On the Other Side

      По возвращении в резиденцию, Сехун решает зайти к Бэкхёну в комнату и поблагодарить за помощь. Он поднимается по лестнице, и чем ближе подходит, тем более слышимыми становятся стоны, скрип кровати и выкрикивания «Чанёль!» — Сехун не был готов к подобному исходу событий. Он рассчитывал, что блондин послушает его совета, соберёт вещи и вернётся в Корею, но нет — всё закончилось совершенно иначе.       Он разворачивается настолько резко, что практически теряет равновесие, а затем быстрым шагом направляется в гостевую комнату и, не раздеваясь, забирается под одеяло. В голове по-прежнему стоят стоны Бэкхёна и оказывают сопротивление, когда Сехун пытается их прогнать. И тогда он вспоминает те минуты в туалете клуба, пока Чанёль не решил всё испортить. Бэкхён был невероятно горяч — вкус его губ приятно отдавал алкоголем с дурманящим наркотиком, высокий голос безостановочно выкрикивал возбуждающее «Сехун!», а горячие руки путались в прядях волос.       Сехун лежит под одеялом, чувствуя, как начинают натягиваться его нервы. Возбуждение завязывается в узел внизу живота, и парень пытается думать о чём-то другом, но картина подпрыгивающего на его коленях Бэкхёна настойчиво продирается через его сознание. Он изо всех сил старается противостоять растущему в нём желанию, но полностью теряет над собой контроль, когда понимает, что стоны Бэкхёна звучат вовсе не в его голове — гостевая комната оказалась в опасной близости от спальни блондина.       Сехун слушает громкие «Чанёль!», сопровождаемые нескончаемыми стонами, и ему хочется лезть на стенку. Он со слезами на глазах тянется вниз, расстёгивает ширинку брюк и запускает руку в нижнее бельё, длинными пальцами обхватывая член. Сехун ласкает себя, в то время как нервы вытягиваются в тугую струну от осознания того, что в какой-то извращённой манере ему нравится, что не он является причиной стонов Бэкхёна.       Он чувствует себя грязно, отвратительно, жалко, но у него не получается остановиться. Голос блондина дразнит его барабанные перепонки и терпеть становится совершенно невозможно. Сехун увеличивает темп движений, его дыхание начинает сбиваться, а с губ срываются непрошеные стоны. Парень молит, чтобы этот кошмар поскорее закончился, и он смог бы поддаться влиянию угрызения совести, но понимает, что кульминация ещё неблизко. Бэкхён кричит громко, почти плачет от удовольствия, и Сехун возбуждённо рычит. Пальцы быстро скользят по стволу члена, который буквально умоляет о том, чтобы ему оказали должное внимание. Парню хочется сорваться с места, выбить дверь в спальню Бэкхёна, к чёртовой матери выгнать Чанёля, и трахать блондина до тех пор, пока у него не начнут проноситься звёзды мимо глаз — но он не может.       Он слышит дрожащий голос Чанёля, который сообщает, что «уже совсем близко, Бэк», и Сехун резко переворачивается на живот, забывая о швах на раненом плече, и упирается членом в руку. Сейчас ему даже плевать на то, как жалко он выглядит, ведь всё, о чём он может думать — успеть кончить одновременно с Бэкхёном. Он совершает ритмичные движения, приподнимая ягодицы, и отчаянно ударяется бёдрами о постель.       Стоны Бэкхёна становятся всё громче и короче, и у Сехуна напрочь сносит крышу. Буквально на секунду в спальне блондина повисает тишина, и в следующее мгновение ушей парня достигает протяжный, полный наслаждения и невероятной сладости, стон. Сехун вытягивает пальцы ног, напрягается всем телом и делает несколько дополнительных толчков бёдрами, прежде чем кончает в руку.       Он утыкается лицом в подушку, прикусывая ткань зубами и заглушая вырывающиеся наружу стоны. Волны удовольствия кажутся настолько интенсивными, что парень начинает тихо скулить.       Никто и никогда не сможет заставить его чувствовать то, что он чувствует благодаря Бэкхёну — это неоспоримый факт и главная проблема О Сехуна.

