Основатели

Тобирама сидел за своим рабочим столом и с блаженной сосредоточенностью просматривал бланки — переговоры с Цучи но Куни прошли более, чем удачно. Его хорошее настроение и ленивая неторопливость явно послужили отличным стимулом для дальнейшего процветания деревни: в документе несказанно радовала каждая цифра. — М? — любопытно выглянул из-за его плеча Изуна, загруженный объёмной кипой папок с ведомостями, которую тащил для сортировки. — Тобирама, — он расплылся в довольной улыбке, мельком рассмотрев на бланке лихой приток новых миссий высших рангов. А также обещанную за них выручку, где было больше пяти нулей. — Ты просто отличный Хокаге. Сенджу сыто усмехнулся. — Интересно, благодаря кому? — с томной хрипотцой отозвался он, отложив в сторону листы договора и откинувшись в кресле. Изуна лишь прельщённо рассмеялся на это, пусть и слегка зардевшись. — Здесь несколько миссий ранга «A». Хм, надо бы поручить брату… — задумчиво рассуждал Тобирама, слегка потягиваясь. — А то что-то ани-чан совсем обленился… — он нашёл ладонью позади ту часть тела Изуны, которую искренне считал весьма пикантной и притягательной. И авторитетно помял, постепенно заряжаясь жизнерадостностью и положительной энергией с утра пораньше. — Пусть в следующую субботу побегает за нукенинами. Хоть перегар свой выветрит. А то у террасы уже все хризантемы отошли в мир иной от его последнего визита… — Увы, Тобирама, — ответил ему Изуна, немного прогибаясь в пояснице, чтобы руке Сенджу было удобнее улавливать ресурсы хорошего настроения. — Но в следующую субботу он не может. Имеется крайне уважительная причина. — М? — Тобирама даже слегка очнулся от томительной задумчивости. — И какая же причина нашлась у этого алкоголика? — Свадьба, — солнечно улыбнулся ему Учиха. «Чья?» — уже хотел полюбопытствовать Тобирама. Но, к сожалению, не успел. Тишину нарушил торопливый стук в дверь, который мигом спровоцировал руку Сенджу сделать вид, будто она всё это время безмятежно чесала затылок и ни в коем случае ничем другим больше не занималась. — Прошу простить за беспокойство! — пронёсся по комнате звонкий девичий голосок. Двери слегка приоткрылись, и из-за них осторожно показала носик некая молодая девица с невероятно яркими волосами. — Могу ли я переговорить с Нидайме Хокаге? — Можете, — скупо кивнул Тобирама, непременно сделав вид крайне серьёзного и занятого человека. На пороге тут же засверкал задорный жизнерадостный лик Мито Узумаки, улыбка которой на мгновение послужила кабинету дополнительным источником освещения. Тобирама слегка сощурился от этого мощного напора положительных эмоций и яркости рыжих волос. «А-а, представительница Узумаки Ичизоку из Узу но Куни… — отстранённо вспоминал он кое-какие сведения из недавних вестей. — Погодите-ка! — спохватился Сенджу. — Они ведь хотели заключить с нами союз путём брачного контракта! — внезапное понимание поселило в его душу склизкое опасение. — И за кого же её решили выдать, интересно?» — Добрый день! — живенько поздоровалась с ним девушка, слегка приподняв в вежливом поклоне полы своего платьишка. — Моё имя — Мито Узумаки. Я химе Деревни Водоворота. И целью моего визита к Вам, уважаемый Нидайме Хокаге-сама, является новость о скором замужестве с ОЙ! — она пискнула это так резко, что Тобирама, уже расслабившийся под монотонным потоком фраз, чуть не свалился с кресла от неожиданности. — Изуна-сан! — Мито Узумаки всплеснула в ладоши донельзя радостно. — Не ожидала, что встречу Вас здесь! — и она, вмиг позабывшая о формальностях, быстренько побежала к нему пламенно