Not That Bad

Суббота. Кит сидел в своей комнате, жевал печенье и целенаправленно игнорировал эссе, которое ему нужно писать. Он перестал заморачиваться с открытием новых вкладок рядом с теми, что «использовал» для учёбы, и просто переключился на новый браузер. В нём-то было куда больше интересного: страничка с Cryptid Wiki *, приостановленный Тетрис, видеозапись демонстрационного полёта реактивного самолёта и заброшенная вкладка с фотографиями спиральной аномалии в Норвегии в 2009 году (он хотел поставить её на рабочий стол, но никак не мог найти подходящий ему формат). Он был как раз на середине статьи о возможности замены человека искусственным интеллектом в военной авиации (пилот всегда будет летать лучше, думал Кит, если он в этом профессионал), когда в его дверь постучали. Он вскочил, решив, что это администрация, но, к своему огромному удивлению, встретился на пороге с Пидж и Ханком. — Здаров, — сказал Ханк, а Пидж просто кивнула. — Привет, — Кит обрадовался, что был одет для похода за продуктами и выглядел вполне презентабельно. Обычно в это время на нём надета пижама, а волосы в полном беспорядке. Он выдал первую вещь, возникшую в голове: — Как вы узнали, где я живу? — Ты сказал, — пожал плечами Ханк, напоминая Киту, что тот имеет дело с умными людьми, которые помнят любые детали, даже сказанные невзначай. — Мы собирались навестить Лэнса на работе, — сказала Пидж, и Киту пришлось опустить на неё взгляд. Разница в росте и размерах между Ханком и Пидж ощущалась особенно сильно, когда они стояли рядом, но это не играло никакой роли, ведь они оба являлись равными источниками сухого остроумия и смущающих замечаний о технике. — Мы подумали, что ты захочешь присоединиться. — Будет кофе и куча болтовни, — заверил Ханк. — Я с вами, — устоять было трудно. — Отлично, мы подождем тебя внизу! — спускаясь, крикнула Пидж. Кит закрыл ноутбук, надел ботинки, перчатки и красную мотоциклетную куртку — на улице по-прежнему было прохладно — и собрал по всей комнате телефон, ключи и кошелёк. На выходе он глянул в зеркало, проверив прическу. Попробовал заправить волосы за уши, передумал, и оставил как прежде. Сойдёт. Спустившись, Кит нашёл друзей яростно что-то обсуждающими. Ханк сильно жестикулировал, раздражение отражалось на его лице и напряженной нижней челюсти. –…и то же самое перед целой аудиторией. Просто невероятно! — Это было очень грубо, чувак. — Что я пропустил? — спросил Кит, подходя ближе. — Новый учитель. Он нам не нравится, — объяснила Пидж. — Он проклятый колонизатор, — добавил Ханк. — Ханк оспорил парочку противных вещей, которые он сказал вчера. Это было круто. — А потом он поимел наглость сказать, что мне следует перестать цитировать любительские трактаты из интернета. Эм, алло? У меня не может быть своего собственного опыта? Ханк раздражённо фыркнул и сжал кулаки. Пидж успокаивающе погладила его руку и повернулась к Киту. — Клянусь, когда-нибудь Ханк спасёт этот мир. — Возможно, я завалю его предмет, к слову, — добавил он. — Скажите мне, кто это, чтобы я мог избегать с ним встреч, — Кит еле заметно улыбнулся. — Профессор Сендак, — проклокотал Ханк и провёл пальцем поперёк горла. — Ладно, хватит думать об этом придурке, пора подумать о шоколадном торте. Погнали. Пока они шли от общежития до кафетерия, где работал Лэнс, Пидж с Ханком не переставая болтали. Темы сменялись с невероятной быстротой от учёбы до любимых сериалов, которые они смотрели до того, как подсели на компьютерные игры. Они основательно допросили Кита и убедили его сыграть с ними вместе, когда узнали, что тот тоже играет в Overwatch. — Итак, за кого ты играешь? — спросила Пидж, глаза которой блеснули за стеклами очков. — Гэндзи, — одновременно сказали Кит и Ханк. Глаза Кита расширились, а Ханк махнул рукой и крикнул: — Так и думал! По какой-то причине Киту это показалось настолько смешным, что он начал сгибаться от смеха, удивляя даже самого