***

      Сехун просыпается не столько от боли в плече, которую спровоцировал часами ранее, сколько от пожирающей изнутри грусти. Ему невероятно стыдно за то, что он сделал, но это чувство не сравнится с обидой, вызванной бурным примирением Чанёля и Бэкхёна. Парню хочется собрать вещи и улететь в Китай, чтобы больше не сталкиваться с воссоединившейся парой, но принятие подобного решения требует обсуждения с боссом — Чжан Исином.       Сехун поднимается на локтях, оглядывает комнату и устало зевает. Судя по всему, он проспал около шести часов. Как только парень встаёт с кровати и натягивает на себя футболку, в дверь стучат и практически сразу же в спальню заходит босс.       — Ты не вернулся вчера ночью, — даже не потрудившись поприветствовать своего сотрудника, холодно произносит Исин.       — Ах, ну прости, что мне в плечо всадили нож и мне некогда было отправить тебе сообщение, — язвительно отвечает парень, громко фыркая.       — Ты должен был закончить моё поручение, остальное меня не касается.       — Не волнуйся, — усмехается Сехун. — Всё схвачено.       Исин хмурит брови и слегка качает головой. Он разворачивается, уже собираясь уходить, как вдруг Сехун снова заговаривает.       — Ты обещал, что всё получится. Какой толк говорить слова, если они ничего не стоят? — раздражённо спрашивает парень.       — Какой толк от тебя, если ты ничего не делаешь? — острит Исин, улыбаясь уголками губ.       — Ясно, — отвечает Сехун и отворачивается к окну. — Иди, куда шёл.       — Идиот, — смеётся босс. Он проводит рукой по волосам, уложенным гелем, и поправляет галстук. — Не вини меня в том, что у тебя не получилось его удержать. Я сделал всё от меня зависящее.       — Зависящее? Ты ведь просто дал мне наркотик.       — Да, а потом принял тебя на работу, — с напряжением в голосе произносит Исин. Он двумя пальцами обхватывает переносицу и выдыхает. — Слушай, не мои проблемы, что этот блондинчик не захотел с тобой встречаться.       — Почему… почему из всех студентов университета ты выбрал именно меня? Почему поплёлся за мной в клуб, выслушал мою слёзную историю? Каким образом получилось, что в тот же вечер, буквально через двадцать минут я встретил его? Это затянувшийся кошмар, и я хочу, чтобы он закончился. Мне не нужно было брать у тебя наркотик. Я до сих пор чувствую себя паршиво из-за того, что случилось — я разрушил пару, и сам остался ни с чем.       — Ты снова начинаешь? — раздражённо спрашивает Исин, закатывая глаза. — Прекрати уже ныть, соберись и принимайся за работу. Я плачу тебе не за то, чтобы ты распускал сопли из-за какого-то парня. Смотреть противно.       Исин хватается за ручку двери и выходит из комнаты. Сехун бессильно валится на кровать, сворачиваясь в клубок, и обхватывает себя руками. Ему тошно от самого себя. Никто, кроме него и Исина не знает, что произошло в том клубе на самом деле.       Тогда Исин только прилетел из Китая и практически сразу же отправился в один из самых престижных университетов Сеула для поисков потенциальных сотрудников для своей компании среди студентов, у которых был высший балл по всем предметам. Его выбор остановился на одном из самых лучших — О Сехуне. И парень был вроде как рад столь удачно подвернувшейся возможности, но всё же его что-то беспокоило. Исин пригласил Сехуна выпить, и у того под воздействием алкоголя в крови развязался язык — он подробно изложил всю историю дружбы с Чанёлем и Бэкхёном. Спустя полчаса сухих слёз и пятой рюмки соджу, Сехун поднялся с места и попросил подождать, пока не вернётся. Продираясь сквозь толпу танцующих людей, он заметил до боли знакомое лицо — на него смотрел, не отрываясь, Бён Бэкхён. Сехун жестом показал ждать на месте, а сам резко метнулся в сторону барной стойки, за которой сидел Исин.       — Он здесь, боже. Бэкхён здесь, — быстро проговорил Сехун, дёргая парня за рукав.       — Успокойся, просто ответь на один вопрос: ты всё ещё любишь его? — повернув голову к Сехуну, спросил Исин. Он сузил глаза и пристально посмотрел на парня.       — Люблю, — уверенным голосом ответил Сехун.       Исин потянулся в карман своего пиджака и выудил маленький пакетик с белым порошком. Сехун вопросительно посмотрел на него, а затем перевёл взгляд на парня.       — Что это? — спросил он, нахмурив брови.       — Твой шанс заполучить то, что по праву принадлежит тебе. Возьми, подсыпь ему в напиток, — Исин заметил искру, блеснувшую в глазах парня, — сам ни в коем случае не принимай — крышу снесёт так, что собственное имя забудешь.       — И что потом?       — В этом клубе до безобразия чистые туалеты, — с намёком в голосе произнёс Исин.       Сехун помедлил ещё несколько секунд, а затем выхватил наркотик из рук парня. Он заказал две порции виски и в одну из них добавил половину содержимого пакетика. Глубоко вздохнув, он развернулся и направился к Бэкхёну.       — Привет, рад тебя видеть, — неуверенно сказал он, стараясь не смотреть блондину в глаза. — Хочешь выпить?       Бэкхён не мог отказать.       — Конечно.       Бэкхён принял напиток из рук Сехуна и неловко сделал первый глоток.       — Мне на самом деле очень жаль, что всё так вышло, — виновато произнёс он.       — Тебе не нужно извиняться за то, что ты меня не любишь, — слегка усмехаясь, ответил Сехун.       — И всё же мы были лучшими друзьями — ты, я и... Чанёль.       Сехун едва заметно поморщился при упоминании имени человека, который лишил его любой надежды на совместное будущее с Бэкхёном.       — Ты один? — спросил он, меняя тему.       — Нет, с ребятами, — блондин повернул голову в сторону одной из ВИП-комнат и кивнул. — Если босс Лу платит, никто не возражает.       Он улыбнулся, но уже через секунду его лицо болезненно скривилось. Блондин схватился за плечо Сехуна и наклонил голову.       — Бэк, что с тобой? — стараясь не выдавать волнение в голосе, спросил Сехун.       — Виски в голову ударил, — ответил блондин. — Дай мне минутку.       Сехун спохватился, понимая, что ему нужно действовать так же, чтобы позже Бэкхён не задавал лишних вопросов. Он схватился одной рукой за висок и жалобно застонал.       — Чёрт, моя голова, — проскулил парень. — Должно быть, что-то не так с этим виски. А ведь говорили, что он самый лучший.       — Мне надо охладиться.       — Бэк, подожди, — Сехун подхватил блондина за поясницу, помог ровно встать на ноги и повёл через весь клуб в сторону туалетов.       — Спасибо, — поблагодарил Бэкхён, когда ополоснул лицо холодной водой.       Сехун подошёл ближе, едва касаясь блондина плечом, и выдохнул.       — Сехун, я... — начал Бэкхён, но не успел закончить предложение, так как его голова резко закружилась, и он начал терять равновесие. Сехун успел подхватить его за талию и вернул в стоячее положение.       — Будь осторожнее, — беспокойно произнёс парень. Бэкхён поднял голову, и Сехун осознал, что расстояние между ними катастрофически мало — всего каких-то десять сантиметров. Около минуты они смотрели друг другу в глаза, а затем Сехун осторожно наклонился, сокращая дистанцию. Его губы находились в опасной близости от губ Бэкхёна. Он начал чувствовать, как его сердце заходится, а дыхание учащается. Нервы завязались в тугой клубок, и парень сглотнул накопившуюся во рту слюну. Он аккуратно приблизился к губам Бэкхёна и, едва касаясь, провёл по ним языком. Блондин не сопротивлялся — наркотик будто парализовал его и заставил отказаться от всех своих принципов и существующих привязанностей. Он тихо застонал и подался чуть вперёд, приоткрывая рот.       