A Certain Slant of Light / Особый луч света

      Стэйси и Том будто мрачно вглядываются в лица друг друга, только один из них смотрит живым взглядом, а второй уже нет; ну, или Том надеется на это.       На фоне слышно, как глубоко дышит Билл. Его бы уже давно стошнило, было бы чем.       — Том! — Кричит он. И как только он стоит там.       А Том, чуть задумавшись, всё же отступает на пару шагов назад. Всё же не самое приятное зрелище.       — Малыш… малыш… — Билл неуверенно возвращается к нему и приобнимает за талию, прижимая к себе. — Милый.       Он уже хнычет, и Том отходит от шока, разворачиваясь к нему и крепко обнимая. Он сжимает его в объятиях, опустив глаза вниз.       Билл замечает противоречия в глазах Тома и сжимает его сильнее.       — Хочешь уйти?       — А что если у неё была семья? — Спрашивает Том, робко взглянув на него, и уже заранее готовится злиться на реакцию Билла.       Билл тронут такой нежностью, он не хочет отталкивать Тома от себя. Но ему хочется быть честным.       — Она была простой воровкой… почему это так важно?       — И мы воры… — Том полностью поднимает взгляд на Билла. — И у всех есть семья. В каком-то смысле.       Билл соглашается.       — Но у всех семьи уже погибли.       — Билл, — просто произносит Том, изумившись его хладнокровию.       — Какая разница, это просто ещё один мёртвый человек, Томми, — вздыхает Билл, всплёскивая руками. — Ведь и так ясно, что семья не могла потерять её. Но, может, это она потеряла семью.       — Может, так ей будет лучше? — Подумав, спрашивает Том.       — Может.       А им бы стало от такого лучше?       Том размышляет о том, что потерял. О том, что мог потерять Билл.       — Ты успел попрощаться со своей семьёй? — Спрашивает Том, а Билл печально качает головой в ответ. — И я нет.       Билл пожимает плечами.       — Стэйси не была нам родственником, Том, если это то, на что ты намекаешь.       Помедлив, Том усмехается.       — Давай представим, что была. Вот такая надоедливая кузина. У неё ведь наверняка было много сложностей в жизни, как думаешь? Иначе почему бы ей довелось умереть вот так?       — Но тогда ты и я… тоже были бы родственниками, — Билл морщит нос.       — Ну, значит она тогда твоя сводная кузина… нет, подожди, моя, — издаёт смешок Том.       Он глядит на Билла, который совсем не выглядит весёлым.       — Так ведь?       Билл переводит взгляд на тело, расстроенно вздыхая.       — Бедная Стэйси.       Собственными руками они вырывают яму в рассыпчатом снегу настолько, насколько это возможно. Том аккуратно подталкивает Стэйси к самодельной яме, и они вдвоём засыпают её снегом.       Всё это время Биллу не даёт покоя вопрос, у кого же теперь его записи. Что Стэйси делала здесь. Насколько осторожными им нужно быть с незнакомцами.       Том прихлопывает снег, чтобы над поверхностью земли виднелся заметный холмик. Билл складывает листочек из блокнота Тома в звезду и ставит её на вершину, зная, что она там не продержится и следующих пяти минут. И её сдувает в считанные секунды, а они провожают взглядом, как ветер уносит бумажку, которая теряется из виду. Билл отступает назад, хватая Тома за руку, и они оба просто стоят и наблюдают за этим. Никто не произносил ни слова, они лишь крепко сжимали ладони друг друга. Ровно до тех пор, пока солнце не начало заходить за горизонт.       Теперь они семья.       — Ты же знаешь, что это мы можем умереть от этого, Георг, — говорит мужчина, играя с трубкой и иголкой, и изучает бумаги с записями.       — Бросьте, парни, всё под контролем, этот парнишка не идиот, — встревает Густав, чувствуя раздражение.       Георг и тот мужчина смеются.       — А ты знаешь этого парня?       — Это чересчур серьёзно, Густав, — строго произносит мужчина.       — Комета? — Спрашивает Георг в замешательстве.       — Ещё не закончили с Томом? — Густав меняет тему.       — Как ты? — Спрашивает мужчина, поворачиваясь к Тому.       — Голова, блядь, раскалывается, — ноет Том.       Все смеются.       Том быстро вскакивает в холодном поту.       — Билл! — Зовёт он. Он задремал, отчасти проваливаясь в сон и отчасти размышляя. Но это больше похоже на флешбэк; это было таким реальным.       Вскоре Билл появляется в палатке, расстегнув молнию у входа, и просовывает внутрь голову, ухмыляясь от уха до уха. Том улыбается и показывает рукой, чтобы тот присоединился к нему, но Билл мотает головой.       — Смотри, что я достал, — говорит он и демонстрирует тушку мёртвого кролика. С того кровь текла ручьём.       — Господи, Билл, положи его!       — Ты разве не горд? — Обиженно тянет Билл, выпячивая нижнюю губу. Вид, который приводил Тома в возбуждение и одновременно смущение.       — Не дуйся. Я горжусь тобой. Иди сюда, — предлагает он.       Билл улыбается и бросает кролика снаружи, а затем на коленях подползает к Тому и нависает над его грудью.       — Что?       — Мне кое-что привиделось, — начинает Том.       — Как наркоману?       — Билл.       — Ну, а что ты тогда подразумеваешь под этим? — Биллу действительно любопытно. Он обеспокоен.       — В смысле, я вспомнил то, что забыл. Там были мои друзья, и я, вроде бы, смотрел на… — Том останавливается.       — Классная история, — бубнит Билл, нетерпеливо стуча ногой по полу палатки.       — Заткнись, Билл, — недовольно стонет Том. — Они говорили о том, что что-то убьёт нас, и какой-то парнишка всё держит под контролем?       Он смотрит на Билла, выискивая ответы в его взгляде.       — Я не знаю ничего ни о каком парнишке, если это то, что тебя интересует, Том, — уверенно произносит Билл. Он следит взглядом за шнурками от капюшона Тома, начиная играть с ними рукой. — Извини.       Он быстро поднимается и покидает палатку, решая приготовить им ужин.       Том не удивлён. Он бы не настаивал, расспрашивая про комету.       Он вновь пытается задремать, пытается вернуться к этому воспоминанию. Бесполезно.       — Не беспокойся так об этом, Томми, — говорит Билл, кладя кусочки крольчатины Тому в рот. — Почему это вообще тебя так волнует?       Они сидят у огня лицом друг к другу, достаточно близко, чтобы видеть в свете ночи глаза и губы.       Тому не хочется спорить, и он не знает, что сказать. Он жуёт крольчатину, облизывая пальцы Билла и смотря на него с некоторым намёком.       У Билла всё же вырывается тихий стон, и он вовремя ловит себя.       — Не переводи тему! Давай по-честному.       Том хихикает. По-честному. Как будто Билл был честен.       — Ты просто жаждешь разговора, да?       Билл соглашается, прожёвывая мясо, и, только всё окончательно проглотив, говорит:       — Это неважно, милый.       — Для тебя, — ворчит Том.       За пределами палатки чёрное поле, белый снег едва помогает что-то увидеть, когда от луны остаётся только длинная узкая дорожка. Ветер грозится задуть огненные фонарики. Биллу становится страшно идти дальше, и он бы довольствовался тем, что остался здесь с Томом, пока они оба не замёрзли бы насмерть. Альтернатива не могла оказаться ещё хуже, разве что кроме того, что Том остался бы лучшего мнения о нём в таком случае. Теперь, когда к Тому пришло воспоминание, возможно, лучше пойти дальше. Билл может переждать какое-то время. Он задумчиво разглядывает свою еду и решает, что уже окончательно потерял аппетит. Теперь у него на сердце было тяжко, и это мешало думать о дальнейшем.       — Можешь взять себе, — Билл протягивает Тому своё мясо.       — Место в желудке кончилось?       — Наверное, — врёт Билл. Нет, вернее, привирает.       — Лучше оставь до утра. Мне хватит, — уверяет его Том, всё ещё жуя. Билл не сдерживает улыбки и останавливает взгляд на нём. Смотрит с самым наиглупейшим видом. Том заставляет его вспоминать свои проблемы и тут же снова их забывать.       — У меня еда на лице? — спрашивает Том, так же смотря на него в ответ, и дожёвывает пищу.       Билл мотает головой и хватает Тома за два пальца, взглянув на них на секунду и удивившись, какими длинными, но по-мужски изящными они были. Он кладёт их в свой рот, прямо внутрь, начиная легко посасывать. Его губы растягиваются в улыбке, когда он видит, как Том приоткрывает рот, и начинает ещё медленнее обводить языком каждый палец.       Билл ощущает, как тянет у него в промежности, пока Том облизывает губы, уставившись на губы Билла. Он-то знает, о чём тот думает. Он продолжает держать его пальцы во рту до тех пор, пока Том не вытаскивает их и не прижимает Билла к себе, вгрызаясь в его губы. Билл валится сверху на Тома, оставаясь там, и настойчиво стонет, требуя позволить своему языку проникнуть внутрь. Том отвечает ему таким же стоном и кладёт руки на спину Билла, прижимая его к себе.       Билл немного меняет свою позу, пользуясь шансом, и начинает тереться о пах Тома. Это совершенно ново для них, но как же прекрасно.       Том отстраняется от губ Билла.       — Чёрт, — шепчет он. Он опускает руку, сжимая бедро Билла.       Билл прекрасно видит, в какой эйфории находится Том, и начинает поддразнивать его, просовывая одну свою ногу между его, чтобы его настойчивые движения производили максимальный эффект.       — Билл, — запинаясь, зовёт он, смотря на него полузакрытыми глазами.       С ухмылкой Билл стонет, когда это чувство заполняет его; покалывание там, внизу, и трепет в груди. Он наклоняется, чтобы прикусить мочку уха Тома и простонать в него:       — Томми.       Тот едва ли сопротивляется, теперь они оба возбуждены, и Том тяжело дышит, выпуская пар в темноту. Билл спускается вниз, всё ещё мучая его трением ткани о ткань, и немного ослабляет застёгнутый воротник Тома. Ему хочется сорвать всё к чертям, оседлать Тома прямо здесь и кричать так громко, насколько это возможно. Только он забывает про холод. Но он выбирает момент и неспешно проводит языком дорожку от ключицы Тома до его шеи, а потом челюсти, заводясь не на шутку, когда Том начинает издавать ещё больше приятных его слуху звуков.       — Хочешь меня, Томми? — Спрашивает Билл, будто издеваясь, дёргая молнию вниз наполовину и смотря сверху вниз на его лицо.       — Чёрт возьми, Билл, да, — хнычет Том. Он меняет их местами, игнорируя падающий на их распущенные волосы снег, и вглядывается в лицо Билла. — Чего ты хочешь?       В его глазах уже мелькает тревога, что доставляет Биллу только ещё больше удовольствия.       Билл чувствует руки Тома на своих бёдрах, пока они оба продолжали терзать друг друга этими соприкосновениями сквозь ткань.       — Хочу вытащить его, — шепчет он, в то время как его рука сползает вниз, чтобы нечаянно задеть выпуклость на штанах.       Том издаёт громкий гортанный стон.       — И что ты хочешь сделать с ним?       — Взять в рот, — улыбается Билл, смущаясь и ощущая сейчас всю степень возбуждённости Тома своей ладонью.       Том почти скулит.       — Билл… ты бы стал это делать? — Он придвинул лицо Билла обратно и лизнул его нижнюю губу, едва закусывая.       Взяв Тома за руку, Билл смещает её к своему паху. Том слегка надавливает, слепо повинуясь тому, что бы он хотел, чтобы сделали с ним самим. Билл протяжно стонет и закрывает глаза.       — Томми, я сделаю всё, что захочешь, если ты продолжишь это делать, — бормочет он.       Том ухмыляется и не отступает, используя другую руку, чтобы дотянуться до талии Билла и забраться под его куртку. Он нащупывает край его свитера, затем то, что было под ним, и пробирается пальцами прямо под низ. Чувствует мягкую, гладкую, тёплую кожу. Нежность.       — БЛЯДЬ! — Вскрикивает Билл, дёргаясь назад.       — Иисусе, блядь, какого чёрта? — Том резко усаживается, обеспокоенно глядя на него. — Ты в порядке?       Чёрт.       — Господи, твою мать, Том, — недовольно стонет Билл. — У тебя руки ледяные.       Том начинает смеяться.       — Прости… я хотел почувствовать тебя.       — Знаю, но мой грёбанный член только что обмяк, — недовольно произносит Билл, трогательно распластавшись на земле.       — О… так ты больше не хочешь? — Задаёт вопрос Том, стараясь скрывать своё разочарование в голосе.       Билл глубоко вздыхает и садится.       — Наверное, снег не лучшее место для того чтобы тут так резвиться, — вздыхает он.       — У нас есть палатка, — с улыбкой напоминает Том.       Билл улыбается в ответ и тянется к Тому за поцелуем.       — Я думаю, на сегодня у меня настроение уже испорчено.       Том хмурится.       — Извини.       — Ты не виноват, — уверяет его Билл, поднимаясь, чтобы согреться в своём спальном мешке.       Том вновь перебирается из своего спального мешка к нему. На фоне слышится фырканье Билла, но он не был недоволен. Том почти улыбается.       — О, ты чертовски должен мне, — дразнится Том, пока они танцуют на льду, вдвоём кружась и подпрыгивая. Он подхватывает Билла, удерживая за ноги, которые обвивают его за пояс, и ждёт поцелуя.       — Да, да, — мелодично отвечает Билл, заново запрыгивая Тому на руки и прижимаясь к его бёдрам, чтобы тот вновь вспомнил, что у него есть член и он для чего-то ещё нужен в этой жизни.       Том шипит на него.       — Эй, не здесь, у нас поблизости никакой палатки нет.       Билл смеётся и тянется вперёд, жадно целуя Тома в губы. Это маленькое озерцо; тут можно было бы вполне спокойно потрахаться. Том роняет их обоих назад, приземлившись на мягкое место, и Билл усаживается ему на колени, снова заводя его.       — Билл, не надо, — твёрдо просит Том, сбрасывая его.       Хихикая, Билл поднимается на ноги.       — Это всё потому, что ты не можешь держать под контролем своё собственное тело.       — Почему бы тебе не потрогать меня своей холодной рукой? — На полном серьёзе предлагает Том.       — Правда?       Том краснеет.       — Я буду в порядке. Прости, просто ты сводишь меня с ума.       — Ой, заткнись нахрен, мачо, — посмеивается Билл, опуская ладонь Тома на свой пах, где топорщится ткань. Том усмехается.       Они проходят ещё несколько миль, флиртуя друг с другом и чувствуя напряжение от долгого воздержания, и крепко держатся за руки.       — Ты волнуешься, что у Стэйси не было того, что ты искал? — Набравшись смелости, спрашивает Том.       Билл без промедления оборачивается к нему.       — Всё хорошо, — улыбается он.       — Точно? — Тёплый голос Тома. Он хочет знать, что Билл в полном порядке.       Прежде чем Билл успевает ответить, разговор разбавляется голосами за их спинами.       — Чёрт, пойдём быстрее, или придумай что-нибудь, — тихо говорит Билл.       Том поступает глупо, обернувшись назад, и ему не очень-то нравится представшая перед его глазами картина.       — Эм. Да, давай остановимся и перешнуруем ботинки, чтобы они прошли мимо.       Билл кивает, и они делают остановку. Двое мужчин настолько близко подходят, что почти что врезаются в них. А затем останавливаются.       — Повернись, — приказывает недовольный голос.       На секунду они замирают, а затем хватают Тома и утаскивают за собой, отводя метров на пять назад.       Билл поворачивается к ним.       — Какого хрена? Отпустите его! Что вам нужно?       — Всё, что есть. А ты сам очень даже хорошенький, — произносит заросший мужчина, уставившись прямо на Билла, и одновременно подносит пистолет к подбородку Тома.       Слава богу, теперь Билл знал, у кого из них оружие.       — Вот уж, блядь, ни за что! — Кричит Том. — Держи свои руки подальше от него.       Другой мужчина пинает Тома в бок.       — А, так он твой?       — Неважно, — презрительно усмехается Том.       — Помолчи, солнце, — строго просит Билл Тома и медленно тянется к своему собственному пистолету, пока двое мужчин, кажется, заняты его спутником.       