Если ты загрустишь, погаснут звезды.

На улице уже почти стемнело. Унылая серость зданий, сливающихся с небом, действует явно угнетающе. Магглов на узкой мрачной улочке Лондона почему-то нет вообще. Очевидно, это плохой знак, но времени раздумывать над этим у нас нет. Я кидаюсь за Гарри с ребятами, которые уже по одному проходят в обшарпанную красную телефонную будку. После того, как кто-то все-таки набирает на телефоне кодовые цифры, холодный, слегка грубоватый женский голос вкрадчиво просит после приветствия: - Представьтесь, пожалуйста. На секунду мне хочется пнуть стенку будки, в которой так спокойно интересуются, кто мы такие. Злость на всех вокруг быстро разливается по моему сознанию, пока Гарри раздраженно перечисляет наши имена и фамилии, совсем уже не выдерживая, видимо, после вопроса о целях визита: - Мы здесь, чтобы спасти человека! Чертова будка выдает-таки нам восемь значков, один из которых, потерянно повертев в руках, я зачем-то цепляю к школьному джемперу. Должно быть, выглядит крайне нелепо. - Вам необходимо будет сдать для проверки ваши палочки дежурному магу на входе. Приятного визита в Министерство, - безжалостно заявляет такой ненавистный уже женский голос, и будка, с лязгом дернувшись, начинает опускаться вниз. Это просто невозможно, какой-то дурной сон. Почувствовав толчок, мы спешно проходим через медленно открывающиеся двери, но никакого дежурного волшебника на входе, естественно, нет. Продвинувшись в главный холл и уставившись на огромный фонтан, я прихожу к и без того очевидному ужасающему факту: нет вообще никого. А мертвая тишина, окутавшая высокие стены зала, заставляет внутри меня все холодеть. Но вот Поттер, кажется, совершенно не замечает ничего вокруг, а только устремляется к гигантскому лифту, ожидая, пока с шумом откроются его золотые решетки. Лязг эхом разносится по всему зданию. Молча забравшись в лифт, наблюдаю за тем, как Гарри нажимает цифру девять. Сейчас я открою глаза и проснусь. Все закончится. Золотые решетки закрываются мучительно медленно, так же, как едет сам лифт, которому, кажется, совершенно плевать, что мы торопимся спасти человека. О чем я вообще? Конечно, ему плевать, это же просто лифт. - Отдел тайн, - отрывисто заявляет спокойный голос. Все кончено. Мы выходим, оказавшись в не очень хорошо освещенном факелами коридоре, Гарри уверенно двигается к дальней темной двери, вовсе не смотря по сторонам и полностью игнорируя нас. Распахнув дверь, он решительно шагает внутрь, а мы просто молча следуем за ним. Кто-то из последних заходящих закрывает дверь, из-за чего мы остаемся практически в полной темноте – синие огни факелов не особо помогают что-нибудь разглядеть здесь. Тем не менее, я понимаю, что комната идеально круглая, а по ее периметру через равные промежутки расположено огромное множество абсолютно одинаковых дверей. Внезапно стены начинают двигаться, кружась сначала медленно, а потом все быстрее. На несколько мгновений синий свет факелов в моих глазах сливается в одну сплошную линию. Когда стены останавливаются, кто-то испуганно уточняет: - Это еще зачем? - Чтобы мы не понимали, через какую дверь зашли, - откликается Джинни. Гарри растерянно оглядывается по сторонам: - Во сне я просто шел вперед и попадал туда, куда нужно, - виновато поясняет он. - Тогда давай просто будем проверять все двери. Ты ведь узнаешь нужную? – я неуверенно касаюсь его руки. Парень кивает и, сжав мою ладонь, двигается к одному из проходов. В открывшейся нам комнате прохладно, да и свет какой-то синеватый. Кажется, тут нет ничего, кроме огромного аквариума с зеленоватой жуткой жидкостью. Вонь стоит ужасная, а на всей протяженности бесконечных стен расположены все новые и