wine declines.

— Наконец-то! — с победным криком из дверей 1 гимназии вывалился Пушкин.  — Ты проучился всего лишь шесть уроков, — вдохнула Яна, устало взглянув на него.  — Шесть сложнейших уроков! — возразил Саша.  — И один провалял дурака неизвестно где, — встряла Оля.  — Я же сказал. Я был в медпункте!  — Маленький мальчик ушиб пальчик? Бо-бо пальчику, да? — издевалась Ржевская.  — Злая ты, — пробубнил Саня.  — Это что, зараза такая? — ужаснулась Солодкова. — Пушкин, тебе не стыдно?  — Ни хренулечки! Она нам просто завидует, правда, Ян?  — Чистая правда, Саш. Ребята собрались расходиться. Яне нужно было идти на хореографию, но потом она снова шла к Солодковой на ночёвку, так как у той дома никого не было, и ей было страшно. Хах, смешно. Нет, просто ночью Оля любила издеваться над русоволосой, читая ей свои любимые фанфики или заставляя её же читать их, из-за чего голос той становился безумно тонким. Но Яна тоже не промах — встретишь её ночью посреди квартиры в полной темноте — не схвати инфаркт. А ещё она может побить. Не специально, конечно, но если попытаешься отобрать у неё одеяло, то рискуешь быть согнанным с кровати и с приличной ссадиной. И всё это при том, Что Ржевская даже не просыпалась. Тем временем, вышеупомянутый Александр безуспешно пытался уговорить Солодкову впустить к себе, чтобы подготовиться к предстоящей контрольной по химии. Основным аргументом у него было то, что «ну там же будет Яночка». Оля же пыталась отговорить нерадивого друга, оперируя это тем, что русоволосая уйдёт на танцы и появиться только ближе к девяти вечера. Да что там уйдёт, уже ушла. Но для брюнета это всё ещё не играло особой роли.  — Чувак, успокойся уже! — вмешался Кирилл. — Яночка твоя любимая подойдёт вечером.  — Ааа, значит вы будете только вдвоём? — лукаво улыбнулся Саша. — Ясно-ясно.  — Чё? — тупо уставился на друга Барсов.  — Ты чего, Саш, дурачок что ли? — ухмыльнулась Солодкова. — Он уже на Виноградову заглядывается.  — Это я заметил, -подмигнул Пушкин шатенке.  — Чё?  — Чё-чё… а ни чё! Не чё, а что!  — Зануда, — протянул парень.  — Завались, — стало ответом ему. zzz В течение уже получаса Оля пыталась объяснить шатену простейшую задачу по химии на практический выход вещества, но всё без толку. Говори не говори, как об стенку горох. А всё потому, что Барсов на половине объяснений задумывался и начинал бездумно глядеть в окно. К слову, у Солодковой была очень удачна расположена комната. Так как квартира была расположена на последнем этаже, у Оли был небольшой балкон, больше похожий на террасу. Вместо стен здесь были решётки, увитые лозами, а крыша была навесная. Родители девушки, зная, что их дочь проводит большинство своего времени в месте, под названием крыша-терраса-балкон, разрешили обустроить это место более уютно. Чем та и воспользовалась, разместив здесь пару ковров, кресло, миниатюрный диван цвета кофе, несколько мягких пледов, подушек и гирлянд. Сюда шатенка выбиралась читать поздним вечером. Барсов услышал громкие щелчки перед своим носом.  — Алло, сударь! Ты чё, реально уснул? — услышал шатен, а его взгляд начал фокусироваться на окружающей обстановке. — Это лампа, охуеть, правда?  — Ещё бы ты поменьше материлась, — пробурчал Кирилл.  — Да ебать тебя трёхэтажным проёбом! — огрызнулась кареглазая. — Если бы ты поменьше отвлекался. Я тебе эту задачу не могу всю ночь объяснять.  — Не совместим я с химией, — картинно вздохнул Барсов. — Мы не подходим друг другу, не сходимся характерами.  — Хватит паясничать, а, — поморщилась Солодкова. — Ладно, я сейчас приду.  — Ага. Кирилл вышел на крышу-террасу-балкон и уселся на диван. Взглянув на панораму, которая была чуть видна сквозь листья лоз, он заметил, что на землю тёмной птицей спускались сумерки. Небо из лазурного стало приобретать по-винному розовый оттенок.  — А знаешь что? — юноша услышал приближающийся голос Солодковой. Она появилась на балконе с тарелкой сладостей и двумя чашками чая, одну из которых она протянула парню.  — А чего? — поинтересовался тот, приняв кружку и отпив, как оказалось, имбирного чая.  — Не буду я тебе химию объяснять, — заговорщицки улыбнулась девушка.  — Это ещё почему? Уже сдалась? — Кирилл посмотрел на неё из-под полуопущенных век.  — Нет. Я знаю того, кто тебе её объяснит.  — Мне это не нравится. Ты что-то задумала.  — Точнее, ту.  — Вот теперь мне это точно не нравится. И кто же это? -любопытство взяло вверх.  — Ну знаешь, — протянула Солодкова, — такая темноволосая, голубоглазая, ростом невысокая, но чуть выше меня. В футбол любит играть. А также хорошо знает химию.  — Не, не, не, так не пойдёт, — недовольно посмотрел парень на шатенку, уже откровенно сдерживающую смех. — Это не смешно.  — Как раз таки очень даже.  — Ну Оля!  — Ну Кирилл! -передразнила его шатенка. — Да ладно тебе! Я твой выбор одобряю, но не поддерживаю.  — Это почему же?  — За Юленькой стоит её парень, Никита, а значит, и вся футбольная команда. Отбить её будет, как минимум, проблематично.  — Соглашусь. Но не невозможно же.  — Скажем так: я верю в тебя, — похлопала она его по плечу.  — Звучит немного удручающе.  — Ну что ж поделать. zzz Под покровом ночи две девицы сидели на кухне и обсуждали события прошедшего дня. Время уже давно перевалило за полночь, а сна не было ни в одном глазу. Тёплый ветерок шелестел сквозь лепестки цветов, стоящих на карнизе квартир. Люди засыпали, а вот город будто отходил ото сна. На улице уже как пару часов горели фонари. Из тёмно-синего атласного неба начал накрапывать мелкий дождик. Девушкам на кухне стало явно скучно.  — Надо спать идти, — бодро проговорила Яна.  — Ты же понимаешь, что мы не уснём, — скептически уставилась на неё подруга. — Мы выпили полтора литра колы.  — Ты хочешь, чтобы я к утру как свежевыкопанный инфернал была?  — Да ты и так не блещешь смуглостью, — пробормотала Оля.  — Бессовестная, — беззлобно ответила девушка. Повисла тишина. Но не долгая, как бывает обычно. А всё потому, что Ржевская резко что-то вспомнила.  — Кстати! Ты в курсе, что Фокс на этой неделе приезжает?  — Она тебе написала?  — Агась.  — Зараза такая, — с ноткой недовольства пробурчала кареглазая. — А мне и словом не обмолвилась!  — Упс! Не надо было мне этого говорить.  — Я ей устрою. После того, как девушка немного остыла от поразившей её новости о приезде их близкой подруги, разговор продолжился.  — Видела, как Барсов сегодня на Юленьку загляделся?  — А тебе-то какое дело?  — Ну… Ты же знаешь, что у меня мозг шиппера и всё такое…  — Оль, прекращай, — русоволосая устало потёрла переносицу. — Мне эти твои штучки уже надоели.  — Вот увидишь, я сведу их. zzz Утро. Слепящее солнце решило сжалиться над простыми смертными и на время скрылись за перинами облаков. В одной из квартир две девушки безуспешно пытались встать и пойти в такую ненавистную по утрам гимназию.  — Оля, — протянула русоволосая, теребя растрёпанную шевелюру подруги, — нам надо вставать.  — Зачем?  — Как это зачем? — опешила Яна.  — Ну вот зачем? — поднялась на локтях шатенка. — Какой смысл?  — А действительно, зачем? — задумалась Ржевская.  — Ну вот и всё, — Оля отвернулась к стене.  — Не, ты от разговора-то не уходи, — Яна повернула подругу к себе лицом.  — Отстань.  — Я в тебя сейчас Фантика запущу.  — Ладно-ладно, встаю, — Солодкова начала медленно выползать с дивана и в конечном итоге свалилась с него.  — Это сейчас что за поверженный гигант вывалился? — сказала Яна, посмотрев на попытки Оли встать. — Иди в душ, чудище. Шатенка посмотрела на настенные часы и ужаснулась.  — Без тридцати семь, ты издеваешься? Всё, я спать.  — Солодкова, я ведь и пнуть могу.  — Какая ты всё-таки зануда. zzz Отсидев скучнейший урок географии, Оля заметила, что в кабинете остались они с Яной, Саша, а также Юлия Виноградова.  — Ребят, вы идите, я вас потом догоню. Юль, — обратилась она к девушке, когда остальные вышли за дверь, на что та обернулась, не отрываясь от собирания портфеля. — Ты же хорошо знаешь химию?  — Ну да, мы же вместе на курсы ходили. А что, ты что-то подзабыла? — ехидно посмотрела она в сторону шатенки.  — Да нет. Я просто не могу объяснить задачи одному человеку.  — Растеряла дар?  — Виноградова, перестань язвить. Помоги мне. Новенький, Барсов, мой хороший друг, но совершенно тупой в области химии. Сделай милость, ты же знаешь, как это раздражает, когда человек не знает элементарных основ. Не то чтобы девушки были ярыми противницами, но и нельзя было сказать, что они могли ладить между собой. Просто не общались, и всё. И обращались друг к другу за редким случаем. Задумавшись, Юля ответила через некоторое время:  — Ладно. Но тогда ты объяснишь мне физику, идёт?  — Идёт. Голубоглазая вышла из кабинета и Оля осталась одна. Она вздохнула с облегчением.  — Осталось дело за малым.