История государства Панемского: подобранные на земле страницы

«… Спустя три года после революции, в музей памяти жертв диктатуры был прислан альбом одной из девушек-трибутов из Первого дистрикта, Диадемы, погибшей на 74-х играх. Среди прочего, в альбоме оказалось стихотворение, рядом с которым было написано слово: „Любимое“. Стих этот нельзя назвать неизвестным. Его автор Дарий РубИн, жил еще до Темных времен и считался классиком и официальным поэтом Первого. Сборник „Песни плаща и кинжала“ изучали на уроках литературы по всей стране, но только на своей малой родине РубИн был по-настоящему популярен. Стихотворение, попавшее в девичий альбом, является образцом его творчества, в котором он не стеснялся подражать автору старой, допанемской эпохи, Рубену Дарио, у которого он не только заимствовал псевдоним, но и перелицевал одно из его великих произведений „Сирано де Бержерак в Испании“. Риторическая напыщенность, наигранный пафос и культ силы сочатся из каждой строчки Дария. Искренность и юношеская непосредственность Диадемы, полюбившей этого не брезговавшего плагиатом, неглубокого и недалекого поэта войны и агрессии, является хорошим свидетельством эффективности политики промывания мозгов в Первом дистрикте в эпоху диктатуры. Полный текст приводится ниже: „Сирано в Первом дистрикте“ Наш Сирано, воитель благородный, Преграды времени преодолев свободно, Веков, племен, реальности, пространства — Вся жизнь его — движенья постоянство, Явился к нам он, долгожданный гений, Он наш всецело — в этом нет сомнений: Во взгляде, поступи, в речах его — отвага, Подобна ножницам Атропы (1) его шпага. Пройдись, бесстрашный галл, благословенным краем, Твой гордый нос повсюду будет узнаваем. В сынах и дочерях неробкого десятка Хотя мы никогда не знали недостатка, Не встретишь среди нас пустого забияки, Кто без причины видимой развязывает драки, Но меч скрестить с противником достойным Без злобы в сердце и с душой спокойной, Чтоб выявить сильнейшего в сраженьи И заслужить народа уваженье Готовы все, готовятся с пеленок, Возьми ребят, а также и девчонок… Ты гордый твой султан перед врагом не прятал (2), Они — такие же, с тобой могли бы рядом Стоять незыблемо на поле смертной брани И ежедневные послания Роксане (3) Носить чрез линии лихого супостата — Высокая Любовь — высокой жаждет платы! — Роксаны здешние, узнал бы ты, однако, Иного рыцаря в бою не хуже… Всяко Завидуй, Сирано, подруги с нами вместе Идут дорогой славы, доблести и чести. Твоим примером вдохновляемся, учитель, Наш Сирано, в веках бессмертный победитель! Примечания составителя: 1. Атропа или Атропос — старшая мойра которая перерезает ножницами нить судьбы. 2. Упоминанием рыцарского султана короля Генриха Наваррского, который не снимал знак доблести перед врагом, заканчивается пьеса Эдмона Ростана о Сирано де Бержераке. 3. Роксана — персонаж пьесы Ростана. Возлюбленная Сирано, которой он ежедневно писал письма из армии, рискуя жизнью.» Опубликовано в: «Угли сокрытые под пеплом» (Песни сопротивления и революции). Том 5. Приложение: «Официальная литература. Писатели и поэты Капитолия и лоялистов». Составитель, автор вступительной статьи и комментариев К.Эвердин. Метрополис: Издательство «Letras goticas», 39 г. Стр. 129.