здороваться. — Я так рада Вас видеть! — Я тоже очень рад, уважаемая Мито-сама, — Изуна улыбался даже приветливее, чем обычно. И с большой охотой разрешал сжимать себя в крепких объятиях, пока сердце Тобирамы плавно ускоряло свой ритм, при этом становясь всё тяжелее и тяжелее. Стоп — подумал Тобирама. — Что это значит? Неужели?.. Сенджу болезненно побледнел. Мито обнимала Изуну так крепко, как только могла — и это явно было неспроста. «Ясно», — настигло разум трагическое озарение. Учиха весело и безмятежно смеялся ей в ответ, а Тобирама уже был готов умереть от страданий. Страшные эпизоды недалёкого будущего вмиг вспыхнули в его остекленевших глазах, словно пламя пожара. Свадьба. Кольца. Поцелуй, во время которого данная рыжая особа трепетно склоняется к Изуне, ибо выше чуть ли не на полголовы. Семейная жизнь, где нет места чужим. Десятилетний перепуганный Хирузен, которому Тобирама передаёт свой титул Хокаге, а сам в одиночку идёт на передовую, в самый очаг военных действий, поскольку ему больше нечего терять. — Знаете-знаете, я так рада стать невестой Хашиньки! — вдруг, вклинившись в его смертоносные мысли, до невозможности солнечно запричитала Узумаки. Вдобавок ещё и прыгая от эмоций, словно мячик-попрыгунчик. — Да и фразы насчёт... кхм... клана Плодородия оказались абсолютной правдой, — затем вкрадчиво сообщила она Изуне шёпотом на ушко, азартно подмигнув. «Хашиньки?..» — похмурил светлые брови Тобирама, пока с его души, дико грохоча, скатывался трёхтонный валун. — Ой, простите-простите! — тут же спохватилась девушка, видимо, вспомнив: находится она, как-никак, в личном кабинете наивысшего лица Конохагакуре. И снова галантно поклонилась Тобираме, выражая своё высочайшее почтение. — Я пришла сказать Вам о том, что являюсь невестой Вашего старшего брата, Хаширамы Сенджу. И очень бы хотела познакомиться с его ближайшими родственниками! — Мито засверкала так, что солнце, вовсю светившее на данный момент из окна, уязвлённо поблекло на её фоне. — А также лично передать Вам в руки приглашение на нашу свадьбу! — Ох, какой неожиданный и приятный сюрприз, — принимая из нежных девичьих ладоней конверт, непременно просиял Тобирама (правда, больше от огромного облегчения, нежели от радости). «Созрел наконец-таки… — думал он тем временем, глухо выдыхая. — Слава богу. А то я уже всерьёз стал волноваться, что он вовек от меня не отлипнет со своими холостяцкими заморочками…» — Ах! — вновь воскликнула Мито донельзя звонко, талантливо сконфузив Тобираму уже дважды. — Какая симпатичная ленточка у Вас на руке, Нидайме-сама! Тобирама, озадаченный, поспешил аккуратно спрятать под рукавом хаори тканевые наручи, что были закреплены на левой руке старой лентой Изуны. — Где-то я уже видела похожую… — Мито задумчиво приложила пальчик к своим болтливым девичьим губкам. — Ах да! Точно ведь! — она невинно похлопала своими большими глазками в сторону Учихи. — Изуна-сан, Вы ведь подвязываете свои волосы такой же милой ленточкой! Изуна и Тобирама, побледневшие, переглянулись. «Больше пяти лет конспирации, Тобирама, — прочитал Сенджу в распахнутых чёрных глазах до ужаса взволнованное телепатическое послание. — И сейчас мы на волоске от жуткого скандала в СМИ. Откуда у тебя моя лента?» «Ты сам мне её отдал, — послал ему Тобирама ответный ментальный сигнал, поджав побелевшие губы. — Когда закреплял повязку мне на запястье. Я ведь тогда кунаем на рыбалке зазорно порезался, помнишь?» «Господи, это ведь было ещё во времена войны!.. — хаотичные мысли Изуны вновь ворвались в его черепную коробку, уверенно распаляя