Хэй, Джудитт!

      Утреннее солнце навязчиво било в глаза, и не привыкший залеживаться Санджи с трудом разлепил веки. В голове было путано и ватно, сказывался вчерашний эмоциональный срыв. Но тело нежилось в приятной усталости — кровать мягкая и сегодня особенно теплая, наверное потому… ах да, потому что рядом большой грелкой дрыхнет Зоро, еще и перекинувший вдобавок руку через Санджи. Решив, что без чашки кофе двойной крепости он во всем случившемся не разберется, Санджи попытался тихонько откатиться к краю кровати. Кофе — первым, водворение мечников в родные пенаты на дно морское — вторым. Лицо дрыхнущего Маримо нахмурилось, а расслабленная ранее рука уже целенаправленно обхватила торс Санджи.       Тот обреченно вздохнул и попытался аккуратно отцепить от себя загорелую руку. Та согнулась, притягивая Санджи плотнее к горячей груди Зоро. «Даже во сне остается упрямым травоголовым!» — резюмировал Санджи и уже всерьез вступил в схватку, с силой отдирая руку. Он окончательно проснулся, когда резкий рывок уложил его на спину, а сверху накрыло горячее тяжелое тело. — Спать… не можешь что ли как человек поспать… — сказал придавивший его мечник, натянул на них обоих одеяло сверху и, кажется, опять отрубился. Санджи снизу завозился, Маримо весил под сотню и медленно выдавливал воздух из его легких. Он легонько толкнул его в бок, Зоро заурчал и плотнее прижался к Санджи, чтобы не свалиться обратно на кровать. «Вот так заводишь котеночка, чтобы спал у тебя на груди, а он вымахивает в блядского тигра и одним прекрасным утром раздавливает тебя по привычке», — мрачно подумал Санджи и похлопал Зоро по спине. — Эй, Маримо, полундра. Луффи раздразнил морского короля!       Мышцы Зоро на секунду напряглись, становясь каменными, он был готов ринуться в бой за своего раздолбая-капитана. Но мозг быстро переварил информацию, и коварный Зоро снова расслабился, на этот раз будто умышленно становясь еще тяжелее, растекаясь по плененному коку. Лоб покоился на подушке, а нос уткнулся в шею Санджи.       А потом он повозил носом и блаженно выдохнул горячий воздух прямо в шею. Против воли по всему телу Санджи прошел озноб. А поскольку он все еще лежал, придавленный тушей Зоро, тот тут же уловил его реакцию. Это слова Зоро не слушал и не понимал с первого раза, а вот язык тела читал с полунамека. Санджи почувствовал, как расплылись в вялой довольной улыбке губы уткнувшегося в его шею мечника, как эти самые губы неспеша, расслабленно мазнули снизу вверх по шее. Движения были ленивые, нечеткие, но от них сердце Санджи так же медленно, но никакими силами не остановимо, начинало набирать обороты. Сначала один тук, потом тук-тук, потом тук-тук-тук-тук! Лицу стало горячо, это запылали щеки.       Санджи закрыл глаза и сжал зубы, беззвучно выругавшись — опять никаких мыслей под кофе на свежую голову. Рука Зоро скользнула ему за голову, удобнее отгибая назад, открывая больше пространства для поцелуев. Санджи сглотнул, и кадык нервно дернулся. Он все-таки выругался, улыбка Зоро переросла в усмешку. Он хмыкнул Санджи прямо в шею, и тот спорадически сжал пальцами одеяло на спине Зоро. — Если не хочешь спать… — промурчал ему в плечо Зоро. Он был голый и лежал на голом Санджи, говорил о сексе. Но было ясно, что то, что сейчас происходит — не совсем про секс. Он про то, как тепло в одной кровати, когда кто-то не хочет тебя из нее отпускать, просто чтобы спать, прижав к себе.       