Основатели

Мито Узумаки сидела за партой, подперев ладошкой свою круглую румяную щёчку. И задумчиво грызла кончик карандаша. Надо бы заметить, что совсем недавно её везли за долгие-долгие мили, около недели бесчеловечно укачивая в карете. А затем вышвырнули в совершенно незнакомое место, жестоко отдав на растерзание судьбе и обстоятельствам. Однако, пусть всё и было донельзя прискорбно, некоторые моменты её жизни всё же остались практически неизменными. Вот и сегодня Мито не удалось вовремя спрятаться от ежедневных занятий по теориям (подобной гадостью вездесущие звери-репетиторы просто обожали донимать несчастных интеллигентных девушек высшего сословия). Перед ней стоял, слегка взволнованно переминаясь с ноги на ногу, двухметровый шкафообразный бугай — её провожатый (который также исполнял роль секьюрити, информатора, психолога, заботливой нянечки и кухарки). — Достопочтенная Мито-сама, — потеребив в руках несколько листочков, пробасил он. — Поскольку Вам пришлось покинуть пределы родной страны, то я обязан ознакомить Вас с особенностями этого места, здешними обычаями и менталитетом. Поэтому сегодня я проведу с Вами беседу, которая будет посвящена теме «Коноха и её выдающиеся личности». Мито недовольно скуксила губки. — Яся-кун, мне уже не пять лет! — обиженно сообщила она. Её слова прозвучали звонко и чисто, словно переливистая трель летних колокольчиков. И непременно отбились от мощного квадратного лба Яси-куна. — Давай без этих школьных формальностей, ладно? — Прошу Вас, уважаемая Мито-сама, в данный момент называйте меня Ясухиро-сенсей, — настоял тот, проигнорировав девичий каприз. — Как скажешь, Яся-кун, — надув щёчки, только и ответила ему Узумаки. Ясухиро тяжко вздохнул, чем-то похожий на крайне уставшего бульдога-переростка, которого волей судьбы нечаянно сделали человеком. — Ну что же, — продолжил он, прокашлявшись. — Начнём с основ. Как Вы уже знаете, Коноха является первым в мире политическим объединением нескольких кланов. Она владеет собственной автономией, армейским корпусом и имеет своего верховного правителя, Хокаге. Вследствие чего и получила соответствующий ранг — Какурезато. Или же «Скрытая деревня», как Вам будет угодно, — здоровяк перелистнул страницу шпаргалки, которую целую ночь добросовестно готовил специально для юной госпожи. — Многочисленные шиноби Конохи представляют собой основную военную мощь Страны Огня. Очевидно, что подобная система объединения сил очень эффективна и удобна. Именно по этой причине наша с Вами родина, Узушиогакуре Страны Водоворота, образована по аналогии… Мито внимала, изредка поклёвывая вздёрнутым носиком. Прошло около получаса. Как вдруг её, уже безмятежно посапывающую на парте, бессовестно разбудил неожиданный шелест глянцевой бумаги: Ясухиро принялся раскладывать перед ней какие-то загадочные фотографии. И делал он это, кстати, с таким сосредоточенным видом, будто прямо сейчас собирался нагадать ей по этим снимкам дату Апокалипсиса. Химе Страны Водоворота любопытно вытянула шейку. — На данных фото представлены известнейшие лица этого селения, — закончив, доложил ей опекун. — А также на одном из них изображён… Он выдержал интригующую тревожную паузу. Мито напряглась и медленно подняла на него свои большие карие глаза. — …Ваш будущий жених, — констатировал тот на тяжёлом выдохе, отвернувшись. Мито эта внезапная новость до крайности не понравилась. — Фу, но я не хочу замуж! — тут же принялась капризничать она. — Я ведь так молода, наивна и неопытна! Ясечка, что ты мне здесь такое рассказываешь?! Ясухиро лишь понурил голову и как-то подозрительно шмыгнул носом. — По чести говоря, мне бы тоже не хотелось отдавать Вас в чужие руки, достопочтенная Мито-сама. Как-никак, я нянчил Вас ещё совсем манюней!.. — сказал он необычным дрогнувшим басом. — Но увы. Этого