Вспомни позабытое..

Все это было ново для меня, так непривычно, что даже принятия душа меня смущало. Ранее я ни с кем кроме детдомовцев не принимал ванну, а один и подавно, если не считать речку. Хотя сейчас я был рад тому, что в ванной комнате был один, ведь светить своим искалеченным телом не имел никакого желания. Найдя все необходимое в шкафу из одежды, я покинул новое жилье в виде отдельной комнаты и прошел по коридору до ванной. Скинув одежду я аккуратно ее сложил и положил на бочок, но в моей жизни никогда не идет ничего гладко, потому при попытке достать свое полотенце я промахиваюсь и весьма не тихо падаю на пол, ударяясь всем возможным. *** Тишина в квартире продлилась не долго, мирно восседая в кресле я вел серьезный диалог по телефону, как грохот за закрытой дверью кабинета дал о себе знать. Расемон в следующую же минуту подал голос и начал лаять, а я тяжело вздохнув покинул кресло и отложив беседу на потом, отправился на ранее прогремевший звук. — Накаджима, я ведь просил не разносить квартиру… — недовольно фыркнул, стоя напротив двери, куда смотрел пес. Стук, а после ручка повернулась и я отворил дверь, увидев неописуемую картину, которая открылась передо мной. Изумление? Отвращение? Непонимание как…?! Из всего этого меня волновало только одно. КАК?! Пробежавшись взором по тушке на полу, я сделал шаг и стянув полотенце накинул его на подростка, под руку попало именно мое, но это уже не было важно. — Прикройся … Решив одну проблему, мой кашель слегка отвлек от другой, но поборов его, я снова посмотрел на ребенка, задаваясь вопросом «Как он умудрился упасть, да еще и так.?» — Если цел, поднимайся и будь осторожнее, а лучше зови меня, Недотепа… Мало ли трубы из стены вырвешь или потоп устроишь… Расемон был недоволен моим поведением и тявкнул, сверля взором. Я не сразу осознал к чему это все, но всхлип носа и то, что белобрысый сидя на полу дрожал, сжимая тонкими пальцами края полотенца, которым прикрылся привели меня в чувства. Я не знал, что делать. Господи… Зачем я повелся на это… дети. Геморрой, а не дети. Потерев затылок я присел на корточки и увидев мокрые глаза, скатывающиеся крупные слезы по щекам с алым румянцем, решил смягчиться на столько, сколько мог. — Кхм. Считай я ничего не видел, успокойся и ныряй в теплую воду. — как мог выдавил мягкий тон и спокойный взор. «Я не ожидал, что с ним обращались так плохо». — Скоро ужин приедет, — произнес я, стоя уже за закрытой дверью. Расемон остался с пареньком и сделал то, что не сделал я. Он добродушно проскулил и мокрым язык убрал одну из слез, что катилась по щеке Ацу, стараясь того успокоить. *** Мне не было приятно, вернее я не был доволен сложившейся ситуацией. Он видел. Он видел все это тело, каждый его искалеченный сантиметр. Я прижимал к себе полотенце в надежде, что все сотрется и забудется из его памяти за этим синем прикрытием, но тщетно… опустив голову, я понимал, что ничего уже не стереть и не забыть, закусив губу до крови, слезы начали выступать на глазах. Черт. Меня трясет, да так, как не трясло в очередной момент порки от наблюдателя. Я в отчаянии. Он видел. Он знает мою слабость. — Спасибо, — прошептал я барбосу и погладив того по голове, окунулся резко в воду с головой на пару секунд. Неожиданное спокойное поведение хозяина дома меня поразило. Правда он остался при своем холодном тоне и виде, как не пытался быть добрым, но почему-то мне стало спокойнее после его приказного голоса, насмешки и слов о еде, но уже за закрытой дверью. Думаю, все это сгладил добрый пес Расемон. Прошло уже около получаса, но дрожь в теле все еще слегка проявлялась. — Считай я ничего не видел… — с надеждой, что он и правда будет вести себя, как ни в чем не бывало, повторял себе эту фразу раз за разом под нос. Расемон же все это время мирно лежал рядом с ванной, но учуяв запах еды подал голос. Я понял, что пора вылезать и вскоре стоял одетый, открывая дверь из ванной. *** Я знал, что такое больные темы и вопросы касаемые их, хотя с одной стороны мне не было интересно от чего у него такие увечья, предположения появились сами, а ответы на них получать я не планировал. Еда приехала раньше, чем Ацу вышел из ванной, а я в это время успел сделать пару звонков, переодеться в спортивные штаны и футболку. Такой мой вид его удивит намного сильнее, чем ужин… А на ужин у нас корейская кухня. Стол был накрыт, когда на пороге появился юноша, Расемон в миг подбежал к своей миске