У Сехуна снесло крышу. Парень не стал ждать и думать о том, насколько ужасно поступал — он хотел Бэкхёна больше всего на свете.       Он положил руки на его талию, приподнял над полом и усадил на край раковины. Возбуждение захлестнуло его с новой силой, когда Бэкхён обвил руками его шею, притягивая ближе. Он неловко мазал поцелуями по его щекам и губам, руками перебирал пряди волос и сладко постанывал.       — Сехун, Сехун, Сехун... — безостановочно повторял Бэкхён, отрываясь от мокрых поцелуев.       Сехун переместил руки с талии блондина на его бёдра и уткнулся лицом в шею, покусывая кожу и оставляя чёткие следы.       — Сехун... — простонал Бэкхён парню на ухо.       Никогда в жизни Сехун не испытывал ничего подобного. Возбуждение было настолько сильным, что парню казалось, будто своим членом он мог проломить стену.       Он положил руки под ягодицы Бэкхёна и поднял его с раковины. Не отрываясь от поцелуя, Сехун открыл кабинку туалета и вошёл внутрь. Он опустил крышку и сел, посадив блондина себе на колени. Бэкхён широко расставил ноги и путающимися пальцами потянулся к ширинке джинсов Сехуна, в то время как тот боролся с замком брюк блондина.       Бэкхён резко поднялся с коленей парня, быстро расправился с ширинкой и одним движением стянул брюки по щиколотки, носками помогая снять их окончательно. Сехун вытащил член из нижнего белья и потянул Бэкхёна на прежнее место. Блондин постанывал от удовольствия, ягодицами касаясь горячих бёдер парня и снова уткнулся в его шею, тяжело дыша. Сехун обхватил член рукой и осторожно ввёл в парня.       Бэкхён громко простонал и всем весом своего тела сел на член. От резкого и столь приятного действия Сехун зарычал и выдохнул оставшийся в лёгких воздух.       Блондин с наслаждением двигался на члене, с каждой минутой увеличивая темп, и покусывал плечи Сехуна, пытаясь заглушить громкие стоны.       — Я люблю тебя, Бэк, — прошептал Сехун на ухо блондину. — Я так сильно люблю тебя.       Бэкхён перебил парня поцелуем и продолжил двигаться, громко постанывая в его губы. Сехуну хотелось, чтобы время остановилось, и они навсегда остались в этом моменте. Он хотел наслаждаться прикосновениями блондина, его приятным сладким запахом, высокими стонами и тем, как он кусал его плечи.       Он даже понять не успел, как дверь кабинки резко открылась, и момент был разрушен бесцеремонно ворвавшимся внутрь Чанёлем.       Из столь болезненных воспоминаний Сехуна возвращает к реальности настойчивый стук. Парень нехотя поднимается с кровати, вытирая непрошеные слёзы, и направляется к двери. Он хватается за ручку и тянет на себя.       — Я хотел извиниться, — произносит стоящий на пороге Бэкхён.       — Извиниться за что? — удивлённо спрашивает Сехун. Несколько секунд он вспоминает события прошедшей ночи, и его осеняет. — Будешь просить прощения за Чанёля?       — Я рассказал ему правду. Ему потребуется немного времени, но он простит тебя.       Сехун горько усмехается. — Не обманывай себя, Бэк — он никогда не сможет простить меня.       — И всё же… — начинает блондин, пытаясь улыбнуться, — он будет стараться. Не забывай, что у него получилось простить меня—       — Он простил тебя, потому что ты не был виноват. Простил, потому что любит тебя. Мы не похожи, Бэкхён. Я был для него лучшим другом, который однажды стал преградой. Я не обижаюсь, что он выбрал тебя. Я бы поступил точно так же.       Бэкхён нервно посмеивается и шутливо отмахивается. — В любом случае, сегодня Лу Хань угощает, так что приходи.       — Ага, обязательно, — раздражённо отвечает Сехун и закрывает дверь перед носом Бэкхёна.

