Ласковые мгновения

      Ты просто потрясающий. У меня буквально не хватает слов, чтобы ты понял, насколько сильно я желаю ощущать тебя. Постоянно. Я знаю, что возможно тебя это разозлит, возможно совсем не впечатлит, возможно ты сухо ответишь мне: «Врешь!», однако я все еще с трудом переживаю секундную разлуку. Я хочу проводить пальцами по твоей коже, смотреть на тебя, чувствовать твое горячее дыхание, ни с кем тебя не делить. Очень глупо, но я настолько отчаянно борюсь за право занять в твоем сердце как можно больше места, что это выглядит так дешево и повседневно. Чем чаще говоришь что-то, тем меньше это ценится и замечается человеком. Так что же мне остается в моменты, когда чувства буквально захлестывают меня, когда невозможно молчать. Восхищение каждым твоим действием, каждой мелочью — ты меня возненавидишь! Настолько сильно, насколько это вообще возможно. Самой жгучей и яростной ненавистью, на которую только способен. Это тяжело мне дается — я на грани. Во мне борются две стороны: одна всем своим естеством желает быть Абсолютом, обволакивающим любую прихоть. Быть водой, принимающей любую форму, какую ты захочешь ей придать. Но есть и вторая сторона, кричащая во весь голос о том, что это лишь отвратная и дешевая пародия на «идеал». Непостижимая аксиома, как истина, которую никому не суждено понять. Ластиться и быть вечно в ногах одного хозяина или быть гордой ровней с разительной разницей в восприятии? Я совершенно не понимаю себя и, кажется, снова начинаю воображать, как когда-то давно, когда была ребенком. Только, знаешь, отчего-то теперь страшно, что диалоги из головы имеют огромную вероятность стать реальными: и это меня пугает.       Я всё еще без памяти влюблена. Во сне я вижу губы, которые ложатся поверх моих так сладко, руки, которые сжимают меня так сильно. Мечтаю связать с этими серо-голубыми глазами так много чудесных моментов, бесконечное множество, чтобы, если вдруг ты решишь меня оставить, я никогда не смогла бы забыть тебя. Любое мучение всласть, если ты это делаешь ты, ведь не нужна бы я была тебе, ты бы интересовался мной хоть так? Издевайся надо мной как можно больше, чтобы я не чувствовала себя ненужной, чтобы знала, что всё еще интересна тебе, хоть как-нибудь. Схвати меня за шею так крепко, чтобы закатились глаза и посинели губы, чтобы мой мучительно-сладкий хрип заполнял пространство между нами, чтобы боль заняла всё место во мне, вытесняя остатки нежного и сильного. Я не буду сопротивляться, буду ползать и давиться слезами, чтобы твое лицо не приобрело надменный вид, чтобы на нем не было отвращения.       Когда-то я хотела стать к тебе ближе, чем кто-либо, но отчего-то стала дальше от самой себя.