Love me like you do

Я сидела в комнате для допросов в местном полицейском участке. В небольшой комнатке была всего лишь одна лампа и стол, который отделял меня от инспектора. Возле мужчины, который был готов вот-вот начать мой допрос стояла сержант Донован, скрестив руки на груди. За моей же спиной стоял Шерлок, явно дико раздраженный тем, что мне приходится отвечать на их глупые вопросы, а не на его — умные. — Как вы познакомились с Лайзой Войс? — спросил Лестрейд. — Мы вместе учимся в университете, — сказала я, нервно теребя краешек пальто, — правда, на разных курсах, но ближе познакомились в центре культуры. Я погрузилась в воспоминания, пытаясь вспомнить всё, что нас связывало с Лайзой. Наш первый концерт, первую небольшую перепалку, и как Аннет разнимала нас, словно шипящих друг на друга котят… А теперь её нет… И от этого хотелось выть на луну и лезть на стену. У неё же родители, которые сейчас точно убиваются по ней, родственники, молодой человек… И человек, который посмел лишить их Лайзы просто ублюдок! Смахнув с щек пару слезинок, я тихо добавила: — Она была шикарной пианисткой… — У неё были враги? Может, недоброжелатели. Кто-то в открытую завидовал ей? — Нет, — я помотала головой. — Точнее, ээм…. я не знаю. Я…я не была с ней близка, и…мало что знала про неё. — А, может, это ты и убила ее из зависти? — колко сказала женщина. — Ревность, возможно… Да и то, что ты так давно занимаешься боевыми искусствами… На глаза навернулись слезы, я почувствовала, как колко у меня щемит в груди. От воспоминаний этой ночи у меня тут же потемнело в глазах, и меня снова затрясло, словно марионетку на ниточках. — Ты сама до этого додумалась, Донован, или кто подсказал? — колко спросил Холмс, положив мне руку на плечо, от чего я почти мгновенно успокоилась. Странно, но этот человек действовал на меня, словно успокоительное. Мои пальцы всё ещё помнят ткань чёрного пальто и этот мягкий запах мужского одеколона… Он словно ангел, который тогда закрыл меня своим телом от самого страшного зрелища в своей жизни. — Да, она прекрасный боец, но не хирург! Вы вообще видели её оружие? Разрез на животе жертвы был выполнен так тонко и чётко, точно хирургическим прибором. Вы думаете, что она смогла бы это сделать? Представители правоохранительных органов застыли, не в силах ничего вымолвить. — Тем более, эта жертва снова без матки, как и прошлая. Это маньяк, и тут даже думать нельзя, чтобы обвинять кого-то из приближенных к ней людей. — Но жертвы ничем не связаны! — попытался парировать инспектор. — То есть вырезанный орган тебе ни о чём не говорит? — издевательски спросил детектив. — Этот маньяк копирует Джека Потрошителя и это пока всё, что нам известно, — развела руками Донован. — Первая жертва и была проституткой, но вторая — простая студентка, мы уже навели справки. Она не имела никакого отношения к древней профессии. — Тогда нам следует ждать следующую жертву и точно понять, кого же он собирается убивать: проституток или студенток, а уже после пытаться предоставить обвинения, — отчеканил Шерлок и, глянув на меня, бросил, — пошли. Я послушно поднялась и пошла за ним. При выходе из полицейского участка нас ждал доктор Ватсон. — Он был явно более подготовлен, чем мы думали, — спокойно сказал Джон. — Как только он меня заметил, тут же скрылся в доме, а из подъезда вышли трое мужчин в одинаковой одежде и разошлись в разные стороны. Там-то я его и упустил. — Этого следовало ожидать, — спокойно сказал Шерлок. — И Эльзе крупно повезло, что она не застала момент убийства, а нашла только тело. Маньяки свидетелей редко оставляют, в особенности маленьких девочек. — Вообще-то мне двадцать один год! — пропустив слова про маньяка мимо ушей вставила я, скрестив руки на груди. — Я прекрасно знаю, сколько тебе лет, — спокойно, всё так же сосредоточенно ответил детектив. — В любом случае, я не знаю, сколько бы еще слонялся по тем переулкам. — Как тебя вообще угораздило туда пойти? — шокировано спросил доктор. — Дома никого не было, я решила прогуляться. Когда шла обратно сократила дорогу и… — Кстати, Эльза, проверь свой телефон, — сказал Холмс. Я молча достала из кармана пальто свой новенький гаджет и ужаснулась — меня ждали тридцать восемь пропущенных от тёти. — Она меня убьет, — взвыла я. — Нет, я уже связался с ней и всё объяснил. Как только она узнала, что уже в безопасности, тут же перестала на тебя злиться.  — И то хорошо, — выдохнула я. Не знаю, откуда в пять утра такси летает по городу, но нам это было только на руку. Джон сел на переднее сиденье, мы с Шерлоком — за ними. Дорога от участка до дома заняла бы где-то минут тридцать… Однако, вместо того, чтобы глядеть в окно, я, откинувшись на сиденье, закрыла глаза, погружаясь в долгожданный сон. *** Маньяк. Вот сейчас, прямо передо мной! Огромный, с ножом в руке. Я вижу, как он во мраке переулка прикончил Лайзу. Меня начало трусить от увиденного, словно мне самой вонзили нож в спину. И тут мужчина резко обернулся ко мне. Весь в чёрном, маска закрывала его лицо. Он двинулся на меня, а я стояла и не могла двинуться с места, словно приклеенная. Шаг. Еще один, потом еще. Он почти рядом. Заносит руку для удара, и… Резко дёрнувшись, я завопила не своим голосом. Ватсон, который нёс меня на руках, еле удержал меня, а Холмс, открывающий дверь в мою комнату, обернулся. — Ты как? В порядке? — спросил доктор, аккуратно ставя меня на пол. — Да, вроде, — тяжело дыша сказала я, вытирая тыльной стороной ладони холодный пот со лба. — Эльза, что такое? — крикнула тётушка, тут же подбегая ко мне. — Что произошло? — Кошмар, — я через силу улыбнулась тёте. — Всего лишь кошмар, ничего страшного… — Мне кажется, тебе за такой стресс полагается студенческий отпуск! Давай я позвоню в университет и всё расскажу. — Я не думаю, что это хорошая идея, — отозвалась я, проходя в свою комнату, по пути от досады пиная сумку с оружием. — Мне приятно, что ты беспокоишься обо мне, но мне будет легче, если меня будут окружать друзья… Сидение одной в комнате мне не кажется хорошим решением. — Как хочешь, конечно, но, если тебе вдруг станет плохо, то тут же обращайся в больницу! Я скривилась. Терпеть не могу больницы, эти белые стены, чертов кафель на полу и отвратительный запах медикаментов. Я там была последний раз лет пять назад, и то из-за того, что у меня был флюс. — Или можешь сказать мне! — с уверенностью заявил Ватсон. — Да, спасибо большое, — я через силу улыбнулась. — Я буду отдыхать и, если понадоблюсь… — Я не стану тебя беспокоить! — заявила тётя. — Лучше хорошенько выспись. Народ покинул мою комнату, и я тут же направилась в ванную. Холодный душ сейчас был самым правильным решением, поэтому я, стоя под струями холодной воды, нервно щипала себя за предплечье. Состояние было ужасное. Да, она не была мне лучшей подругой, я не знала её так хорошо, как стоило бы, но… Я никогда не думала, что смерть может забраться в мой маленький ванильный мирок. Нет, не так. Я бы никогда не подумала, что маньяк сможет в него забраться. После того, как я хорошенько промёрзла и многое обдумала, я свалилась на кровать, не в силах больше бодрствовать. На часах было около шести утра и мне необходим был крепкий сон. Однако, хорошо поспать мне всё-таки не дали. В восемь утра мне позвонила завкафедрой и рассказала о Лайзе. Я же, рассказав, что нашла тело, получила тонну извинений и соболезнований. Да, девушкам легко понять друг друга — нашей хрупкой психике тяжело пережить что-то подобное. Следом, где-то через час, мне позвонил наш организатор. Однако, узнав о том, что я всё знала заранее, сухо извинилась и напомнила, что завтра у нас репетиция. И, наконец, спустя время мне позвонила Аннет. Хоть кто-то уже был осведомлён о том, что