Дурная репутация

Новый учебный год играл для Гарри важную роль. Он впервые встретил его в статусе преподавателя и теперь носил звание "профессора" более чем заслужено. Приставка "помощник" была устранена из ведомостей, а Кирк стал усиленно готовить Поттера не только на замену себе, как преподавателя, но и как декана Гриффиндора. Гарри это нравилось. Нравилась вся эта суета, связанная со встречей студентов и, главное, первокурсников; нравилось составлять расписание и порядок дежурств. Нравилось спорить о том, кто получит статус старосты на каждом факультете и сколько будет прогулок в Хогсмид. Поттер никогда еще не получал столько удовольствия от столь простых задач. Кривоватая улыбка теперь постоянно блуждала у него на губах, делая его и веселым, и ироничным, и несколько кровожадным. Правда, на первом же учительском собрании волшебник схлестнулся с Септимой Вектор. Решали, кого назначить старостами, и стоило декану Слизерина назвать фамилию Принц, как Поттер едва не застонал в голос. - При всем уважении, - скрежетал он зубами. - При всем уважении, неужели действительно необходимо назначать старостой эту нахал... - Мисс Принц имеет влияние на однокурсников, Гарри. Слизерин не Гриффиндор, у нас это играет важную роль. Волшебник искренне радовался каждому новому гриффиндорцу, которого Шляпа отправляла на его львиный факультет; он с легким изумлением понимал, что те, кого он встречал детьми пять лет назад - теперь почти выпускники. Да, Гарри выбрал себе профессию по душе. Год начался прекрасно: занятия не срывали, драк удавалось избегать, все факультативы, выторгованные Гарри у МакГонагал, продолжали функционировать, и интерес к ним возрос. Сентябрь, как это обычно бывает в школах, пролетел удивительно быстро; так же стремительно проносился октябрь. Хэллоуин был большим праздником в Хогвартсе, особенно для последних двух курсов, которые теперь могли посещать маскарад, длящийся до глубокой ночи. Гарри, профессор Флитвик и Стебель, Хагрид и профессор Трелони увлеченно готовили новый сюрприз для учеников, планировали праздник и выбирали украшения. Чудаковатая Трелони с убийственной скоростью ориентировалась в разнообразной мишуре, жутковатых проекциях и декорациях, благодаря чему всего за пару часов Большой зал Хогвартса превратился в ужасный, но веселящий кучей пугалок и загадок склеп. К десяти часам из зала вывели младшие курсы, старшие же - убежавшие с общей вечеринки около часа назад - наоборот возвращались, облаченные в карнавальные костюмы и маски. От обилия вампиров, вейл, греческих и римских богинь и богов, чудовищ и упырей рябило в глазах. Последними к начавшейся вечеринке для старших курсов присоединились старосты, сумевшие уйти переодеться, только после того, как все младшие студенты оказались собраны в гостиных факультетов. Больше остальных Гарри, переодевшегося одним из братьев Певереллов, поразил костюм старосты Когтеврана. Девушка зачаровала волосы, придав им нежно голубой оттенок, при каждом шаге они чуть колыхались, словно когтевранка находилась под водой. Бледное, лавандового оттенка платье создавало то же впечатление. Золотые восточные туфли с загнутыми носами, обилие браслетов и подвесок на кистях и щиколотках, диадема из перламутра и жемчуга - все говорила о том, что красавица сегодня изображала Амфитриту: супругу Посейдона, нереиду, пославшую золотой венец Тесею. Праздник шел своим чередом; студенты наливали пунш себе и своим спутницам, кто-то танцевал, кто-то просто разглядывал костюмы других. По залу прокатился ропот, а потом веселый, удивленный смех. Поттер, разговаривавший в этот момент с профессором Флитвиком, отвлекся - с удовольствием разогнув спину - и вздрогнул. Из-за сальных прядей черных, масляно-блестящих волос на него таращился Снейп. Глаза-колодцы; затухающие, черные угли, незаметно и слабо вспыхивающие золотым огоньком - эти невозможные, глубокие, злые и умные глаза. Гарри сглотнул, заставив себя моргнуть и, наконец, оторваться от этих колдовских глаз. Это была Эрика, конечно. Облаченная в рабочую, черную мантию, темно-серый, почти черный сюртук, с едва выглядывающими манжетами и воротником рубашки, она спешно пересекла зал и остановилась перед преподавательским столом, как раз когда Гарри взглянул на нее. Учтиво поклонившись по-мужски скупо и сдержанно, Принц, едва разжимая губы, произнесла: "Коллеги!". МакГонагал и Вектор строго, но вместе с тем растрогано улыбнулись. Девушка круто развернулась, взмахнув полой мантии, и направилась в зал к слизеринцам. Она была высокой и красивой - недостаточной высокой и слишком красивой - чтобы совсем достоверно изобразить отца; но резкость, четкость движений, взгляд из-под бровей, надменный вид и угрюмость делали ее приемлемо похожей. Однокурсники весело улюлюкали и обращались к ней "Профессор!"; Принц, понизив голос, зычно снимала баллы с Гриффиндора. Гарри несколько изумленно наблюдал за студенткой, так отлично вжившейся в образ зельевара: она, оказывается, была похожа на него больше, чем Поттер предполагал. Должно быть именно это и видел Кирк, именно это и подразумевал, когда говорил про отцовскую бесовскую кровь в ее жилах. Эрика тем временем пригласила на танец Ровену - однокурсницу и заучку, которая могла дать фору даже Гермионе. Гарри вообще замечал, что при всем своем успехе у студентов, Принц явно благоволила к таким вот заумным, забитым и