Зёрна граната

      Поздний вечер. Занятия начинаются в половину девятого. Вампиры, словно ночные тени, располагаются по аудитории только по им одним понятной логике. Кто устроился развалившись на подоконнике, кто-то притулился у стенки, кто-то устроился вообще на ступеньках. За столом только я одна. Ага, а ещё вокруг меня своеобразная радиационная зона, которую никто не пересекает.       Оценивающие взгляды исподтишка, переглядывания, шепот, почти перекрываемый шелестом листьев за окнами — не очень дружелюбная атмосфера, если учесть, что за всё это время меня успели обсудить сверху донизу, поставив передо мной целый список новых вопросов, один из которых мне страстно захотелось задать Канаме: «Кто такой этот Оури, и когда это я успела отбить его у невесты, побывать любовницей и похоронить?»       До начала уроков пять минут, а я о себе и своей личной жизни узнала столько, что просто жуть! Поражает то, что не только плохое, и даже парочка вампиров была «за» меня. Удивительная вера в непогрешимость короля… или хорошая интуиция с паранойей. Вот только, если не прислушиваться и не приглядываться, можно поверить, что в аудитории ничего не происходит и стоит давящая на нервы тишина.       Иллюзорная тишина и покой…       Для полноты картины не хватает перекати-поля, балахонов, кос и ковбойских шляп. И махача вампиров с пистолетами против вампиров с косами. Ах, да, еще бы ведёрко попкорна и бутылочки (литра 2) кваса. А то больно уж окружающая обстановка напоминает готический роман, даже я внешне идеально вписываюсь в эту атмосферу претенциозной мрачности в качестве изюма в булке, добавляющей той особой привлекательности и вкуса.       Любопытно, чем именно обусловлено подобное поведение вампиров и в какой степени зависит от моего поведения. Догадка имеется, вот только уж больно натянутой она мне кажется — всё дело в Канаме, и от меня и моего поведения с того самого мига, как я оказалась Академии Кросс, ничего не зависит. Мрачноватая и весьма глупая догадка, к слову, но она упорно крутится в моей голове, потому что если люди по своей природе всеядные, но ближе к травоядным, то вампиры — к хищникам. Грубоватое сравнение, но довольно показательное. К чему это я?       Ошибочно относиться к вампирам как к людям со сверхспособностями и иной продолжительностью жизни. Так, например, у людей в большинстве случаев агрессия будет иметь оборонительный характер, в то время как у вампиров более ярко выражен инстинкт хищника, но маньяками это их поголовно не делает. Не стоит откидывать в сторону естественные различия в строении мозга, внутренних органов, гормонах, обмене веществ и т.д.       Поведение хищника не следует путать с воинственным поведением: он не проявляет гнева, но точно и четко направлен на свою добычу, и его напряженность проходит, только когда цель — пища — достигнута. Инстинкт хищника нисколько не похож на оборонительный рефлекс, который существует практически у всех животных, он относится только к добыванию пищи и присущ определенным видам животных, которые имеют соответствующее строение.       Завязанную на этот инстинкт агрессию можно назвать «инструментальной», ибо она служит достижению желаемой цели. Люди при испуге превращаются в толпу, можно предположить, что простые (D и C) вампиры — в стаю, как и аристократы при наличии поблизости чистокровного, а вот сами чистокровные… Ярко выраженное собственническое поведение Канаме и то, как он дистанцируется от остальных, в том числе других чистокровных, говорит в пользу того, что ему подобные, скорее всего, по сути своей являются одиночками.       Нет, это, конечно, всё шито белыми нитками, но если к этому прибавить, что потребление крови другого существа несёт в себе при определённых условиях некий интимный и ритуальный характер, а значит, играет огромную роль в социальных отношениях вампиров, то хоть прикрывайся простынкой и ползи в сторону кладбища. Потому что понятно, что ничего не понятно. В который раз.       У людей кровь выполняет несколько жизненно важных функций в организме: она течёт по артериям, венам и капиллярам, доставляет кислород и питательные вещества к органам и тканям, удаляет из них углекислый газ и другие продукты обмена. Элементы крови наряду с белковыми веществами плазмы обеспечивают иммунную защиту от многих болезнетворных микроорганизмов, а также, являясь частью свертывающей системы крови, имеют важнейшее значение в остановке кровотечения. Кроме того, кровь участвует в поддержании баланса внутренней среды организма (количества воды, осмотического давления, минеральных солей) и выполняет терморегулирующую функцию. На вопрос: «Какие именно функции выполняет кровь вампиров?» в данный момент я могу сделать умную моську и многозначительно промолчать.       