Вспомни позабытое..

*** Я просидел с Расемоном около часа, но потом все же решил еще раз наведаться в приют. Пока я могу подкармливать тех, кому меньше шести, тех чьи сердца еще не прогнили, я буду это делать. Открыв холодильник и взяв немного еды, я вышел из квартиры. Расемон увязался за мной, но я успел прикрыть дверь, ведь он побежал бы за мной, к приюту. Как всегда передо мной предстает серое, покошенное здание, как обычно я залезаю через окно, детишки окружают меня, я даю им еду, а после ухожу, но сегодня весьма неудачный день, встретился мне по пути обратно смотритель. Я быстро рванул через окно на крышу стоящего внизу гаража, но задел старую деревянную доску и порезал себе бок. Переборов боль и сумев выбежать за пределы здания, забора и скрыться. Я встал, кровь не останавливалась, быстро бежать не выходило, так что домой я явился часов в семь. Акутагава должен был прийти часов в девять, так что привести себя в порядок время было. В ванной, пытаясь смыть кровь с себя и окровавленной одежды на ум ничего не шло, а рана ныла. Решив принять душ, я лишь совершил еще большую ошибку, когда нырнул род горячий поток воды. — Господи. И почему я такой неуклюжий… Зашить бок было нечем, так что я просто оставил рану под струей воды. Я понимал, что часа мне не хватит, а еще, как назло сознание стало тупить, я все хуже соображал. В глазах все плыло, как вдруг я слышу голос опекуна. «Вот черт… » — Д-да, — сказал я с неким надрывом, — все хорошо. Кровь не останавливается, а я чувствую головокружение, даже боль встала на второй план. Я хвастаюсь за стенку, предварительно сношу все на своем пути. «Отлично, Атсуси, просто сама скрытость…» *** Я опустил взор на пол и заметил темные пятна, которые растекаются и превращаются в бледно красную воду «Кровь?» Нагнулся и провел пальцами, но грохот сбил с изучения пола и я открыл дверь. Красная вода, он стоит, еле стоит передо мной с туманным взглядом. Сказать, что я в шоке, ничего не сказать. Привычка сосредоточенности порой и жизнь спасти может. Перехватываю его без слов и усаживаю в ванную, выключая попутно душ, меняя его на кран. Достаю аптечку и разворачиваю к себе глубокой царапиной. «Где ты умудрился…» С облегчением вздохнул я только после того, как наложил на шов несколько тканей, но Ацу к этому моменту уже вырубился. Кашель. Снова так не вовремя, глотаю по быстрому таблетку, вытираю подопечного и переношу в спальню, свою спальню. Она ближе и удобнее. Кладу на постель и укрываю одеялом, а Расемон запрыгивает и ложиться рядом, сам же иду на кухню и по пути закидываю свою испорченную рубашку в стиральную машинку. Разбив кружку то ли из-за ситуации, то ли из-за усталости, что сдала именно сейчас. Спустя некоторое время, на табуретке у постели стоял стакан воды и таблетки, которые Ацу должен был выпить, как проснется. Расемон ему на это намекнул, а я пришел чуть позже с подносом еды. — Не хочешь мне объяснить, что это было? — не сдержался я и довольно грубо тявкнул, но на это были свои причины. Все то время пока ребенок спал, я не находил себе покоя. Непривычно, но все же я отвечаю за него и мне не нужны проблемы. Уборка была выполнена, но эмоции не утихали. Я был зол, огорчен, разочарован и возмущен. *** Хоть Акутагава бизнесмен и по нему не скажешь, но он умело обращается с медицинским вещами. Несколько движений рукой и вот рана уже зашита, но я по прежнему испытывал жуткую слабость, а голова раскалывалась. Незаметно для себя, я потерял сознание, наблюдая за тем, как Акутагава копошиться вокруг меня. Чувствую, как меня кладут на постель, пахнет не мной, а брюнетом. Почему я это понял? Сквозь сон я чувствовал его запах шампуня и тот же запах доносился от подушки. Очнулся я от грохота стиральной машины, видимо она решила напомнить о себе и ужасно грязных вещах ранее. Пытаюсь чуть привстать на локтях, но ничего не