брака требуют обстоятельства, которым ни Вы, ни я не смеем перечить. — Это что ещё за бред сивого Джуби?! — пламенно возмутилась Мито. — Неужели всё это делается только потому, что моему папке захотелось побольше места для игры в футбол?! — огорчённо ударила она кулачком по столу (сразу же подув на свои пальчики, потому как немного их ушибла). — Как бы прискорбно это не звучало, но отчасти Вы правы, — Ясухиро незаметно утёр широченной ладонью узкие щелочки своих глаз. — Территория Узу но Куни весьма невелика. И, чтобы увеличить наше влияние, укрепить авторитет и крепко встать на ноги, даймё потребовал Вашего отца заключить союз с Конохой. Поскольку кланы Сенджу и Узумаки являются дальними родственниками, то ситуация вполне это нам позволяет. Поэтому после консилиума совет Узушиогакуре принял решение, что брачный союз является самым выгодным из возможных. Девушка перед ним раскраснелась от негодования. — А меня кто-нибудь спросить соизволил?! — раздосадовано пискнула Мито. — Почему я об этом узнала только сейчас?! — К сожалению, Ваш отец заранее предвидел отказ. Поэтому мне приказали сообщить Вам эту досадную новость лишь по прибытии в Коноху, — угрюмо вещал Ясухиро. — Вот Шукакины дети! — кисло скривилась принцесса Деревни Водоворота. — Мито-сама! — слегка оскорбился её опекун. — Вы же этими губами рис кушаете! Постарайтесь не ругаться в моём, а также чьём-либо присутствии!.. Мито достойно удержалась от того, чтобы не показать ему язычок. И, сердито надувшись, схватила в ладошку первую попавшуюся фотографию. Вероятно, зря. Очень зря. От снимка тут же попёрло мощной потусторонней энергетикой — некая незримая страшная сила откинула девушку назад, крепко вжала её в кресло, заставила побледнеть, покрыться холодным потом, мелко задрожать и пронесла перед глазами всю-всю прожитую жизнь, словно на поприще смертного одра. — Пресвятые Хачибины рожки! — тоненько взвизгнула Узумаки, перепугавшись до полуобморока. — Свят-свят-свят!.. — затем покрутила она ручкой над упавшим смятым фото, проведя какие-то загадочные манипуляции, чем-то похожие на обряд изгнания адского демона. — Страшный-то какой, господи! Я чуть инфаркт не схватила, так сильно я его испугалась!.. — На фото изображён Учиха Мадара, — бесстрастно пояснил ей двухметровый слуга. — Представитель Учиха Ичизоку и непосредственный лидер этого клана. Именно он дал имя деревне и внёс огромнейший вклад в её развитие. Обладатель мощнейшего на данный момент доудзюцу — Вечного Мангекьё Шарингана. — А в этих мешках под нижними веками он запасную пару глазищ хранит, что ли? — Мито настороженно показала носик из-за столешницы. Однако, вновь наткнувшись взглядом на дико патлатого, угрюмого и невероятно пугающего мужика, тут же юркнула обратно. — Или годовой запас свёклы?! Чего они у него такие большие и зверски страшные?! — приглушённо донёсся из-под парты её тоненький голосок. — Бессонницей страдают многие великие люди, — размыто предположил здоровяк. А потом продолжил значительно строже: — Учиха Мадара — крайне серьёзный и опасный человек. Абсолютный гений тайджуцу, нинджуцу и, в особенности, генджуцу… — То есть, если вдруг я осмелюсь закинуть его в библиотеку нашего клана, он нечаянно станет ещё и гением фуинджуцу? — изогнув тоненькую бровь, деловито скрестила ручки на груди Мито, когда соизволила вылезти из-под парты. — Вполне вероятно, — не стал спорить тот. — Его способности в сравнении с человеческими просто несоизмеримы. Если говорить вкратце, Учиха Мадара находится на самой верхушке элиты шиноби. Ответственен за армию. Представляет основную военную мощь Конохи… кхм, в одиночку. — Не удивительно, — фыркнула Узумаки. — Я чуть к праотцам не улетела только лишь от вида его причёски… — Как кандидата в мужья, я бы не осмелился Вам его рекомендовать, — прислонив