себя. — Не умирай только, чувак, — усмехнулся Ханк. Кит выпрямился, протёр глаза от выступивших слёз и посмотрел на Пидж, которая тоже улыбалась. Ему было весело. Когда они зашли в кафе, Кит постарался не обращать внимания на туго натянувшиеся нервы, не заметив Лэнса у стойки. Вместо него стояла высокая девушка с короткими волосами и золотыми серёжками. — Шэй! — крикнул Ханк, расплываясь в улыбке. — Привет, ребята, — улыбнулась она в ответ. — Как дела? — Отлично, спасибо, — отозвалась Пидж. — Мы привели нашего друга Кита. Кит, это Шей, начальница Лэнса. — Единственная и неповторимая, — любовно проговорил Ханк. — Нам всё ещё не ясно, как ей удаётся держать его в узде. Кит с Шей обменялись кивками. Она была очень высокой, с мягкими и открытыми чертами лица, потому с первого взгляда понравилась парню. — Ладно, нам нужно отнести вещи, — сказала Пидж, и все они углубились внутрь кафетерия в поисках столика. Ханк несильно махнул Шэй, излучая едва сдерживаемое восхищение. Киту стало интересно, знает ли тот, что его влюблённость так очевидна. Это было очаровательно, в любом случае. — Лэнс, твои друзья пришли! — крикнула позади Шей. Кит почувствовал покалывание в районе шеи, как будто кто-то нежно до неё дотронулся. О, черт… Ужасающая догадка поразила его: вдруг его чувства также очевидны, как и чувства Ханка? Разве что, он не влюблён в Лэнса, так что это невозможно. Ага, ты только что чуть в обморок не упал от его сомнительных навыков игры на гитаре, внутренний голос эхом раздался в голове Кита. Он плотно сжал губы и решил игнорировать эти мысли, ускоряясь, чтобы догнать остальных, пока причина его расстройства не соизволила показаться. В полдень здесь было не очень много народу, так что Кит был рад тишине и свободному пространству. Здесь было уютно: тёмная мебель и жёлтые лампы, низко свисавшие с потолка; бежевые с бордовым стены, увешанные длинными полками со старыми книгами, скорее всего взятыми из комиссионки. Из колонок доносились нотки современного инди-попа вперемешку с инструментальным джазом. Друзья нашлись у кучи курток и сумок, сваленных на один из стульев. Кит добавил туда же свою. — Эм, я могу последить за вещами, пока вы заказываете, — предложил он. — Отлично, время шоколадного торта! — прокричал Ханк, и они с Пидж быстро вскочили со своих мест и бросились к кассе. Из-за угла послышался знакомый голос: — Привет, задроты. Не смогли дождаться вечера, чтобы увидеть меня, а? — Не могли дождаться того славного момента, когда ты будешь нас обслуживать, грубиян, — прощебетала Пидж в ответ. — Мне мятный капучино. — Почему ты оскорбляешь мои навыки именно таким образом? — Что-что ты сказал о моём заказе? Не заставляй меня звать твоего начальника! Пидж вернулась через пару минут с чашкой в руках. Она кивнула в сторону касс, сказав Киту: «Заказывай», и уселась на мягкий стул. Когда Кит подошёл, Ханк как раз ждал свой кофе, держа в руке тарелочку с куском торта. — У меня перерыв через… минут двадцать, — проговорил Лэнс, заметив Кита на пути к кассам. — О, гляньте-ка, кто тут у нас! — если бы его руки не были заняты приготовлением кофе, он бы наверняка скрестил их на груди. Поскольку так и было, он просто изогнул бровь и демонстративно выставил вперед подбородок. — Пришёл повыпендриваться? — Я пришёл выпить кофе, — ответил Кит. Господи, он такой странный. — Только ты приходишь куда-то, чтобы повыпендриваться, Лэнс, — заметил Ханк как всегда вовремя. Лэнс фыркнул и протянул другу высокую кружку с возвышающейся горкой из взбитых сливок, политой сверху сиропом. Тот издал восхищенное «ура» и взял кружку, добавляя перед тем, как присоединиться к Пидж: — Ты лучший, Лэнс! — Не забывай об этом, — крикнул он вслед другу и повернулся к Киту. — Здравствуйте, чем могу помочь? Он был в униформе: тёмно-бордовом фартуке поверх чёрной рубашки поло и золотым именным бэйджиком на груди. Кит решил не смотреть на губы Лэнса, которые