***

      Чанёль ёрзает на заднем сидении машины. Бэкхён кладёт руку ему на колено и ласково поглаживает.       — Бэк, я не думаю, что у меня получится, — признаётся гигант. Он любит Бэкхёна и никогда больше не позволит себе подвести его. Ему страшно, что когда-то случившееся снова повторится, а также страшно из-за того, что Бэкхён может оставить его.       — Ёлли, всё будет хорошо. Я не отойду от тебя ни на шаг. Но ты должен понять, что нужно научиться прощать людей. Кроме того, Сехун, как и я, ни в чём не виноват, — кладя голову на плечо беспокойного парня, говорит он. Чанёль заметно расслабляется и обнимает блондина за талию.       — Да, но не думаю, что он не наслаждался этим, — кривится гигант, вспоминая момент, когда открыл дверь кабинки туалета и увидел Бэкхёна на коленях Сехуна. — Он ведь любит тебя. До сих пор, Бэк.       — Чанёль, подумай сам — стал бы он убегать, когда понял, что больше не может бороться? Сехун сделал выбор и дал нам с тобой шанс. Я очень ему за это благодарен, хоть это и было тяжело.       Чанёль замолкает. Ему на самом деле нечего сказать. Сехун действительно не стал вмешиваться, и с точки зрения гиганта это был великий поступок, ведь сам он никогда бы не смог отказаться от любви ради того, чтобы кто-то другой был счастлив.       — Наверное, я эгоист, — признаётся парень. Он поворачивает голову набок и целует Бэкхёна в макушку. — Прости меня. Я больше никогда не подведу тебя.       — Я верю тебе, Ёлли, — шепчет Бэкхён. Он длинными пальцами обхватывает огромную ладонь Чанёля и закрывает глаза.       Всю оставшуюся дорогу они молчат и наслаждаются тишиной.       Чанёлю кажется, что он задремал. Бэкхён нежно гладит его по щеке и шепчет. — Ёлли, мы приехали.       Гигант открывает глаза и сонно смотрит на улыбающегося парня, который тут же тянется губами к его векам и целует.       Автомобиль останавливается на парковке рядом с неприметным на первый взгляд зданием. Бэкхён выглядывает в окно и усмехается.       — Лу Хань мог бы выбрать что-то подороже, — с оттенком разочарования произносит он.       — Не суди книгу по обложке, — смеётся Чанёль.       — А ты значит во завсегдатаи записался? — с ухмылкой спрашивает блондин. Он выходит из машины и разглаживает слегка смявшуюся одежду. Чанёль, заметно повеселевший, выходит следом и крепко прижимает парня к себе.       — Ну надо же мне было как-то справляться с душевной болью, — надув губы и стараясь не смеяться, отвечает красноволосый. — А что как не хорошая выпивка, умеющий слушать бармен и девушки в коротких юбках, может скрасить печальные дни в этой дождливой стране? Ох, европейки такие горячие.       — Да пошёл ты, Пак Чанёль, — обидевшись, говорит Бэкхён. Он вырывается из объятий гиганта и спешит ко входу, у которого стоит вышибала, но не успевает сделать и трёх шагов, как парень за запястье тянет его обратно и целует. Бэкхён растворяется в моменте и успокаивается. Его руки обвиваются вокруг шеи Чанёля, и он едва слышно постанывает ему в губы.       — Снимите уже комнату, — смеясь, произносит женский голос. Чанёль открывает глаза, не отрываясь от поцелуя, и видит служанок Лу Ханя — Бору и Хану. Они одеты в короткие платья и туфли на каблуках и совсем не смахивают на тех, кто по утрам заправляет за кем-то постель. Чанёль посмеивается в губы Бэкхёна, и блондин отстраняется, поворачиваясь на смех девушек.       — Вау, а вы здесь что делаете? — с удивлением в голосе спрашивает он.       — Господин Лу сказал, что мы можем поехать вместе со всеми, — отвечает Бора.       — Отдых никогда не повредит! — пародируя голос Лу Ханя, подхватывает Хана. Девушки переглядываются и заливисто смеются. Бэкхён едва заметно закатывает глаза и старается сдержаться от колких комментариев.       — Хорошо проведите время, — говорит он. Девушки улыбаются и направляются ко входу в клуб, без каких-либо проблем проходя фэйс-контроль.       Когда же очередь доходит до Бэкхёна, вышибала перекрывает вход и мотает головой.       — Что не так? — спрашивает он Чанёля. Английский Бэкхёна настолько плох, что он даже не может спросить вышибалу лично.       