Снаружи раздался несильный глухой удар, и звук частого топота маленьких ножек по деревянной палубе. — Папочка! Я вернулась!       Джудитт! Санджи не мог не узнать голоса дочери. От мощного толчка ногами Зоро подлетел в воздух, Санджи тут же выкатился из-под него, и мечник, едва не приложившийся к потолку, с силой впечатался лицом в подушку. Санджи уже метался по комнате, собирая свою одежду и швыряя находящиеся по пути вещи Зоро в него. — Черт! Я должен был забрать ее с лайнера в пять вечера! Как Джудитт оказалась здесь!       Санджи озабочено осмотрелся. Этот ленивый котяра только приподнимался медленно на локтях на постели. Играли на бугристой спине мышцы, одеяло сползло, оголяя накачанные ягодицы. — Маримо! Живо оделся! — рявкнул Санджи, мозг его работал на повышенных оборотах. Семь секунд, шесть… Зоро же все еще был счастливо-сонный, он наконец немного осоловело сел на кровати, отбросив одеяло. Так и есть, абсолютно голый. Топот уже слышался в коридоре от кухни к спальне. — Быстро! Сюда! — Санджи сгреб в охапку всю одежду Зоро, схватил того за плечо, подвел к шкафу с одеждой, распахнул дверки и с силой запихал туда Зоро, будто тот был надоевшей уже валяться где ни попадя шубой. — Э-э-э, — запротестовал Зоро, но только получил кучей своей одежды в лицо. В шкафу было тесно, Эдит оставила мужу немало костюмов, потому Санджи потратил лишние три секунды с силой утрамбовывая Зоро и запирая шкаф. Тот поддался в ту же секунду, как дверь в спальню с грохотом отворилась. — Папочка! — и это была его Солнышко. Загорелая, подросшая на пару сантиметров и невероятно соскучившаяся. Она тут же бросилась в его объятия, и он ни секунды не задержался — подхватил ее еще в прыжке и прокружил по комнате. Мысленно проверяя: брюки — надел, рубашка — на нем. На полу завалялся пояс Маримо, и во время второго круга по комнате он безжалостно запинул его под кровать. — Тебя и не узнать, ты такая шоколадная! Деда Зефф хоть пускал тебя в ресторан, или провела целый месяц на палубе? — засмеялся он, Джудитт потерлась пушистой головой о щеку отца. — Ага! Пускал! Просто я не хотела заходить! Мы играли в «чертова юнгу», которого могут сбросить с реи, если палуба недостаточно сверкает. Очень весело! — А… ага, — Санджи вспомнил, что немало времени провел за этой игрой в детстве. Вот упрямый старикан, даже Джудитт не пожалел. — Сейчас, папочка, я только переоденусь. А то я, кажется, выросла, и мне немного тесно в платье, в котором я ездила к деде! — Конечно, Солнышко! — он аккуратно поставил дочку на ноги. Она собралась было поскакать к себе в комнату, но тут оба снова ринулись вперед и крепко обнялись. Как же Санджи по ней соскучился! Из-за Маримо он и не замечал, что месяц без Джудитт — невыносимое испытание. Дверь снова, теперь уже негромко скрипнула, и Санджи поднял голову, разжимая объятия. На пороге спальни стояла Рэйджу в розовом расшитом золотом платье — с годами ее осанка стала только царственнее, а манеры — поистине королевскими. Его сестра загадочно улыбалась. — Рэйджу? Это ты привезла Джудитт? — Ага! Тетя Рэйджу пролетала над «Барати»! Она сказала, что отвезет меня, зато я смогу погостить еще неделю, а ты не будешь волноваться! Здорово, правда? — затараторила Джудитт, а потом сорвалась наконец в свою комнату. Оттуда послышались радостные приветствия: она спрашивала, не скучал ли по ней огромный подаренный Нами заяц.       