Пять месяцев

Koda – Staying

— Будьте осторожней, — махая на прощание, улыбались родители, стоя у дома, когда последние вещи были погружены в машину. — Мы ненадолго, мам, — целуя ее в щеку, подошла я к машине, дверь которой придерживал Техен, ожидая, когда я сяду. — Я верну ее в целости и сохранности, — растягивая губы в квадрат, садится он рядом и заводит мотор. — Готова? — вопросительно смотрит он, пристегивая ремень. — Да, — выдыхаю и оставляю последний взгляд родителям, когда машина уже трогается. — Из тебя никакой гид, — усмехается он, когда я снова путаю направления и вместо поворота направо, говорю лево, которого там и в помине нет. — Ну Тэ, — жалостливо строю я милою мордашку, когда он все же включает навигатор. — Так мы быстрее окажемся на месте, а пока передаю управление музыкой в твои руки, — отдает он мне честь, мило щуря глаза от солнца, пробивающегося через лобовое стекло. — Вот, — протягиваю я уже заранее приготовленные очки и, включив расслабляющую музыку, наблюдаю за происходящим в окно, слегка играя с воздухом через опущенное стекло. — Мы на месте, — шепчет мне низкий голос в ухо, приобнимая сонное тело. — Уже? Ого, уже вечереет, — выдыхаю я, разворачиваясь к парню, чье лицо так светится радостью и невольно засматриваюсь на него. — Пора выходить, иначе мы не успеем все расставить, — целуя в щеку, выходит он из машины, открывая багажник, пока я медленно выползаю. — Это сюда ты хотел привезти меня? — удивленно ахаю я от картины, открывающейся передо мной, когда подхожу ближе к спуску. — Да, — усмехается он, поправляя вещи, тяжело свисающие с плеч. — Где ты откапал это место? — продолжаю насыщаться я красками этой природы. Небольшой спуск, ведущий к маленькому озеру, чья вода переливается кристально чистым, бирюзовым отливом, а горы напротив, ограждают его от окружающего мира. Множество растительности разбавляет вид пестрыми зелеными красками, от чего глаза получают неимоверное удовольствие, а земля у берега, кажется, совсем чистой, словно нетронутый человеком кусочек земли. — Есть связи, — подмигивая, ведет он вниз по склону, все ближе спускаясь к этому великолепию. — Нужно успеть до заката, — выдыхая, спихнул он вещи на поляну. — Так давай, — вдохновлено стала я разбирать палатку. — Подержи здесь, — кряхтел он, натягивая ткань на прутья, пока я копалась с другой стороны. — Застели внутри, а я пока схожу за ветками, — быстро увиливаю я под этим предлогом, чтобы оглядеть округу и не выполнять эту ненавистную работу самой. — Я тебя знаю, — цокает Тэ, но после, улыбаясь, соглашается. Вокруг все окрашивается в красный цвет от солнца, что спряталось за горой, поэтому, кажется, что мы вовсе не на земле, а нас окружает восхитительная природа. Небо сочетает в себе розовые оттенки, словно его раскрасили акварелью, и я не верю, что такое место вообще может существовать. Собрав немного веток, прохожу по берегу, ощущая, как теплая вода окутывает мои ступни и, вздыхая, возвращаюсь в палатку. Тихо, словно мышь пробираюсь в нее, видя, как моя любовь уже посапывает на расстеленном матраце. Ложусь рядом, боясь спугнуть, и аккуратно накрываю нас невесомой простыней, забыв закрыть палатку, откуда простирается закатный вид. — Так устал в дороге, — еле шепчу я, поглаживая его каштановые пряди, что так безжалостно закрывают его прекрасные глаза. Эти пухлые губы, что я целовала немало раз, так и манят снова. Видимо, мне не удастся насытиться ими. Эти немного оттопыренные уши с множеством проколов, тихое сопение и руки, переплетенные на животе. Боже, как я люблю все это в нем, не исключая эту милую родинку на носу, проводя по которой, он морщит нос, будто отгоняя противную муху, и я перестаю мучить его, крепко прижимаясь всем телом. Утро встречает меня яркими лучами солнца, так сильно бьющими в глаза и большими руками, крепко прижимающими меня к вздымающейся груди. — Проснулась? — хрипло шепчет он, заправляя выбивающуюся часть волос за ухо, когда я поднимаю на него полуоткрытые глаза. — Давно не спишь? — пытаюсь встать, но упираюсь макушкой в потолок палатки, чем вызываю у парня смех. — Недавно, — поднимается он, приглашая выйти наружу. — Пойдем, нужно поесть. — Долго ты там? — кричит нетерпеливый голос, когда я выглядываю из палатки, переодеваясь в купальник. — Да подожди ты немного, я не ты, — ворчу я, пытаясь справиться с этими сложными завязками. — Ну вот, готово. Только давай вместе, — переплетая руки в замок, делаю я шаг вперед, и пальцы ног прикасаются к прохладной воде, омывающей берег. — А вот и нет, — усмехается Тэхён, хватая меня на руки, и кидает в пучину воды. — А вот это ты зря, — выныривая, смеюсь я над убегающим парнем, чьи ноги высоко поднимаются над водой, пытаясь как можно быстрее справиться с ее сопротивление, и выйти на берег, а руки расставленные по сторонам, стараются найти баланс, чтобы не упасть. Но, нагоняя его, возвращаю ко мне, прыгая на спину, от чего мы снова погружаемся под воду, создавая множество пузырьков вокруг. — Я люблю тебя, — неожиданно шепчет он на ухо, когда я сижу на его бедрах, удобно устроив