Хэй, Джудитт!

— А может быть, вот эта?       Был очередной спокойный день на «Эдит», две недели назад они наконец сменили местоположение ресторана, и к ним с удовольствием повалили клиенты из новых городков, появлялись первые постоянные. Девушка, на которую указывала Джудитт, судя по всему уже не впервые была в ресторане и довольно живо общалась по поводу блюд с вышедшим лично обслужить ее коком.       И хотя деньки были поистине мирные, а торчать у перил с Джудитт и болтать по мелочам давно стало приятной привычкой для Зоро, его счастливый мир в последние дни немало пошатнулся. Блядский кок искренне улыбался девушке, а она заинтересованно отвечала ему. И она была хороша по всем статьям, не зря Джудитт обратила на незнакомку внимание: скромное платье облегало отличную фигуру, волосы были нежные и волнистые, из прически на затылке выбивался на лицо соблазнительный локон. Ее смех был уверенный, но негромкий и чистый. Примерно таких девушек представляют себе мальчишки, когда еще ничего не знают о женщинах и рисуют себе в воображении идеальную спутницу.       Но куда больше Зоро беспокоил кок. С тех пор, как его немного «отпустило», он перестал превращать свою комнату в алтарь воспоминаний о мертвой женушке, то стал куда более открыт и обходителен с девушками. То есть действительно обходителен так, что очаровывал манерами и приятным ни к чему не обязывающим разговором. Мало кто подозревал, что эро-кок ТАК может. А кок мог, и именно в тот момент, когда между ним с Зоро пробежала кошка. Ну, конкретнее — пролетел жук.       Хотя Зоро начинал подозревать, что дело тут совсем не в Антикоке. Ведь после выходки с жуком кок даже не отлучил его от постели. А Зоро уже собрался в который раз сломить сопротивление. Но… его не последовало! Да, кок выселил его на диван, заявив, что Зоро уже достаточно здоров, раз у него хватает мозгов на настолько гениальные идеи с жуком. Но когда и Джудитт окончательно выздоровела и переехала обратно к себе в комнату, беспрепятственно позволил Зоро в эту же ночь забраться к нему под одеяло. По его стонам и судорожно сжимавшимся на руке Зоро пальцам было понятно, что кок хотел этого не меньше самого мечника, он отдавался процессу едва ли не с большим рвением. Но только сексу, в остальном между ними пролегла какая-то невидимая стена.       Зоро впервые понял, что «просто секс» — это не лучший вариант отношений в мире, а полное дерьмо. Потому что он хотел кока, а не трахаться с коком. Он хотел ласковых рук и мелких смешков в плечо, всей той едва уловимой душевной связи, отделяющей любовников от двух закадычных накама, которые просто трахаются. А кок вел себя именно что как последнее. И на этом фоне куртуазно обихаживал каждую явившуюся в ресторан бабу.       Зоро скрипел зубами. Он догадывался, куда все это может вести — из сердца кока постепенно испаряется ноющая боль по Эдит, и очень скоро он впустит туда другую идеальную меллорин. А Зоро? Неужели ему уготована роль самого надежного накама, закадычного друга, вытащившего его со дна отчаяния в самые тяжелые дни? Спасибо и до свидания? — Неплохая, но твоему папе не подходит, — наконец выдал Зоро, когда так долго пялиться на клиентку стало уже неприлично, — слишком много уделяет внимания внешности, у нее в жизни должно быть что-то более интересное, чем она сама. Вот как у твоей мамы создание одежды.       Джудитт согласно кивнула, в словах мечника как всегда был резон для девочки, а ноток ревности она не заметила. Но кто мог ее винить, ей было всего семь лет. — А что насчет тети, которая привозит по утрам зелень? У нее такие ямочки на щеках от улыбки! — не сдавалась девочка.       Так вот почему эти две недели чертов Завитушка все старается выпутаться из его хватки и сам принять поставку вместо персонала. Зоро стал в уме подсчитывать, сколько раз коку все же удалось сбежать из постели, а значит, он лично пообщался с этой леди с ямочками. — Я слышал, что ее семейство уже договорилось о свадьбе, — «до чего ты докатился, Ророноа Зоро, врешь ребенку» — укорил себя мечник, в ужасе осознавая, на какие крайности его толкает поселившееся в груди неприятное чувство ревности. — Ух, — девочка явно погрустнела. — Я так и не решила, что же написать в папиной анкете в газету. Какие девушки папе нравятся…       Рука Зоро зачесалась