Это все она

(прим.автора: когда она, Гарри в смысле, в облике девушки, я буду писать от женского рода, когда он парень, то от мужского, а то так и запутаться недолго. У меня уже голова кипит...) Кабинет Дамблдора, пред столом сидит высокий блондин и с безразличным видом всматривается в окно. Неподалеку, буквально в двух шагах, посреди комнаты стоит темноволосая девушка. Она двумя руками крепко держит явно большие для нее брюки, хотя вся одежда на ней была велика и висела мешком. Девушка растерянным взором изумрудных глаз смотрела на столпившихся вокруг нее людей, не решаясь ничего сказать, пока ее не спросят. Старик с длинной серебристой бородой склонился над ней, чуть ли не касаясь девочки крючковатым носом. Он изучающе рассматривал ее своими ярко-голубыми глазами, будто она была экспонатом на выставке. Рядом с ним стояла женщина и строго глядела на свою студентку. Также, здесь находился толстенький, лысенький, пожилой мужчина, который периодически дотрагивался до своего живота и, прищуриваясь, затуманенным взором смотрел на девушку, довольно улыбаясь. Тишину вскоре нарушил голос директора школы, он выпрямился и теперь обводил всех присутствующих задумчивым взглядом: - Даже я затрудняюсь сказать, какие зелья при смешивании могли дать такой результат. Возможно, это не навсегда, и со временем действие пройдет, но я в этом очень сильно сомневаюсь, - здесь он сделал паузу и уперся взглядом в девушку, обращаясь непосредственно к ней, - Гарри, ты сказал…а, что в этом шкафу было очень много любовных зелий? - Да, а еще там была целая полка Амортенции… - Именно это меня и занимает больше всего, если судить по поведению некоторых здесь присутствующих, последствия могут быть самыми неожиданными и… - договорить профессор не успел, вперед выпрыгнул Слизнорт и воскликнул: - Я знаю, как помочь девушке! Все уставились на зельевара: Макгоногал с недоверием, Гарри с надеждой, Дамблдор с усмешкой, а Малфой и вовсе проигнорировал его. Увидев, что подавляющее большинство глаз смотрят сейчас на него, профессор подошел ближе к жертве и продолжил: - Спасти ее может только одно… поцелуй принца! Слизнорт быстро сложил губки бантиком и потянулся к «принцессе», боясь, что, если не поторопится, присутствующие здесь люди, переварив информацию, придут в себя и поцеловать девушку тогда будет более проблематично. Профессор уже был в паре сантиметров от замершей в шоке студентки, когда кто–то вдруг схватил его за шкирку и отодвинул от столь желанного приза. Помощь, как говорится, пришла, откуда не ждали. Этим "кто–то" оказался не кто иной, как нынешний профессор по Защите от Темных Искусств – Северус Снейп. Не знаю даже, кто был больше удивлен этому факту - сама спасенная или ее декан. - Профессор Слизнорт, держите себя в руках, - холодно начал бывший зельевар, - Какой из вас принц? Разрушить чары посредством поцелуя могу только я! По мере произнесения Снейпом последней фразы лица всех присутствующих медленно вытягивались, а он теперь вместо зельевара лез целовать девушку. Слизнорт тоже не хотел упускать возможности урвать поцелуй юной девы, поэтому, не теряя времени, резво помчался атаковать губы перепуганной до смерти девушки-которая-еще-совсем-недавно-была-парнем. Оттаскивали от Гарри спятивших профессоров всей толпой. *** Увести профессора Слизнорта оказалось на редкость просто: Дамблдор пообещал ему какие–то супер редкие ингредиенты для зелий (кому для зелий, кому на продажу…), и тот, окрыленный небывалым везением, резвой козочкой ускакал за дверь. Со Снейпом все было гораздо сложнее, он никак не хотел отпускать ножку кресла, на котором сидела Гарри. Не помогало ничего, Дамблдор уже и уговаривать его пытался, и золотые горы обещал, и даже чуть было не заикнулся о том, чтобы отдать пост директора, но вовремя захлопнул рот. Вскоре, как только Дамблдор сообразил, что метод заманивания врага пряником потерпел полное фиаско, в ход пошла тяжелая артиллерия, то есть Минерва Макгоногал собственной персоной. Она, особо не церемонясь, пнула