Progettista

gorillaz — crystallized Чёрный автомобиль стоял возле дорожки, идущей от отеля, и блестел не хуже замазанных гелем волос Соло, придававших ему ещё большее сходство с манекеном с витрины «Louis Vuitton». Илья невольно растянул губы в улыбке и неловко кашлянул в кулак, встретившись взглядом с развеселившейся Габриэллой. Курякин мягко обогнал притормозившую девушку и открыл перед ней блестящую чёрную дверь. — Да вы джентльмен, Илья, — расплылся Соло в ироничной белозубой улыбке, открывая перед Викторией вторую заднюю дверь с другой стороны. — Я русский, — парировал Курякин. Наполеон готов был поклясться, что на фоне заиграл гимн России, положенный на бит от Skrillex’a. Ещё мгновение — и сам президент великой державы начнёт отплясывать брейк и устроит дисс [1] на свежевыбранного Трампа. Соло отогнал видение, качнув головой осторожно, чтобы не растрепать безупречную причёску, и уселся на водительское сиденье. Курякин сел рядом, но пристёгиваться не стал, чтобы не помять изумительный лиловый костюм. Наполеон такую политику отсутствия безопасности почти одобрил — раз Илья любит рисковать, да и «какой русский не любит быстрой езды», то на пустой дороге можно и пообгонять редкие машины. Двигатель едва слышно зарычал, словно послушная дикая кошка, и машина плавно понеслась вперёд, едва ощутимо касаясь шинами ровного асфальта. Соло самую малость придавило к спинке сиденья — скорость приятно пьянила и кружила голову. Наполеону вспомнился предрассветный Нью-Йорк, пустые междугородние трассы, дорога в Вегас — в общем, все те места, где можно было вполне безопасно перевести отметку спидометра за сотню и дальше. — Мистер Соло, если вы решили нас угробить, то остановите на обочине, я выйду, — усмехнулась с заднего сидения Габи, не отрываясь от пейзажа за окном. — Не волнуйтесь, не в моих интересах терять сразу трёх ценных сотрудников и лишать мир такого дарования, как я, — Соло притормозил перед светофором, сворачивая на улицу с односторонним движением. Салон автомобиля, как неожиданно отметил Наполеон, не заполнялся ни одним из отвратительных одеколонов русского — кажется, он отказался от него вовсе. Да и трёх ценных сотрудников? Илья работает усердно, но ведь до Винчигуэрры и Теллер ему явно чертовски далеко, даже несмотря на то, что босс ему симпатизирует. Надо будет невзначай презентовать Курякину самый банальный и до одури классический «Hugo Boss». Июльский показ мод [2] проходил в одном из зданий Милана, которое сочетало в себе несочетаемое: старый фасад, украшенный изящными фресками, а внутри — модная начинка из стеклянных матовых перегородок, подиумов, подсвеченных снизу не хуже дискотечного танцпола восьмидесятых, бессчётного числа плазменных телевизоров и огромного количества софитов. Соло уже бывал там раньше, потому примерно предполагал, что увидит внутри, с кем встретится, и на что стоит обратить особое внимание. Что-то стоит выкупить, на каких-то молодых дизайнеров обратить внимание. Несмотря на то, что показ проходил под именем Ив Сен Лорана, не только он представлял свою новую коллекцию: просто он был самым известным представителем модного мира на данном мероприятии, а потому удостоился отдельного вечера и огромного внимания со стороны не только прессы, но и простых обывателей. Завтра и послезавтра должны были пройти самые обычные показы — итальянская палата моды была очень патриотична, а потому больше половины модных домов были местными. Наполеон остановил машину возле объятого светом прожекторов здания и вышел наружу, открывая дверь и подавая руку Габи. Теллер уже успела достать из крошечного клатча кружевные перчатки в чёрном цвете — и подала ладонь настолько изящно-вычурно, насколько была способна. Соло едва сдержался, чтобы не улыбнуться: он был крайне горд девушкой. Именно Наполеон учил её как держаться, как вести себя и какое именно впечатление нужно производить. Как можно более холодный, отстранённый взгляд, с восхищением оглядывающий броские платья и качественные костюмы, неразговорчивость и искренний восторг на показе. Заинтересованность. Соло отдал ключи от машины швейцару, коротко кивнул и согнул руку в локте, предлагая её Теллер. Габриэлла