Красноволосый подходит к рослому мужчине на шаг ближе и на беглом английском начинает расспрашивать, почему его парня не хотят пускать. Когда он слышит ответ, то возмущённо начинает что-то доказывать, и от его глубокого голоса у Бэкхёна по коже пробегают мурашки. Спустя несколько минут разбирательств, блондин слышит чёткое «Лу Хань» из уст Чанёля, и вышибала широко раскрывает глаза. Даже без знания английского Бэкхён понимает, что мужчина начинает извиняться.       — Такой кретин, — возвращаясь к родному корейскому, говорит Чанёль. — Наверное, он работает только первую неделю, потому что совсем не знаком с порядками этого места.       — Так а что случилось? — спрашивает блондин.       — Ему пришлись не по вкусу «азиатские педики», и он решил, что круто будет не пропускать их внутрь, — зло выплёвывая каждое слово отвечает Чанёль. Бэкхён устремляет на мужчину взгляд возмущения и кривит губы.       — А я-то думал, что в Европе с этим терпимее. Чёртовы белые! — ругается Бэкхён, но Чанёль тут же тянет его в успокаивающие объятия, и блондин расслабляется.       Они стоят, наслаждаясь теплотой друг друга до тех пор, пока из клуба, прикуривая сигарету, не выходит высокий парень. Чанёль выпускает Бэкхёна из объятий и радостно приветствует незнакомого для блондина парня.       — Крис! — улыбается гигант. — Я рад, что сегодня твоя смена.       Парень затягивается, выпускает изо рта дым и холодно улыбается. — Чанёль.       — Помнишь, я рассказывал тебе про Бэкхёна?       — Да... а что, этот коротышка — он самый? — усмехаясь, спрашивает Крис и оценивающим взглядом смотрит на блондина.       — Как ты меня назвал? — раздражённо спрашивает Бэкхён.       — Брось, Бэк, он шутит, — смеётся Чанёль. — Это у него фишка такая — притворяться холодным парнем. На самом деле он душка.       — Ты кого тут душкой назвал? — переходя на китайский, спрашивает Крис, угрожающе тряся кулаком. Чанёль отчаянно мотает головой, так как понимает, по какой именно причине парень заговорил на другом языке. Но тот, кажется, совсем не понимает отчаянных намёков гиганта. — Глупо было с твоей стороны прощать эту шлюху. Ты же знаешь, что люди не меняются — он изменил тебе раз, изменит и второй.       Бэкхён переводит взгляд на Чанёля и складывает руки на груди. Гигант виновато улыбается и нервно посмеивается. Крис, к удивлению блондина, продолжает говорить.       — А Сехуна я бы даже обвинять не стал. Ты посмотри на эту куклу — немного косметики, и он превратится в типичную давалку. Знаешь, лучше бы ты продолжил развлекаться с тем парнем. Как там его звали? — размышляет Крис. Он бросает сигарету на землю и тушит её пяткой.       — Я, конечно, прошу прощения за то, что перебиваю, — откашливается Бэкхён, привлекая к себе внимание. Крис шокировано приоткрывает рот, когда понимает, что блондин говорит по-китайски. — Просто хотел согласиться с тобой. Видишь, Чанёль, твой прекрасный друг тоже считает, что не стоит злиться на Сехуна.       С этими словами он проходит мимо Криса и скрывается за дверьми клуба.       — Почему ты меня не предупредил?! — заикаясь, кричит долговязый парень.       — В смысле не предупредил? А значит это, — он начинает мотать головой из стороны в сторону, словно мельница, — тебе странным не показалось?       Крис раздражённо выдыхает. — Вали внутрь — Хань и его новая сучка уже там.       — Сучка? — хмуря брови, спрашивает гигант.       — Кореец. Назвался Минсоком.       — Господи, Крис, — Чанёль закатывает глаза. — Прекрати ненавидеть каждого парня, с которым знаком Хань.       — Я и его ненавижу, — признаёт он.       — Господи, да за что? За то, что он познакомил тебя с тем идиотом? Не выискивай везде потенциальную угрозу.       — Да? Лу Хань знаком с Бэкхёном, который оказался шлюхой, — он загибает палец каждый раз, когда перечисляет. — Знаком с Сехуном, и с этим ублюдком Цзытао.       Чанёль в очередной раз закатывает глаза и тянет руку, хлопая Криса по плечу. — Забудь его и прекрати вести себя как мудак.       Крис только усмехается в ответ.