и стал есть. Появление ребенка я заметил не сразу, только после тычка собаки под коленку, когда он соизволил отвлечься от трапезы. Я поднял взор на него, отойдя от мыслей, он уже сидел и уплетал еду. — С легким паром, — выжал из себя, а затем выпил немного чаю из своей кружки. — Губа… Сильно болит? После еды давай обработаю, — звучало думаю это странно, но я решил сгладить обстановку, когда заметил и припомнил рану на губе подростка. Да, сам от себя в шоке был. *** Зайдя на кухню, собака сразу пошла кушать, Я же стою на пороге, не решаясь пройти к столу. Я хотел бы словить добрый взгляд, но получил лишь очередную дозу холода. Прикусил повторно губу от обиды, но почувствовав легкую боль вздрогнул, наверное это из-за прошлого раза. Почему-то я почувствовал стыд или же снова смущение. Спустя пару минут, я все же решаюсь и делаю несколько шагов к столу, где меня ждет горячий ужин и холодный собеседник. Присаживаюсь за стол и молча начинаю трапезу. Немного салата, картошки и еще чего-то положив к себе в тарелку, я начинаю потихоньку уплетать, но обжигаясь невольно пискнул, чем привлек внимание важной персоны напротив. Рюноске был увлечен, чем-то в экране ноутбука, но его глаза тут же поднялись на меня и заметили маленькую ранку на губе, в этот же момент его губы коснулись краев кружки, отпили из нее и видимо он не собирался трогать произошедшее ранее. — Не надо, — челка закрывает и без того красные глаза, — поболит и пройдет. Мой ужин закончен, решив мысленно для себя, что мне хватит и этого я встал из-за стола и побрел к себе в комнату, — Спасибо за еду. *** Я ничего не ответил, а после ухода ребенка вздохнул и откинулся на спинку. — Тяжело будет… Потянул шею и размял ее, а потом убрал еду в холодильник и налив себе чай, пошел в кабинет. По пути заглянул через щель в комнату Ацу, но меня спалил приход в его ложе Расемон. — Я буду у себя. Закончив на этом общение с подопечным, я исчез за дверью своего кабинета. *** — Хорошо, — шепчу я и слышу, как закрывается дверь в его комнату. Прождав еще час я накидываю поверх футболки толстовку, одеваю капюшон и тихо пробираюсь к холодильнику, чтобы положить в сумку пару овощей, фруктов, проще говоря, что-то съедобное и по завершению своей миссии я пытаюсь пройти мимо Расемона, благо удается, он просыпается, но пропускает — не лает. Три дня меня не было уже в приюте, не сложно догадаться, как голодают те, кому я раньше помогал. Ключей у меня нет, потому оставляю дверь открытой, все-таки тут и охрана и консьерж, да и кто полезет в столь охраняемый дом? Выбраться незамеченным сложно, но возможно. Моя неуклюжесть сыграла мне на пользу, ведь разбитый горшок отвлек внимание консьержа. Теперь осталось только незаметно забраться в приют, оставить то, что я своровал, да я взял еду у Акутагавы, но все же считаю это воровством. Вернулся я под утро, сказать что дети были рады — это ничего не сказать. Видимо им еще сильнее уменьшили порции, финансирования не хватает, точнее хватало бы, если бы смотрители себе все не забирали, как я и надеялся Акутагава все еще спал. Я потихоньку пробрался в свою комнату, не выспался, но думаю мой опекун и не заметит. Расемон спал, но при видя меня завилял хвостом, а после резко на меня напрыгнул, гавкая и облизывая будто не видел не ночь, а несколько недель. *** Уход подростка я не заметил. День был тяжелый, я и не думал, что его куда-то понесет. Чай был выпит и я пошел за новой порцией. В комнате Ацу свет не горел, наверное спит, решил я и не стал будить, открывая дверь. Расемон спокойно лежал на диване в гостиной и проводил меня взглядом. Я налил чай, достал яблоко из холодильника и пошел обратно, а по пути остановился рядом со своим питомцем. — И чем он так тебе нравится… — ответа я не ждал и не получил, вернувшись в кабинет, побыл там еще пару часов, а после принял душ и лег спать. Сон мне снился непонятный, мрачный, как и сам я. Звон будильника начал раздражать ровно в 7:00. Не хотя я поднялся, помимо противного звука играющего рингтона, я услышал лай. Видимо Ацу проснулся или его разбудил Расемон. Так непривычно, что этот пес решил к кому-то наведаться с утра, он и ко мне не всегда приходил, а тут такое. Я вылез из мягкой постели и пошел в ванную комнату, принял все процедуры и пошел готовить завтрак, стоя в брюках и не застегнутой рубашке. По понедельникам я был рассеян, а утром больше обычного. *** Слава богу я успел зайти бесшумно в комнату, когда услышал