Рэйджу прислонилась к косяку с той же загадочной улыбкой. У них был договор: нынешняя королева Джермы может общаться с племянницей, но — никаких Винсмоуков. Только она. В последние годы технические достижения смогли поднять Джерму в воздух, и та стала летающим государством. Парила то тут, то там, надоедая или терроризируя понемногу другие государства. Рэйджу называла это политикой. Впрочем, Санджи был уверен, что кто-кто, а Рэйджу никогда не пойдет на поводу у своих амбиций и не будет подвергать своих подданных ненужному риску из тщеславия. — У тебя в шкафу мужик, — выдала Рэйджу, насмешливо приподняв фамильную бровь. — Э? А… да. Это Зоро. Он… наказан, — стушевался Санджи. — Ну наказан, так наказан, — фыркнула Рэйджу, тут же переключаясь. — А что у нас на завтрак? Мне нужно лететь в Джерму, но не могла отказать себе в удовольствии отведать твоей готовки. — Э… А, да. Сегодня у нас все твое самое любимое!       Рэйджу снова усмехнулась и вышла, в шкафу заскреблись. — Тихо там! — Санджи запустил в дверцу ботинком. Не хватало ему, чтобы Зоро вывалился оттуда нагишом. — Не травмируй мне ребенка!       В шкафу обиженно вздохнули: «Вообще-то я полгода как сплю в этой комнате. На диване, дуро-кок. Зафига меня прятать?» Санджи внезапно застыл с открытым ртом: а ведь и правда. Зоро всегда спит здесь на диванчике, в этом нет ничего подозрительного. А он прячет его в шкафу, как страшащаяся разоблачения неверная жена. Со злости он запустил в шкаф второй ботинок: поумничай ему там.       Джудитт выпорхнула из своей комнаты уже в новом платьице в красную клетку и в который раз кинулась в объятия отца. А он в который раз бросился навстречу. — А где дядя Маримо? Я та-а-ак хочу его увидеть! — Заблудился где-нибудь, как всегда. Он придет к завтраку. Пойдем, приготовим что-нибудь вместе? Сто лет с тобой не готовил. Или двести! — Ага! Я знаю волшебные слова, которыми деда Зефф заставляет всех на кухне работать быстрее!       Зоро и правда наглым образом выперся из спальни, когда завтрак был уже готов. Рэйджу проследила за ним поверх кружки с какао. Санджи цыкнул: мог бы в окно что ли вылезти и с улицы зайти. Что за чудесная материализация? Джудитт же самозабвенно бросилась вперед, обхватывая руками его ноги и утыкаясь лицом в мягкое зеленое кимоно мечника. Она счастливо вдохнула привычный теплый запах моря, стали и солнца. Тот немного смущенно положил руку ей на макушку. — Дядя Маримо! Ура-ура! Я дома! Ты ждал меня? Что вы с папочкой без меня делали? — в этот момент Рэйджу слегка хмыкнула в свое какао. — Вам было весело? Папочка не сильно грустил? Ты устроил ему приключение? — Устроил приключение, — еле слышимым эхом повторила Рэйджу. Бровь Санджи нервно дернулась. — Эм… типа того… Ты это… не волнуйся, Малявка, все нормально у твоего папаши было. Тосковать и бухать с горя я ему не дал. Некогда было скучать.       Последняя фраза почему-то добила Рэйджу, и та совсем не по-королевски фыркнула в чашку. Санджи быстро поставил перед ней горку панкейков, надеясь отвлечь ее. Джудитт отлипла от Зоро и вернулась к отцу. Крепко обняв его за одну ногу, она так и повисла на ней. Санджи не протестовал, спокойно двигался со своей любимой ношей по кухне, расставляя тарелки — это была его Джудитт, и она соскучилась, как она могла ему мешать? — Доброе утро, — вежливо кивнула Рэйджу. — Доброе, — буркнул Зоро, невоспитанно плюхаясь на стул. Они с мугиварами встречали как-то Винсмоуков после разгрома Тотлэнда. Из этой встречи Зоро запомнил только, что его начинает мутить, когда он видит целое нашествие Завитушек. И сейчас он подумал, что четыре — уже перебор. Вот три — одна видимая кока и две Джудитт — это идеальное количество завитушек. А сейчас аж в глазах рябит. — Я та-а-а-к рада, что мы прилетели на Голландце тети Рэйджу! Я бы лопнула, если бы мне пришлось ждать еще до вечера! — Джудитт счастливо стиснула ногу отца от переизбытка чувств. — Я тоже ужасно рад, — Санджи не мог бы, даже если бы захотел, заставить себя прекратить улыбаться. — Но вам стоило предупредить, а то вдруг бы я не успел пригнать Эдит на старое место! Или выехал бы в порт заранее, и вы не застали меня дома. Ты бы расстроилась, Солнышко. — Нет! У тети Рэйджу есть такие очки, которые видят тепло людей. И животных. Вот прям через стены видят тепло от людей. Потому она посмотрела еще с самого верха и сказала, что ты дома! — Ды-а? — закашлялся Санджи. Он подумал было, что Воля помогла Рэйджу обнаружить Зоро в шкафу. Но если это была техника с тепловизором… Санджи знает, какой единый сгусток тепла они представляли этим утром. Он украдкой стрельнул глазами на Зоро: тот нагло запихивал себе в рот панкейки, почти не жуя. Рэйджу элегантно попивала какао в изящной позе.       Санджи тряхнул головой. Он просто не хотел шокировать дочку. Как объяснить ей, что папа и дядя Маримо делают голые в обнимку в постели? Щеки моментально заалели.  — Хо-хо, — сказала Рэйджу и больше ничего не добавила. Только когда завтрак закончился, и пришло время улетать на этом своем парящем корабле, она вдруг стремительно подошла к Санджи, взяла его обеими руками за голову и поцеловала в макушку. Затем она отошла на пару шагов, включила пневматические ботинки и взмыла на зависший над Эдит корабль, так ни разу и не обернувшись. Зоро посмотрел на застывшего с открытым ртом Санджи. Подозрительно. — Чего это ты? — А? Нет, ничего, — слишком усиленно замотал головой Санджи. Джудитт, все еще обнимавшая его за ногу, счастливо сжала ее сильнее в объятиях.       Она не отлипала от отца до самого вечера. А уже ночью, когда пришло время отходить ко сну, она робко потянула отца за манжету рубашки. — Папочка… а можно я сегодня с тобой посплю? Это не потому что я боюсь одна спать, я уже взрослая. Просто я так соскучилась, и за день не успела разсоскучиться! Я ни за что иначе не усну!       И как он мог отказать главной женщине в его жизни.       Когда Зоро завалился в спальню, Джудитт, сияющая умытыми розовыми щечками, с тщательно расчесанными волосами, лежалая под одеялом на кровати Завитушки и сияла, словно маленькая лампочка. Копия большой лампочки, которой порой бывал кок. Зоро заартачился: что это значит? Санджи защищается от его поползновений при помощи ребенка? Не слишком ли наивно? Зоро зажмет его днем в кладовой. Он улегся на свой, не такой уж и удобный диван. — Я с вами, здорово, правда? Я так рада, дядя Маримо! Я буду смотреть, как ты спишь! — Хах! — не успел Зоро честно заявить, что Чиби-Завитушка жуткая, как из ванной вышел кок. Он был в пижаме по случаю ночевки с дочкой — в голубой пижаме с дельфинчиками. Зоро ее раньше не видел, но теперь, когда знал о ее существовании, было трудно избавиться от нее в мыслях. Особенно запомнилось, что один дельфинчик был на самой заднице нырнувшего под одеяло кока. — Ну что, моя Забияка, готова спать? — Нет! — Как нет? Ты за время гостей у деда перестала бояться щекотального монстра?! — Санджи угрожающе потянулся к Джудитт, шевеля пальцами в воздухе. — Аха-ха, — та счастливо завизжала, прячась под одеяло по самые хитрющие глаза. — Нет! Просто как