***

      Бэкхёну нужно выпить чего-нибудь крепкого, да побольше. Он разочарован в том, что Чанёль рассказывал обо всём случившемся постороннему человеку и более того — спал с каким-то парнем.       Блондин продирается сквозь толпу людей, которых оказалось слишком много для столь неброско выглядящего изнутри здания. Внутри клуб отличается от всего, что когда-либо видел Бэкхён — изысканный дизайн, высочайшее качество освещения, цвета и звука. А необычные формы, зеркальное освещение в синеватых тонах и общая контрастность фона создают ощущение чего-то инопланетного и космического, и Бэкхён вспоминает Сеульский Тондэмун Дизайн Плаза. Буквально на секунду он задумывается о доме, а затем снова возвращается в реальность.       Блондин подходит к барной стойке и садится на высокий стул. Он тяжело вздыхает и закрывает лицо ладонями.       — Тяжёлый день? — спрашивает бармен.       — А? — теряется парень, когда снова слышит английскую речь. Он собирается с мыслями и вспоминает единственную заученную фразу. — Sorry, I don't speak English.       — Чем ты вообще занимался в школе и университете? — с насмешкой спрашивает Сехун и садится рядом.       — Ты пришёл! — искренне радуется Бэкхён, широко улыбаясь.       — Да, и уже жалею об этом.       — Закажи мне ром с колой, — просит блондин, жалобно глядя на парня.       — Когда-нибудь ты ещё пожалеешь, что прогуливал английский, — усмехается Сехун. Он поворачивается к ждущему бармену и заказывает напитки. Когда перед блондином оказывается стакан, он настороженно разглядывает содержимое, вспоминая печальный опыт прошлого. Его страх усиливается из-за того, что рядом находится Сехун.       — Что, не будешь? — спрашивает парень.       — Буду, — тянет Бэкхён и берёт в руки стакан. Он делает маленький глоток и когда не замечает сильной горечи, как в прошлый раз, расслабляется. Блондин выпивает залпом три порции подряд и чувствует приятное головокружение.       — Бэк, — начинает Сехун, — извини, что захлопнул дверь прямо перед твоим носом.       — Не извиняйся. Если учитывать то, какие неудобства тебе принесли прошлой ночью, то совсем не странно, что утром ты был не в духе.       Сехун давится ромом и откашливается. — Какие неудобства?       — Чанёль ведь ранил тебя. Как твоё плечо? — объясняет Бэкхён. Сехун стыдливо опускает взгляд, так как подумал о совсем других неудобствах — он вспоминает стоны блондина, так мучившие его утром.       Сехун изо всех сил пытается прогнать назойливые мысли, но его попытки оказываются безуспешными. Он чувствует напряжение у ширинки и прикладывается к стакану с ромом.       — Я рад, что мы наконец-то всё решили, — говорит Бэкхён и кладёт руку парню на плечо. Сехун вздрагивает и прикусывает губу. Его сердце начинает биться с невероятной скоростью, а перед глазами проплывают образы обнажённого Бэкхёна.       «Бён Бэкхён, чего ты добиваешься? Идиот, кретин, прекрати. Чанёль был расстроен и наверняка пьян, он не хотел никому рассказывать, а тем более с кем-то спать», — ругает себя блондин. Но да, Бэкхён — идиот, который, ко всему прочему, очень плохо переносит алкоголь. Он убирает руку с плеча Сехуна и слышит вздох облегчения, но в ту же секунду кладёт ладонь на его бедро как можно ближе к паху.       — Что ты делаешь? — пытаясь скрыть возбуждение в голосе, спрашивает Сехун. Его голос надрывается под конец предложения, и парень издаёт звук, похожий на рык.       Парень поворачивается к Бэкхёну лицом и видит его слегка раскосый взгляд. Он усмехается и скидывает руку блондина со своего бедра.       — Иди к Чанёлю, Бэк, а то он—       Не успевает Сехун договорить, как кто-то разворачивает его за плечо. Он чувствует жгучую боль в области носа и громко ругается.       — Сука, — Сехун понимает взгляд и видит стоящего перед ним Чанёля. — Кто бы сомневался.       — Я оторву тебе член, если ты приблизишься к нему хотя бы на километр.       — Ёлли, — икая, тянет Бэкхён и заливисто хохочет. Чанёль смотрит на парня взглядом, полным непонимания. — Отвали ты от него, он же не виноват, что любит такую тупую шлюху, как я. Ха-ха, знаешь, где мне самое место?       — Бэк, хватит, пойдём отсюда, — обнимая парня за талию, просит гигант. Блондин одёргивает руку и продолжает.       — Нет, нет, ты послушай! Я может и трахнулся с ним, и, может, мне даже понравилось... — на последнем предложении Чанёль и Сехун морщатся. Гигант закрывает блондину рот широкой ладонью, но тут же одёргивает, скуля от боли — парень укусил его. — Я не закончил! Пока я — невинная жертва обстоятельств — резал себе вены и ходил к психологу, ты, значит, трахал какого-то парня!       Весь алкоголь выветривается из крови Сехуна при словах о попытке самоубийства, и он машинально хватает Бэкхёна за руку.       — Ч-что ты делал?.. — заикаясь, спрашивает он.       Чанёль, напротив, не может сказать ни слова. Подобная информация ошеломляет его. Лу Хань был прав — он не должен был об этом узнать.       — Ты во всём виноват, — переводя взгляд на Сехуна, говорит гигант.       — Я виноват? Ты отказался выслушать его! Он даже ничего не знал и был совершенно не причастен к произошедшему! — Сехун переходит на крик и резко срывается с места. — Я просто хотел, чтобы вы оставили меня в покое! Но встретил вас снова в том чёртовом клубе! Что мне нужно было делать?       — Что ты имеешь в виду под «что мне нужно было делать»? — настороженно спрашивает Чанёль.       — Я любил, люблю и буду любить его так сильно, как тебе и не снилось! Ты всегда был эгоистом, и я подумал, что это сыграет мне на руку. Я оказался прав — ты и слушать его не стал. Но я не подрассчитал того, как сильно он тебя любит. И знаешь, что я думаю? Ты не достоин его любви!       В отличие от Бэкхёна, Чанёль быстро складывает два и два. Он в мгновение ока оказывается перед Сехуном, хватает его за воротник и ударяет по лицу.       — Ублюдок! — кричит Чанёль, нанося несколько ударов подряд. Окружающие бар люди расступаются, бармен кричит что-то по-английски, и Бэкхён, видя происходящее, приходит в себя.       Он подрывается с места и обхватывает Чанёля руками со спины. Кулак гиганта повисает в воздухе на полпути к уже окровавленному лицу Сехуна.       — Ёлли, — прижимая голову к спине парня, начинает Бэкхён. — Зачем ты это делаешь? Пожалуйста, не надо.       — До тебя так и не дошло? Бэк, он подсыпал тебе наркотик.       — Нет, Ёлли, ты не прав. Не нужно такого говорить, — блондин заглядывает гиганту через плечо и смотрит на Сехуна.       — Бэк, мне очень жаль. Я просто хотел, чтобы весь этот кошмар закончился.       — Я не понимаю, — опуская руки, произносит парень. Он подходит ближе, чтобы взглянуть Сехуну в глаза. — Хочешь сказать, что всё это из-за тебя и твоей эгоистичной попытки заполучить меня?       Сехун закрывает глаза. Его подбородок дрожит, и почти сразу по его щекам начинают течь слёзы.       — Бэк, мне очень жаль, — повторяет парень, захлёбываясь в слезах.       — Я был лучшего о тебе мнения. Даже не смей больше подходить ко мне, — резко выплёвывает Бэкхён. Он обхватывает запястье Чанёля длинными пальцами и ведёт его в сторону выхода.       Сехун пытается собраться с силами и утихомирить льющиеся из глаз слёзы. Он судорожно ворочается в поисках чего-нибудь, чем можно вытереть лицо, но барные стойки полны чего угодно, но только не салфеток. Парень тяжело вздыхает и уже собирается встать, чтобы отправиться в туалет, как вдруг сбоку раздаётся приятный голос. Сехун поворачивает голову и видит парня, который в одной руке держит салфетку.       — Не это ищешь? — улыбаясь, спрашивает он.       Сехун тянется вперёд, но парень отводит руку в сторону.       — Сначала скажи своё имя, — с искоркой в глазах просит незнакомец.       — О Сехун.       — Ким Чунмён, — представляется парень и протягивает салфетку. Его губы растягиваются в ехидной ухмылке.