панику. — Бог знает сколько времени уже прошло. Почему ты её не выкинул? Она ведь была напрочь вымазана в крови!..» «Какое расточительство. Я её выстирал, выгладил и сохранил, как талисман на удачу». «О, Ками. Ты ведь никогда не был суеверен!..» «Зато я был влюблён, — выразительно приподнял брови Тобирама, готовый яро отстаивать свою позицию. — Как и сейчас, в принципе. Поэтому и свято храню». «Но!..» — Так! — вдруг прервал их жаркие экстрасенсорные дебаты уверенный девичий голосок. Взгляд Мито вдруг ни с того, ни с сего стал твёрд, словно кремень. — Можете уже прекратить перемаргиваться азбукой Морзе! — казалось, будто в хрупкой девушке внезапно разбушевалась неукротимая диктаторская сущность. Мито, узенько сощурившись, прицельно окатила острым взором обоих. — Я вас раскусила. — … — в унисон открыли рты Учиха и Сенджу, разбито опустив руки. — Но… — всё же попробовал хоть как-то выкрутиться Изуна, добросовестно сочиняя им оправдания из последних сил. — Я Вас уверяю, Мито-сама, Вы всё не так поняли!.. Не думаю, что обычная лента что-либо значит. — Он, судорожно сглотнув, пристально посмотрел в сторону Тобирамы, пока тот усердно пытался изобразить человека, у которого ещё с рождения были прискорбно атрофированы все эмоции. — Ведь мы, как-никак, близкие коллеги. — Настолько близкие, что Хокаге-сама даже любовно щупал Вашу попку? — Мито хитренько улыбнулась, пожмурившись с лёгким злорадством. — Ах, что Вы! — притворно вскинул ладони Изуна, с содроганием понимая в глубине души: он сейчас впервые за всю свою блистательную карьеру дипломата потерпит в дискуссии оглушительное фиаско. — И как Вы только могли подобное предположить? — А я и не предполагала, — пожала плечиками Мито. А затем метко устремила ноготок в сторону двери. — Я сквозь дырочку замочную видела. — Тьфу ты… — тихонечко ругнулся сбоку огорчённый голос Тобирамы. Изуна помолчал, глядя в пустоту абсолютно безжизненными глазами. — У меня иссякла аргументация, — под конец всё-таки сдался он, разбито взлохматив ладонью затылок. — Тобирама, снабжай ястреба к адвокату, — тот непременно уселся за стол и обмакнул кисть в чернила. — А я за вилами… — тишину разрезал до боли тяжёлый вздох. — …отбиваться вечером от журналистов. — Нет-нет!.. — тут же поспешила остановить эту страшную процессию Узумаки, даже не предполагавшая, что всё настолько серьёзно. — Уверяю вас, я честно-пречестно сохраню ваш секрет в тайне! Оба неторопливо оторвались от своих занятий, синхронно устремив на девушку выжидающие взгляды. — Даттебаё! — сокрушённо воскликнула Узумаки. — Да не смотрите же на меня так. Я не для того приехала в вашу деревню, чтобы распускать сплетни. Клянусь гулечками своими драгоценными и ромбиком лобным! — И всё же. Где гарантия того, что наша репутация останется прежней? — деловито пробасил Тобирама, сомкнув ладони в замок. — Обязуюсь выплатить в качестве компенсации заранее обговорённую сумму, — также поспешила войти в роль бизнес-леди Мито, молниеносно поменявшись в лице и скрестив на груди руки. — В том случае, если выяснится, что причиной утечки информации стала я. — А также часть налога Узушиогакуре перейдёт Конохе, — по старой привычке поспешил урвать куш Тобирама. — Около двадцати процентов. «Господи, да это ведь будет финансовый крах! — покрылась Мито ледяным потом. — Папка при таком раскладе уже на втором месяце станет бомжевать, собирая по обочинам стеклотару!..» — Пятнадцать процентов! — попыталась она спасти свою родину от экономической катастрофы. — Двадцать пять, — настоял Сенджу. — Искренне и самоотверженно обязуюсь