благодарно взялась за предложенную опору изящно — а на деле сжала её чуть ли не до синяков, едва не запнувшись о неровно лежащий на лестнице камень. В противовес лодочкам Виктории под змеиную кожу, Теллер предпочла бархатные босоножки с закрытым носом и пяткой, довольно устойчивые — но слишком высокие для непривычной к каблукам девушки. А тут ещё и материться нельзя. Приличные ведь люди кругом. Они шагнули внутрь — и Наполеон почти затылком ощутил осуждающий восторг, с которым аккуратно разглядывал всё Илья. Как же, как же, он ведь всё ещё считал это излишним, как и саму идею выбирать непомерно дорогие тряпки каждый сезон, а потом носить их раз в пятилетку. С последним, впрочем, Соло был категорически не согласен. Вещи нужны для того, чтобы радовать хозяина и услаждать взгляд окружающих, но никак не лежать в коробке до лучших времён. Подобное отношение к детищам дизайнеров он считал дикостью. — О, мистер Соло! Сколько дивных лет прошло с последнего дня нашей встречи, — по левую руку от Наполеона возник немолодой уже, лысеющий мужчина. — Эдриан? Рад вас видеть, — с предельно холодной улыбкой вежливо отозвался Соло. Илья с удивлением заметил, что это была совсем не та отрешённость, которой мужчина награждал своих подчинённых, даже Джозефа, который тогда был косвенно виноват в отсутствии образцов коллекции. Он не ненавидел их — просто относился как разочарованный отец к сыну-подростку, который, имея колоссальные возможности, гробит их, просиживая днями взаперти. А этого мужчину с выцветшими голубыми глазами он явно на дух не переносил, точно черти — ладан. — Приятно, приятно приветствовать вас на этом мероприятии. И вас, мисс Теллер, разумеется, тоже, — Сандерс растянул губы в гаденькой ухмылке. Виктория как можно вежливее и как можно оперативнее увела Илью подальше от Эдриана. Соло похвалил строгую и ответственную женщину за сообразительность и довольно естественным, но ободряющим жестом положил руку на ладонь Теллер, что покоилась у него на локте. — Пропустить презентацию новой коллекции месье Лорана было бы огромным упущением, — едва заметно приподняла губы в улыбке Габриэлла. — Верно, мисс Теллер. Вы не могли бы найти Викторию? Скоро показ, не хотелось бы опоздать. А мы с мистером Сандерсом пока обсудим будущую коллекцию, — Наполеон произнёс просьбу вполне чётко, чувствуя себя секретным агентом, который даёт коллегам время уйти, подставляя себя под удар. — Я вижу, вы так ничему и не научились? — вполголоса произнёс Эдриан, окидывая Соло взглядом с головы до ног. — Я ведь довольно чётко дал вам понять в прошлую нашу встречу, что деревенскому мальчишке совсем не место в этом обществе, — Сандерс понизил голос ещё сильнее. — С того времени многое изменилось, — склонил голову вбок Соло, белозубо улыбаясь и вежливо кивая знакомым, которые проходили мимо, но не рисковали отрывать его от разговора. — Верно. Прошло почти четыре года, — Эдриан отпил из бокала с шампанским. Кислятина, брют, но это часть этикета и негласных правил подобного рода мероприятий. Никто не запрещал просто таскать бокал с собой, изредка прижимаясь губами к тонкому стеклу, но не отпивая. — Я готов слушать, Эдриан, — холодно произнёс Наполеон, сцепляя ладони в замок. В это время за колонной, подальше от поля зрения Сандерса, Теллер нагнетала панику с таким каменным лицом, что никто из присутствующих, кто не слышал её речь, не подумал бы, что она волновалась. — Виктория, это же ведь Сандерс, — голос дрогнул на последнем слове, предавая хозяйку. — Неправильно было оставлять его с ним один на один! — Это было самым правильным решением, — ровно произнесла Винчигуэрра. В её глазах не было паники — однако она прекрасно осознавала, что босс в присутствии Эдриана может сорваться. Он ведь, чёрт возьми, не из стали сделан! — Илья, пожалуйста, выручи нашего Кена, — Винчигуэрра мягко прикоснулась к чужому плечу, затянутому в ткань лилового пиджака. — Скажи, что требуется его решение по образцам новой коллекции. Габи удивлённо приоткрыла рот, обведённый тёмно-зелёной помадой в тон платью. — Мы в одной лодке, мисс Теллер, — пожала плечами Виктория, когда Курякин направился к боссу, разбивая толпу, словно ледокол. — И если