я была, так сказать, свидетелем, и она предложила мне встретиться. — Прости, конечно, но я всю ночь не спала… — мягко ответила я. — Все эти допросы и… В общем, сама понимаешь. — Да, конечно, — ответила блондинка. — Но я всё равно хочу с тобой встретиться. Может, вечером? Однако, после вчерашней ночи я зареклась гулять по темноте и, в особенности, по переулкам. — Может, часов в пять? В «Чао-Чао»? — спросила я. — Да, как скажешь! Значит, до пяти? — Угу, — я повесила трубку и уткнулась носом в подушку. Надеюсь, хоть сейчас мне дадут уснуть. Однако, в этот раз всё было намного хуже. Шерлок решил сыграть на скрипке, видно, плохо думалось. Глянув на часы, я засекла время. Полчаса игры… Час, другой. Прорычав что-то невнятное даже для самой себя, я резко отбросила подушку, которую ранее пристроила у себя на голове и, отбросив ее в шкаф, дверцы которого недовольно заскрипели, вскочила с кровати и дорвалась до виолончели. Россыпь диссонансов, которые полились из-под струн заставили Шерлока прекратить свою игру. О, да, теперь ты мучайся, придурок! Я даже не знаю, сколько и откуда во мне было этой злости, однако меня трясло, словно ведьму в трансе, но я продолжала играть произведение, которое было моим первым сочинением, еще в музыкальной школе. Тогда сказали, что оно отвратительно и нелепо, что ужасней наша комиссия ничего не слышала. Они, видно, даже не думали о том, из-за чего человек может сыграть что-то подобное. Никто даже и думать не смел, что тогда в моей жизни произошло нечто ужасное, как и эта мелодия. Бешеная диссонансная мелодия, настолько быстрая, что я еле успевала работать пальцами, а рука, орудующая смычком, едва не задубела, наконец, сменилась медленной, певучей, но всё такой же дикой и необузданной. Наконец, я услышала, как скрипка детектива начала медленно подстраиваться под мелодию. Что ж, не плохо, звучание очень даже пикантное, да и мелодия не из лёгких, а он так быстро подобрал её. По истине гений, что уж тут сказать! Наконец, когда я сыграла всё, что хотела, я хоть как-то успокоилась. Наверное, это из-за того, что я привыкла высказывать свои чувства через музыку и всё, что с ней связано, и даже сейчас не смогла удержаться. Да, эта дикая гонка смычков на пару с Шерлоком мне явно пошла на пользу. Пусть я и не выспалась, но чувствовала себя добрее и энергичнее. Правильно говорила моя мама — пока не заорать на всю улицу благим матом — от стресса не избавиться. Что ж, у меня немного другой метод. Спустя пару минут тётя попросила спуститься на обед, который проходил молча. Никто и не пытался начать разговор, правда, детектив отказался от еды и всё еще о чем-то думал, рассматривая две небольшие стопки бумаги. Как оказалось, это два досье — на предыдущую жертву — Линдси Кэрнор и на Лайзу. Что ж, в глубине души я надеялась на то, что всё-таки Шерлок поймает этого маньяка. Он должен его поймать! Он просто обязан! Время пролетело слишком незаметно. Холмс больше не мучал ни меня, ни свой инструмент, думал молча, иногда что-то вскрикивая. Джон пытался его успокоить, однако всё было тщетно — Шерлок продолжал что-то отстаивать и доказывать, на что каждый раз получал спокойный ответ доктора и понемногу успокаивался. Когда подошло время, чтобы встретиться с подругой, я решила одеться в тёмные цвета: чёрные штаны, тёмно-серый свитер и чёрные полусапожки. Честно признаться, я не любила чёрный цвет, однако, знала, что когда-нибудь эти траурные вещи мне пригодятся. И, в глубине души надеялась, что уж точно одену их не из-за чьей-то смерти. Сказав тётушке, что иду на прогулку, получила в ответ поучения о том, что нельзя слоняться по безлюдным местам, и уж точно не поздно вечером. — И дома будь, пожалуйста, не позже девяти! Я всё-таки ужасно волнуюсь за тебя! — Хорошо, не переживай, — улыбнулась я и направилась к кафешке. «Чао-Чао» — небольшое заведение не