профессора, тот, видимо не ожидая такого поворота событий, от неожиданности разжал пальцы и отпустил ножку кресла. Декан Гриффиндора схватила Снейпа за шкирку и начала гневно отчитывать, как нашкодившего третьекурсника. Не могу сказать, что при этом она не преследовала и личные мотивы, но с заданием по приведению бывшего зельевара в хотя бы относительное подобие здравого смысла справилась на «отлично». В результате гордый декан факультета Слизерин стоял рядом с выходом из кабинета директора с видом обиженного щенка. Он опустил голову и даже изредка всхлипывал. Сам хозяин помещения, в котором совсем недавно проходили военные действия, что-то быстро объяснял высокому блондину и через мгновение последний уже направлялся к двери, ведущей из комнаты, по пути хватая своего декана под локоть и уводя прочь из этого злосчастного места. Когда дверь за ними захлопнулась и скулеж профессора ЗОТИ стих, Дамблдор повернулся к девушке лицом, устремляя на оную проницательный взгляд ярко–голубых глаз. - Гарри, кто был первым человеком, увидевшим тебя в этом обличии? «Странный вопрос, да какая вообще разница, кто был первым? Я тут, можно сказать, индивидуальности своей лишился, а он опять о ерунде всякой!» - возмущенно подумал…а теперь уже девушка, но вслух произнесла сухое: - Малфой. Профессор на мгновение задумался, и после, с некоторой долей… любопытства!? спросил: - И какова была его реакция? – Гарри уже хотела было ответить, но директор перебил ее… его (черт я вообще запутался… Автор упоролся… =_____=) и сам стал перечислять возможные варианты, (Макгоногал все это время мирно стояла в сторонке и сверлила спины находящихся рядом людей строгим взглядом), - У него помутнело в глазах? На лице застыла довольная улыбка? Или, может быть, он мечтательным взором уставился куда-нибудь вдаль? Или, возможно, он стал глупо хихикать, отводя глаза в сторону и краснея? А может… Он и дальше перечислял варианты поведения Малфоя, иногда доходящие до полного абсурда, но ни разу даже отдаленно не приблизился к истине. Когда профессор окончательно выдохся, а Гарри уже надоело мотать головой из стороны в сторону и кидать односложные «Нет», Дамблдор уставился на студента и растерянно спросил: - Что же тогда он сделал? - Он заржал. - Что, простите? – в один голос воскликнули директор и профессор Трансфигурации. - Засмеялся он, - пожала плечами гриффиндорка, - и смеялся до тех пор, пока я не подполз к нему и не начал душить… А представляете, что он в ответ на это сделал?! – профессора недоуменно покачали головами, мол, нет, даже не догадываемся, и Гарри продолжила: - Он серьезно посмотрел на меня и начал издеваться… Нет, ну вы подумайте! С серьезным видом, и издеваться!! Это только этот хорёк аристократичный так умеет! Затем, еще немного перечислив «достоинства» Малфоя, Гарри запнулась на полуслове и перевела взор на профессоров. Те стояли на месте и кидали друг на друга странные взгляды. Девушка поспешила ретироваться, становиться подопытной крысой для экспериментов не хотелось вовсе, но когда она, крадучись, добралась до выхода из кабинета и уже было хотела шмыгнуть за дверь, ее окликнул Дамблдор. Вздохнув, Гарри повернулась лицом к профессорам и приготовилась слушать. - Гарри, пока ты не ушел, то есть ушла, или все-таки ушел? – директор бросил вопрошающий взгляд на декана Гриффиндора, та в ответ лишь махнула рукой, мол, неважно. - Хорошо, так на чем я остановился? Ах, да, так вот, пока ты здесь, мы с профессором Макгоногал думаем, что, возможно, ты иногда будешь принимать свой изначальный вид. - В смысле становиться парнем? «Слава тебе Мерлин, я уж думал, навсегда истеричкой останусь!» - радовался Гарри. - Да, но это скорее будет как побочный эффект и через некоторое время пройдет, и ты уже навсегда останешься девушкой… «Эх, рано я обрадовался, может, мне следует пойти в душ и утопиться? А что, стану призраком, буду жить вместе с Миртл в туалете, являться Малфою по ночам, на нервы действовать, завывать в уголке, чтоб он облысел