новые двери. Кажется, они не закончатся никогда. Да, это комната с мозгами. Не очень тут приятно. Я разглядываю неровные поверхности покоящихся в аквариуме мозгов, когда Гарри заявляет, что это не то, что нам нужно. Гермиона легким взмахом палочки отмечает только что закрывшуюся дверь, и, после того, как стены, снова прокрутившись, останавливаются, мы заходим в следующую комнату. Внутри нет ни единого факела, но все и так прекрасно видно. Я останавливаюсь на месте. От всех стен вниз идут ступеньки, создавая подобие поля или арены. В центре располагается огромная каменная арка, покрытая совершенно неуместной тут изорванной черной тряпкой. От арки исходит синеватое мягкое сияние. Я, как не силюсь, не могу перестать завороженно на нее смотреть вопреки упорно бьющейся в голове мысли о том, что отсюда нужно бежать, причем, желательно, не оглядываясь. - Эй, Стеф, - кто-то мягко трогает меня за плечо. Отрываю взгляд от жуткой арки. Голова начинает кружиться, к горлу подкатывает тошнота. – Идем отсюда, - Мэри аккуратно выводит меня из комнаты к странно поглядывающим в мою сторону ребятам. Только Гарри, кажется, понимающе кивает мне. Гермиона снова отмечает неподходящую дверь, стены бешено крутятся, Гарри подходит к очередному проходу, но попасть внутрь нам не удается. Ни Алохомора, ни даже нож Сириуса не открывают дверь. Грейнджер ставит крест и на этой двери, и через несколько мгновений Поттер дергает на себя следующую ручку. Я успеваю заметить бегающие по стенам и потолку синие блики, почему-то безумно напоминающие мне струйки воды. Слышу непрекращающееся тиканье часов и захожу вслед за Гарри. Часы здесь повсюду: настенные, напольные, настольные, любые – они создают этот сводящий с ума шум и пугают. Избранный, велев не останавливаться, спешит к концу комнаты, где стоит огромный синий сосуд. И почему здесь все везде синее? Это какая-то особенность Отдела Тайн? Миновав и странный сосуд, Поттер легко находит позади него дверь, которую тут же дергает на себя: - Вот оно. Мы выходим в темное помещение. Внутри нет ничего, кроме бесконечных стеллажей с маленькими белыми светящимися шариками на небольших бархатных подушечках. От пророчеств и исходит приглушенный свет, благодаря которому мы можем хоть что-нибудь здесь разглядеть. Царящая в этой комнате практически звенящая тишина не указывает на присутствие тут кого-то еще, но Гарри твердо говорит: - Нам нужен девяносто седьмой ряд. Вот и все. Внутри меня все холодеет. Кажется, волосы на голове немного приподнимаются от корней, дыхание перехватывает. Я осознаю то, что не хотела признавать с того самого момента, как забралась на фестрала – все идет совсем не по моему плану. Мы здесь, и обратного пути уже однозначно нет. Гарри кидается вдоль длинных рядов полок, выставив вперед свою палочку. Перед глазами мелькают цифры, сменяя друг друга с немыслимой скоростью: четырнадцать, пятнадцать, тридцать, пятьдесят шесть, восемьдесят пять, девяносто семь. Девяносто семь. Поттер медленно двигается вдоль ряда, но там никого определенно точно нет. Ребята останавливаются у начала стеллажа, пытаясь хоть немного отдышаться. - Он должен быть где-то здесь, - твердит избранный. - Гарри, - мягко зовет его Гермиона. Но он не хочет ничего слушать. - Он здесь, я видел его, видел! – Поттер даже не смотрит в нашу сторону. Все уже понимают, что это не так. Все понимают, что здесь никого нет. Я ощущаю выступающий на лбу холодный пот. Сириуса здесь действительно нет, а это значит только одно. - Гарри, - я кидаюсь к ближайшим стеллажам вслед за избранным, который твердит только о том, что, возможно, его крестный в соседних рядах, и он просто ошибся. - Его здесь нет, Гарри! – хватаю гриффиндорца