далеко от Бейкер-Стрит. Нам с подругой оно полюбилось из-за простой атмосферы, извечно инструментальной классической музыке, что играла там, приятного персонала и мягкого интерьера. Увидела я свою подругу за столиком в углу, куда еле-еле попадал свет от центральной люстры. Аннет так же была одета достаточно траурно: тёмное вязаное платье до колен и высокие замшевые сапоги. В отличие от меня, одевалась она гораздо лучше, поэтому, наверное, даже если она оденет лошадиную сбрую, выглядеть будет сногсшибательно. Да и внешний вид у неё был даже какой-то аристократический, думаю, поэтому ей всё шло. Девушка, всё еще не замечая меня, поправила легким движением руки красивые блондинистые волосы и, кокетливо стрельнув в официанта огромными голубыми глазами, подозвала его к себе, сделав заказ. Парниша в свою очередь прошелся по облегающему чёрному платью, заостряя внимание на пышной груди и стройных бедрах. Что ж, хоть одно радует — фигурой мы похожи, правда, на меня заглядываются гораздо реже. Присев за столик, я улыбнулась подруге, а она в свою очередь — мне. — Расскажи мне, пожалуйста, как всё было, — серьезно начала она, положив руки на стол. Я же, без утайки, рассказала и про неудачную прогулку, про то, как дико напугал меня Шерлок, и про допрос. — Уж не везёт тебе, так не везёт, — покачала головой блондинка. — Я бы, наверное, будь на твоём месте, двадцать раз упала в обморок, прежде чем всё осознала. — У меня было такое желание, — вымученно улыбаясь, ответила я, — но как подумала, что маньяк может быть где-то рядом… В общем, это меня и отрезвило. — В любом случае я была в ужасе, когда мне всё рассказали. И, ты не в курсе? Нас во вторник ждут на похоронах… Я помрачнела, поджав губы. Вновь видеть мёртвую Лайзу… Я, конечно, никогда не отличалась излишней сентиментальностью, в шесть лет не побоялась покойного дедушки, но сейчас… Что-то мешало мне. Будто невидимый барьер из горя и ужаса, что я видела там, в ночном переулке, не давал мне даже шанса спокойно взглянуть в лицо покойницы. — Ты не придёшь, да? — по лицу всё прочитав, с грустной улыбкой сказала Аннет. — Я понимаю, тоже не смогла бы… Кстати, — девушка попыталась оживиться, — как твой переезд? Ты тогда действительно не пошутила, что будешь жить с Шерлоком Холмсом?! — Нет, как видишь, нет, — я развела руками. — Правда, на самом деле этот человек невыносим. Даже не знаю, как его выдерживает доктор Ватсон. — Что ж, это не удивительно, — развела руками подруга, — каждый гений по-своему урод. — Эээ… Что? — Ну, каждый человек, который знает, что он — лучше других, по-своему страдает. У кого-то страшная болезнь, кто-то просто людей ненавидит. Есть даже гении-наркоманы, и про таких слышали. Но гений-хам, — блондинка удивленно хихикнула, — пожалуй, с ним весело. — Ой, нисколько, — махнула я рукой, принимаясь за чашку ароматного красного чая, который принёс очарованный официант. — Он скуп на слова, небрежен и в словах, и в действиях, но есть в этой небрежности что-то такое… — Аристократическое, — подсказала мне Аннет. — Точно! А еще он прекрасно играет на скрипке, — я мечтательно закатила глаза. — Даже не думай разбавлять наш дуэт мужчиной! — нахмурено сказала девушка. — Ты только мой виолончелист и точка! — Ладно-ладно, — я усмехнулась, уже не удивляясь беспочвенной женской ревности. — Кстати, как у тебя на личном фронте? Как Эдвард поживает? — Мы же с ним расстались еще неделю назад, — удивленно ответила подруга, уже снова хмурясь, — опять всё мимо ушей пропускаешь. У меня ощущение, что память у тебя сродни памяти моей восьмидесятилетней бабушки, она уже через неделю забывает, что я играю на арфе. — Да не память у меня плохая! Я просто рассеянная! — парировала я. — Угу, а еще ветреная, мечтательная и дико смущаешься, если сделать вот так, — с коварной улыбкой произнесла блондинка, проведя рукой по внутренней