от страха…» - на секунду эта мысль показалась Гарри весьма привлекательной, но, обдумав все тщательнее, гриффиндорец решил, что жить все-таки весело, и не может же он оставить все магическое сообщество, когда этот мизантроп безносый задумал мир завоевывать. - Я постараюсь найти зелье, способное вернуть тебе твой настоящий облик, но не могу ничего обещать, - тем временем продолжал директор. - А теперь ты можешь быть свободен, в смысле, свободна, или... Обреченно вздохнув, девушка пожелала профессорам спокойной ночи и с грустными мыслями покинула кабинет. *** Когда дверь за Избранным захлопнулась, в комнате на некоторое время воцарилось молчание, прерываемое лишь негромкими вскриками феникса и жужжанием серебряных приборов. Внезапно тишину нарушил голос профессора Трансфигурации, женщина была больше не в силах терпеть затянувшееся молчание, поэтому негромко произнесла: - Альбус, Гарри еще ребенок, ты не можешь… - О чем Вы, Минерва? – директор непонимающе уставился на профессора Трансфигурации, тем временем, рукой пытаясь найти что–то у себя в кармане, и, видимо, найдя это что–то, протянул ей, а после, улыбаясь, спросил: - лимонную дольку? Декан факультета Гриффиндор в ответ на это лишь фыркнула и, пожелав директору спокойной ночи, удалилась. - Почему все отказываются? Очень вкусно ведь, - поразился Дамблдор, проводя взглядом уходящую женщину. *** Гарри шла по пустынным коридорам замка по направлению к гостиной факультета Гриффиндор и думала о будущем. Нет, не о всемирном, хотя об этом тоже стоило бы задуматься. Она думала о… Мерлин, даже подумать не дали! И какого, спрашивается, она так быстро пришла? Впереди показался портрет Полной Дамы, и гриффиндорка, назвав пароль, вошла в помещение под удивленный взгляд Полной Леди. В гостиной никого не оказалось, лишь в камине горел приглушенный свет, тенью отражаясь на стенах и создавая впечатление, будто здесь все же присутствует живая душа. Гарри спокойно пересекла комнату и привычно направилась в сторону своей спальни. Зайдя в помещение и решив перед сном принять освежающий душ, девушка отправилась в общую ванную, как–то при этом забыв, что не только ванная, но и комната, в которой она жила до этого, была общей. Выйдя из душевой, Гарри сразу же направилась к своей кровати, уже предвкушая сладкий сон и на ходу зевая. Дойти до постели ей не позволило самое банальное происшествие, которое только могло произойти: Гарри споткнулась о какое–то растение и с грохотом полетела на пол, при этом проклиная все, что можно и нельзя. Бывший парень не стеснялась в выражениях, и вскоре все, находящиеся в этой комнате, были окончательно разбужены. Зажегся свет, и на девушку уставились три пары глаз. Дин, Симус и Невилл смотрели на Гарри удивленными взорами, и никто из них не решался первым заговорить, Рон же все это время безуспешно пытался вырваться из объятий собственного одеяла, в которое он успел запутаться, когда спал. Избранная села на полу, потирая ушибленные колени, затем она подняла глаза и посмотрела на своих соседей по комнате, а это было зря, очень даже зря… Стоило юношам встретиться глазами с гриффиндоркой, взоры парней начала медленно застилать розовая пелена, а на их лицах заиграли глупые улыбки. Дин сделал шаг вперед и помог девушке подняться, предано заглядывая последней в глаза. Пробормотав неразборчивое «спасибо», гриффиндорка было хотела уйти к своей кровати и забыть сегодняшний день как страшный сон, крепко заснув, но не тут то было. Симус с ревнивым выражением на лице оттолкнул от Гарри своего друга и схватил ничего не понимающую девушку за руку. Рон подозрительно затих, создавалось впечатление, что его собственное одеяло задушило хозяина. Дин обижено сопел на полу, а парень, держащий Избранного, начал говорить: - Моя дорогая принцесса, я надеюсь, ты будешь столь великодушна и позволишь скромному рыцарю, то есть мне, сопровождать тебя всю твою жизнь! Без оглядки она твоя, любовь моя вечна и крепка, как сорняк на солнце… - по мере произнесения Симусом