ладонь к груди, искренне заявил Ясухиро. Узумаки лишь кротко кивнула головкой, мол, «Спасибо тебе от всего сердца за понимание, добрый человечек». — Ибо в деревне ходит поверье, что от каждого его нервного срыва тектонические плиты трескаются всё глубже и глубже… — Ого, психованный какой дядька!.. — вздрогнув, поразилась подобному раскладу Мито. — Ой!.. — она тут же расплылась в умильной улыбке, со сверхъестественной скоростью поменявшись в настроении. — А это что за мальчик такой миловидненький? — пытливо поинтересовалась Узумаки, уже вставив глаза в следующую фотографию. — Сколько ему здесь? Шестнадцать? — Двадцать три, — уточнил провожатый. — Согласен, для своих лет выглядит невероятно молодо, — с умным видом утвердил он, потерев подбородок. И продолжил. — Это Учиха Изуна. Младший брат Мадары. Взгляд Мито Узумаки сначала был абсолютно опустошённым. Она ещё раз взглянула на снимок Учихи Изуны — юноша на нём улыбался настолько солнечно, что это фото впору было использовать в роли фонарика, когда надобно посветить себе в тёмном подвале. А затем осторожно перевела взгляд на изображение Мадары, мужественно пытаясь не запищать от повторного ужаса (поскольку там уже зримо витала фиолетово-чёрная зловещая аура). И снова посмотрела на своего опекуна. — Он-то?! Младший брат этого лохматого чудовища?! — крайне поразил её подобный контраст. — Ясечка, ты сейчас серьёзно?! — Совершенно серьёзно, — кивнул тот. — Хоть они и мало похожи внешне, но Кеккей Генкай у обоих проявлен практически идентично. Изуна тоже обладает Мангекьё, пусть и не такого высоко уровня. — Мне нужно больше информации, Яся-кун! — явно заинтересовалась принцесса Водоворота, принявшись дотошно и тщательно сканировать прозорливым взглядом фотографию Изуны. Двухметровый амбал Ясечка тут же принялся рапортовать. — Прославил себя, как выдающийся дипломат и правая рука самого Хокаге. Широко известен как в деревне, так и за её пределами. Предотвратил войну Конохи и Кири только лишь при помощи нескольких фраз. — Ого! — искренне удивилась такому известию Мито. — Интересно, что же он умудрился такое ляпнуть, что даже настолько суровый косоглазый дед, как Шодай Мизукаге, передумал нападать на Коноху? — По словам очевидцев, похвалил его усы, — пожал плечами Ясухиро. — Предварительно активировав силу своего шарингана, видимо, — логично заметил он. — После этого Кири не только перестала представлять угрозу для Конохи, но и стала её близким союзником. А также партнёром в крупномасштабных торговых отношениях. Мито на эти слова лишь повертела пальчиком в воздухе, дескать, не тормози, дальше давай рассказывай. — На данный момент возглавляет департамент Коноха Кейму Бутай, — послушно затараторил её опекун. — В свои годы уже является непосредственным директором данного учреждения. Так же, как и его старший брат, обладает огромным военным потенциалом. Однако предпочитает решать конфликты путём переговоров... — Ясечка, чего ты мне здесь бурду разводишь? — очень уж неожиданно возмутилась Узумаки, ненароком вогнав своего репетитора в дикую каплю. — По существу давай. Рост? — Около ста семидесяти… — неуверенно промямлил тот, принявшись лихорадочно шелестеть шпаргалкой. «Я выше него буду… непорядок», — насупилась Мито. — Вес? — Пятьдесят пять кг, если не врут источники… «Он стройнее меня!..» — девушка оскорбилась до глубины души. — Состоит ли с кем-либо в отношениях? — она едко сощурилась, вперив подозрительный взгляд в своего слугу. — Неизвестно, — только вздохнул тот. — В смысле «неизвестно»?! — крайне поразилась такому раскладу Узумаки. — Ты ж только посмотри, какой он хорошенький! Да на него как девушки, так и мужики должны гроздьями вешаться!.. — До сегодняшнего дня не был замечен ни с кем при… кхм… компрометирующих обстоятельствах. Мито задумчиво поскребла пальчиком