стороне моей ладони, из-за чего я тут же одёрнула руку, дико краснея. — Я не могу это объяснить. — Что ж, ладно, мне пора, — бегло сказала девушка, глядя на настенные часы. — Так рано? Всего лишь семь часов. — Ой, я же тебе не сказала! — студентка стукнула себя по лбу, что-то усердно вспоминая. — На нас миссис Биглоу еще одну песню повесила, я бы хотела порепетировать её, пока никого нет дома. — Ох, что на этот раз? — Вроде, «Приготовление», — озадаченно сказала девушка, — в общем, я тебе её сброшу сегодня вечером, как домой приду. Прослушаешь, хорошо? А я пока текст на двоих разделю. Этим и будем открывать наш концерт на Хэллоуин. Кстати, ты партитуру своего первого произведения помнишь? Я, усмехнувшись, подумала о том, что всё-таки в жизни не бывает совпадений. — Только сегодня играла её. — Отлично, её ты тоже играть будешь. Ладно, завтра на репетиции увидимся! Аннет помахала мне рукой и, бросив на стол деньги за свой кофе, выбежала из кафешки. Выдохнув, я так же заплатила за чай и отправилась домой. *** Я, сидя на диване рядом с Джоном, подложив под себя ноги, пила ароматный чай. Мужчина же, зайдя на страницу своего блога, очень долго думал над названием. Час назад они пришли с места преступления, был найден очередной труп девушки без матки, на этот раз многие могли подтвердить, что она торговала своим телом. Даже не знаю, что волновало меня больше — смерть Лайзы или же то, что студенткам ничего не грозит. — «Подражатель Джека» или «Труп каждый день»? — глянув на меня, спросил Ватсон. — Ну, а если завтра трупа не будет, что будешь делать? Второе название явно не подходит, — раздражённо отозвался Холмс в перерыве между великим мыслительным процессом. Что ж, на часах было восемь часов вечера, я только-только вернулась с репетиции и теперь слушала мысли вслух, которые принадлежали конечно же мистеру Я-Всё-Знаю. Шерлок ходил из стороны в сторону, из угла в угол, в сотый раз мерял своими семимильными шагами несчастную комнату, но никак не мог найти верный ответ на вопрос, который роился у него в голове. — Ты думаешь о том, почему жертвой была Лайза? — спокойно спросил доктор, прежде, чем детектив разразится очередными догадками. — Конечно я думаю об этом! Конечно, это только третья жертва, но маньяки обычно не убивают просто так, нет. У них есть план, который ведом только им, в их голове можно проследить чёткую последовательность… — И он явно от неё отдалился, — закончил предложение Холмса мужчина. — Возможно, он ошибся. — Такие, как он не ошибаются! Ты же был со мной на месте преступления и видел. — Что я должен был видеть? — Ничего! Мы с Джоном переглянулись. Кажется, мы потеряли нить, которую вёл детектив. — Ну, как же вы не можете понять! — раздосадовано всплеснул руками он. — Этот маньяк не оставлял ни одного следа, ни одного отпечатка! В день, когда Эльза нашла Лайзу я смог отчётливо разглядеть место преступления. В лужи крови я видел отпечатки обуви полицейских, твои, Эльза, и даже свои! Но как там не оказались следы этого маньяка? — Не мог же он сверху вылить кровь, чтобы стереть свои следы, — пожала плечами я. Шерлок, сверкнув глазами, на мгновение задумался, а после, резко сорвавшись с места, бегло спустился по лестнице, крикнув Джону: — Мне нужна Молли! Буду поздно, — скрылся во мраке вечернего Лондона. — Я права? — удивлённо спросила я. — Даже не представляю, — покачал головой мужчина, глядя в монитор. — Так, всё-таки «Подражатель Джека»? — По-моему слишком банально, — отозвалась только что вошедшая женщина. — Угу, — подтвердила я слова тёти, кивая. — Ладно, я пойду к себе. Расскажешь мне завтра, была ли я-таки права? — Конечно, — напряженно ответил Джон, явно раздражённый нашим с тётей мнением о названии. *** На следующий день большинства моих знакомых не было на парах — все они, кроме меня, ушли на похороны. Поэтому, собственно, день