хранить молчание! — авторитетно гарантировала та. А про себя тайком подумала: в жизни у неё не было такого прискорбного стимула для того, чтобы держать язык за зубами. — Можете считать, что сделка состоялась. — Благодарю за сотрудничество, — симультанно проговорили оба, пожав друг другу руки. «Ха-ха. Они всё-таки любовники, — сладко жмурилась в эту секунду Узумаки, разрумянившись. — Эта информация определённо стоит любых затрат. И это с учётом того, что я ничего не потеряю, если буду молчать. Чувствую себя победительницей». «Хм, небольшой скандал в прессе в обмен на стремительное пополнение казны и ежемесячный приток дополнительных средств, — практически ликовал Тобирама, стараясь при этом выглядеть как можно серьёзнее. — И это с учётом того, что мы ничего не обязаны предпринимать. Чувствую себя победителем». Изуна в это время лишь озадаченно перекатывал радужки от одной к другому, не рискуя что-либо сказать. — С Вами приятно иметь дело, Узумаки-сан, — официозно заявил Тобирама, разомкнув рукопожатие. — Взаимно, Тобирама-сан, — адресовала тому Мито идентичный сдержанный комплимент. — Но впредь будьте осмотрительнее. Потому как отныне Вам выгодно, чтобы разболтала про Вашу любовь-морковь именно я, а не кто-либо иной. Изуна недоумённо уставился в пустоту. — О, обязательно, — удовлетворённо кивнул Тобирама, явно плывущий с Мито на одной волне. — Приятно осознавать, что в моей родне наконец-то появится думающий человек. Мито звонко рассмеялась на эти слова. — Пусть дело на мне не заканчивается. Уверена, лимит свадеб в субботу следующей недели никто не ограничивал, — одухотворённо намекнула она. Изуна неуверенно поднял указательный палец, кажется, понимая, что разговор потихонечку втекает не в то русло. — Настаиваете, чтобы я позвал под венец главу Полиции? — явственно вошёл в раж Тобирама, сверкнув глазами. — И тем самым расторг нашу сделку? — Взамен на незабываемые впечатления, гарантию душевного спокойствия и долгую счастливую жизнь, — воодушевлённо парировала Мито. — Заманчиво, — скупо кивнул Сенджу. — Но наше свадебное агентство вряд ли специализируется на подобных браках. — Никогда не поздно для нововведений, — зазывно ворковала Узумаки, притопывая ножкой. — Особенно для Вас. Правда ведь, создатель АНБУ, Академии и Полиции? Тобирама выдержанно промолчал, поведя подбородком. И Учиха с содроганием сердца рассмотрел в его глазах блеск — тот самый блеск вдохновения — который всегда, без исключения, предвещал какие-нибудь реформы и новаторства. «Господи, у неё что… — постепенно снисходило до Изуны. — …получилось склонить его на сторону введения в обиход гражданской жизни однополых браков? Да это ведь явный талант! Поверить не могу». — Изуна! — Тобирама обернулся к нему резко и с непередаваемой живостью глаз. — Думаю, современная система женитьбы чрезмерно ужесточе!.. — Я согласен! — вдруг, непонятно чем мотивируясь, выпалило тело Изуны, пока тот даже не успел сориентироваться и адекватно додумать протекающую мысль. — То есть!.. — запоздало спохватился Учиха, пока Мито в тихом экстазе потирала ладони. — То есть, я хотел сказать, что я согласен следовать условиям сделки, нежели… заключать подобный союз… выходить замуж… ох!.. — сокрушённо вздохнул он, торопливо спрятав в ладонях лицо, порозовевшее от неловкости. — Мито-сама, прошу Вас. Прекратите собирать компромат на известнейших политиков селения. Вы ведь так устроите гражданский переворот. И доведёте моего глубоко любимого нии-сана до хронического невроза и неизлечимой бессонницы. Как вдруг Тобирама, заслышав последние