свою розовую щёчку. А затем вдруг до неприличия тяжко вздохнула и горестно положила снимок на место. — Яся-кун. Ты меня, конечно, извини, — многообещающе начала она. — Но он выглядит так, будто муженёк необходим не мне, а ему! — химе Водоворота сокрушённо возвела ладони к солнцу, что светило из окна. И добросовестно принялась причитать. — Ты только посмотри на эту фигурку! Ах, а личико?!.. — драмы в её словах было немерено. — Я ведь уже в первую неделю подобного замужества трагически погибну от зависти и комплекса неполноценности! Ясухиро лишь озадаченно похмурил свои лохматые брови, потому как никогда не понимал до конца этих запутанных девичьих принципов. И мельком посмотрел на фотографию, откуда ему тут же ослепительно улыбнулся светлокожий длинноволосый брюнет в церемониальном кимоно. «И вправду симпатичный… — сощурился от яркости этой улыбки мужчина. — Но и это её не устраивает. Тьфу ты. Вечно им всё не так. Видимо, именно по этой причине я всё ещё в холостяках шатаюсь…» А Мито, закончив тем временем с трагической сценой и удовлетворённо потерев друг о дружку ладони, уже вовсю принялась изучать следующий снимок. — А это что ещё за Мистер-щёчная-полоска? — она недоумённо похлопала своими пушистыми длинными ресничками. — О, никто иной, как Сенджу Тобирама. Сам Нидайме Хокаге, — с трепетом разъяснил Ясухиро. — В Конохагакуре он — глава всего и всея. — Симпатичный такой мужчинка, — сделав умное лицо, деловито кивнула девушка. — Только что таким суровым выглядит. И хмурится, что жуть — аж боязно… — Тобирама является почётным членом Сенджу Ичизоку, — продолжил провожатый, удержавшись от тематических комментариев. — И одним из сильнейших шиноби мира. А также родным братом бывшего Шодай Хокаге. — Угу. Интересненько… — Мито принялась присматриваться к фото упорнее. — Что-нибудь ещё о нём? — О, всенепременно! — Ясухиро воодушевился. — Трудно перечислить с ходу все его заслуги. Необычайно умелый политик; умён, прагматичен и серьёзен. Является инициатором создания таких институтов, как АНБУ, Академия Ниндзя и департамент Военной Полиции. Каждый закон этой деревни оформляется и регистрируется сугубо его рукой. Думаю, не будет преувеличением, если я скажу, что нынешний мир шиноби во многом обязан своим стремительным прогрессом именно Тобираме Сенджу. Благодаря его многочисленным трудам Коноха на данный момент процветает и упорно развивает свою экономику, — он вновь выдержал тяжёлую нагнетающую заминку перед тем, как закончить свой монолог главной контрольной фразой: — Естественно, как Вы уже сами смогли догадаться, предпочтительнее всего выйти замуж именно за… — Яся, — Мито старательно сравнивала два снимка (явно воспринимая своего сенсея, лишь как фоновый источник шума). — Я подозреваю. Ясухиро растерялся. — П-простите? — уточнил он. А Мито щурилась всё подозрительнее и подозрительнее. — Да. Я определённо их подозреваю, — строго понизив голосок, вынесла она свой неоспоримый вердикт. Её провожатый звучно сглотнул. А затем настороженно осмотрелся, нервно одёрнув ворот. И склонился к своей госпоже как можно ниже. — Полагаете, эти люди являются участниками заговора против Узу но Куни?.. — вкрадчивым сиплым шёпотом поинтересовался он. В его картошкообразный нос тут же полетели обе фотографии. — Скорее, это я буду участником заговора против Узу но Куни! — вспылила обиженная Мито, раздосадовано хлопнув ладошками по парте. — Чтобы неповадно было невинных девочек за мужиков всяких сомнительных выдавать! Причём, даже без их ведома!.. Ясухиро поднял фотографии и озадаченно их осмотрел. Раньше они были единым снимком (вымолить у местных журналистов фото с официального собрания Пяти Каге стоило здоровяку просто нечеловеческих усилий… и целого мешочка серебряных йен). Но сегодняшним утром Ясухиро старательно обрезал всё