бы и прошёл совсем обычно, если бы передо мной, прямо у ворот университета, не остановилась дорогая чёрная машина. Дверь открылась, и я услышала спокойный твёрдый голос: — Садитесь, мисс Эрл, это не похищение, а всего лишь деловой разговор, пока мы будем ехать до вашего нового места жительства. Оглядевшись по сторонам, я заметила, как на меня начинает глазеть целая толпа. Убежать? Что-то мне подсказывает, что этот разговор на долго не отложится. Но кто это? Тот маньяк? Или же… — Ну, же, садитесь, и не привлекайте лишнего внимания, — повторил голос. Я послушала и села в салон автомобиля. Рядом со мной сидел мужчина, казалось бы, ничем не примечательный, если не брать во внимание дорогущий костюм, драгоценные запонки и чёрный зонт. Он чем-то напоминал супер злодея из комиксов, и я усмехнулась этим мыслям. Мужчина резко развернулся ко мне и я, быстро среагировав словно на опасность, по инерции дернула рукой в бок, где должно бы висеть оружие. — Уверяю вас, это не понадобится, — проследив за моим жестом сказал «похититель». — Я всего лишь хочу поговорить. — О чем? — О Шерлоке Холмсе. Меня пробила мелкая дрожь. Родителей нашли? Они всё рассказали? Или же это специально… Нет! Еще один заказ я больше никогда не приму! Это всё дорогого мне стоило! — Я знаю, о чём вы сейчас думаете, но речь пойдёт о другом, — словно прочитав мои мысли, сказал мужчина. — Я знаю, кто ваши родители и к чему принуждали своего ребёнка. Знаю, чем они занимаются и даже знаю кто сел им на хвост. И могу избавить их от этого, если вы, дорогуша, согласитесь мне помочь. Я, нервно глядя куда-то в сторону, сжала в ладони ткань пальто. Сделать все, чтобы спасти своих родителей, какими мерзавцами они не были бы? О, да, ради того, чтобы увидеть их невредимыми вновь я готова была на всё. На любую грязную работу, на любой грех, ведь я люблю их, как и каждый ребёнок. — Что от меня требуется? — спокойно, чтобы не показывать своего волнения, спросила я. — О, я знал, что вы не откажетесь. Я бы хотел купить ваши услуги, только в процессе наоборот. — Что? — явно не поняла я о чём толкует мужчина. — Вы должны стать телохранителем Шерлока, — пояснил он, — сейчас пока ему ничего не угрожает, но он затеял опасную игру и скоро его жизнь будет в опасности, я уверен. И, чтобы предотвратить это всё, будьте готовы вновь замарать руки. — Охрана? И это всё? На какой срок? — не веря своим ушам, переспросила я. — Не только охрана, но и наблюдение за его состоянием здоровья. Я не прошу вас отчитываться мне, что он ел на завтрак, но, если заметите что-то необычное, пожалуйста, сообщите, — «похититель» протянул мне визитку с одним лишь номером телефона без имени. — А по поводу срока… Давайте заключим договор: пока Шерлок сам не захочет от вас избавиться и пока обо всём не догадается, вы за ним присматриваете. И всё это время ваши родители в безопасности. По крайней мере, пока они не покидают Англии, дальше её пределов я не настолько силён. Ну, и конечно же приличная оплата… Что скажете? Я сжала ткань пальто, чувствуя, как дико колотится сердце. Да, я готова ради родителей идти на всё, но подписываться на пожизненную работу… Боже, за что? Почему меня всё ещё преследует эта отвратительная тень прошлого, не дающая мне покоя? Если так и будет дальше продолжаться, я сойду с ума. — Я дам вам время на раздумья, — прервал мной внутренний монолог мужчина. — Но будьте готовы дать ответ в следующий раз, когда мы встретимся. Машина остановилась в квартале от дома тётушки. Я и сама поняла, что пора выходить и, покинув салон, пошла дальше по улице, глядя в след автомобилю. На душе было неспокойно, я всё ещё тяжело осознавала, что же именно только что произошло, однако, одно знала точно: у нашего мистера Я-Всё-Знаю есть человек, которому он небезразличен… Интересно, что тот тип имел ввиду, когда говорил о состоянии здоровья?..