при кораблекрушении капитан идёт на дно вместе со своим судном, то куда проще не допустить катастрофы, чем расхлёбывать её последствия. Идёмте, показ скоро начнётся. Не хотелось бы попасться на глаза этому старику ещё раз. Теллер коротко кивнула, и девушки скрылись в главном зале, уже подготовленном для показа. Илья в это время уже неловко замер напротив Сандерса, почти покрасневшего от гнева, и методично выводящего его из равновесия Наполеона. — Мистер Соло? — вполголоса окликнул его Илья. — Звонили насчёт образчиков новой коллекции, Виктории нужно ваше присутствие. — Ах, разумеется. Простите, мистер Сандерс, — едко выплюнул Соло. Курякин мимоходом отметил, что в этот момент сходство с гадюкой-Винчигуэррой достигло пика. — Приятного вечера, — Наполеон белозубо улыбнулся напоследок, кивнул Илье и последовал за ним. Возле зала главный редактор «Progettista» огляделся по сторонам, не обнаружил никого и замер, медленно выдыхая. — Мистер Соло? — В отсутствие сотрудников и лиц, подобных Сандерсу, — просто Наполеон, — Соло слегка ослабил тугой узел бабочки и прижал ледяную ладонь к горящей щеке. Кровь под тонкой кожей слишком выдавала некую взбудораженность после спора с Эдрианом. — Позвольте поинтересоваться, кто это был? — Уже — никто, — рвано вдохнул Соло, поправляя бабочку и приглаживая волосы. — Идём. Виктория и Габриэлла должны быть уже в зале. -- Им были выделены места в первом ряду, рядом с подиумом — до действа оставалось минут пятнадцать, а потому Илья, сидевший по правую руку от Габи, решил-таки поинтересоваться у неё о том, кто был этот неприятный рыжий мужчина, выведший Соло из душевного равновесия. — Ты совсем ничего не читал о «Progettista», прежде чем устроиться к нам на работу? — Я узнал, кто требуется и что входит в его обязанности, — пожал плечами в ответ Илья. — До того, как прийти на пост главного редактора и вывести журнал на совершенно новый уровень в мире моды, Наполеон работал моделью у Сандерса. Совершенно другое издание, совершенно иное направление, пусть и тоже связанное с модой — иначе сегодня мы бы его тут не увидели, — Габриэлла на мгновение замерла. — Впрочем, он мог приехать сюда аккурат из-за Наполеона. В любом случае, условия работы у Эдриана Соло не понравились. Не сошлись в контракте. Это официальная версия. — А другая? — А неофициальная такова, что Сандерс сам метил на пост главного редактора «Progettista», — вполголоса ответила ему Теллер, устраиваясь на стуле поудобнее. Освещение в зале погасло, а софиты стали ярче. На подиуме под шквал аплодисментов появился сам творец. — Bonsoir madame et messieurs! Je suis tres enchante…[3] -- Винить Лорана в старческом маразме и отсутствии вкуса не смог бы даже Илья — человек, от моды далёкий настолько же, насколько Луна — от альфа-центавры. Одежда была сделана изысканно, из дорогих тканей и с расчётом на то, что люди будут её носить. На выпускных, на красных дорожках, «Оскарах», приёмах, свадьбах — да на чём угодно, что требует выглядеть безупречно. — Надо будет отправить запрос на предмет образцов мужской верхней одежды. Идея о том, что красные перья могут носить не только женщины, показалась мне неплохой, — задумчиво выдал Соло, внимательно изучая моделей, вышедших на последний поклон вместе с дизайнером. — Да, но она не нова, Наполеон, — с лёгким укором произнесла Винчигуэрра. — Мода циклична, — не стал отрицать Соло. — Но шуба из алых перьев вкупе с гофрированными золотыми брюками смотрится эффектно, пусть и слишком кричаще. Я бы предложил заменить брюки и рубашку на целиком чёрный костюм, чтобы оставить один яркий акцент. Но с другой стороны, это же Лоран. Кому, как не ему, знать, что носить? Габи задумалась на мгновение, а потом согласно кивнула. — Идёмте. Илья, запиши, пожалуйста, всё, что будет говорить Лоран. Виктория, тебя это тоже касается — это самый что ни на есть новостной блок. В идеале, разумеется, взять у него интервью, если журналисты его на сувениры не растащили. А… — Фотографии нам обеспечат, я договорилась с одним из фотографов, — кивнула Теллер, поднимаясь с кресла и цепляясь за подставленный локоть. — Отлично. За работу! Потому что без работы у Соло наверняка бы поехала крыша.