ненужное, отставив лишь необходимых личностей — Учиху Изуну и Сенджу Тобираму — чтобы госпоже было удобнее сориентироваться в своём выборе. — Тогда что Вас так насторожило, достопочтенная Мито-сама?.. — он смущённо почесал пятернёй свою покатую лысину. Мито, мигом поменявшись в лице, теперь оглядела своего слугу взглядом абсолютной проницательности и истинного понимания. — Только не говори мне, что Нидайме тоже ни разу не был замечен в этих твоих… — девушка подвигала носиком, вспоминая длинное и неприятно заумное слово. — …компрометирующих, о!.. — вспомнила она. — …обстоятельствах… — Не понимаю, к чему Вы клоните. Но это так, — растерянно покивал своим квадратным подбородком Ясухиро. — Хокаге — невероятно занятой человек. Вероятно, у него просто нет времени на личную жизнь… — Всё ясно, — как-то уж очень быстро что-то там поняла Мито, сделав какие-то свои женские выводы. — Ясечка, я очень ценю твои старания. Но увы!.. — она печально поправила две своих гулечки и возвела к потолку трагический взгляд, исполненный глубочайшего раскаяния. — Я не хочу бессовестно и стервозно воровать чужое счастье. — Я извиняюсь?.. — явно ничего не понял провожатый, ссутулившийся под лихим весом туманных девичьих догадок. Мито только вздохнула и царственно потыкала пальчиком в фотографии, что находились в гигантских мозолистых ладонях Ясухиро. — Сенджу Тобирама и… Учиха Изуна, да?.. — она деловито закинула ногу на ногу, изобразив чрезвычайную серьёзность в нежных чертах лица. — Они любовники. Снимки с лёгким шуршанием выпали из онемевших рук провожатого. — Ч-что?! — ошарашенно заикнулся тот, пока Узумаки бесстрастно рассматривала свои ноготки, методично шатая пяткой. — Да как… да как Вам вообще такое в голову пришло, уважаемая Мито-сама? — Ясечка! Это ведь ясно, как день! — сердито выпятила губки Мито. — Это просто о-че-ви-дно! Хокаге уж точно не возьмёт себе в ассистенты того, кто первый под руку попадётся!.. — Да, но... но я твёрдо уверен, что они друг другу не более, чем коллеги! — яро её уверил опекун. — Потому что Каге ответственен за благополучие всей деревни. А поскольку Учиха Изуна виртуозно владеет искусством дипломатии, то это неоднократно спасало Коноху от вооружённых вторже!.. — Любовники, — уверенно отчеканила Узумаки. Ясухиро, понурившись, выдохнул с невыносимой усталостью — со стороны даже показалось, словно где-то внутри него сдулись гигантские кузнечные меха. — Мито-сама. Честно признаться, я никогда не разделял Вашего интереса к однополым мужским отношениям… — искренне признался он. — Мужская любовь романтичная! — тут же взбеленилась девушка, прицельно запульнув в громилу деревянной кисточкой для конспектов. — Ничего ты не понимаешь, Ясечка! Потому что ты — твердолобый мужлан! Ясухиро тут же судорожно схватился за своё большое ранимое сердце, задетый подобными словами практически насмерть. — Кхх… как Вам угодно… — откашляв сгустки крови, не стал он перечить смертоносному моральному напору своей госпожи. — Я, конечно, слышал краем уха подобные сплетни… но ведь завистники… — В каждой сплетне есть не только доля сплетни! — Мито Узумаки величественно ударила кулачком по столу. — Слухи из воздуха не рождаются! И только Ясухиро хотел было возразить, что, мол, как раз-таки подобным образом по ушам и пускают слушки, как вдруг его настойчиво перебил заливистый восторженный писк. — Ой, чтоб мне в пузико Кьюби запечатался!.. — всплеснула в ладоши Мито, уставив сверкающие глаза на последнее фото. — А кто это здесь такой смешной? Ясухиро на мгновение отвлёкся, рассматривая тот же снимок. С фотографии ему дружелюбно усмехался некий приятный темноволосый мужчина, смугловатый и моложавый (который в минуту фотосета явно был навеселе, весь заляпанный какими-то сомнительными разноцветными кляксами таинственного происхождения). — Сенджу