Хэй, Джудитт!

— А все потому что ты не взял меня с собой, папочка!       Пораженный в самое сердце этими словами кок отбросил деревянную лопаточку в одну сторону, прихватки в другую, бухнулся около стула дочки на колени и принялся заглядывать ей в глаза: — Мы обязательно туда сходим, как только я закончу подготовку ресторана! Мне нужно еще связаться с поварами, сделать закупки, и тогда я свободен — хоть весь день проведем на альпаковой ферме! Хочешь, купим тебе одну?       Зоро фыркнул в чашку: да она из него веревки вьет. Кок, видите ли, ходил в город проведать избитого разбойниками повара и не взял мелкую, чтобы она не испугалась, тому ведь и правда сильно досталось. Но из-за дел кок все откладывал посещение местной фермы по разведению альпак, что бы это ни значило. И теперь Чиби-Завитушка использовала возможность, чтобы получить свое сполна — не зря она так близка с Нами. При этом пигалица даже не расстроилась, что ее не взяли, они довольно весело провели время с Зоро на корабле. — Мы не можем. Ее будет тошнить во время плавания, — вздохнула Джудитт и посмотрела на отца полными векового страдания глазами. Маленькая чертовка знала с самого начала, как отец себя поведет. Зоро даже чашку свою отставил, он должен досмотреть концерт. — О, Солнышко, — купился этот пентюх, — может, что-то другое? — Другое? — Джудитт все же была ребенком и не могла драматически тянуть паузу. — Здорово! Тогда папочка пригласит на свидание ту тетю, которую я выберу! — Свидание? Джудитт… — кок спросил как-то испуганно, его лицо слегка побледнело. Зоро нахмурился: стоило Джудитт заговорить о женщинах, как вернулся прежний, страшащийся сближения и новых отношений кок. И этот кок совсем забыл, что далеко не такой свободный вдовец, как был раньше! Вообще не свободный! — Ага! Я обещала деде Зеффу, что ты у меня обязательно женишься! Ты не бойся, папочка, я хорошую выберу!       Кок тяжело сглотнул, но посмотрел в сияющие глазенки дочки и мужественно кивнул: — Хорошо, если это тебя порадует!       Зоро потянулся было нравоучительно пнуть кока, но осекся: а как он объяснит это Джудитт? Прости, я больше не хочу, чтобы твой папа женился — в тайной организации ниндзя-пиратов завелся предатель. Получается, если Зоро будет мешать свиданию кока, он нарушит данное Джудитт обещание. Подведет мелкую Завитушку. — Урааа! Мой папочка — самый лучший! — Джудитт вскочила из-за накрытого завтраком стола. — И все тети это тоже скоро узнают! — Куда, торопыга! — засмеялся кок. — Помнишь наш уговор? Не оставлять еду. Допей свое молоко. — Конечно, папочка! — уже было выскочившая на палубу Джудитт припрыгала обратно, схватила со стола чашку и махнула ее залпом. Она тут же закашлялась, хватаясь за горло и едва не роняя чашку на пол. — Что такое? — Зоро и Санджи ринулись к Джудитт одновременно, припадая на колени рядом с девочкой. Хотя та, скорее всего, просто поперхнулась. Кок принялся гладить дочь по спине. — Горько… фу… — со слезами на глазах поделилась Джудитт. Зоро глянул на пустую чашку и замер. Санджи проследил его взгляд, быстро смекнул, что к чему, и поднес к носу. — Маримо! — как бешеный заорал кок, и Зоро даже не имел права наорать на него в ответ. — Какого хрена ты бухаешь ром из чайной пары! За завтраком! — Чтобы не показывать Джудитт плохой пример, — честно признался Зоро, он заботился о Чиби-Завитушке, между прочим. — Сколько там было, милая? Ты все выпила? — кок с испугом всматривался в личико Джудитт. Оно раскраснелось, а глаза против воли то и дело сходились на переносице. — Ик! — сказала Джудитт. — Папчпчка. — Маримо! Ты напоил моего ребенка! — от крика кока где-то в океане косяк рыбы раньше положенного ушел на нерест. Санджи испуганно смотрел на чуть покачивающуюся дочку. — Ей семь лет, тупой ты кусок газона!       