шею на его плечо, стоя по грудь в воде. — Тэхён, — резко поднимаю голову, смотря на слишком серьезное лицо парня. — Я тоже, — проведя по мокрой щеке, приближаюсь к его губам, когда он снова погружает нас под воду, заставляя жадно впитывать кислород, который может дать только он, и растворяюсь в этих ощущения, как и кислород, исчезающий из легких. — Здесь так хорошо, но завтра уже домой, — грустно выдыхаю я, лежа на широком покрывале, подготовленным, чтобы лучше рассмотреть вечернее небо, постепенно погружающееся в темноту. — Сегодня я не усну, — шепчет он, поворачиваясь боком. — Было бы прекрасно, соня, — усмехаюсь, повторяя за его действием, и смотрю в эти глубинные глаза. — Тэхён, я… я хочу, чтобы ты не мучил себя, когда я перестану… — пытаюсь начать я, но он лишь резко приподнимается, подставляя моему взору свою спину. — Нет, — шипит он, ударяя по земле. — Я не оставлю тебя, как бы ты не просила. Мы найдем выход, сможем, — все повторяет он и я успокаивающе, приникаю к спине, обхватывая ее руками, и заглядываю на обеспокоенное лицо. — Больше никогда не напоминай об этом, — качает он головой, забирая мои руки в свои. — Хорошо, — понимая, что взбаламутила старую тему, которая приносит много боли, успокаивающе киваю. — Столько звезд, — восхищаясь, открываю я рот открывающемуся небу, что усыпано многочисленными звездами. И пусть это всего лишь горящие газовые шары, но они так прекрасны. — А знаешь, какая звезда для меня самая красивая? — нависая надо мной, загадочно улыбается он, но через секунду улыбка исчезает с его лица. — М? Только не… — закатываю я глаза, понимая, к чему ведет этот мастер пикапа. — Бёль*, — выдыхает он, и я ощущаю тяжесть его тела, когда наши губы соприкасаются. Его горячее дыхание и легкий ветерок, блуждающий по телу создавали необычайный контраст температур, заставляя покрыться мурашками и сильнее прижиматься к горячему телу. — Бёль, — на секунду отрываясь, пытается он что-то произнести, но я затыкаю его поцелуем, не желая останавливаться. — Но, — снова шепчет он, качая головой. — Тэхён, прошу, пока я могу видеть, позволь, — сжимаю я его волосы в руках, подаваясь навстречу открытым губам, жадно проникая языком. Легкая футболка быстро сползает с меня, заставляя залиться краской от смущающего взгляда парня, но когда из моих уст вырывается полустон от губ, что так нежно сжимают мой сосок, мои мысли уходят на второй план, и я отдаюсь неизвестному желанию. Руки тянутся к его теплому телу, проводя по острым ключицам и сжимая шелковистые волосы, а его рука медленно скользит по ноге, поднимаясь все выше, и выше, и выше, заставляя дрожать мое тело и сомневаться разум, но сомнения уходят с каждым его трепетным поцелуем. Его глаза, спрашивающие разрешения, в немом молчании скользя по телу, получая кроткий кивок, и я закрываю глаза, пытаясь выкинуть страх из головы. Изящные пальцы скользят по моим изгибам, и я слышу неровный выдох, когда они задевают резинку трусов, мучительно медленно спуская их по ногам. Смущение сразу же накрывает меня, заставляя ерзать от жара, резко прокатившего волной по телу, но после того, как он аккуратно разводит ноги в стороны, скользя пальцами по нетронутому бутону, я втягиваю живот, пытаясь отогнать его пальцы дальше, чувствуя странную тяжесть в животе. Тэхён поднимается к моему лицу, проводя дорожку прохладного воздуха носом, скользящему по животу, груди, шее, и накрывает мой рот в успокаивающем поцелуе, когда вместо руки, я чувствую что-то горячее, прикасающиеся между ног, и я нервно сглатываю, смотря в его глаза.  — Будет больно, — не обманывая, шепчет он, и ком в горле мешает сказать хоть что-то в ответ. — Просто смотри на меня. — Ладно, — выдыхаю, готовясь к тому, что он войдет в мое тело, навсегда ставя на нем печать своего присутствия в моей жизни. Рука накрывает мою щеку, нежно утирая слезу, что так внезапно скатывается по щеке, когда резкая боль пронзает тело, сменяясь спокойствием. — Можешь держаться за меня, — выдыхает он, набирая темп, видя, как меняется мое выражение лица, и я хватаюсь за широкие плечи, неконтролируемо царапая их, когда возбуждение сменяет боль, прося большего. Стоны становятся громче, рывки резче, а его рычание в шею горячее, заставляя пылать в этом огне. — Я люблю тебя, — крепче прижимаюсь к усталому парню, что продолжает, рвано выдыхать. Так и засыпаю нагишом, даже не заботясь о том, что нас могли видеть, когда его руки скрещиваются на животе, а губы мягко целуют в лопатку, погружая в сон. — И я тебя, — последнее, что я слышу, улыбаясь между сном и реальностью. — Теперь ты готова? — спрашивает мама, поглаживая меня по голове, когда мы все сидим в зале за увлекательной комедией. — Ты должна, я буду рядом, — улыбается Тэхён, слыша наши разговоры с мамой, когда что-то бурно обсуждал с отцом, прервавшись для поддержки. — Хорошо, — киваю я, понимая, что меня ждет, но желание быть с ним рядом в качестве девушки, а не тягостного груза, заставляет согласиться. — Тогда я звоню врачу, — вставая с места, радостно идет мать к телефону из которого раздаются гудки.