обязательно всё испортят. Вместо этого Кит подметил, как хорошо руки Лэнса смотрятся в этой рубашке и, что тёмно-бордовый идеально сочетается со смуглым цветом его кожи и тёмным цветом волос. Парней в фартуках определённо здорово недооценивают. — Можно мне… — он только сейчас понял, что ничего не успел выбрать, потому глянул поверх головы Лэнса, где было вывешено меню. — Кит, моё лицо немного ниже! — сказал Лэнс с притворным возмущением, так что Киту пришлось игнорировать подступающую раздражительность. — Я возьму обычный латте, — наконец проговорил он. — Хорошо, хорошо, как ванильно с твоей стороны, — проговорил он, вбивая заказ и одаряя Кита взглядом, полным явного превосходства. Кит стиснул зубы; он так боялся, что начнет волноваться в присутствии Лэнса, но тот отлично справлялся, развеивая его страхи. — Можешь сделать его… — Без лактозы, так? — Ага, да. Спасибо, — Кит моргнул. Он запомнил? Он уже достал карточку из кошелька и приготовился заплатить, но Лэнс исчез из-за кассового аппарата, занявшись приготовлением кофе. — Эй, Работник Месяца, когда мне заплатить? — Бесплатно, — сказал Лэнс. — В качестве извинения за тот раз. О, боже. Это румянец у меня на щеках? Это определенно он. — Ты не должен этого делать. Я просто пошутил, я же говорил. — Эй! Я это не из благих побуждений делаю. Просто таким образом я тебе больше ничего не буду должен. И тогда начнётся… — Что начнётся? — Знаешь, я много думал и решил, что проигрывал тебе всё это время из-за чувства вины, которое меня сдерживало. Ну, до этого момента, — прищур его глаз должен был выглядеть эпично, но со стороны казалось, что ему просто что-то попало в глаз. Кит воздержался от насмешек по этому поводу. — В следующий раз никакой пощады. Добавить сливок? Взбитых, как твоя задница? — Да, пожалуйста, — ответил Кит без колебания. — Стой, ты говорил о беге или о «Вольтроне»? — Обо всем! — прошипел Лэнс. — Я больше не буду делать тебе поблажек. — Прекрасно. Может тогда с тобой можно будет по-настоящему посоревноваться. Лэнс высунул язык, дав Киту понять, что тот выиграл. — Вот твой латте, — сказал Лэнс, протягивая кружку через стойку. — И не выбрасывай его просто так в этот раз. И он подмигнул, — он, господи боже, подмигнул — что было совершенно неуместно. — Эта кружка из фарфора, зачем мне её… Но внимание Лэнса уже было обращено к следующему посетителю, так что Киту пришлось отойти, вдыхая тёплый аромат кофе. Тогда он и заметил салфетку, пропихнутую в ручку. Он вытащил её и развернул, замечая написанные тонким чёрным маркером цифры — номер телефона. По-видимому, точно такого же, как тот, что Кит выкинул в урну пару недель назад. Он неудачно попытался проглотить бьющееся сердце, которое застряло где-то в районе гортани. Лэнс был у него в друзьях в Скайпе (и Снэпчате, о чем он пожалел после пары идиотских сэлфи), но у него никогда не было его номера телефона. В этом как-то не было необходимости. Ну, теперь он у него есть. Первым, что пришло ему в голову, было повернуться назад и прошипеть чё за нахер?, что он и сделал. Первая часть фразы уже почти сорвалась с губ, когда он заметил, что Лэнс всё ещё помогает той женщине, а за ней еще целая очередь. Кит не мог поговорить с ним во время работы. Ты всё это спланировал. Он сжал салфетку в кулаке и вернулся к столику. Ханк смаковал свой шоколадный торт, отламывая маленькие кусочки, прикрывал глаза и влюблённо вздыхал. Кит решил прыгнуть с места в карьер и спросил прямо: — Всё, что делает Лэнс, такое странное? — Почти, — сказала Пидж. — Это его природа. Тигр не может снять с себя полоски и так далее. — Что на этот раз? — спросил Ханк, вытирая уголок рта. Кит показал салфетку, и они переглянулись. — Вооу, а он далеко зашёл. — Вы же знаете предысторию, так? — сказал Кит. — Эм… — Ханк всячески избегал встречи со взглядом Кита. — Может быть. Кит вкратце пересказал им всё, что происходило с того момента, как Лэнс сшиб его кружку