выходит, жуткая боль отдалась в бок и возвращаюсь в исходное положение. -Нет, не хочу, — выпив таблетки я лег обратно и отвернулся от хозяина кровати, закрыв глаза. Мне было стыдно. Рюноске видимо решил меня не трогать, но я чувствовал его раздражение сквозь усталость. Спустя некоторое время, лежа на кровати я вдруг вспомнил, что оставил сумку где-то около приюта. Там было самое важное для меня, я должен был вернуться и забрать ее. Решительно, не смотря на боль, ведь и не такое в приюте терпел, встаю с кровати и иду к выходу. Открываю дверь и выхожу из квартиры. Состояние не из лучших, я чувствую усталость и недомогание. *** Ответа мне не дали, вздохнув и поставив поднос на другую часть постели, я добавил: — Поешь, как захочешь. С этими словами я вышел, чтобы не продолжать бессмысленный спор и пошел принимать ванную, так как был испачкан в его крови. Такой поворот событий не мог меня не злить, но кажется усталость брала свое. Холодный душ немного взбодрил меня, а вещи, что не смогли отстираться полетели в мусорку. — Может сдать его обратно? Хотя нет, скажут еще, что я его покалечил… Вытирая голову полотенцем, я еще не включил воду из-под крана, потому никакие шаги не слышал, но покинув душевую я заметил тишину и отсутствие одного объекта в своей спальне. Оглядел всю квартиру и легонько выругался, накидывая первое, что попалось под руку. — Расемон, раз тебе эта заноза так нравится… Пшел его искать и мне дорогу показывать, — гаркнул я, нарушив привычное свое спокойствие и мирную тишину всей квартиры. Повысив голос я сразу дал себе дозу кашля, но мой гнев просто пропустил его мимо. Мы оба покинули квартиру и пошли к лифту. Далеко он уйти не мог, думал я и был готов прибить его на месте, как только белобрысый появится в поле моего зрения. Лифт поднимался и уже со мной опускался вниз очень долго, как будто рад был играть на моих нервах, но все же явился на первый этаж и прям перед носом закрылась входная дверь в здание. Быстрые шаги, пес вылетает из-за двери первый и я вижу этого никчемного идиота. Холод вскипает в крови. — Далеко собрался? — повышаю я голос и подхожу к нему, положив руку на плечо и резко развернув к себе, запираю в плен своих гневных очей. — Отпустите, — он пытается вырваться, но боль в боку явно дает о себе знать. — Я твой опекун, хочешь или нет, надо слушаться. Куда поперся в таком состоянии?! — сверлю взором, отпустив плечо, но прежде его сильно сжимаю. Ацу стоит молча, ничего не отвечает. Чего-то боится, но не понимаю чего. Думает в приют верну или узнаю то, что он пытается скрыть? Вздохнув и потерев переносицу, я снова закашлял и отвернулся от подростка. — Скажи уже и если честно мне без разницы, что у тебя там и отчитывать не собираюсь, — снова посмотрел на него. — Решим быстро и вернешься в койку, смерти твоей мне еще не хватало, — но он продолжает молчать, разворачивается и идет в нужном ему направлении, хотя скорее ползет. Я же остался стоять, а Расемон пошел за ним, вернее пополз по черепашьи, то ли дразнит, то ли подбадривает. «И почему этот чертов ребенок так ему приглянулся?!» Я долго наблюдал за этой картиной, а после развернулся и пошел к подъезду, но зубы в штанине меня остановили. Пес потянул меня обратно, заставляя идти за мальцом. Сопротивляюсь. Желаю все это послать. Мысленно матери их двоих, но все же разворачиваюсь и говорю. — Я не буду задавать вопросов, просто отвезу куда надо. Радостный лай со стороны Расемона, но теперь он бежал тормозить Накаджиму пока я отправился за машиной. *** — Приют, — отвечаю я, сильная слабость заставила немного скрючится. Машина подъехала, как раз тогда, когда я дал ответ. Опекун помог залезть на задние сидение, а после достал таблетку и газировку, дал выпить и поехал к приюту. Дорогу он помнил прекрасно, то страшное место забыть видимо невозможно. Вскоре мы прибыли на место, видимо из-за