40 дней в теле Бэкхёна

— Ну, здрасте, — говорит тёмноволосая версия «себя», и Тэхён забывает, как дышать. Перед ним, поставив руки на пояс, стоит почти прозрачный мужчина, который светится синим цветом. На нем помятая белая рубашка с пятнами от крови и чёрные брюки. Волосы цвета капучино напоминают прежнего Бэкхёна, хотя, это он и стоит перед Кимом сейчас. Это выглядит так реально.  — Я сошёл с ума, — тихо бормочет Тэхён и дает себе пощечину. — Мне уже призраки виднеются, боже, это всё галлюцинации из-за сильного стресса…  — Нет, молодой человек, я реален, — твердо настаивает Бэкхён, и с губ Кима срывается судорожный вздох, сердце бьется в груди отчаянно громко. — Я, в отличии от тебя, настоящий Бён Бэкхён, президент этой компании и муж Бён Чондэ.  — Он ещё и разговаривает, — Тэхён не может сглатывать, в горле что-то застряло, дыхание сбивается к чертам. Что это всё означает? — Нет-нет, мне всё только кажется, тебя здесь нет, — альфа закрывает уши и неверяще качает головой, — всё это нереально, я просто сошёл с ума. Такого не может быть…  — Может, так и есть. Подними голову, эй, я к тебе обращаюсь…  — Не может, ты — плод моего воображения, я просто сильно отчаялся, вот и вижу призраков…  — Эй, не упрямься. Я живой, и я сейчас перед тобой, прими это, а?  — Нет, не хочу видеть тебя, тебя здесь нет! — кричит Тэхён, и силуэт исчезает. Всё-таки показалось? И следа от него не осталось, но в ушах ещё звенит его голос, чёрт, что это сейчас было? Ким испуганно оглядывается по сторонам — никого нет. Комната собраний пуста, на столе одинокие бумаги и ручки, стулья остались на своих местах, из большого окна комнаты видно, что на улице светло. У альфы дрожат колени от страха, но он кое-как собирается и встаёт, напрягается, сжимает кулаки, чтобы в любой момент нанести удар и обороняться, если на него совершится нападение, и вздрагивает от малейших звуков. — Дыши, Тэхён, дыши, — успокаивает себя и делает несколько глубоких вздохов. Это было так близко… Он же разговаривал, он же представился, как такое возможно? Хотя… Альфа замирает. Если он всё это время жил в теле Бён Бэкхёна, тогда где была душа этого альфы? Если подумать, то ему дали ограниченное время, после истечения которого он должен будет возвратиться назад, и что в этом случае может произойти с телом господина Бёна? Есть два варианта: он умрет после ухода Кима или он тоже вернется в свою жизнь. И если взять второй вариант, что более вероятно, потому что по всем медицинским показаниям его тело здоровое, то его душа жива. Тэхён закрывает рот рукой, чтобы не кричать в голос. Тогда, где всё это время она бродила? Нужно же было быть где-то: в раю, в аду или же здесь, рядом с ними? И что тогда случилось с телом настоящего Ким Тэхёна? Как же он раньше не подумал об этом? Он мертв, в коме или же душа господина Бёна заселилась в его теле? Так много безответных вопросов. Альфа с дрожащими руками трет виски, прикрывает веки, чтобы убрать беспорядок в голове, сглатывает. Зачем он убегает от проблем? Он же не трус. Настоящий Ким Тэхён всегда был известен своей прямолинейностью и силой воли. Он же самостоятельный взрослый мужчина, надо взять ответственность за свои действия, уладить сложившуюся ситуацию и с поднятой головой закончить эту миссию. Ким вздыхает и снова открывает глаза, которые теперь блестят уверенностью. От него пахнет решительностью и зрелостью, когда он очищает горло и смело произносит в пустоту:  — Если ты здесь, я хочу видеть тебя, — не проходит и секунды, как в воздухе появляется тот же холодный призрак, и по спине пробегают мурашки. — Боже, с ума сойти, такое правда бывает.  — Вот я тоже не верил, но увы, такое может произойти, — Бэкхён так безумно рад, что смог выйти на связь с юношей. — Ты, кажется, повзрослел.  — Значит, вы всё это время были рядом?  — Конечно.  — Где я спрятал последние три пачки чипсов? — спрашивает Тэхён, не полностью доверяя своим глазам.  — Под кроватью, что, конечно, очень не красиво с твоей стороны, — спокойно отвечает Бэк, и рот Тэхёна открывается от удивления.  — Какой цвет у моих боксеров сегодня?  — Ты что, сейчас серьёзно? — альфа кивает. — Почему ты заставляешь меня говорить о таких вещах? — ворчит Бэкхён и кривит лицо. — Бордовые, с сердечком на передней части.  — Боже мой! Что я ел вчера?  — Мало того, что ел куриные крылышки, так ещё и нажрался кимбапа. Тебя вообще не заботит моё пищеварение?  — Папочки, где я спал вчера?  — Снова смотрел свои дорамы и уснул на диване. Ты вообще думаешь, что мне уже двадцать шесть, и может утром моя спина будет болеть?  — Ладно! — восклицает Тэхён, — верю, но… но как?  — Не знаю… я бы хотел спросить об этом у тебя, но, — Бэкхён смотрит по сторонам и вздыхает, — давай поговорим на крыше, здесь даже у стен есть уши.       Бён выходит из комнаты и уверенно шагает в сторону лестницы, ведущей на крышу, а Тэхёну ничего не остаётся, кроме как последовать за ним. От него веет холодом, он невысокий, и это так странно, увидеть «себя» со стороны. Да, смотря на себя в зеркало каждый день, он, конечно же, считал господина Бёна красивым мужчиной, но видя его перед собой сейчас, Тэхёну кажется, что он чертовски привлекательный, даже в такой одежде и с такими волосами. Он кажется уверенным и самовлюбленным, хотя и так много ворчит. Альфа несмело опускается на бетонную землю крыши рядом с господином Бёном и устремляет взгляд вперёд, на ясное голубое небо.  — Расскажешь, как всё это началось? — начинает Бэкхён после минуты неловкого молчания, и Тэ тихо выдыхает.  — Меня зовут Тэхён, Ким Тэхён. Мне двадцать и я был недоволен своей жизнью, — альфа опускает взгляд на свои руки и нервно кусает губы. — Родители делают всё, работают до поздна, чтобы зарабатывать на жизнь, чтобы я получил хорошее образование, но… я правда не люблю это дело, понимаешь? Я не хочу становиться адвокатом, это не моё. Я люблю цветы.  — О, об этом я уже знаю, — Бэкхён переводит взгляд на альфу и кивает, в ожидании продолжения.  — В вечер, за день до того, как я оказался в твоем теле, в нашей семье произошла очередная ссора, касающаяся моей учебы. Я очень много пропустил и… не хотел даже ходить на занятия, но родители настаивали. На тот момент мне казалось, что все меня предали: и семья, и друзья, я чувствовал себя бесполезным человеком, который разочаровал своих близких, и считал, что виною всему являются деньги, — Бэкхён понимающе кивает. Чувство, что он никому не нужен, знакомо и ему. — Ведь эй, у моих богатых друзей проблем в семье не было, они занимались любимым делом, развлекались и казались счастливыми, по крайней мере снаружи. Я тоже хотел так, я бы тоже хотел родиться в хороших условиях и не заботиться ни о чём. В тот день я сбежал из дома, и накричал на него, — Ким указал подбородком на небо, и Бэк вопросительно вскинул брови.  — И?  — И тогда ко мне подсел Кёнсу, дал эту цепочку и возможность побывать в чужом теле в течении сорока дней и переосмыслить свою жизнь.  — Кёнсу? Низкий такой, с большими глазами? — Тэхён удивленно поворачивается к Бэкхёну и кивает на автомате. — Я тоже встретил его, это он сказал мне следить за собой со стороны. Не понимаю, они что, там издеваются над нами? Или им скучно.  — Боже, это на самом деле чудо, — вздыхает пораженный этой информацией Тэхён. Это всё так тщательно продумано, они даже выбрали двоих людей совсем с разными проблемами и провернули этот эксперимент. Сейчас вот Тэхён понимает, что на самом деле имел ввиду Кёнсу, когда спрашивал, чего ему не хватает. Ему много чего не хватает, но, вместо того, чтобы бороться с этим и смотреть прямо в глаза своим проблемам, Ким всё это время продолжал бунтовать и вёл себя, как ребёнок. Обвинял во всём отсутствие денег и не пытался даже войти в положение родителей. Папа, отец… чем они заняты сейчас?  — А… я хотел спросить у тебя, — нерешительно начинает Ким, привлекая внимание Бэкхёна. — Что за отношения у вас с Чондэ? Бывает, что я думаю, что вы оба безумно любите друг друга, а потом… а потом кажется, что вы совсем чужие друг другу люди, которые просто живут под одной крышей.  — Это такая длинная история.  — Я никуда не спешу, — Тэхён пожимает плечами и упорно продолжает смотреть на Бэкхёна. Ещё не верится, что он сейчас сидит рядом с ним. И, несмотря на первое впечатление о нём, с уверенностью можно сказать, что господин Бён не плохой человек. Под пристальным взглядом Тэхёна Бэкхён чувствует себя открытой книгой. И после его истории даже злиться на него нет желания. Плохие условия жизни заставляют людей на многое идти, к тому же этот опыт был нужен и ему. Наконец-то он начал замечать, как на самом деле люди обращаются с ним, что думают и что ожидают от него, в чём обвиняют. Потому что до этого он настойчиво игнорировал все эти малейшие детали, хотя в реальности вся наша жизнь состоит из мелочей. Бэкхён и представить себе не мог, что можно скучать по чувству боли, по тому, как солнечные лучи играют на лице, или по запаху дождя. Живя жизнь, как человек, было велико желание лететь, а когда наконец у него это получилось, Бэкхёну вдруг снова захотелось почувствовать землю под ногами. Следуя своим принципам, он не понимал, сколько боли причиняет дорогим ему людям. Отстраняясь от них, он бросался в объятия змей и неосознанно терял себя в этой суете чувств и эмоций.  — У меня был старший брат — Бён Бэкбом. И-и-и… это он должен был стать наследником нашей компании, — говорить об этом трудно. Бэкхён никогда и никому не открывался и не рассказывал об этом, храня всё в себе, пожирая и уничтожая себя по крупицам каждый день. — Это он должен был возглавить компанию, а не я. Но отец думал иначе. Я до сих пор помню разочарованное лицо Бэкбома, когда отец назвал моё имя, вместо него.  — Как это связано с вашим отношениями с Чондэ? — невинно проговаривает Тэхён, хотя замечает, как трудно даётся Бэкхёну каждое новое слово. Альфа опускает ничего не говорящий взгляд на Кима и продолжает:  — Тот, кто остался позади, должен был жениться на омеге из богатой семьи. Бэкбом знал, что Чондэ нравится мне, но всё равно выразил желание вступить в брак с ним, чтобы отомстить и… и всё бы ничего, но он влюбился. Он по-настоящему влюбился в Чондэ, — от этих воспоминаний глаза начали слезятся, Бэкхён помнит взгляды, которые бросал на Чондэ его хён. Помнит, как тот отказался от мести и от желания стать президентом только для того, чтобы быть с ним.  — В него не влюбиться сложно, — себе под нос бормочет Тэхён.  — Я не хотел этого, я вообще никогда не претендовал на место президента. Мне было уютно быть в тени хёна, мне нравилось наслаждаться свободой и не чувствовать ответственность, обязанность перед кем-то. Я полюбил Чондэ раньше. Он тоже чувствовал это, мы, чёрт возьми, были истинными, — Бэк облизывает сухие губы и набирает в лёгкие побольше воздуха. — Три года назад, вечером субботы, когда в здании не осталось никого, кроме нас, я подошёл к Чондэ. Я предложил ему отказаться от всего этого, сказал, что готов бросить всё, потому что терпеть всё это было ужасно. Видеть его с хёном было больно. Я был эгоистом, я предложил ему сбежать со мной, признался в своих чувствах и сказал, что готов уехать хоть на край света, если он будет рядом, — в груди стало тесно, дышать было тяжело, голос Бэкхёна начал дрожать. — Хён был там.  — Что? — переспрашивает Тэ, это на самом деле такая драма, значит, всё же любит.  — Он услышал весь наш разговор, он был зол, — даже рассказывая об этом, Бэкхён всё ещё видит перед глазами яростное выражение лица Бэкбома. — В этот вечер мы пили вместе: я и хён. Он… он обвинил меня в том, что я плохой брат. Он сказал, что ненавидит меня. Ненавидит меня за то, что я лучше него, что Чондэ любит меня, что отец предпочёл меня ему, — по щекам начали стекать первые слёзы, их последний разговор, последний момент жизни Бён Бэкбома. — Мы были пьяны, оба. Когда вышли на улицу, я отказывался отпускать его и начал следить за ним на своей машине, когда он сел в свою, — Бэк до боли прикусил губу, тихо всхлипывая. — Я не заметил подъезжающий грузовик, и меня сегодня бы не было, если бы хён не вмешался на своей машиной и не спас бы мою жизнь, — Тэхён неверяще посмотрел вправо от себя, где рядом всхлипывал этот мужчина. В груди больно заныло, оказывается, он потерял брата. — Хён, мой хён, у которого я украл всё, спас меня, жертвуя собой, понимаешь? Я был там, я видел, как его машина летит в воздухе, как опускается на землю. Я видел его лежащего в крови, я… — Бэкхён плакал, плакал от нахлынувших воспоминаний, и Тэ протянул руку, чтобы утешить его, но прикоснуться к призраку не получилось. — Я ничтожество, понимаешь? Если бы я не признался Чондэ тогда, он бы не услышал