за руку, с силой сжимая пальцы. – Нужно уходить отсюда, срочно. Парень виновато смотрит на меня, слегка покачиваю головой, извиняясь, но мне не это сейчас нужно. Тащу волшебника к друзьям, в голове бьется единственная мысль – мы должны успеть убраться отсюда. Просто уйти. Не трогать это чертово пророчество, а просто бежать. Поравнявшись с друзьями, я выдыхаю, но слишком рано. - Гарри, - раздается неподалеку голос Рона. – Ты видел? Здесь твое имя. Мое сердце пропускает удар. Теперь у нас точно нет никаких шансов. У Сириуса нет шансов. Поттер резко разворачивается, и вот уже он тащит меня куда-то. - Не надо, Гарри. Не трогай, - глухо твержу я, пока волшебник пристально разглядывает крошечный шарик. - Но почему? Здесь ведь мое имя, - он тянет руку и хватает пророчество, когда сзади нас раздается холодный надменный голос. - Отлично, Поттер. А теперь отдай его нам, и твои друзья не пострадают. Черты лица Малфоя-старшего с ужасающей точностью повторяют таковые его сына. Я замираю от страха, еще сильнее сжав запястье Поттера, чем, очевидно, мешаю ему. Он кидает на меня секундный взгляд, прежде чем его рука с волшебной палочкой взмывает в воздух. В следующих миг на окруживших нас Пожирателей направлены уже восемь концов волшебных оружий, но разве это спасет нас? Я с ужасом понимаю, что их слишком много. Человек пятнадцать или шестнадцать – не могу точно сосчитать. Сзади к моей спине прислоняется Мэри. Я чувствую, как ее каштановые волосы касаются моего уха. - Ты посмотри, Люциус, они драться с нами собрались, - хихикает низкорослая женщина с крошечными зелеными глазами. Почему они все без масок? - Так, значит, Волан-де-Морту нужно… это? – Гарри освобождается от моей хватки, поднимая вверх заветный шарик. - Ты смеешь произносить его имя? – взвивается ведьма с черными кудрявыми волосами в длинной юбке и узком корсете. Ее взгляд пугающе сумасшедший. Эту женщину невозможно не узнать. – Ты, мерзкий полукровка, как ты смеешь? – она визжит, выставляя вперед свою палочку, из которой внезапно вылетает красный луч. Но его отбивает Малфой. Заклинание попадает в один из стеллажей, откуда падают несколько пророчеств, разбиваясь. Выползающий из них туман складывается в фигуры волшебников, беззвучно открывающих рты. Эта картина чем-то меня безумно веселит. Наверное, просто нервное. - Не сметь! – шипит Малфой, сузив глаза. – Темному Лорду нужно это пророчество. Беллатриса Лестрейндж обиженно надувает губки, кривляясь: - Но ведь мальчишка сам нарывается. Думаю, он заслужил наказания. Или пусть кто-то из его друзей ответит. Я сглатываю подступающий к горлу ком. Палочка в руке трясется так, словно у меня судороги. Что мы можем им противопоставить? - Если кто-то из моих друзей пострадает, я разобью его, - выдает Гарри. Я вижу в его глазах судорожно бегающие мысли. Он ищет выход из сложившейся ситуации, думает, как нам всем спастись. Он тянет время. - А он любит поиграть, этот Поттер, - хихикает Беллатриса, жадно облизнув губы и обнажив уродливые кривоватые зубы. – Акцио, пророчество. Я вспоминаю о том, что должно произойти, за секунду до того, как заклинание успевает сорваться с ее языка, но этого хватает, чтобы выставить защитные чары. Гарри резко поворачивается ко мне, удерживая в руках пророчество. В его взгляде благодарность? Но почему этого не сделала Гермиона? Или кто там должен был? Мысли в моей голове путаются, бессмысленно цепляясь за обрывки воспоминаний о будущем. Я не могу соображать от страха и паники. - Ах ты ж, - начинает шипеть Беллатриса, страшно выпучивая глаза. Но Люциус ее прерывает, по-чиновьичьи дружелюбно улыбаясь: - Давайте соблюдать спокойствие. Просто отдай мне пророчество, Гарри, и никто не пострадает. - Как