Учеба по обмену

Вечером Дана и Джозефа ждал сюрприз — в «курятнике» никого не было. Постель была аккуратно заправлена, шорты и майка Дана лежали поверх покрывала. — Птичка улетела, — глубокомысленно заметил Джош. — Далеко ли улетит пешком, — вздохнул Тайлер. — Может, он сидит внизу? — Может, и так, — согласился Дан, — может, ну его, а? Вернемся в постель, забудем о Райане, о Брендоне, о всех заморочках… — Ты ведь сам не веришь в то, что говоришь, — тихо заметил Тай. Тот усмехнулся: — Думаешь, я говорю неискренне? Всему есть предел, и Райан заслужил от судьбы такую трепку. — Он — возможно, а вот Алек? Он заслужил? — спросил Джозеф, пристально глядя в глаза Дану. — Нет, не заслужил, — выдохнул Джош, — да не смотри на меня, будто я чудовище какое-то. Ты пойми — мы Алу никто, и даже если припремся в госпиталь без Ри, максимум, что нам разрешат — оставить карточку со словами приветствия. — Нам и с ним не очень-то разрешат пройти к Алу, — кисло заметил Тайлер, — но я смогу хотя бы поговорить с врачом. — Тебе-то зачем это надо, счастье мое? — простонал Дан, — пожалуйста, Тай, перестань быть таким добрым. Перестань, ты себя доконаешь. — Джоши, я сказал Алеку, что на этот год у него три старших брата. Если один сдался, то два других просто не имеют на это права, понимаешь? — Тайлер говорил так страстно, что Джошу ничего не оставалось, кроме как проворчать, — пошли искать это универсальное средство для головной боли. Райан Росс, принимать в четыре часа утра с похмелья. — Только не надо ему напоминать, — попросил Джозеф. — Надо! — неожиданно жестко ответил Дан. — Он должен осознать, что его минутная слабость могла привести к непоправимому. Кто бы позаботился об Але? В больнице для бедных не делают бесплатных операций на сердце. Нам и сейчас придется поломать голову, знаешь? — Знаю. Догадываюсь, точнее, — кивнул Тай, — но мы же постараемся? — Мы? Постараемся. Осталось узнать, кто еще причисляет себя к этому «мы», — пробормотал Джош. Парни спустились в гостиную, и там их огорошили новостью, что Росс уехал с полчаса назад. — За ним приехал смешной такой парень с огромными глазами и торчащими волосами, — протараторила Абигайл, — Райан всех поблагодарил, отказался от ужина и ушел. Дан воздел руки к небу. — Господи, почему ты посылаешь мне в друзья клинических идиотов? — Может, потому, что другие сочтут идиотом тебя? — поинтересовалась Эшли. — Эшли, куколка, потерпи до утра, — дернулся брат, — твои гадости отменного качества, ни к чему растрачивать их в те моменты, когда мне хорошо. — А с утра, выходит, тебе плохо? — насмешничала Эшли, — вроде раньше ты не был замечен за злоупотреблением. — Господи, вот и с сестрой как-то не очень вышло, — внезапно сообщил Джош потолку. Тайлер прикрыл улыбку рукой. Он уже наблюдал подобные перепалки между Эшли и Джошем, и они неизменно заканчивались победой Эш. Так и на этот раз. Та фыркнула и напустилась на брата. — Ты придурок, как есть придурок. Видит бог, я стараюсь быть понимающей, но сегодня это реально тяжело. Ты что, не соображаешь, что Райан боится не успеть? Он не хочет молиться. Он хочет скрасить Алеку часы пребывания в больнице. Его, быть может, последние часы, — с горячностью заявила Эшли. — Не приедь за ним Брендон, он бы — я уверена — пошел пешком. — Ну да, к утру бы добрался, — махнул рукой Дан, понимая, что он проиграл этот спор. — Значит, мы едем в госпиталь с утра, — твердо заявил Джозеф, — пусть Райан посидит там. Глядишь, осознает хрупкость человеческой жизни. Джош изумленно посмотрел на него: — И это ты упрекал меня в жестокости? — Да не упрекал я, — поморщился Тай, — ему стоит увидеть, как борются за жизнь те, кого судьба свела с недоумками за рулем. Хотя бы для того, чтобы понять — вчера он мог унести на небеса не только свою тяжелую грязную душу, но и того, кто еще не завершил свой путь. Дан склонил голову набок и посмотрел на Тайлера так, будто впервые его увидел.