этого монолога, Гарри все больше убеждалась в том, что не нужно было вообще позволять ему говорить, тогда его странное поведение можно было списать на внезапность пробуждения, недосып или похмелье, в крайнем случае, а теперь это уже клиника… Парень еще что–то говорил, но Гарри не слишком-то вслушивалась, она оглядывала комнату затравленным взглядом и пыталась аккуратненько вырваться из хватки обезумевшего соседа по комнате. Внезапно случилось то, чего уж точно никто не ожидал: Невилл, который, видимо, обиделся на то, что его никто не замечает, забрался на свою кровать и уже с нее с криком: «Банзай, карапузики, круши натуралов!» прыгнул на ошарашенного Симуса. Единственное, что было положительным в этом поступке для Гарри - это то, что Симус таки отпустил руку девушки. Дин, видимо, очнувшись от самобичевания на полу, оценил ситуацию и бросился к катающимся по полу гриффиндорцам. Избранный подумал, что тот хочет их расцепить, но, как выяснилось спустя мгновение, он недооценил умственные способности парня, а точнее, вообще их переоценил. Дин с боевым кличем кинулся в эпицентр начавшейся заварушки, где теперь «сражались» уже три парня. Гарри медленно пятилась к выходу, сопровождаемая криками дерущихся, точнее, неадекватов психованных: - Принцесса, бегите, я его задержу! – кажется, это Симус. - Как ты смеешь, нечестивый раб!? Получи, супер укус мутанта! – а вот это уже Невилл… - Огонь горит! Печаль-тоска… Люблю и живу я, как… - дослушать не удалось, кто–то ударил Дина по лицу, и тот прекратил попытки петь, притворившись мертвым. - Что там происходит? Кто–нибудь, помогите мне! - о, вот и Рон очнулся. - Принцесса, не бойтесь, ваш принц.. Ой!! Ах ты, гад, хрен тебе, волшебники фашистам не сдаются, даже кусающимся фашистам… - Удар разъярённого выхухоля! - Сиськи не кусай хоть, ничего святого нет… - Курица!! «А курица-то тут при чем?», - не поняла Гарри. Выслушивать и дальше подобный бред девушка не собиралась, сообразив, что этот цирк наверняка перебудил всю башню, а то и замок в целом, гриффиндорка решила по-тихому смыться. Уже покидая комнату, Гарри услышала напоследок возглас Симуса о том, что он прикроет ее отход, и крик Невилла: «Куст, в атаку!» *** Первой мыслью, посетившей Избранную, когда она покинула комнату, была идея отправиться прямиком к своей подруге Гермионе и по совместительству лучшей ученице Хогвартса. Но осуществить задуманное не удалось. Спустившись по лестнице и войдя в гостевую комнату, Гарри увидела уйму народу, все глаза которой сейчас были прикованы к ней. Мда, ситуация… Но больше всего девушку напугало не огромное количество людей, а то, что глаза всех присутствующих постепенно начали застилаться розовой пеленой… Спустя время теперь-уже-девочку переместили в середину комнаты и окутывали влюбленными взорами, при чем как мужская так, и женская половина. Внезапно относительную тишину в гостиной прервало множество голосов. Каждый говорил, перебивая рядом стоящего и пытаясь одновременно его же и перекричать. У Гарри уже начинала жутко болеть голова, было такое ощущение, будто по ней сверлят сразу три дрели. Наконец, Избранная не выдержала и во весь голос заверещала: - ПОМОГИТЕ! НАСИЛУЮТ! УБИВАЮТ!! – и после небольшой паузы завопила: - ПОЖАР!!! Все сразу заозирались в поисках возможных возгораний и, ничего не найдя, опять уставились на Гарри. Но ей в принципе уже было все равно, она уже видела своего лучшего друга Рона Уизли, который, отчаянно махая руками, бежал к ней с воплями: - Гарри, я спасу тебя! Собственно, когда рыжий добрался до предмета, который намеревался спасти, то замер буквально в шаге от него, не веря своим глазам, в этот момент пытавшимся приобрести форму правильного квадрата. Все вокруг с ненавистью уставились на появившегося Рона, который сразу же завладел вниманием всеобщей любимицы, и кто–то в порыве гнева ударил парня по спине так, что тот согнулся пополам, угодив лицом прямо в новообретенную грудь Мальчика-который-выжил-и-сейчас-явно-об-этом-жалеет… Немая сцена...