же, - отчего-то смеется избранный. Лично я не вижу ничего смешного. – И мы все тогда мирно разойдемся по домам. Зачем Волан-де-Морту это пророчество? И почему вы раньше не принесли его ему? - Потому что пророчество может взять только тот, о ком оно написано, - спокойно поясняет волшебник, будто ему даже приятно просвещать Гарри. Брови Пожирателя изящно приподнимаются. – Ты действительно ничего не знаешь о нем, Поттер? Ладно, Дамблдор, но твои весьма осведомленные обо всем подружки не могли скрывать это от тебя. Почему же они не сказали, Поттер? Во время монолога Люциуса кто-то шепчет мне на ухо, что по сигналу Гарри мы должны будем обрушить стеллажи. Я сжимаю палочку еще сильнее, пытаясь хоть немного унять дрожь. - Это действительно интересно, - продолжает разглагольствовать мужчина и поворачивается ко мне. – Это мне и вправду хотелось бы узнать. Не поделишься, Фелпс? У меня сводит желудок. Он знает мою фамилию? Ну, конечно. Он же был в прошлом году на кладбище. Я ощущаю, как все с интересом оглядывают меня. Становится совсем не по себе. - Да что такого в этом пророчестве? – отвлекает на себя внимание Гарри. - Ох, - наигранно вздыхает Малфой. – В нем рассказывается о причинах появления твоего шрама. Просто отдай мне его, и ты тоже сможешь все узнать, - заметив промелькнувший в глазах Гарри интерес, добавляет Пожиратель. Я чувствую, как Мэри сзади берет меня за руку, крепко переплетая пальцы. Ее ладонь такая холодная, но мне мгновенно становится спокойнее. - Я ждал четырнадцать лет, - медленно протягивает Поттер. - Сочувствую, - слишком уж ненатурально сводит брови Малфой-старший. - Смогу и еще немного потерпеть, - резко заканчивает Гарри, добавляя. – Давайте! Восемь волшебных палочек мгновенно взлетают в воздух. Восемь человек синхронно, в один голос вскрикивают: - Редукто! Восемь синих лучей разносятся по бесконечно длинным проходам между стеллажами, куда-то в темноту. Полки рушатся, пророчества, одно за другим, скатываются на пол, разбиваясь и освобождая дымные фигуры. - Бежим! – громкий крик Гарри приводит меня в себя. Избранный дергает меня за руку, увлекая за собой. Мои пальцы выскальзывают из хватки Фелтон, и внутри все снова обрывается. Набрасываются холод и темнота, уверенность исчезает невероятно внезапно. Да как вообще это возможно? За хаосом дыма, черных мантий, лучей заклинаний и криков я совершенно не вижу мою подругу. Гарри продолжает тянуть меня за собой, отбивая все летящие в меня заклинания. Я почему-то не могу заставить себя поднять палочку и взмахнуть ей. Дыхание перехватывает. Я должна найти Мэри! Словно в ответ на мою немую просьбу неподалеку мелькают темно-каштановые волосы подруги. Мы успеваем только кинуть друг другу секундный взгляд, меня тащит в комнату с часами Гарри, ее – в другую сторону Рон. Кажется, я немного все же прихожу в себя, потому что в следующее мгновенье вполне спокойно блокирую заклятие забежавшего за нами в эту комнату Пожирателя. Рядом маячат Невилл и Гермиона. Уже виднеется дверь во вращающуюся комнату, Гарри с новым приливом сил увлекает меня туда, но дверь, обещающая стать нашим спасением, с грохотом раскрывается, и в нее входят трое рослых Пожирателей. Одно из их заклинаний отражается в полки с часами. Одно, второе, третье. Все вокруг рушится, часы с обиженным гулом падают на пол, разбиваясь и рассыпаясь на мелкие гайки и гвоздики. - Остолбеней! – я уже даже не вижу, куда и в кого летят мои заклинания. Что-то снова с грохотом падает. Гарри дергает меня куда-то вбок, пропуская Невилла с Гермионой. Вокруг отовсюду летят щепки, камни со стен, сыплется потолок. Ничего не видно, везде поднимается дымок и пыль. - Колопортус! – выкрикивает волшебник, запечатывая