слова, по малоизвестным причинам оживился ещё больше. — Достопочтенная Узумаки-сан. Мы немедленно должны обсудить с Вами необходимые аспекты подобной реорганизации брачных устоев, — авторитетно заявил он, уже заняв своё место в кресле Хокаге. — Незамедлительно и всенепременно, — не менее представительно вторила та, также поспешив занять место напротив (пока внутри её нежной души заливался басистым злорадным хохотом сам Сатана). — П-подож… Стойте! — попытался вклиниться Изуна в этот беспредел. Ибо очень хорошо понимал, что за подобной свадьбой непременно последует бесчеловечное разрушение деревни гигантскими ручищами Сусаноо. А также глубо-о-окий кратер на месте бывшей резиденции Хокаге, проделанный клинком Тоцука, как необходимое дополнение. И перманентное умерщвление всего живого — в комплекте, совершенно бесплатно. — Так вот, где ты прячешься, фиалочка моя сахарная!.. — как вдруг в распахнутой двери, словно по мановению волшебной палочки, внезапно материализовался упыханный раскрасневшийся Хаширама. Тобирама и Изуна обменялись красноречивыми взглядами. «Фиалочка?» — риторически поинтересовался Тобирама, не раскрывая рта. «Сахарная?..» — вторил ему Изуна, из последних сил пытаясь не надувать щёки от сдерживаемого смеха. А Хаширама тем временем едва-едва сумел наглотаться живительного воздуха, чтобы хоть как-то стать похожим на адекватного человека, а не на ходячую концепцию бесконечной одышки. И продолжил: — Потерял я тебя, ласковый мой цветочек!.. Фух, чуть инфаркт не схватил, пока по селу мотался!.. — О, прости меня, сладенький! — взволнованно всплеснула в ладошки Мито. И в неуловимом мгновении ока сменила амплуа неприступной деловой дамы на образ наивной покладистой девочки. — Я просто заскочила на несколько секундочек к твоему отото — лично в руки передать приглашение! И нечаянно заболталась с ним о всяких пустяках! — она, опьяняюще улыбнувшись, кокетливо подмигнула Хашираме (чтобы тот непременно растёкся по полу неприлично счастливой лужей). — Что-то случилось, крольчонок мой милый? Ты выглядишь таким обеспокоенным!.. — Точно! — мигом спохватился Хаширама, вновь ответственно собрав себя в человеческую форму. И, очевидно, вспомнив нечто до крайности важное. — Я ведь прибежал к вам с очень жуткой и страшной новостью! И она наверняка будет даже жутче и страшнее, чем те загадочные вопли сегодняшней ночью, а также то, что их так зверски вопило, чем бы оно ни было, прости господи! — судорожно схватившись за сердце, на единой ноте отрапортовал старший Сенджу, словно диктор, которого подгоняли в спину плёткой и раскалёнными прутьями. Узумаки с Учихой настороженно вытянули шеи, испугавшись и заинтересовавшись в одночасье. Хаширама замогильно просипел им некую загадочную страшную фразу. — Ах!.. — вскинулся похолодевший Изуна, прислонив ладони к обескровленным губам. — Божечка!.. — воскликнула ужаснувшаяся Мито, нутром чувствуя, как миру в скором времени определённо настанет огромный… коллапс. Тобирама же, ненароком отвлёкшись на мысли о церемониальных свадебных одеждах (ответственно гадая, необходима ли Изуне фата, или всё-таки нужен мужской образец кимоно), прискорбно всё прослушал. — Что ты там говоришь? — запоздало отреагировал он, слегка не вписываясь в воцарившуюся атмосферу всеобъемлющей ужаснейшей трагедии. Хаширама, тяжело сглотнув вязкую слюну, повторил: — Говорю, Мадара из деревни свалил. На несколько секунд весь кабинет погрузился в замогильную тревожную тишину. — Ну и отлично, — бесстрастно заключил Тобирама, продолжив прерванное занятие без всякого зазрения совести.