несколько неконтактным ученикам. Следующие несколько минут маг с умеренным любопытством наблюдал за Профессором Снейпом, кружащим в вальсе молодую девушку. Ровная, несколько скованная спина, деликатные кисти, длинные ноги - зельевар был бы отличным кавалером, если учесть, что руки его были явно сильнее, чем у дочери, и потому кружить партнершу он мог бы куда эффектнее. Однако, и эта подделка могла увлечь в мир фантазии, на выдуманный бал, где мужчина был жив. И возможно жил так, как хотел. Танец закончился; маг поклонился студентке и поднял голову - волшебство рассеялось: волосы более не скрывали лица, и перед Гарри снова была Эрика Принц, столь похожая и непохожая на отца. Вечер продолжался. Несколько заколдованных шуточек от Флитвика здорово напугали старшекурсниц-пуффендуек; гриффиндорцы с большим азартом катались с зачарованных горок, устроенных в гигантских тыквах. Время приближалось к полуночи, когда должна была состояться полуформальная церемония выбора лучшего костюма, однако произошла заминка. Пятеро гриффиндорцев - три девушки и двое парней - уверенно двинулись к компании слизеринцев с видом веселых и вероятно гнусных заговорщиков. - Эрика, - позвала девушку отделившаяся от компании гриффиндорка. - Можно тебя украсть на минутку? Принц досадливо поморщилась - эти волшебники явно не вызывали у нее желания уделить не то что минутку, но даже секунду личного времени. Окружение Эрики молча наблюдало за тем, как ведьма неторопливо подошла к звавшей ее студентке. Тем временем две гриффиндорки, стоявшие позади своей однокурсницы, вытащили палочки. Подозвавшая слизеринку волшебница рванула вперед, схватила Принц за руку и потащила на себя, две другие бросили в нее заклинание: ткань на рукаве и воротнике треснула и разорвалась. Зал затих: Эрика хмуро смотрела на испорченный костюм. - Где же ваша Метка Пожирателя Смерти, профессор? - захохотали гриффиндорки. - А где след от Поцелуя Нагайны??? Фальшивка! Фальшивка!!! Засмеялись немногие. Лицо Принц посерело; преподаватели торопливо поднимались из-за столов, вынимая палочки, дабы остановить начинающуюся ссору. Гарри, стоявший ближе остальных, видел, как резко выступили скулы и желваки на напряженном лице волшебницы, как в тонкую ниточку она сжала побелевшие губы, нос то морщился, то расправлялся, ноздри трепетали от глубоких, злых вздохов. Вот это, пожалуй, было настоящим перевоплощением - Поттер прекрасно помнил едва сдерживаемое бешенство на лице зельевара, когда Гарри заглянул в его думосброс. Принц в полной тишине сделала шаг, другой, встала напротив подбоченившейся гриффиндорки, сжимавшей в руке палочку. Она чуть усмехнулась, приподнимая руку и демонстрируя собравшимся чистое предплечье. Улыбка становилась шире и злее, и, бросив еще один короткий взгляд на обидчицу, Эрика с оглушительным звоном залепила ей такую пощечину, что волшебница рухнула на пол под дружный вздох собравшихся. - Мисс Принц!!! - запоздало закричала МакГонагал, но ее крик утонул в вопле гриффиндорцев и слизеринцев, бросившихся друг на друга. Студенты сцепились, как стаи зверья; испуганные волшебники - ученики других факультетов и более спокойные представители столкнувшихся - образовали что-то вроде кольца, мешая преподавателям пробиться в центр. Свита Эрики и несколько оскорбленных слизеринцев дрались с вступившимися за своих гриффиндорцами. Парни и девушки увлеченно колошматили друг друга, забыв о палочках и магии. Трещала ткань, то тут, то там разносился вопль и визг, сцепившиеся студенты катались по полу, лупили друг друга кулаками, локтями, коленями. Сама Эрика остервенело клок за клоком рвала волосы с головы обидчицы, шипя получше кошки Филча, и несколько раз с силой оттолкнула и даже опрокинула тех, кто пытался их разнять. Гриффиндорка извивалась, лежа на животе, пыталась выползти из-под Принц, сбросить ведьму с себя, но та с пугающей ненавистью ударила ее лицом о пол. По подбородку девушки потекла кровь из разбитого носа. Именно к этому моменту подоспел Гарри. Напуганная до паники гриффиндорка, бьющаяся на полу в истерике, с ужасом глядящая на лужицу собственной крови; лупящая ее по спине, загривку и рукам Эрика, растерявшая чары иллюзии: короткие черные волосы вновь обернулись длинными и теперь падали ведьме на спину, руки и лицо, мешая внимательнее и методичнее мутузить оскорбившую ее девушку. Бросившись именно к ним двоим, Поттер дважды получил локтем в скулу, был оглушен "Я тебе глаза выцарапаю, гриффиндорская сучка!!!", но все же подхватил Принц под мышки и оттащил от другой студентки. Эрика еще несколько раз дернулась, но Гарри завел ее правую руку слишком далеко, и девушка, болезненно запричитав, прекратила попытки вырваться. Преподаватели разогнали остальных студентов в разные углы залы; гриффиндорку встревоженно осматривала мадам Помфри. - Отпустите меня, Поттер, - зло зашипела девушка; Гарри отпустил. - Эрика Принц! НЕМЕДЛЕННО! В МОЙ КАБИНЕТ!!! - голос МакГонагал, как колокол, загрохотал в Большом зале. Волшебница криво усмехнулась, убрала растрепавшиеся волосы за уши и поправила мантию. Высоко и надменно вскинув подбородок, она дерзко оглядела притихший зал и, слушая глухое эхо собственных шагов, вышла из Большого зала. Гарри последовал за ней, отставая лишь на пару десятков шагов. Преподаватели сурово отчитывали драчунов и разгоняли студентов под присмотром старост по спальням.