же без вечерней сказки! — Сказки? — кок приложил серьезно палец к губам. — Ну хорошо, слушай… — Папа, стой! Ведь сегодня с нами спит дядя Маримо. Обычно он просто относит меня в комнату, если я уснула в беседке. А сейчас он может нам с тобой рассказать сказку. Это же здорово, будем вместе с тобой слушать! — Я? — ощетинился Зоро. — Не знаю я никаких сказок…       Оба Завитушки пялились на него полными восторженного ожидания глазами, вцепившись руками в одеяло. Их брови смотрели в одну сторону, и это было больше, чем Зоро мог вынести. — Сказку, да? — отец и дочь синхронно закивали, завитушки танцевали в едином ритме. — Эм… ну… жила-была… эм… ну, одна девочка. — Принцесса? — вставила Джудитт. — Почему принцесса? — В сказках всегда принцессы и прекрасные принцы.       Зоро посмотрел на кока, тот согласно закивал: всегда, Маримо. — Лады, жила-была одна принцесса. И она… и ее… короче, у нее был меч! — Ооо! — пискнула Джудитт. — Про меч я еще не слышала. И что она? — Она прекрасно владела мечом, потому что двадцать лет тренировалась каждый день по семь часов. — Какая же она была девочка, если она двадцать лет тренировалась только, — заметил Санджи. Зоро скривился: математик херов. — Молодо выглядела она, короче. Как девочка. А знания были как у опытного мастера меча. — Вау! — доверчивую Джудитт все восхищало. Благодарный отклик приободрил Зоро, и он вошел в азарт. — И вот пошла эта принцесса, и встретила дракона. — Большого?! — Большого и страшного. Каждый зуб — как мои катаны! — У-у, — Джудитт прижалась плотнее к отцу, нехитрый рассказ Зоро вовлек ее полностью, она живо представила себе жуткого дракона. Отец заботливо погладил ее по спине, стреляя в Зоро молниями из глаз: не пугай ребенка на ночь. — Между ними должен был состояться бой! Но когда дракон вышел из своей пещеры и посмотрел на принцессу, то замер. Никогда он не встречал еще настолько сильную мечницу. У нее был стальной взгляд и непоколебимая воля. Они стояли и смотрели друг на друга до вечера. А потом дракон попятился и уполз обратно в пещеру. — Спать пошел? — уточнила Джудитт. — Нет, Чиби-Завитушка, он признал, что принцесса сильнее его. Конец. — Конец? — удивилась Джудитт. — Конец? — уточнил кок. — Конец! — А чему эта сказка нас учит? — невинно спросила Джудитт. Зоро прикусил язык, они не договаривались, что сказка должна быть с моралью. — Что драка-дракой, а спать ложиться нужно вовремя, — сказал кок и слегка защекотал Джудитт. Та заливисто рассмеялась. — Нет, — вдруг прервал их игру Зоро. — Она учит тому, что когда ты знаешь, что сильнее соперника, и он эту силу признает, нет нужды убивать его. Нет чести в том, чтобы убить того, кто заведомо слабее. — А я думала, что дракон влюбился в принцессу. А как ты можешь драться с тем, кого сильно любишь? Это же не драка будет, а сплошное поддавание, — вздохнула Джудитт. Санджи даже заволновался: что за мудрые вздохи от семилетней девочки. — С чего это влюбился?! — оторопел Зоро. — Дядя Маримо, ты взрослый, а не понимаешь! На кого еще тебе захочется смотреть весь-весь день до самого вечера! Он ее так любил, что не мог отвести глаз! — Да неправда это! Чего ему пялиться-то? — Зоро аж подкинуло на своем диване. Но кок жестко пресек спор. — Все, не сбивай ребенку сон. Спи, Солнышко, — кок поцеловал дочь в макушку и поспешил погасить лампу. Потому что он в который раз за сегодня краснел. Ведь перед уходом Рэйджу шепнула ему: «Он весь завтрак смотрел только на тебя и не мог отвести глаз».