всё, мы бы не напились, и ему бы не пришлось спасать меня. Хён, мой хён умер, спасая такого, как я, — перед глазами всплыли картинки, где Бэкбом катал его семилетнего на спине, как со всей силы ударил его, когда ему было четырнадцать и он пробовал курить в туалете. Как оставил его одного в номере отеля и отправил к нему омег, чтобы у него был свой первый опыт, и как заступился за него и избил некоторых одноклассников Бэкхёна. — Это я должен был быть на его месте, я… — Бэкхён вытер слёзы и сделал глубокий вдох. Это было позорно плакать так перед этим парнем. — Береги своих близких, в этой жизни всё можно исправить, всё, кроме смерти. Может сейчас тебе это не нравится, но продолжай учиться. Занимайся любимым делом, но хотя бы посещай уроки. Кто знает, может в будущем именно с помощью своей профессии ты сможешь кормить семью. К тому же, всегда хорошо знать хоть немножко больше.       Тэхён опустил голову, думая обо всём этом. Он прав, не нужно так резко реагировать на всё. С другой стороны, ему всё стало ясно. Этот альфа чувствует себя виноватым, и теперь, глядя на него, Тэхён думает, что Бён Бэкхён правда душевно очень сильный человек.  — Ты не виноват, — выдает он, пытаясь хоть как-то быть полезным. — Знаешь, мне кажется, что ты должен любить Чондэ ещё сильнее, — Бэкхён смотрит на него с красными глазами в негодовании. — Правда, не дай жертве твоего брата быть пустой. Он сделал это для тебя, он действительно любил тебя. Думаю, время отпустить это чувство, вы уже достаточно страдали, — наступает комфортная тишина. Каждый думает о своём, разбирается со своими чувствами, думает о будущих действиях.  — А, — вспоминает Тэ, — а с Луханем у тебя что?  — С ним я был от силы раз пять-шесть, у меня нет чувств к нему.  — Что предлагаешь делать? Ты знаешь, что он ждёт твоего ребёнка? — Бэкхён цокает языком и закатывает глаза, чувствуя, что начинает раздражаться.  — Он врёт, это просто попытка выманить из меня все деньги, поэтому, — альфа берёт паузу и встаёт с места, — первым делом нужно рассказать об этом Чондэ, вставай давай, быстрее.       Они выходят из здания, когда на улице уже вечер, и направляются домой. Правда по пути Тэхён упорно пытается не разговаривать с Бэкхёном, чтобы люди не посчитали его психом. В квартире темно и тихо, когда они оба входят внутрь. Суншим спит у дивана, Чондэ нет на горизонте.  — Он в комнате, — сообщает ему Бэк, и Тэ не громкими шагами двигается в сторону его комнаты, беззвучно открывает дверь и видит маленькую фигуру, лежащую свернувшись в комочек. Сегодня все они прошли через многое, Тэхёну больно от того, что больно Чондэ. Омега игнорирует его присутствие, не реагирует на его запах и не поворачивается в его сторону. Не говорит ничего и даже не злится, когда Тэхён опускается на кровать с другой стороны.  — Чондэ, — пытается он, но тот молчит и неотрывно смотрит в одну точку, в его глазах холод, он выглядит отстраненным, и от этого альфе так больно. — Чондэ-я… Чондэ… это неправда. Лухань, он… он не беременный, он врёт, он пошёл на это ради денег, клянусь, он врёт.       Омега медленно поднимает на него глаза и моргает несколько раз. Его взгляд нечитаемый, он разбит. — Меняет ли это факт того, что ты мне изменял? — Я… — Я устал, Бэкхён. Устал бороться за внимание человека, который даже не замечает меня. Давай…  — Нет! — уверенно прерывает его фразу Тэхён, не дав даже закончить. — Нет, нет, нет. Я отказываюсь отпускать тебя. — Бэк… — Даже когда я не помнил ничего, я и моё сердце выбрали тебя. Мне не интересно, кто он и как выглядит, мне не было интересно, что за прошлое нас связывает. Я не чувствовал абсолютно ничего, когда он обнимал меня, и знаешь что? Я смущался и краснел от каждого твоего взгляда, искал тысячу и одну причину, чтобы видеть тебя чаще, чтобы вызывать у тебя улыбку, оправдывал себя, как мог, когда обнимал тебя и целовал. Это ты мне нравишься, а не он. Мои глаза отказываются смотреть на кого-то другого, когда рядом есть ты. Так что, пожалуйста, верь мне, ладно?       Нижняя губа Чондэ начала дрожать от волнения, слезы катились без остановки, это слишком. Сердце так сильно сжимается в груди, что кажется, что сейчас он задохнётся.  — Обещаешь? — спрашивает омега, едва находя в себе силы сказать хоть что-то.  — Обещаю, — звучит ясный и убедительный ответ Тэхёна, и Чондэ верит. Чондэ правда верит, поддаётся вперед в его объятия, и его обнимают, обнимают крепко, без надежды на выход. Чондэ любит слишком сильно, чтобы отпускать в момент, когда чувства Бэкхёна становятся взаимными. Может у них и правда получится, после нескольких лет переживаний, обвинений и самоистязания…       Вымотанный событиями этого тяжелого дня, Чондэ сразу же засыпает в руках Тэхёна, и Бэк не упускает момент, чтобы поговорить с Кимом.  — Знаешь, я тут долго молчал, но позволь спросить, — Тэхён наклоняет голову на бок в ожидании вопроса, чувствуя прожигающий взгляд Бэкхёна на себе. — Почему ты обнимаешь моего мужа?       Ким несколько раз тупо моргает, опускает взгляд на спящего парня в своих руках и начинает неловко кашлять.  — Это ты его обнимаешь, а не я, — отвечает он, но Бэкхёна это, кажется, не удовлетворяет. Он приближается к ним и делает неуспешные попытки устроиться между ними. — Серьезно, это же твои руки обнимают его, — оправдывается альфа, смотря на то, как этот «взрослый» двадцатишестилетний мужчина делает смешные (для Кима) лица и пытается отстранить Тэхёна от Чондэ, и когда это снова не получается, то он просто опускается на них сверху.  — Всё равно мне это не нравится, — ворчит Бэк, — иди в мою комнату, или я буду лежать так всю ночь и пугать тебя, когда ты будешь открывать свои глаза.  — Пф-ф-ф, я просто буду желать не видеть тебя и всё, — проговаривает Тэхён, сладко зевая.  — Эй, не смей спать? Эй, с тобой разговариваю, э-эй, — напрасно, Ким уже спит, и это заставляет Бэкхён издать какой-то странный обреченный звук и повернуть голову в сторону омеги. Лучше спать так, чем столкнуться с собственным лицом рано утром и получить сердечный приступ. Да, лучше всё будет так, а то может у Чондэ появятся сомнения, когда он утром не увидит «его» рядом.       Субботним утром, когда они завтракают на кухне, Тэхён предлагает Чондэ ехать с ним в Тэгу.  — Зачем? — омега недоумевает и удивляется решению мужа покинуть Сеул в выходные, чтобы навестить какого-то там неизвестного друга. — Твоих лучших друзей зовут Чжан Исин и Цзы Тао. Они оба сейчас в Китае, не помню других близких к тебе альф.  — Я только вспомнил о нём, и… мне хочется узнать, как он поживает, — не говорить же, что Тэхёну теперь нужно узнать о состоянии своего тела, узнать, как там его родители и чем занимаются. Ведь если господин Бён всё это время был рядом, то он сам должен был хоть куда-то деться.  — Ладно, я только приведу себя в порядок.       В двенадцать часов дня они выходят из дома, берут машину и уже к трём добираются до родного города Тэхёна. Сердце начинает биться предательски быстро, конечности дрожат. Альфа смотрит из окна на так ему знакомый город, вспоминает места, где был с родителями. За рулем сидит как всегда Чондэ, водит он спокойно и осторожно, но от этого волнение альфы не отступает. Он указывает омеге дорогу и просит остановить машину перед собственным домом. Дыхание перехватывает, когда он неуверенно встаёт перед дверью и несмело стучит. Что он должен сказать или спросить, что он должен делать — Тэхён понятия не имеет. Ему только хочется убедиться, что отец и папа в порядке, и что ему есть куда возвращаться. — Д-дядя, — голос дрогнет от напряжения и нарастающего чувства тревоги. Папа в это время дня всегда дома, так почему они не открывают даже спустя десять минут. — Вы знаете, где сейчас Тэхён?       Старик Кан, сосед Кимов справа, который вышел, чтобы сделать покупки, поворачивается на его голос и вопросительно приподнимает брови.  — А вы кто? — он смотрит недоверчиво, смеряя его и Чондэ оценивающим взглядом, наверно думая, что здесь делают так дорого одетые люди на такой дорогой машине. Тэхён сглатывает ком в горле и мысленно сочиняет ответ.  — Я… я друг Тэхёна.  — Друг? — переспрашивает старик, и Тэ поспешно кивает, смотря на пожилого альфу со всей своей искренностью. — А вы не знаете?  — О чём?  — С семьёй Намджуна приключилась беда. Наш Тэхён попал под машину и уже больше месяца, как он лежит в больнице, — Тэхён перестает дышать. В больнице, он сейчас в больнице… — Намджун сейчас на работе, а Джин каждый день посещает больницу. Поэтому никто и не открывает.  — В какой больнице?       Через пятнадцать минут они оказываются у порога городской больницы. Отделения реанимации и интенсивной терапии и похудевший сломленный мужчина с разбитым взглядом, сидящий на жестких креслах коридора в ожидании ничего не обещающего будущего.  — Папа, — против воли срывается с уст, и Тэхён до боли, до побелевших костяшек сжимает кулаки, чтобы не разрываться на части и не плакать прямо там, в коридоре. Как он позволил этому случиться? Больно… Больно смотреть на него, больно знать, что причина того, что глаза самого красивого мужчины на земле не сияют больше, из-за Тэхёна. Из-за того, что он всё это время думал только о себе, не пытаясь даже представить, через что проходят самые родные ему люди на всей Земле. Ким стискивает зубы и поджимает губы, не замечая взволнованные взгляды, что бросает на него Чондэ. Ноги ведут его прямо к папе, и Тэ поспешно убирает наворачивающиеся на глаза слёзы.  — К-ким Сокджин? — выходит как-то слишком боязливо и нетвердо, но в момент, когда омега поднимает на него свой взгляд, сердце наполняется теплом. Тэхен скучал.  — Да, а вы? — его волосы немножко растрепаны, на лбу морщинки, а в уголках глаз блестят слёзы, но он все равно выглядит великолепно для Тэхёна.  — Бён Бэкхён, друг Тэхёна, — отвечает он, и во взгляде папы появляется любопытство. — Как он? — Друг? Вы знаете моего Тэхёна? — альфа утвердительно кивает, продолжая смотреть на папу. Тот, как и дядя Кан минутами ранее, удивляется и напрягается, ведь он знает всех друзей своего сына. Но спустя секунды молчания глубоко вздыхает и говорит: — Не знаю, доктора говорят, что всё сейчас в руках бога. Он может проснуться в любой момент, а может и никогда снова не открыть глаза. Мы надеемся на лучшее. — Вот как, — Тэхён понимающе кивает, осматривая весь коридор, и снова поворачивается к папе. — Могу я увидеться с ним? — Вы были близки? — вопросом на вопрос отвечает омега, уловив кивок от Тэ. — Конечно, все его друзья приходят каждый день. Они очень помогают мне, я рад, что рядом с ним есть такие люди. Спасибо, что пришли увидеть его, — Джин немножко наклонят голову в знак уважения и благодарности и пальцем указывает место палаты. Чондэ остаётся сидеть в коридоре рядом с папой, а Ким уверенно входит внутрь, потому что разрешают навестить пациента только по одному. Тэхён застывает, когда видит настоящего себя, бессознательно лежащего на больничной койке под разными аппаратами. Это и правда случается? Настоящий он бледный и холодный, когда Тэ берёт свою руку, волосы уже на половину темные. Значит он всё это время лежал здесь, а родители, они… страдали.  — Это ты? — рядом слышится ровный голос Бэкхёна, что с интересом осматривает юношу. — А ты красивый. — Знаю, — Ким продолжает неотрывно смотреть на себя, игнорируя возмущенного Бэкхёна.       Через десять минут, он выходит из палаты и опускает взгляд на болтающих на креслах омег. Тэхен упирается спиной о стену рядом с дверью и любуется ими. На губах впервые за весь день появляется улыбка, когда альфа думает о том, что было бы, если он представил Чондэ папе, как своего парня. В животе летают бабочки только от этих мыслей, но он быстро приходит в себя и опускается на землю.  — У вас такой хороший муж, вы такая красивая пара, — сдержанно улыбается Джин, когда Тэ присоединяется к ним, что заставляет его густо покраснеть. — Спасибо, что пришли, я обязательно передам об этом Тэхёну, когда он проснется, — омега протягивает ему свою руку, и альфа, недолго думая, отвечает на рукопожатие и, неожиданно для Джина, обнимает его.  — Берегите себя, папа, — произносит он и отстраняется, ловя ошарашенный взгляд омеги. Тэхён растягивает губы в лучезарной улыбке, хватает Чондэ за руку и, вежливо поклонившись, покидает больницу. Омега не задает вопросов и оставляет его одного со своими мыслями, и Ким искренне рад иметь такого человека рядом, что понимает его с полуслова. — Теперь нужно исправить весь этот беспорядок, — предлагает он Бэкхёну, когда они сидят на кровати в их комнате. — Справишься? — спрашивает Бэк. — Только с твоей помощью.       Внеочередное общее собрание акционеров больше не пугает Тэхёна, когда рядом стоит Бэкхён, помогает и подсказывает.  — Прежде, чем начать голосование, у меня есть что сказать вам, — уверенно начинает альфа, готовясь произнести длинную речь, которую подготовили они с Бэкхёном в течении последних двух дней. — Я когда-нибудь нехорошо относился к вам? Не уважал, не слышал, игнорировал? — в зале наступает тишина, Тэхён сегодня как никогда уверен в себе. — Вот и славно. За последние два года у нас были самые лучшие показатели, начиная с момента основания компании моим дедом. Продажи выросли на тридцать процентов, мы открыли ещё два филиала в Пусане и Чеджу и вышли на международный рынок. О нас пишут в газетах как о многообещающей компании, крупные китайские и европейские фирмы желают сотрудничать с нами, и в предыдущем году мы были вторыми во всей Южной Корее. Что из этого не устраивает вас? — акционеры обмениваются взглядами, поражаясь тому, как умело Бэкхён справляется с ролью президента, несмотря на то, что потерял память. — Потерял память? — Тэхён хмыкает. — Не беда, она скоро вернётся, хотя уже вернулась. «Наши дети будут бегать туда сюда и опускать голову перед ним», господин Ли? — О-откуда вы? — Хм, неплохо. Но вы забываете, кто на самом деле оставил вас на этом месте, после ваших преступлений. А вы, господин Чхве, уже забыли, что для вашей семьи сделал мой отец? Веду себя по-детски? Да, может временами, но… — Господин Бён, — в комнату врывается тот же сотрудник из отдела связи, и прерывает предложение Тэхёна. — Включите телевизор, там такое… — Что случилось? — Ким Минсок в розыске. Он продал этот участок одному миллионеру, взял деньги и исчез. Оказалось, что это место никогда и не принадлежало ему, он только мошенник. И если бы мы согласились на контракт, то безусловно обанкротились, потому что ни государство, ни страховая компания не дали бы нам компенсацию за фальшивый контракт, а полиция предложила бы ждать, пока они не найдут его. Вы справились, президент.       Облегченная улыбка появилась на лице Тэхёна, Чондэ улыбнулся ему в ответ, в комнате начали горячо обсуждать случившееся. — Выбор за вами, — только и сказал Тэхён, расслабленно откидываясь на своё кресло. Через час были известны результаты: девяносто пять процентов против его отставки, три процента воздержался, и два процента за, Бён Бэкхён остаётся на посту президента, он побеждает.  — Уволен, — легко сообщает он Ли, который падает на колени и начинает просить прощение. Альфа, довольный своей проделанной работой, выходит из комнаты собраний в коридор, где и падает его маска серьёзности. Он и Бэкхён начинают счастливо прыгать на полу. — Мы сделали это! — Я горжусь тобой, осталось только… — ответно улыбается Бэк и указывает на приближающегося к нему Луханя. — Милый, ты как… — «Я заставлю его принять и уважать меня», «скажу, что беременный», «мне нужен мужчина с полными карманами» — какое из этих выражений знакомо тебе? — Откуда ты… — У-во-лен, — ярко улыбается Тэхён ошеломлённому парню, неспешно обходит его и шагает в сторону крыши.       Тэхен вздыхает и начинает радостно прыгать на крыше, глядя на солнечное небо и улыбаясь, как ребёнок. Он сделал это, нет, они сделали это: он и господин Бён. Это так трепетно, знать, что принятое им решение, пусть и связанное только с интуицией, принесло компании выгоду, хотя нет, лучше сказать, что не причинило вреда. Получилось даже закончить с этими лживыми отношениями, вернуть доверие Чондэ. Ким так горд сегодня собой.  — Спасибо, — оказавшийся рядом Бэкхён правда это имеет ввиду. Если говорить на чистоту, то на месте Тэхёна он сразу же подписал бы контракт с Минсоком, но объективное решение этого альфы спасло его компанию. — Спасибо, ты молодец, — уголки губ Тэхёна смотрят вверх, когда взгляд Бэка останавливается на счастливом парне. — Да не за что, — отмазывается Ким. — У меня есть к тебе только одна просьба. — Какая? — Позволь мне пригласить Чондэ на свидание в последний день в твоем теле, — Бэкхён замирает. Тэхён становится серьезным. — Это последний день и я обещаю, что не сделаю чего-то плохого, м?       Сердце делает неприятные прыжки в груди, эта идея на самом деле не нравится Бэку, но, если подумать, то ничего ведь не случится, да? И потом, Тэхён был честен с ним и сперва спросил разрешение, поэтому он только тяжело выдыхает протяжное «ладно». Тэхёну Бэкхён уже нравится.       