И Зоро сделал единственное, что можно было сделать в такой ситуации. Он решительно схватил Джудитт подмышку и побежал в спальню, уже на ходу отдавая указания: — Принеси теплого чая. Много.       Зоро вбежал в ванную, бухнулся на край и перекинул через свои колени икающую девочку так, чтобы ее голова свешивалась в ванную немного ниже уровня тела. — Спокойно, Чиби-Завитушка, так надо, дай-ка мне, — успокаивающе увещевал он, когда запускал в рот девочки палец, надавливая на корень языка. Мелкую тут же стошнило. Всем, только что съеденным и еще не переваренным завтраком, потоком молока, желудочным соком. Она дергалась и отплевывалась, ее руки били по краю ванной, когда она пыталась выкрутиться, но Зоро не отпускал. Он знал, что даже если мелкой Завитушке это болезненно, все это ради ее блага.       Зоро успел смыть рвоту к тому времени, как в ванную сбежал кок с целым кувшином крепкого чая. Он непроизвольно поморщился от запаха рвоты. — Маримо, что ты… — Давай сюда, — не стал отвечать Зоро. Выхватил кувшин из его рук, позволил Джудитт сесть у него на коленях и буквально начал вливать в девочку чай — теплый и чуть сладкий, он пился быстро и легко. Но Джудитт фыркала, в горле стояла горечь от рвоты, а на глазах собрались слезы. — Нужно промыть ей желудок и еще раз вытошнить. Тогда ничего с ней не будет.       Когда почти весь кувшин оказался в Джудитт, Зоро снова перекинул ее через бортик ванны и быстро сунул палец в рот. Джудитт булькнула, опять дернулась, дернулся к ней и кок, но Зоро так на него зыркнул: «Не мешай», что кок замер. — Вот так, Чиби-Завитушка. Почти все. Никакого опьянения больше не будет. Ну разве что голова поболит из-за рвоты. Но все уже обошлось, молодчина, — приговаривал Зоро, усаживая снова на коленях Джудитт. По ее щекам текли дорожки слез из-за рвотного рефлекса. — Вот, запей, — Зоро подал ей остатки чая. — Я папашу твоего протрезвлял как-то на попойке. А с тобой все гораздо проще, ты же не лягаешься. Я просто мастер отрезвлять Завитушек, но ты что-то рано начала.       Санджи молча провел пальцем по шее: «Тебе хана, Маримо». Зоро закатил глаза — не мешай спасать ребенка. Притихшая на руках Зоро Джудитт покорно пила из кувшина, пытаясь успокоить дыхание. Она перестала плакать и только хлюпала носом. Но ее движения снова были четкими и пропала мутная пелена с глаз.       Санджи облегченно прислонился к двери ванной. — Ты же понимаешь, Маримо, что это полностью твой косяк. Ты позволил Джудитт выпить это пойло из твоей чашки.       Вдруг храбро справлявшаяся Джудитт скуксилась, она поджала ноги, уткнулась Зоро в грудь и заплакала. — Эй, что такое, мелкая? Ты же держалась молодцом, что сейчас? — Зоро неловко погладил пушистую головку. — Все уже позади. — Папочка… папочка, — всхлипывала Джудитт. — Дядя Маримо… он умирает… — Еще нет, но скоро — да, — Санджи буровил Зоро взглядом. — Все хорошо, Джудитт. Зоро жив и здоров, он всех переживет, он суккулент. — Да, Чиби-Завитушка, с чего ты взяла, — Зоро отстранил от груди Джудитт, чтобы заглянуть ей в глаза. Та быстро утерла мокрое личико ладошкой. — Потому что Чоппер говорит, что чем горче лекарство, тем оно полезнее. А если ты пьешь такое противное лекарство, такое гадкое, значит, ты очень-очень болеешь… — Джудитт не сдержалась и снова зарыдала. Кок не выдержал, выхватил дочь из рук Зоро и прижал к себе, она тут же обвила руками его шею. — Я не хочу… чтобы дядя Маримо умира-а-ал, — всхлипывала она. — Это был ром! — Зоро возмутился, как оскорбленная добродетель. — Ром в бутылка-а-а-ах пьют, — не верила ему