The Light Behind Your Eyes

Идиотские учителя. Блурри плевать на то, что у них кризис среднего возраста и они не могут увидеть его талант. Они не могут просто так забрать у него его стихотворения, над которыми он работал неделями, из-за того, что х или у (Или что там вообще) отсутствовали в уравнении. Он тонет в гневе, кровь становится горячей. Не имея средств его существования, которые у него отняли, было ужаснее того, если бы его скинули со скалы, по его мнению. Особенно, когда это единственный способ связаться с… Он выкидывает его из головы. Голубой, красноволосый, лавандовый мальчик. Я просто устал в тот день, говорит он себе. Наказание должно начаться на уроке алгебры, но хер с ним, решает он, когда идет вниз по лестнице к выходу из школы. Миссис Купер все равно ничего не заметит, ведь она слишком занята своими проблемами в браке, поэтому он уходит. Пока он не слышит это. Во-первых, ему кажется, его сердце бьется до безумия быстро, но когда он приблизился к двери (к… музыкальному залу?), он останавливается. Барабаны. Игра на барабанах. Это кажется тупым и глупым, но он заглядывает внутрь (ошибка номер один) и, к его удивлению, он видит лавандового мальчика. Руки крепко держат палочки и он сильно бьет по дешевому барабану, он сидит, закрыв глаза, откинув голову назад и показывая свою кремовую шею, он полностью растворяется в красивых и абсолютно простых ритмах, забирая дыхание Блурри и заменяя его стеснением в груди. Он еще долго стоит, как вкопанный, увлеченный игрой лавандового мальчика, и он чувствует, как начинает скользить, падать в пропасть, теряя себя в этой музыке, и берет сердцебиение под свой контроль. Тогда все прекращается. Блурри открывает глаза, пытаясь вспомнить, когда он их вообще закрыл, и видит, как лавандовый мальчик смотрит на него, кофейные глаза широко распахнуты и розовый ротик приоткрыт. Он никогда не бегал так быстро в своей жизни, выход кажется так далеко, будто он в мили от него, но когда он все-таки выбегает, в лицо ударяет осенний ветер, из-за которого кожа приобретает розовый оттенок. К счастью, на улице студентов нет уже как полчаса, и никто не увидит как он пытается успокоиться, а когда он выходит за территорию школы, то его вообще начинает трясти. Его разум и сердце подводят его сильнее, чем обычно. Вот что он говорит сам себе. •••••••• Он на биологии. Блурри, кажется, проклят, ведь он наконец понял, он осознал, кто сидит в противоположном углу на задней парте. Это благословение и проклятие, ведь он может смотреть на того, перед кем не хочет спалиться за подсматриванием (это не то, что мог бы сказать другой, но не суть). Но с другой стороны, он снова ловит себя за просмотром на лавандового мальчика, который сидит в нескольких партах от него. То, как он кладет руки на парту и придерживает ладонями голову, как он пристально смотрит то в свою тетрадь, то на доску, трюки, которые он пытается выделывать с ручкой и его язык, который иногда выходит за границы рта, когда он сконцентрировано что-то строчит в тетради. Все эти вещи заставляют сердце и живот Блурри делать странные кувырки и перевороты в организме, и он застает себя за такими вещами день за днем. Но то, как трепещут его ресницы вместе с бледными щеками, когда он моргает, наверно, самая красивая и интересная вещь, которую он заметил. Они как темные крылья бабочки, мягкие поцелуи на ангельской белой коже, которая так и мерцает. Он сходит с ума, когда смотрит как лавандовый мальчик делает такие простые и естественные вещи, и понимает, что его сердце билось так, будто хотело вырваться из груди и упасть в руки человека, которому оно, кажется, принадлежит. Блурри рычит и мотает головой, пытаясь сосредоточится на белом листке бумаги, тихонько умоляя, чтобы его разум вернулся обратно.