Потому что матерный ответ — это не ответ, а, скорее, повод для начала серьёзных изысканий на эту тему. По тому, какую роль в зависимости от обстоятельств может выполнять вампирская кровь, она смахивает на швейцарский нож, в то время как человеческая является едва ли перочинным. Вполне возможно, что вампирскую кровь можно даже приравнять к набору хирургических инструментов или к чему-то более совершенному. Но данных мало.       Пожилой (да ну нахрен!) с собранными в хвост седыми волосами и с круглыми очками (очками, Карл!!!) на глазах вампир, занявший место у доски в качестве учителя, навевает уныние. Разбивая тем самым очередную нежно хранимую в моём сердце мечту о привлекательном преподавателе. Можно, конечно, приврать о том, что никаких фантазий на эту тему у меня не было, главное, не уточнять точную дату и косить под идиотку, но смысла не вижу. Каюсь. Грешна. Воображение бурное, можно сказать, беспощадное, как Тёмный Властелин в N-ом поколении, и в особо удачные дни пленных не берёт, и на мелочи не разменивается. Кхм…       Преподаватель тихо вещает тему урока. Слушая его краем уха, веду конспект, отмечая в нём только либо неизвестные ранее, либо забавные факты. Единственное, что портит впечатление — постоянные отсылки к «отбросам, не имеющим право называться вампирами», то есть вампирам Е ранга. Впрочем, это сглаживает наличие в непосредственной близости около десятка особей B ранга, доступных для изучения в почти естественной для них среде обитания.       Воображаемый безумный ученый в очках и заляпанном чем-то неопределимом белом халате мечется по лаборатории, не зная, за что хвататься. То бинокль схватит, то бумажки начнёт перебирать, подхихикивая, то наличие важных реагентов проверяет, то хватается за голову, вспоминая, что нет некоторых жизненно важных для исследований приборов, а затем вообще в отчаянии хватается за пилу, подумывая о том, что ему нужно раздвоиться, чтобы хоть что-то успеть. Вырубается свет за неуплату, и только фанатичный огонь вечного первооткрывателя по натуре освещает одну из погрузившихся во мрак комнат подземной лаборатории.       Закрываю в притворной усталости глаза, зеваю, прикрыв ладонью рот, скрывая за этими действиями хищный блеск глаз и настраивая себя при этом на отыгрыш чего-то более безобидного, чем настоящая я. Не это ли любимое хобби всех вампиров? Безумный ученый в моей голове, разразившись торжествующим смехом, с криком «Эврика» все-таки схватился за бензопилу… чтобы сходить с нею в ЖЭК, потому что без электричества жить грустно. ***       Соичиро Хоши, как и прочие вампиры его класса, не стал себе отказывать в том, чтобы рассмотреть новую ученицу. Длинные, черные с синим отливом волосы утянуты в высокий хвост, глаза по цвету напоминают переспелую вишню, слишком тёмная, покрытая золотистым загаром кожа — не нужно долго изучать её, чтобы понять, что она явно является дочерью охотников на вампиров. Вот только запах её крови сбивает с толку: зыбкий, едва уловимый, с пряными нотами и по ощущениям абсолютно нейтральный и не вызывающий ни малейшего желания попробовать его обладательницу на вкус.       Объяснения, данные на её счет главой клана Куран, не устроили никого, как и трепетное, идущее вразрез с множеством писанных и неписанных правил отношение и слишком легко слетающее с его языка обращение «Хана-химе». Подруга детства. Человек, приближенный в своё время к семье чистокровных за наличие необычных способностей. Пропала незадолго до самоубийства супругов. Также в детстве была знакома с Юуки Кросс.       Тайна, записанная в документах как Хана Ёшиока. Судя по её поведению и тому, как она вела записи, несмотря на наличие «необычных» способностей, как и у остальных обращенных её органы восприятия значительно уступают настоящим вампирам, а тем более аристократам. На этом можно неплохо сыграть.       Соичиро встаёт и делает ровно один шаг, как двери аудитории распахиваются и на пороге возникает злой чем-то и очень недовольный чистокровный.       — Хана-химе, — почти неслышно произносит чистокровный, заставляя новенькую вздрогнуть и оторваться от сделанных записей, в которых до этого она что-то увлеченно черкала и исправляла.       — Канаме, — начинает сиять девушка, стремительно закрывая конспект и складывая поверх него руки. Чистокровный вопросительно приподнимает бровь, из-за чего улыбка Ёшиоки вспыхивает ярче, на щеках появляется стыдливый румянец. Взгляд вампира становится требовательным, улыбка обращенной меркнет, на лице ярко отражаются нервозность и неловкость, девушка отрицательно мотает головой, глава Куран, приблизившись, берёт тетрадь, открывает последние записи, и его глаза вспыхивают алым. Аристократы цепенеют в ожидании того, что Куран наконец-то поставит выскочку на место.       — Я запрещаю тебе покидать пределы академии в одиночку, — девушка становится серьёзной, сосредоточенной и словно бы разом взрослее на десяток лет и, говоря мягким обволакивающим тоном, пытается успокоить чистокровного.       — Канаме, я не собиралась в ближайшее время проверять данные теории эмпирическим путём, просто некоторые высказывания преподавателя и одноклассников о Е ранге противоречат моим знаниям о анатомии и физиологии, причем в большем диапазоне, чем я прикинула, основываясь на данных тобой описаниях изменённых людей, — вот только её слова производят явно совсем иной эффект вкупе с содержимым тетради. Аура чистокровного, заполняя окружающее пространство, кажется, начинает вытягивать жизнь из посмевших вызвать недовольство главы клана Куран. — Теоретически, исходя из того, что именно А ранг даёт толчок к началу изменений и определённых запас энергии для них, то вероятность появления у обращенных вампиров склонности к морфизму тела в довольно широком диапазоне, хоть и исчезающе мала, но отлична от нулевого значения… Канаме? Ты меня слушаешь? Хана-химе вызывает на связь Канаме-доно! Как слышно? Приём!       Девушка, не дождавшись какой-либо реакции на свои слова, обиженно надувает щеки, хмуро и зло смотрит на медленно изучающего её записи чистокровного, залезает на лавку и громко чмокает главу клана Куран прямо в лоб.       Давящая аура пропадает, алое сияние гаснет, а вампир застывает, становясь абсолютно неподвижным. Ёшиока забирает у чистокровного свою тетрадь, спускается со стула, обеспокоенно заглядывает тому в глаза.       — Канаме?       — Это был подлый приём, Хана-химе, — шумно выдохнув и мягко улыбнувшись ей, говорит чистокровный.       — Подлый? — изумляется девушка, недобро щурится. — Значит, тебе меня в лоб целовать можно, а мне тебя нельзя?       — Считаешь это несправедливым? — всё внимание Курана сосредотачивается только на обращенной, абсолютно не замечающей ни сгустившейся вокруг них, едва ли не искрящей от напряжения ауры, ни откровенного подтекста вопроса, ни силы, вплетённой чистокровным в звуки его голоса, от которых и у Соичиро волосы на голове неожиданно решили встать дыбом. И не только у него, особенно сильно досталось девушкам.       — Еще бы!       — Целуй, — присутствующие рядом аристократы попытались слиться с окружающей обстановкой.       — Ну уж нет, — гордо задирая нос, заявляет этот наивный до ужаса ребёнок. — Раз уж ты обозначил поцелуй в лоб с моей стороны как подлый приём, то приберегу это твоё разрешение, чтобы использовать его резко и неожиданно, как и полагается всем подлым приёмам! — энергичность сменяется задумчивостью, и она с важным видом начинает потирать подбородок. — Хотя… ты же высокий, чтобы достать до лба, придётся либо попросить нагнуться, но тогда это не будет совсем уж неожиданно; либо всё время таскать с собой стул, что крайне непрактично; либо попытаться сделать это в прыжке, что технически наверняка без каких-либо тренировок будет сделать сложно. Нет, можно, конечно, еще рассмотреть варианты с подножкой, припрятанным в кустах батутом или…       — Хана… — с нежностью и едва уловимым разочарованием выдыхает имя обращенной Куран.       — Мммм? — отвлекается от своих рассуждений Ёшиока, озадаченно хлопая ресницами, словно уже успела забыть о присутствии рядом чистокровного.       — Без меня из академии ни шагу.       — Это тонкий намёк на то, что если дальше продолжу спорить, вообще из комнаты не выйду? — деловито уточняет обращенная.       — Он самый, — подтверждает чистокровный.       — Ладно, уговорил, — затем, приняв несчастный и крайне понурый вид, добавляет с тяжким вздохом, садясь за стол. — Молчу, характер слабый.       Прикрыв глаза, вампир решительно говорит.       — Послезавтра утром, мы могли бы ненадолго посетить город.       — Ты чудо, Канаме! — обнимая чистокровного, бурно радуется девушка… По волосам которой пробегают небольшие разряды электричества. На лице чистокровного поселяется слабая, немного растерянная, но по-мальчишески счастливая улыбка.       «Человеческая девочка в подруги чистокровному»? Сомнительно! Вот в том, что она была сиротой, сомнений у Соичиро нет. «Химе»? Это больше похоже на правду. Вот только чья? ***       Канаме, получивший в качестве бонуса к контрольному поцелую в лоб возможность выгулять меня в городе, удаляется из аудитории. Мой лабораторный журнал чудом не стал причиной смерти многих вампиров. Шинигами (он же доведённый до ручки Канаме) только благодаря моим оперативным действиям не дошел до имён! Я ведь, наивная душа, сделала запись с двумя столбиками: «команда Ханы», «команда врагов» в шутку. Привыкла я к тому, что за моей спиной шепчутся и прочему, в голову как-то прийти не могло, как мои записи может воспринять друг детства, который совсем недавно меня почти что с того света вытянул.       Канаме хватило ознакомления и с несколькими страницами почерпнутого от вампиров народного фольклора, чтобы начать дымиться и искать жер… виновников. Ещё бы пару изучил, и полилась бы кровь, а чьи-то кишки стали бы украшением для люстры, хотя был шанс, что всё бы ограничилось сердечными приступами. Жизни подоп… одноклассников повисли на волоске!       Увы, до меня как до жирафа только после реакции Канаме на сделанные записи начало доходить, что тема урока про вампиров Е ранга, разговоры одноклассников о них, разная громкость голоса при разговорах — камни в мой огород, видимо, что-то я не должна была суметь услышать, и случись подобное до всей этой кутерьмы с безумным вампиром, у них всё бы получилось как по маслу. Но это их проблемы, а вот моя в том, что обращенной, коей я якобы являюсь, не только не была, но и достоверно сыграть не могла, потому что слабо представляла себе, какими они должны быть. У меня даже мысли не возникло о том, что каким-то боком лекция о Е ранге может меня касаться.       Штирлиц ещё никогда не был так близок к провалу! Блин! Да я просто бог конспирации и маскировки! Только надписи на лбу «вампир, с которым что-то нечисто» не хватает. Хотя, все мои трепыхания очень хорошо укладываются в выстроенные Канаме планы… По крайней мере, ту их часть, которую он мне поведал. Хм… может, я могу потянуть на простого полукровку вампира и человека?       Время тикает, а старательно мимикрирующие под обстановку вампиры не спешат что-то менять и дышат через раз, а особо продуманные параноики и через пару десятков. Мне срочно нужна книжка «Психология вампиров для чайников» хотя бы для того, чтобы понять, на что конкретно так взбеленился Канаме. Нет, логическая цепочка «оскорбили подопечную — выказали неуважение мне — нужно показать, кто в доме хозяин» вполне себе просматривается. Вот только если дело было именно в ней, то он как-то слишком легко повёлся на мои манипуляции и позволил себя отвлечь. Родственные чувства?       Мозги начинают кипеть от того, что каждое действие окружающих меня вампиров может нести скрытый подтекст, двойной-тройной смысл. Нет, чем-то подобным развлекались и в Академии св. Бригитты, но там я знала правила игры, знала, на что обращать внимание, что можно игнорировать, что нужно игнорировать с учётом моей роли. Правила, по которым играют вампиры, мне неизвестны и Канаме… Нет, устройство общества, интриги Совета вокруг Канаме и прочее тоже жизненно необходимо, вот только меня могут оскорблять, глядя прямо в глаза, а я этого просто не пойму, не зная особенности принятого у клыкастых этикета. Вариант с оскорблениями в чужую сторону тоже далеко не конфитюр на палочке.       По-хорошему, мне вообще не стоило выбираться из комнаты, пока не изучу хотя бы самый минимум, необходимый для общения. Но и у этого варианта событий вагон и маленькая тележка минусов. Тем более с перемещением во времени для изменения уже произошедших событий у меня дела хуже, чем даже с вампирским этикетом. Намного хуже. Перерыв между уроками прошёл уже минут десять назад. Нового учителя нет. Старый куда-то исчез. Думается, что больше я его не увижу.       Безмолвие и бездействие угнетают. Воображаемые часы тикают, как часовой механизм на бомбе из старого кино. Помню, как племянница в прошлой жизни сумела меня увлечь просмотром сериала «Шерлок», так вот там была серия с бомбой в метро, после которой я окончательно разругалась с племянницей и поняла, что современный кинематограф ничего уже не спасёт. Потому что… Выключатель на бомбе. Бомбе, которую собирались взорвать дистанционно. С таймером. А основание существования всего этого меня вообще убило! «Тут есть выключатель. У террористов были бы проблемы, если бы его не было». ЧТО?! Их бы за отсутствия выключателя оштрафовала бы ассоциация злодеев неудачников, что ли? Тик-так. Тик-так. Тик-так.