дверь. Но только как нам это поможет? Будто Пожиратели не знают контрзаклинания. Я нервно оглядываюсь – мы в тесном темном чулане. - Алохомора! – раздается из комнаты, где до нашего злосчастного визита было полно часов. Трое мужчин врываются в наш чулан, сразу же начинают летать лучи заклинаний. Я как раз впервые, наверное, за сегодня попадаю оглушающим заклинанием в одного из трех мужчин, когда красный луч из палочки другого попадает Гермионе в грудь, откидывая к деревянной полке, которая сразу же ломается. Тело девушки исчезает под ворохом падающих на нее книг. - Гермиона! – вскрикивает Гарри и выключает из драки второго Пожирателя. Последний успевает откинуть к стене Невилла, прежде чем отправляется к своим товарищам. Оказывается, Долгопупс умудрился сломать свою волшебную палочку. Он обещает нести Гермиону, но гриффиндорка открывает глаза, и Невилл только слегка придерживает ее, когда мы кидаемся прочь из этого чертового чулана. Оказавшись в крутящейся комнате, я снова начинаю паниковать из-за Мэри. Гермиона озвучивает пугающий меня вопрос: - А где остальные? - Побежали не в ту дверь, наверное, - Поттер нервно хмурится. Видно, что он пытается понять, что нам делать, но ответ так просто не приходит. Вдруг одна из дверей открывается, и четверо друзей подбегают к нам. Джинни поддерживает Полумна – гриффиндорка явно не может наступать на ногу, Рон слегка пошатывается, у Мэри на щеке запеклась кровь, но она здесь, с ней все хорошо, поэтому я выдыхаю. Подавляю в себе желание кинуться и обнять девушку – сейчас не время, все это потом. Мы уже собираемся было предпринять что-то, но из противоположной нам двери появляются несколько фигур Пожирателей. Гарри кидается к ближайшему проходу, снова увлекая меня за собой, до сих пор не отпустив моей руки, жестом веля друзьям следовать за ним. Захлопнув дверь, мы все одновременно запечатываем ее всеми известными нам подходящими заклинаниями. С другой стороны слышится чей-то спокойный голос: - Ничего, главное, что мы нашли их. Я оглядываюсь – это комната, где в аквариумах плавают мозги. От запаха снова слегка начинает кружиться голова. - В нее можно попасть и по-другому, - произносят снаружи. Переглянувшись с Гарри, мы живо кидаемся к расположенным по периметру дверям, запечатывая их. Через мгновение к нам присоединяются способные быстро передвигаться ребята. Я пробегаю уже мимо, кажется, десятой двери, когда сбоку раздается вскрик Полумны и она отлетает к стене, со страшным звуком ударившись о нее. Когтевранка так и не встает. Я бросаюсь к ребятам, пытаясь понять, кто из них где, кидаю все подряд заклинания и отбивая несущиеся в меня лучи. Вокруг поднимается пыль, обломки стен разлетаются в разные стороны, мантии, люди, все смешивается в одну страшную кучу, и я совершенно перестаю понимать, что вообще происходит. Но внезапно происходит самое ужасное – Гарри отпускает мою руку и резко отталкивает в сторону. Он больше не тащит меня никуда, не пытается отражать летящие в меня заклинания. Избранный просто поднимает пророчество над головой и бежит подальше от нас. Я уверена, он даже не понимает, куда идет, просто хочет увести Пожирателей подальше от своих друзей, отвлечь от нас внимание. И у него это получается. Вот только я понимаю все чуть раньше наших врагов и кидаюсь сразу же за Поттером, быстро вскочив на ноги. Зачем? Да понятия не имею, но я вдруг так пугаюсь за него, что все остальные мысли уходят на второй план. Я внезапно перестаю слышать выкрики заклинаний, звуки падения и взрывов и прочий шум. Слышу только свое сбившееся дыхание и топот небольших каблучков по скользкому полу. Мне нужно только догнать Гарри, добежать до него, и мы оба будем в безопасности.