Джудитт. У Зоро закончились аргументы. — Ну, ну, не плачь, Прыгалка моя. Это лекарство не от болезни, это лекарство от глупости. Дяде Маримо его очень много надо пить. О-о-о-о-о-очень много, — издевательски долго протянул кок. — А ты, Маримо, давай, клянись, что не умрешь. — Чего? — Подними руку и торжественно поклянись перед Джудитт, что не помрешь! Видишь, ребенок плачет, — зашипел кок. И Зоро ничего не оставалось, как поднять вверх правую руку. — Чиби-Завитушка, я клянусь тебе… эээ, чем? — Своей честью, — подсказал кок. — Клянусь тебе честью, что ни за что не помру.       Джудитт отлепила лицо от пиджака отца: — Правда? — Это слово мечника.       Джудитт снова беспечно заулыбалась, как за завтраком. — Погуляй с ней, Маримо, — строго посмотрел поверх головы дочери кок. — Ей нужно больше свежего воздуха, а мне нужно работать. Раз ты виноват, тебе за ней и присматривать. Вдруг ей станет плохо потом? — Ура! Мы с дядей Маримо идем на альпаковую ферму! — моментально возликовала Джудитт и захлопала отцу по плечу: отпусти. Тот аккуратно поставил дочь на пол ванной. — Я пойду надену шляпу, чтобы голову не напекло. Мы же будем гулять весь-весь день!       Не успел Зоро спастись, как Джудитт выскочила за дверь, оставляя Зоро наедине с коком, как с тигром в клетке. Санджи без церемоний с полуразворота залепил Зоро ногой, тот успел блокировать удар скрещенными руками. Взгляд Санджи метал молнии. — Мар-р-имо! — Я все понял, кок! Это мой косяк! Я отведу за него Джудитт к этим… альпакам. Что там вообще делать? — Что? — кок был несколько озадачен вопросом. — Ну, альпаки мягкие, и симпатичные. Их приятно гладить. — Это просто толстые козы. И я не люблю гладить, — надулся Зоро. — Тебя никто и не заставляет!       Казалось, еще чуть-чуть, и Джудитт лопнет от счастья, она даже подпрыгивала гораздо выше обычного, когда шла рядом с Зоро через небольшой городок на острове. — Это очень хорошо, что ты со мной пошел, вместе с тобой мы и выберем тетю для папочкиного свидания! Видел, дядя Маримо, он согласился! Раньше он ни за что бы не согласился, значит, папочке уже лучше. — Джудитт, по поводу ниндзя-команды… — Смотри, какая красивая! — Джудитт совершенно неприлично указывала пальцем на мигом стушевавшуюся цветочницу на углу. Та вся зарделась и стыдливо поглядывала на Зоро, принимая его за отца ребенка. — Вот бы такая тетя была моей мамой!       Зоро посмотрел на цветочницу тяжелым взглядом, прокручивая пред глазами, как эта девка «становится мамой Джудитт». Та пискнула, схватила букеты и закрылась в стеклянной будке. Джудитт горестно вздохнула: — Стеснительная. Нам бойкая нужна, чтобы она сама первые шаги сделала. — Откуда ты все это знаешь?! — Деда Зефф научил. Сказал, что папа так и будет кота за хвост тянуть до смерти. И что папу надо это… брать куда-то… взять… взять папу на… — Зоро тяжело сглотнул. — А, вспомнила, в оборот папу взять! Потому нам нужна тетя, которая сама придет и папу возьмет.       Либо день сегодня был особенно жаркий, либо Зоро вспотел по сторонним причинам. — Давай лучше на этих твоих лам посмотрим. — Альпак! Они такие пушистые, как дядя Чоппер! Их приятно гладить! — Я не люблю гладить. — Откуда ты знаешь? — Я же не глажу Чоппера. — Это ты очень зря, дядя Маримо.       Переговариваясь обо всем на свете, а также отпугнув по пути взглядом на всякий случай еще и бакалейщицу и продавщицу тканей, Джудитт и Зоро вышли за город и поднялись по петляющей проселочной дороге на невысокий зеленый холм. Следуя какому-то внутреннему компасу, они углубились было в лес на противоположной стороне, как их настигли выкрики с холма: — Эй, эй, вы двое! С мечами и шляпочкой! Вам не на альпаковую ферму?