с парты в классе. Когда он добрался до части, где Лэнс со всех ног мчался к нему в спортзал, Пидж чуть не подавилась истерическим хохотом. — Ого. Он не говорил об этом, — Ханк повёл плечом. — Неудивительно! Я не имею к этому никакого отношения, но меня это немного смутило. — Он пытается обыграть меня каким-то образом, — настаивал Кит. — Он точно что-то доказывает, но что именно? Какое ему дело? — Не думаю, что… — начал Ханк, но Пидж перебила. — Наш Лэнс — это тайна, завёрнутая в ещё одну тайну. Он будет продолжать вне зависимости от того, присоединился ты или нет, так что тебе решать. — Хах, — выдохнул Кит, сложил салфетку и убрал в карман. Пидж сменила тему. Они продолжили разговаривать обо всём, потягивая кофе. Ханк как раз закончил есть свой торт и перешёл к напитку, когда за их спинами раздался голос: — Долго ждали? — Лэнс сел на соседний от Кита стул. Он снял фартук, сменив его на голубую толстовку, надетую поверх всё той же рубашки поло. Она светлее, чем цвет его глаз, подумал Кит, чувствуя себя полным идиотом за то, что заметил. Лэнс открыл пластиковую коробку для обедов, в которой оказалась сливочная паста, и принялся за еду. — У меня есть полчаса, — проговорил он с набитым ртом. — Так, что я пропустил? — Скорее, что мы пропустили, — усмехнулась Пидж. — Почему ты не сказал, что попытался склеить Кита, но потом передумал? — Что? — прошипел Лэнс, чуть не выронив вилку. — Всё было не так! — он повернулся, чтобы грозно посмотреть на Кита. В уголке его губ остался соус, что делало выражение злости на его лице несколько комичным. — Что ты сказал им? — Именно так ты и сделал, так что всё это на тебе, — Киту нравилось думать, что у него тоже вышел хороший взгляд, прямо взгляд-меч, которым он парировал Лэнсу. Они неотрывно смотрели друг на друга, и Киту показалось, что Лэнс изо всех сил старался прожечь в его лбу дыру одним только взглядом. Никто не желал оторваться первым, пока Ханк дипломатично не поднял руки и не сказал: — Ладно-ладно, перестаньте, народ. Пути Лэнса неисповедимы, наш друг — идиот, бла-бла-бла, ничего нового. Лэнс, вытри лицо. Тот взял салфетку, протянутую Ханком и метнул на Кита последний убийственный взгляд перед тем, как разорвать контакт. — Как дела у Шэй? — спросил Ханк, улыбнувшись. — Почему ты спрашиваешь? — Лэнс усмехнулся грубо и похотливо. Пидж понадобились бы годы, чтобы у неё вышло хоть немного похоже: Лэнс был создан для этого выражения. — Просто… Проверяю. — Сегодня она закрывает магазин, — сказал он равнодушно и принялся рассматривать ногти, прекрасно зная, что Ханк ловил каждое его слово. — Так что нет никакого смысла в том, чтобы ждать до конца её смены, а потом провожать домой. Завтра, однако… — Эй, разве кто-то об этом говорил? — Ханк, это называется намёк. Совет от профессионала по свиданиям. — Не уверена насчёт второй части, но в этом есть смысл, — сказала Пидж. — Не понимаю, о чём вы, ребята, говорите, — скромно пробурчал Ханк, сдавая себя с потрохами. — Ханк, твоя влюблённость такая милая, и я хочу, чтобы ты знал, что тебе, как единственному натуралу в нашей компании, обеспечена наша поддержка. — Эй, я всё ещё на пути исследования собственной личности, Пидж. — Справедливо, но когда речь идёт о той девушке, Шэй, ты определённо натурал. Щёки Ханка порозовели, за чем последовала очередная шутка, но Кит уже не слушал. Он завис на фразе Пидж «как единственный натурал в нашей компании», хотя скорее на отсутствии реакции на это со стороны Лэнса. Ни слова протеста, никакого отрицания, никакой пылкой речи в подтверждение того, что Лэнса интересуют девушки. То есть… Это не так? Кит посмотрел направо, где Лэнс смеялся, делал ехидные замечания и казался полностью довольным собой — тем, кем он являлся, как оказалось, не натуралом. Внезапно Кит почувствовал тепло, разлившееся в его животе и дошедшее аж до кончиков пальцев, и покалывание в груди, которое он отказался называть надеждой.