Как только мужчина с оружием поворачивается обратно, Билл вытаскивает пистолет со скоростью света, крепко держа перед собой.       Оба бородача начинают громко гоготать.       — Мы перебираемся туда-сюда вместе уже пару лет, и ни разу за это время нас не ранили. Это мы перестреляли целую кучу людей. Кто ты такой, мать твою, и кем себя мнишь?       — У нас даже ничего нет, — настаивает Билл.       — У тебя есть задница, — посмеивается невооружённый мужчина. Билл направляет пистолет на него.       — О, милашка, ты только что совершил огромную ошибку, — смеётся другой.       Тот, что был без оружия, вынимает из кармана пальто свой пистолет. И выглядит он точно так же, как тот, что Стэйси украла у них.       — Так это вы убили Стэйси? — Начиная дрожать, требует он ответа.       — Кого?       Билл мотает головой. И думает. Ему не приходится долго это делать; он догадывается, что у них есть.       — Ладно, ладно, вы получите меня, если потом отпустите нас, — уступает Билл, зная, что не сможет завалить их обоих, и смотрит на Тома, понимая, как тяжело ему приходится держать рот на замке. Понимая, что не может допустить его смерти, ни за что.       — Секунду… — Вооружённый мужчина задумчиво смотрит на Билла, говоря в сторону. — Джон, подай им записи из нашей сумки.       Билл едва не забывает, как дышать.       «Джон» опускает рюкзак вниз, медленно расстёгивает его и вытаскивает оттуда небольшую книжечку. Том пытается выглядеть, что там, но его захватчик крепко зажимает лицо. Слишком трудно.       — Чёрт возьми, — говорит Джон, переводя взгляд с последней страницы на Билла.       — Да ведь? — Напарник спрашивает его, приподняв бровь.       — Абсолютно. Зоркий глаз, — и с этими словами Джон направляет пистолет на Билла, снимая его с предохранителя. Билл следит за его пальцем, который вот-вот нажмёт на курок, и мгновенно целится Джону в голову, делая выстрел. Без раздумий он оборачивается к другому мужчине, что удерживал Тома, и тоже стреляет ему прямо в голову, следя за его рукой, которой он готовился застрелить Тома, но теперь уже, похоже, его в первую очередь. Оба падают замертво с первого выстрела.       Том ещё стоит, залитый чужой кровью, и довольно быстро успевает отодвинуться, чтобы осколки черепа не попали на него. Не отрывая взгляда от Билла, он даже не думает пошевелиться. Он не думает, что его ноги сейчас будут в состоянии идти. Он парализован — от страха и облегчения.       — Простите! — Выкрикивает Билл и бежит прямо к Джону, выхватывая бумаги из его безжизненной руки, отбегает от Тома и нещадно рвёт их напополам, потом вновь напополам, на клочки, на маленькие частички, с которых невозможно ничего прочесть. Наверное, их там набралось под сотню, и они разлетаются из-за порыва ветра. Он снова поворачивается к Тому. — Прости!       Билл никогда не хотел причинять вновь кому-то страдания. Это была наполовину защитная реакция, но внутри всё горело от боли. Падая на колени и закрывая лицо ладонями, он плачет. Захлёбываясь в рыданиях и громко крича.       Том, наконец, отходит от шока и не спеша подходит к Биллу.       — Билл, — мягко произносит он, опускаясь рядом на колени. Не дотрагиваясь до него.       — Мне так жаль, Томми, — всхлипывает Билл.       — Я весь в крови, — сообщает ему Том, и Билл кивает.       — С тобой всё нормально? — Наконец, Билл поднимает взгляд на Тома, вытирая слёзы и успокаиваясь.       — Как ты сделал это? Где ты научился так стрелять?       — Том.       — Что было в этих записях? Билл, я не глупый, — глаза Тома темнеют, но не от злобы.       Билл оглядывает Тома, тяжесть заставляет его прикрыть веки, и он совершенно не знает, что сказать.       — То, что тебе не нужно видеть, — он шмыгает носом. — Но ты увидишь.       Он поднимается на ноги и идёт к убитым; только лишь для того, чтобы вернуть обратно своё оружие.