Пушистые белые облака лениво плывут на ясном и чистом небе, которое завораживает своей высотой и безграничностью. Легкий ветер играет с небрежно уложенными волосами и ласкает открытую шею, тонкие лучи солнца нежно щекочут лицо, когда Ким Тэхён с переплетёнными с Чондэ пальцами гуляет по осенним улицам Сеула. Погода приятная, теплая, но руки Чондэ холодные, поэтому он сильнее сжимает его ладонь в своей. Сегодняшний день полностью распланирован Тэхёном, а омега и не протестует. Они завтракают в кафе, наслаждаясь горячим чёрным кофе и тортиком. Тэхён фотографирует их вместе, хотя Чондэ и говорит, что у него сегодня ужасный вид. Они блуждают по торговым центрам, и Тэхён покупает для омеги смешные очки и шапки, а ещё и перчатки, ну просто «скоро зима, понадобятся». Смотрят вместе фильм в кинотеатре, борются за попкорн и пьют колу. Посещают парк аттракционов и поют песню дуэтом в караоке. Сердце меняет свой ритм, когда рядом этот омега. Тэхёну так хочется остановить время и запечатлить в памяти черты его лица, его улыбку, его смех, запах, каждое его движение, каждое его слово, его неповторимый голос. Поэтому в какой-то момент Тэхён просто стоит и неотрывно смотрит на него, приближается, обнимает и целует: нежно, тягуче медленно, сладко. Они ужинают в дорогом ресторане и гуляют по ночному городу. Посещают башню Намсан, где бросают монеты в Пруд желаний и покупают замочки (три, ещё одну для Бэкхёна, по просьбе последнего), запирают их и выбрасывают ключи. Один пишет признание («люблю тебя навечно», Чондэ), другой пожелание («давай встретимся в следующей жизни», Ким Тэхён), а третий повторяется («готов пойти хоть на край света с тобой, люблю», Бён Бэкхён). Альфа просит подождать его немножко, уходит и исчезает на целых двадцать минут. Приходит обратно с горшком очень привлекательных цветов. Чондэ улыбается ему. Они сидят на скамейке на улице и смотрят на звёздное небо, когда Тэхён решает признаться. — Я не Бэкхён, — говорит после долгого молчания. Надо же, а он думал будет потруднее. Чондэ опускает свой взгляд на цветы, сглатывает, кажется, о чём-то задумывается, после поворачивается и прямо смотрит ему в глаза. — Я догадывался — его голос спокойный, он не кричит и не злится, и это удивляет его ещё больше, — сперва я думал, что это что-то вроде раздвоения личностей, но потом… — О чём ты? — брови ползут вверх, сердце бьется, как сумасшедшее. Чондэ скромно улыбается. — Бэкхён ненавидит шоколадное мороженое, не любит огурцы, у него аллергия на креветки, которые так нравятся тебе. А ещё он уверенный в себе подонок, что никогда не принимает своё поражение, никогда не извиняется и любит играть на моих нервах. К тому же он правша, и его глаза… они другие, — понимающее «а-а-а-а» срывается с губ Тэхёна. — Но кто ты тогда? — Не могу сказать, это на самом деле похоже на сказку, — альфа улыбается. Чондэ снова внимательно смотрит на него, и к Тэхёну наконец приходит осознание, что это его последний день в теле Бён Бэкхёна и что теперь он сидит перед ним не как Бэкхён. — Это тебе, — он протягивает омеге цветок, который тот принимает с улыбкой. — Это? — Азалия, — Тэхён неуверенно накрывает руку Чондэ собственной и заглядывает ему прямо в глаза. — Давай встретимся в следующей жизни, ладно? Обещай, что хотя бы тогда ты будешь моим.       Слёзы медленно опускаются по щекам, и омега протягивает свою ладонь, чтобы убрать их. Тэхён закрывает глаза и пытается игнорировать бунтующее сердце под ребрами, трется щекой о ладонь омеги и с улыбкой принимает этот скромный жест, выражающий заботу.       Эту ночь Тэхён крепко обнимает его и прижимает к своей груди. А утром, когда омега открывает глаза и поднимает взгляд, то видит ему знакомые родные глаза. Он делает попытку отстранится, мало ли настоящий Бэкхён не захочет видеть его в своих руках. Но альфа только обнимает его покрепче и шепчет возле уха тихое, но твердое «останься». — Ты уверен? — спрашивает его Чондэ, когда лицо Бэка начинает приближаться к собственному и в воздухе нарастает напряжение. — Как никогда в жизни, — улыбается Бэк и, наклоняясь, уверенно целует Чондэ.