ночного времени суток это произошло быстрее. Я вышел из машины и побрел к приюту, но сумки нигде не было, я обыскал все Опускался на колени и искал на земле, но и там ее не было, у меня начиналась истерика, я судорожно перебирал траву руками, но сумки нигде не было. — Черт, — поднося руку к лицо пробурчал я. Акутагава не долго сидел в автомобиле и пошел следом за мной, но не мешал. Просто наблюдал, а заметив панику и дрожь в теле, он подошел ко мне. — Может все же скажешь зачем мы здесь и я помогу? А то еще хуже себе и своему здоровью сделаешь, — холодно произнес Рюноске, оглядывая меня стоящего на карачках. — Сумка… — судорожно оглядываюсь, — моя сумка… Он тут же достал телефон и включил фонарик, который хорошо осветил всю землю и закоулки в заборе, а после подошел и присел на корточки рядом. — Уверен, что она тут? — снова послышался его голос, но тише. Думаю он не хотел, чтобы нас, вернее его застали за подобным занятием и подумали не о том. — Да, — продолжаю искать, но все тщетно. Мысленно ищу капли своей крови, по ним я надеялся, что смогу определить свой путь. Слезы начинали наворачиваться на глазах, ведь в той старой и потрепанной сумке лежало самое дорогое, что было у меня. *** Я прошел чуть дальше и нашел лазейку в заборе. Свет исчез вместе со мной, Расемон же остался рядом с Ацу, чтобы помогать с поисками. Сам же я убавил свет и огляделся, глаза немного привыкли к темноте и вышагивая рядом с дряхлой пародией забора моя нога споткнулась о что-то… «Сумка…? Вроде она…» Вышел с ней и положил перед парнем. — Если она и это все, поехали обратно, — спокойно говорю я, отряхивая руки от земли. — Она…- шепчет подросток в опустив голову, — она… Он поднимается на ноги, что стоило явно невероятных усилий, и обнимает меня, твердо слова благодарности. — Спасибо…! Спасибо…. — слезы не останавливаются и скользят по его щекам. Не понимая причины столь милого действия, да еще и со слезами на глазах. Чувствую неловкость, давно я не испытывал подобное. Разведя руки в стороны от неожиданного действия даже телефон уронил на траву. Молча смотрю лишь на белый затылок и только через пару минут, кладу руки Ацу на плечи, отвечая на объятья, хоть и не понимаю их значения. — Да… Не за что, — протянул я, придерживая паренька, что на все это потратил последние силы. Через пару минут, когда тот немного стихает и только всхлипывает, приподнимаю на руки и несу к машине. Он не брыкался и был послушен. — Но теперь ты мой должник, — присев за руль, вдруг заявляю я, — не смей выходить из дома пока не поправишься. — Хорошо. — говорит он мне, стараясь остановить слезы, но все тщетно, а приподнявшись на заднем сидении вдруг по детски повышает голос и требует свое, — сумка! Сумку! На крики, я подал ребенку сумку, которую он был не готов выпускать из рук и во сне. Он крепко ее прижал к груди. Машина тронулась с места и поехала к дому, я снова заехал на стоянку и оставив ее на привычном месте, выпустил Расемона, а затем поднял на руки белобрысого, идя к лифту. Машину утром пришлось бы забирать Хигучи и отвозить на мойку, так как сидения испачкались в грязи, которую насобирал Накаджима, ползая на четвереньках. — И все же… Что в ней такого важного…- не удержался и выпалил себе под нос я, пока нес его до квартиры. Да, мне не были интересны причины его увечий. Почему была не заперта дверь. Многие вопросы я пропускал и забивал на них, считая, что это меня не касается, но если все пойдет так и дальше, то я не удивлюсь… если придя домой, я наткнусь на его мертвое тело. Этот недотепа способен на все… так что лучше быть в курсе событий, чтобы заранее все прекратить! Хотя может я вру сам себе и он становится мне важен? Да нет, бред… Я помотал головой и вдруг заметил, как ребенок расстегивает молнию и готов видимо поведать мне о своем сокровище. «Что же это? Явно не что-то дорогое. В плане денег… »