***

Киту снился сон. Жаркий, тяжёлый и непонятный сон. Ему снились руки на его талии и в его волосах, они скользили по его телу и впивались в кожу. Ему снились губы около его уха, зубы на его шее и плечах. Ему снился отрывистый смех, щелчок языком; его липкие бедра мелко дрожали. Кит желал и был желанным в его сне. Его толкнули на кровать, пальцы впились в прохладные простыни, а чьи-то ладони коснулись его поясницы; он почувствовал что-то, невероятные ощущения пронзили каждый миллиметр его кожи, и он оказался балансирующим на краю между болью и облегчением, между сознанием и блаженством, между этой реальностью и… Он открыл глаза — обычные глаза — всего на миллиметр, но этого было достаточно. Кит проснулся. Реальность с силой ударила его, и сновидение потускнело, забирая с собой все ощущения и загадки. Он не был каким-нибудь озабоченным существом, которого соблазнил безликий незнакомец-красавец. Он просто молодой парень, один в своей комнате в общежитии и в отчаянно-возбуждённом состоянии. Кит прикрыл глаза и уткнулся головой в подушку. Его член коснулся бедра — было слишком жарко в боксерах и пижамных штанах, тяжело и странно, ведь ему придётся как-то от этого избавиться. Кожа покрылась капельками пота, отчего стало ещё неприятнее. За окном всё ещё было темно. Прекрасно, хмуро подумал он; проснуться от эротического сна в предрассветные часы. Он надеялся, что сможет поспать хотя бы пару лишних часов. Кит закусил губу и проскользнул рукой под резинку штанов. Тыльной стороной ладони он задел возбужденный член, и всё его тело задрожало. Тихий стон сорвался с его губ, как только он провёл по всей длине, понимая всю степень своей чувствительности. Картинки замелькали позади его сомкнутых век. В его снах о сексе редко фигурировали какие-то конкретные люди, но другое дело фантазии, приходившие после. Здравый рассудок Кита не особо воспринимал абстрактные, расплывчатые вещи: если ему снится, что его трахают, то кто-то должен это делать. Это вполне логично. Широ частенько появлялся в этой роли, как запасной для Кита вариант — многие наверняка проводили время наедине с собой, рукой и мыслями об идеальном прессе Широ. От этого смотреть ему в глаза после всего было проще. Мысли безвредны, они никуда не приведут тебя. Однако в этот раз Киту не пришлось даже стараться что-то представить: образ сам возник в голове. Длинные пальцы на его члене, ухмылка, усугубляющая абсолютно всё, вздёрнутый нос, зарывшийся в его волосы, и тонкие, приятной формы губы, бормочущие оскорбления — единственное, что они способны произносить. Кит вздрогнул, затрясся и остановил руку, потому что о, чёрт, о, чёрт, он мастурбировал и думал о Лэнсе. Пронзительный стон сорвался с его губ. Он не хотел продолжать; это слишком неловко, слишком отчаянно, и как вообще он будет потом разговаривать с Лэнсом, если за каждой его фразой будет стоять «а ещё я дрочил, представляя твоё лицо»? Он попытался отвлечься, переключиться на что-то другое, но всё было бессмысленно — он всё равно вернётся к мыслям о Лэнсе. Во всём виноваты его проклятые волосы, белозубая улыбка и стройное тело. Там, на полу своей комнаты он выглядел потрясающе, и сейчас этот образ был всем, чего Кит когда-либо желал. Всё равно потом он решит, что это был просто сон. Кит проскользил левой рукой по груди, прочертив невидимую линию на животе, и пальцами сжал соски. Интересно, как выглядит тело Лэнса под футболкой? От этой мысли тепло разлилось по всему телу, вызвав мелкую дрожь, и он задвигался быстрее и