***

Дан и Джозеф потерпели неудачу. К Алеку их не пустили — палата интенсивной терапии не проходной двор для фриков, — так заявила им надменная блондинка с лошадиными зубами. — Сучка, — прошипел Дан, когда та процокала каблуками за угол. — ДЖОШ!!! — вызверился Тайлер, — заткнись, пожалуйста, мы здесь никто. Ал тут вообще из жалости. — У него была подписана госпитализация, — без особой уверенности протянул тот. — Плановая госпитализация, а не экстренная. Как ты сам говоришь — почувствуй разницу, — заметил Джозеф, покачав головой, — набери Ри, чтобы он спустился. Всяко он шастает где-то здесь. Когда Росс сошел на первый этаж, с языка Дана пропали все припасенные ругательства. Райан выглядел как труп, который переехали два раза, затем зацепили за фаркоп, проволокли по разбитой дороге, и в довершение сбросили с моста. — Бро, ты, часом, тут не прописался в качестве больного? — спросил Джош, — может, пора носить тебе бананы? Не смущайся, мы с Тайлером все равно их не любим. — Спасибо, Джишва, ты как всегда сама доброта, — ответил тот, силясь улыбнуться. — Со мной все в порядке, мне уж точно лучше, чем Алу. — Что с Алом? Будут оперировать? — спросил Тайлер. — Найдем деньги — да. Не найдем — выпишут с путевкой в хоспис, — задыхаясь, ответил Росс. — Сколько надо денег? — Джозеф задал вопрос таким тоном, будто в его кармане лежала чековая книжка с подписью Рокфеллера, и Райну нужно было лишь назвать сумму. — Больше, чем я выручу, согласившись продать печень, — ответил тот. — Ты переоцениваешь себя, — встрял Джош, — уверен, выступи ты с таким предложением, трансплантологи согласятся доплатить, лишь бы ты не поставлял бракованный товар. — Спасибо за поддержку, Жуткий, — вновь поблагодарил того Ри. — Всегда пожалуйста, а теперь говори дело, — хмыкнул тот, — сколько? — Я не позволю вам тратить свои деньги на меня, — начал Росс. Тайлер затейливо выругался и ошарашенный Райан умолк. — Ты до чего мне ребенка довел? — возопил Дан, — я теперь и смотреть не смогу на рот, из которого вырвалось столько грязи. — Смотреть не сможешь, а лизаться — за милую душу, — злобно фыркнул Росс. — Райан, ты бы не нарывался, — ласково протянул Джозеф. — Я понимаю, что ты скоро свихнешься тут, но мы предлагали тебе жить у нас. Бренд только что в ногах у тебя не валялся, уговаривая, упрашивая позволить ему сделать для тебя хоть что-то. От нас ты свалил, Брендона послал. Мы тут не ради тебя, пацан. Мы ради Алека. Я, знаешь ли, побратимством не разбрасываюсь. — Не знаю, — сдался Росс, — нужно спросить у доктора Эрлиха. — Вот и займись этим, детка, раз все равно ты тут днюешь и ночуешь, — процедил Тайлер, — и не смей опускать руки, слышишь? Не смей. — Пошел ты… — прошептал Райан. — Непременно, я узнаю адреса сразу, как только ты озвучишь, сколько стоит жизнь твоего брата. Понял, придурок? — рявкнул Тайлер. Росс кивнул и ушел обратно в отделение. — Тайлер, эмм, не хочу быть мелочным, просто дружеское напоминание. Ты — Падший, я — Жуткий. Кажется, ты перепутал, — нервно сказал Джош, — если честно, я не подозревал в тебе такого. — У меня тоже есть своя темная сторона, Джоши, — вымученно улыбаясь, ответил Джозеф. — больше мы тут ничего не можем сделать. Поехали домой, я хочу отмыться от этого. Джош кивнул и сжал его руку.