Хаширама, — послушно сообщил он. — Последняя кандидатура на роль Вашего мужа, Мито-сама, раз уж военачальник, дипломат и правитель Вам пришлись не по вкусу… — Ах, ну хватит тебе зудеть-то!.. — беспечно осадила его Узумаки. — Давай, вкладывай мне в уши его досье. И чтобы с самыми мельчайшими подробностями!.. — настойчиво приказала она. Ясухиро непременно повиновался. — Сенджу Хаширама на данный момент является неоспоримым лидером Сенджу Ичизоку. Известен, как инициатор мира между кланами Учиха и Сенджу, ранее враждовавшими, что положило конец периоду Сенгоку Джидай, — он принялся лихорадочно шелестеть шпаргалкой, выискивая побольше данных, пока Мито Узумаки самозабвенно растекалась по парте, уставив масляный взгляд в фотографию. — Сыграл важнейшую роль в основании Конохи благодаря своим экстраординарным способностям. — Это каким же? — тут же вскинулась девушка, явно удивившись. — Кеккей Генкай клана Сенджу — Мокутон, — вкрадчиво пояснили ей. — По словам местных жителей, запросто может построить шикарную дачу с садиком, лишь хлопнув в ладоши. — Ух ты! — изумилась принцесса Водоворота, пронзительно блеснув глазками. — Дорогое, наверное, удовольствие — такой домик себе заказать! — Точных расценок нет, — только лишь пожал плечами здоровяк. — Люди говорят, делает это за бутылочку саке. — Ах, какая невиданная щедрость!.. — глубоко восхитилась Мито, сердечно прижав фотографию к своей груди. — Слушай, Мадара… — тем временем окликнул друга Хаширама, как-то подозрительно разрумянившийся и посвежевший. — Чего тебе? — угрюмо буркнул тот, пока шарил шаринганами по прейскуранту в поисках раздела с алкогольными напитками. — Отчего-то мне так хорошо сейчас стало: мяконько, тепло… — искренне поделился с ним Сенджу своими счастливыми эмоциями, блаженно пожмурившись. — Будто к сисям женским ласково прислонили… — Так! — Мадара бахнул прейскурантом по столу настолько злобно, что всех клиентов вместе с персоналом мигом сдуло из пивнушки в самые отдалённые закоулки Конохи. — Ты где уже налакаться успел, а?! Всё! — разобиделся он. — Заказываю тебе яблочный сок! И кремовое пирожное для закуси! — Я трезвый! Трезвый я! — тут же принялся скулить Хаширама, упорно пытаясь вернуть прежний листик с перечнем пива и саке, пока Мадара уже кропотливо изучал детское меню с соками. — Ну давай хоть по стопочке!.. Ну пожалуйста!.. — Нет! Обойдёшься! Достал ты меня, дармоед, тунеядец и пьяница! — свирепо огрызнулся тот, отпихиваясь всеми имеющимися конечностями от ноющего лидера Сенджу Ичизоку. — Теперь лишь в посмертии будешь со мной саке лакать! — А другие варианты собутыльничества можно огласить?.. — оптимистично потребовал тот, накрепко повиснув на руке, как клещ. Мадара брезгливо отряхнулся. — Только в том случае, если я буду лежать перед тобой на сырой земле, полуголый и подыхающий! Хаширама тут же воодушевлённо принялся складывать печати. — А обязательным условием будет твоя рожа на моей левой сиське! — вовремя спохватился Мадара, быстренько придумав нечто в край безумное, чтобы его не задушило романтично цветущими лианами мокутона. — А также парящий в воздухе рогатый супер-дед со спиральными глазами, метровыми морщинами и смешным акцентом!.. Хаширама даже запнулся. И ошалело оглядел своего товарища с ног и вплоть до патлатой головы. — Не, Мадара, — прокомментировал он данные слова, озадаченно похлопав ресницами. — Да тут из нас двоих точно не я подшофе… Мадара мрачно нахмурился, уставившись своими красными от недосыпа и шарингана глазами Хашираме в карие очи. Напряжённое молчание плотно наэлектризовало воздух. Прошло пять невыносимо долгих минут. — Два яблочных сока и две пироженки, будьте добры, — наконец, буркнул Учиха в сторону перепуганного работника закусочной, пока тот с трудом записывал заказ крупно дрожащей вспотевшей рукой.