резче. Он не знал, как пахнет Лэнс, поскольку ни разу не оказывался к нему так близко. Он представил смесь из мускуса, пота и, может быть, пары ноток кофе. Ему стало интересно каково это, быть окружённым этим запахом. В его фантазии Лэнс сидел прямо позади него, руками обхватив его грудь, а губами, изогнутыми в усмешке, касаясь его затылка. Его кожа была бы горячей. Я бы чувствовал каждый её миллиметр. Каждый поцелуй в плечо и его бедра, касающиеся моего члена. Простонав, Кит взял в рот два пальца и облизал их, отчаянно нуждаясь в том, чтобы занять себе рот хоть чем-то. Он хотел, чтобы его руки были руками кого-то другого; он провёл большим пальцем по головке и почувствовал как мышцы его бедер начали сокращаться. — Лэнс, — задохнулся он, ускорил темп и добавил вторую руку, которой сильно сжал яйца. Он представил Лэнса сверху, потный блеск на его ключицах и влажный, приоткрытый во время стона рот. Может, он бы тоже произнёс моё имя, подумал Кит перед тем, как его накрыло… Он откинулся на кровать, подрагивая. Рука была липкой, тело будто бы в миг стало весить тонну. Колени тряслись, а на губах всё ещё остался привкус имени Лэнса. Щёки Кита горели. Не могу поверить. Чувство стыда осело в желудке. Будет неловко, когда они с Лэнсом встретятся в следующий раз, но сделанного не воротишь. Нет ничего зазорного в том, чтобы считать кого-то красивым. Тем более, Лэнс никогда не узнает. Он встал с постели и прошёл в ванную, радуясь, что живёт один. Пока он стирал с себя следы, он столкнулся взглядом со своим отражением в зеркале; он выглядел измождённо, глаза казались огромными и чёрными. Для такого слишком рано. Кит вздохнул и переоделся, отправив старые вещи в стирку. Оказавшись в кровати, он свернулся клубком под одеялом и вновь почувствовал накатившую усталость. Засыпая, он представил в последний раз, будто Лэнс лежит рядом, уставший, но удовлетворённый, с тяжёлыми веками и самой милой, слабой улыбкой.

***

— Алло? — Привет. Это Кит. — О, приве-е-е-е-т… Как вижу, номерок пригодился, а? — Господи. Всё, я вешаю трубку. — Стой! Прости, прости. Ты хотел чего-то? — Просто… Зачем было писать его на салфетке? Это так глупо. — Эй! Наоборот, это было гениально. Прямо целый круговорот. Эпизод Первый: я делаю что-то жуткое и позорюсь. Эй, не усмехайся, я всё слышал! Эпизод Второй: то же место, та же ситуация, только на этот раз я уже искупил себя, и я совершаю проницательный и самоуничтожительный жест доброй воли из добрейших побуждений. — Ого, ладно. Как скажешь. — Не могу поверить, что ты рассказал об Эпизоде Первом Ханку с Пидж, к слову. — Об этом стоило подумать до того, как ты спланировал Эпизод Второй. – … — Лэнс? — Так, ладно, хорошо! Не важно. Что-то ещё? — Ну, просто хотел сказать, что мы квиты. — А? — Мы квиты. Теперь у тебя тоже есть мой номер. — Оу. И правда есть. Ладно, так что… — Также… прости, продолжай. — Не волнуйся, давай ты первый. — Я тут думал… если захочешь, можем пообедать. Завтра. Я угощаю в качестве оплаты за кофе. — Не-не-не, стой-ка. Кофе уже оплачен, ты просто хочешь оказаться на шаг впереди. — Это проблема? — А я так сказал? — Итак, обед. — Хорошо. Подожди — я сам за себя плачу! — Ладно, чувак, как скажешь. — Где встретимся? — Пока не знаю. Напиши, когда твои занятия закончатся, там уже что-нибудь решим. — О, точно, напишу тебе. У меня же теперь тоже есть твой номер. — Ага. — Ты до смешного азартен, ты знал? — Вот кто бы говорил. — Что-то ещё? — Нет! — Тогда пока, Кит. И, эм, увидимся завтра? — Пока-пока. И… ага.