шаги Акутагавы. Не знаю, что он бы сказал по этому поводу, но я явно не хочу этого знать. Прозвенел будильник и я вышел из комнаты делая вид, что я только проснулся и молился чтобы он не заметил пропажу пары продуктов. Приняв все процедуры в ванной комнате, я не стал причесываться, чтобы подчеркнуть свой образ, но как назло, волосы лежали довольно хорошо. — Доброе утро, — наигранный зевок. Придя на кухню, я строил из себя сонного, поверить не могу, либо я такой актер хороший, что конечно же не правда, либо… Да, второй вариант подходит больше, ведь увидев, как одет был опекун, я мог сразу понять, что он сам себе на уме сейчас или же чем-то сильно забил мозг. Знаю я его недавно, но такое чувство, что давно… Кажется, наверное. Слегка, но я увлекся осмотром его внешнего вида. Бледная кожа была и под одеждой, хорошее тело, хоть и очень худое с его то ростом. *** Открыв холодильник, я слегка удивился тому, что в нем немного опустело, но ответ сам нашел себя. Теперь я живу не один и раньше там висела крыса, а теперь просто продукты текут в нормальном темпе. — Доброе, — ответил я, насыпав корм Расемону в миску, а после поднялся и посмотрел на Ацу. — Что-то случилось? — малой смотрел на меня не отводя красивые глаза в сторону и только после вопроса смутился, отвел очи и что-то буркнул невнятно. Накаджима выглядел уставшим, возможно плохо спал или с непривычки, но запах улицы, когда тот подошел ближе все сказал бы за себя, если бы я его заметил. На завтрак в голову пришла идея сделать глазунью и тосты, так что я принялся за готовку, как вдруг в двери зашумел ключ, а по телеку заиграли новости. — Забыл дверь закрыть. Доброе утро, — это была Хигучи, она принесла документы и расписание на весь день. — Возможно, спасибо, — не обернувшись сказал я, но вот о двери… Я то помню прекрасно, как ее запер. Причина проходного двора в квартире была ясна, но выяснять ее я не собирался пока что. План был составлен и Хигучи перед уходом спросила, как дела у Ацу, а затем отправилась в компанию. Я же с бумагами вернулся к столу и принялся за свою порцию, читая содержание слов на белой бумаге. *** Меня слегка передернуло, когда зашел разговор о незакрытой двери. Я сел за стол и пока Хигучи с Акутагавой обсуждали план на сегодня я тихо поедал тост, попутно надеясь, что Акутагава все же не предаст двери большого внимания. Обменявшись с секретаршей опекун парой слов, я проводил пару в прихожую и быстро закончил есть свой завтрак, а как только собрался уходить, брюнет вернулся. Теперь я решил допить чай здесь, но и это продлилось недолго, покрутил кружку в руках, а потом встал из-за стола и было собрался уйти в комнату, но его вопрос меня остановил. — Тебе надо куда-нибудь? — Нет, — пролетела мысль о том, куда же я мог бы пойти, но ничего не придумал, — никуда. -Ладно, ключ твой делается от квартиры, а мне надо будет отъехать. Остаешься с Расемоном. Коротко и холодно, как всегда. После завтрака отправил посуду мыться, он отправился в свою спальню, наверное надеть остатки костюма. Через несколько минут, Акутагава был готов выезжать. Я же сидел рядом с диваном и играл с Расемоном, опекун ушел и все что мне оставалось это ждать его возвращения. *** — Я ушел, — по привычке сказал я пустому дому и Расемону, но теперь не только им. Квартира осталась на сохранность этим новоприбывшему и собаке, замок я повернул один раз и спустился вниз, а после на машине уехал в офис. Машина не надолго застряла в утренней пробке, но я вылез из нее и удачно заняв свое место на парковке, покинул машину, отправляясь в свой кабинет. Пока лифт бежал вверх по этажам моя голова не каталась мыслями о том, как там квартира. Да, я все еще переживал больше за мое холодное, холостяцкое ложе, чем за его содержимое — ребенка. День был насыщенным в плане работы. Куча бумаг. Совещание. Подписи. Собеседования. Порой я проклинал эти гребаные понедельники. Не ожидаемо даже для себя, но вернулся домой я раньше аж на целый час. Не выдержал, устал, да и доделать остальное мог дома, так что пройдя в квартиру я услышал шум воды в ванной и понял, что там Накаджима, прошел в кабинет и оставил там вещи, Расемон был чем-то обеспокоен и за штанину притащил к двери ванной комнаты. Я не понимал, что происходит. «Неужели он снова упал или еще чего хуже? Из-под двери вода не шла, значит он не заснул и не утонул, да и трубы на месте… » — Атсуси, все хорошо? — подергав за ручку двери. — Расемон обеспокоен.