***

Ночью Джозефа накрыла истерика, и Дан, наплевав на необходимость соблюдения внешних приличий, вломился в его комнату, уложил голову рыдающего Тая себе на ноги, и гладил его, баюкал, шептал что-то на ухо, пока тот лил слезы, бессвязно матерился и стучал кулаком по раме кровати. — Тайо, хороший мой, пожалуйста, успокойся, — просил Джош, — не надо. Господи, ну что мне еще сделать, что сказать, чтобы ты перестал? — Я не могууу, — выл тот, — я не понимаю, почему всем в этом городе наплевать на двух брошенных пацанов? — Что мы могли сделать? — тихо спросил Дан, — ты же видел, он посылает всех, кто пытался помочь. — Но это же началось не вчера, — захлебывался Тайлер, — мать вашу, как мог нагрешить маленький мальчик, что в этом городе забыли значение слова «милосердие»? — Россы не ходят в церковь, как и многие другие, — шептал Джош, — да и мальчиков таких слишком много в этом городе. Нельзя помочь всем… Я не оправдываюсь, но пойми — мы действительно впрягались как могли, старались, чтобы Россы выжили в этом безумном мире. — Они были вдвоем против целого мира, — горько сказал Тай, — этот мир чуть не сломал меня, здорового парня, чего ждать от больного ребенка и его брата, связанного по рукам и ногам? — Мир оценивает жизнь Алека Росса в триста тысяч долларов, — прошептал Джош, — такие деньги Росс может добыть только в одном случае — если займется наркотой. — Самый сильный наркотик — это любовь, — ответил Тайлер, вытирая воспаленные глаза, — а его не купишь и за миллионы. — Я про ангельскую пыль, френ, — усмехнулся Дан, — может, облегчишь Ри задачу и подскажешь, где ей разживаются ангелы? — Не стоит размениваться по мелочам, — качнул головой Джозеф, — и я буду не я, если не найду достаточно любви для этого парнишки. — Ты найдешь достаточно любви для меня? — спросил Джош. — Наркотикам говори «нет», а Дану всегда говори «да», — улыбнулся Тайлер сквозь слезы. — Да, Джоши. Да.

***

Порыскав в интернете и набросав черновой план, Тайлер отправился в школу в неурочный день. От него требовалось посещать цитадель норманна ради физики, химии, тестов и тренировок, но в этот четверг Тай отправился туда ради встречи с Холзи. — Слушай, Холз, мне нужна твоя помощь, — начал Джозеф, когда они устроились в дальнем углу школьной библиотеки, — ты сама знаешь, какой ужас творится в доме Россов. — Этот обмудок послал меня нахер, когда я предложила помочь ему по хозяйству, — равнодушно ответила та, — теперь меня не парит, что с ним происходит. — Холз, мы все психи, некоторые психованнее прочих, — уговаривал ее Тайлер, — Райан сделал все, чтобы его ненавидели даже друзья, но Ал… Маленький мальчик, он же не посылал тебя? Та улыбнулась:  — Нет, он сказал, что у меня красивые волосы. Настоящий маленький джентльмен. — Видишь, он был к тебе добр, так будь добра и ты, — умоляюще проговорил Тай, — я прошу тебя сходить со мной и Эшли в благотворительный фонд. Холзи дернула плечом и резко сказала:  — А твоя сестра не испугается пойти вместе со мной? — Иисусе, да что с тобой не так? — удивился Тайлер — Тайо, я предпочитаю девочек, — насмешливо обронила та. Тай покачал головой.  — Холз, ты думаешь, сейчас, когда Алек лежит под системами, а Райан бледной тенью слоняется по коридорам больницы, это имеет какое-то значение? Ты спрашивала себя, когда он последний раз ел? Когда менял одежду? Где он там спит — он ведь не хочет уходить? — А ТЫ откуда это знаешь? — недоверчиво спросила девушка. — Я был в госпитале у Алека и видел Росса, — как само собой разумеющееся, ответил Джозеф.