что этот ужасный звук, продолжавший разрывать тишину окрестностей, всего лишь игра не очнувшегося окончательно воображения. Но нет, какофония продолжалась с небольшими перерывами, да в хор эха и рева зверя влились чьи-то крики и едва уловимый свист… Дракониха тут же вспомнила его: так свистят веревки, к концам которых прикреплено что-то тяжелое. Сети! Вот что это было такое! А значит, здесь были люди, да непросто люди, а охотники на драконов!       От этого открытия голова пошла плясать по кругу. Одна половина рвалась скорее улететь, а другая пыталась перетянуть первую к кораблю, крича во весь голос, что это, возможно, единственный шанс не только хоть кому-нибудь помочь, но и напасть на след тех людей, которые ее поймали, если очень повезет, конечно. И вот эти две половинки тянули каждая в свою сторону, нечаянно при этом переворачиваясь и крутясь.       В конце концов разум победил страх, и девушка, взлетев, направилась по направлению к тому месту, где шел бой. Его не трудно было найти: дракон, на которого напали, пока еще не выдохся и потому озарял море, берег и корабль своим пламенем. Ладья уже кое-где пылала, но, по-видимому, на ней были те, кто по мере своих сил тушил начинавшийся пожар, иначе бы суденышко давным-давно уже превратилось в некое подобие погребального костра, так метко бил крылатый ящер. Правда, и попасть в такую громоздкую цель было не мудрено…       Но и дракон тоже был мишенью не из мелких, хоть и из очень уж увертливых. К тому же по всему было видно, что он уже порядком устал. Еще минут пять таких кульбитов, и… Ингвер на лету мотнула головой. Нет, она должна успеть раньше, чем это случится.       Ящер тем временем продолжал плеваться огнем, но, как про себя отметила дракониха, уже реже и все тщательнее прицеливаясь. Значит, выстрелы у него уже заканчиваются. Надо спешить!       Набрав высоту, девушка глубоко вдохнула, распаляя внутреннее пламя, и камнем стала падать вниз. Надо было подлететь как можно ближе, а то будет опять как в прошлый раз: один пшик! Огонек, конечно, тоже не помешал бы, но те люди так ловко, с такой сноровкой с ним боролись…       Своей целью Ингвер избрала катапульту, с помощью которой отважные охотники и пытались сбить дракона. Вот она совсем близко… В груди печет так, что не вдохнуть… Так, ее заметили. Ну, ничего, она все равно не собиралась здесь задерживаться надолго.       Мгновение — и в горле и груди снова холодно. Взмах хвостом — и дракониха уходит вверх, проносясь мимо взметнувшегося от ее выстрела фонтана дыма и обломков.       Плавно завернув и одновременно сбрасывая скорость, девушка подлетела к ошалевшему от усталости и удивления дракону и прокричала ему:       — Улетай! Или прячься!       Тот кивнул и, вихляя хвостом, не слишком быстро полетел в сторону каменных трущоб, а Ингвер немного задержалась, оглянувшись назад.       Ее взору предстала печальная картина: дым расползался и закрывал собой ладью, но по тому, что еще можно было разглядеть, стало понятно, что у охотников большие проблемы. Это подтверждали и встревоженные и злобные крики, доносившиеся из-под почти черного облака. Девушка даже расслышала громкие проклятия, относившиеся к «серой бестии, чтоб ей пусто было». Драконихе в тот же миг стало и стыдно, и жалко бедных охотников. В конце концов, это ведь их ремесло, им они зарабатывают себе на жизнь… А она им сейчас такую свинью подложила? А если там, на корабле, кто-нибудь ранен или убит?! Ингвер похолодела от ужаса.       Тем не менее, как бы она их не жалела, люди ее не пощадят, а значит, надо хотя бы спрятаться. С трудом оторвавшись от ужасного зрелища, девушка медленно развернулась и скользнула к острову. Спрятавшись между прибрежными камнями, она выглянула — не из любопытства, но из предосторожности. Дым уже расползся еще больше, чем прежде, но все же среди его пелены видны были уже небольшие просветы — знак того, что он начинает рассеиваться. Совсем скоро смутные очертания ладьи и мечущихся по ней людских фигурок выступили в свете вечернего солнца. Все это время охотники перекрикивались, не переставая. Вот только о чем — понять было не возможно: расстояние размывало звуки. Ясно было только одно: на корабле к чему-то готовились.       «Может быть, они уйдут отсюда?» — подумала Ингвер, вспомнив, что на острове нет ни озерка, ни ручейка, ни даже лужицы; есть только лед и снег, но люди их растапливают только в самом крайнем случае.       Предположение драконихи сбылось: лодка медленно развернулась кормой к островку и пошла в открытое море. Можно было теперь вздохнуть с облегчением, но только вот девушке внезапно стало так тревожно, будто она упускает добычу после трехдневного поста. В ее голове начинал зарождаться какой-то план…       «Что если последовать за охотниками? Не все же они по морям скитаться будут и драконов отлавливать! Надо же им когда-то и трюмы опустошить, а то с таким огнеопасным и вечно голодным грузом страшно, небось, плавать, — соображала Ингвер. — Конечно, не факт, что они к Черному отправятся. Может, они вообще зайдут в ближайшую деревеньку, чтобы починиться, а потом дальше пойдут… Но все-таки попробовать надо. Ведь я же не помню дороги туда, и потом… Может, Черного уже там нет… Тот лагерь не обязательно должен был быть постоянным… В общем, надо лететь за охотниками!» — окончательно решила девушка.       И вот, подождав с полчаса, чтобы люди не заметили ее, дракониха отправилась вслед за ладьей, поднявшись высоко к облакам, чтобы если что спрятаться в них.