в новой для мечника потребности обнять за плечо дрыхнущего Завитушку и подкатить к себе ближе, чтобы его голова утыкалась в плечо Зоро. Это всегда успокаивало и прочищало голову. Но сейчас был разгар ужина, палуба, клиенты, максимум, на что было можно надеяться — зажать на пять минут Завитушку в кладовке, да и то — получить довольно отстраненный «прием» или механический секс. — А давай, — голос Зоро предательски захрипел, — спросим у твоего папы на этот раз прямо, какие девушки ему нравятся? — Точно, дядя Маримо, ты очень помогаешь! Я прямо чувствую, что в этом году мы точно найдем новую маму! И тебе больше не придется спать с папой, когда ему снятся кошмары! — Что? — Зоро оторопел. — Ты же спишь с папой, когда ему снятся кошмары? Я часто вижу, когда хожу ночью в туалет, что ты его обнимаешь. Он раньше кричал во сне, а теперь спокойно спит, и все из-за тебя, — девочка счастливо обняла Зоро за ногу. — Спасибо, дядя Маримо!       А Зоро чуть не ударил себя по лбу. Хотя он взял за правило переползать утром обратно на свой короткий диванчик из постели, чтобы не шокировать ребенка, отказать себе в удовольствии полежать в обнимку с Завитушкой он не мог. И кто же знал, что его вечно не работающий на присутствие Джудитт радар так его спалит! Теперь понятно, почему он иногда просыпался в поту, заботливо укрытый вместе с коком жарким альпаковым одеялом. Джудитт не хотела снижать шансы отца на брак с упорством маленького танка.       Хорошо, что невинная девочка восприняла поползновения Зоро как искреннюю заботу о папе. Хотя… все так и было. Зоро не хотел, чтобы Завитушка страдал от одиночества, тосковал, спал в большой постели один. Если не кривить душой, то если забирался к коку в постель Зоро ради его сдавленных стонов, которые они пытались заглушить одеялом, то оставался ночью из заботы и непривычной для мечника нежности в груди.       В долгий ящик откладывать Джудитт не умела, потому разговор состоялся этим же вечером. Гости гостями, а собственного ребенка кок без ужина никогда не оставлял. Всегда брал себе перерыв под конец ужина, чтобы сервировать настоящий красивый стол для главного человека в его жизни. Ну и Зоро кормил, «чтобы с голоду не опух» — такими словами он неизменно приглашал присоединиться к семейной трапезе мечника. И тот ворчливо, но с внутренним ликованием, соглашался.       Победив мягчайшую мясную тефтелину, Джудитт облизнулась и начала с места в карьер: — Папа, нам с дядей Маримо нужно знать, какие девушки тебе нравятся!       Зоро как раз в этот момент пил. И поперхнулся. Но себя не выдал — сцедил обратно в стакан пошедший носом яблочный сок и отставил его от себя подальше. — Вам что? — на лице и в голосе кока читалось искреннее удивление, которое очень понравилось Зоро — значит, не задумывался над этой темой. — Ну девушки и женщины какие тебе понравились бы, если бы их пригласили! — девочке вопрос казался предельно прозрачным.       Санджи перевел взгляд с дочки на мечника, тот уже справился со своей «яблочной катастрофой» и изучал скатерть, на которой как назло не было никаких дырок, чтобы начать их ковырять. Кок хмыкнул, от этого звука у Зоро по спине пробежал холодок, и он понял: хана. — Красивых! Чтобы мягкие длинные волосы, и чтобы фигура изящная, с перепадами плавными. И ниже меня, и чтобы любили смеяться надо всем, и носили юбки — обязательно, не люблю когда девушка в штанах. В шортах можно, — с каждым предложением кок все более воодушевлялся. — Чтобы пахли приятно женским парфюмом, клубникой там, или орхидеями. Мне нравится, когда девушки слабые, чтобы перед ними двери тяжелые придерживать и носить их покупки, потому что им тяжело даже пакет с мандаринами поднять. И чтобы ни за что не пила алкоголя, это девушкам совсем не идет. И очень не люблю, когда на теле девушки есть шрамы, может это эгоистично, но не хочу думать, как им было больно, когда они его получили. И чтобы волосы спокойных оттенков, как у тебя, солнышко, или как у меня.       Зоро хмурился. Нет, он прекрасно понимал, что кок его дразнит, воодушевленно описывая полную противоположность мечнику, но от осознания, что все это шутка, на душе не становилось легче. — Папа, у тебя столько требований! Но я все равно знаю троих, которые подходят! — Джудитт не пасовала перед трудностями. «Ты солнышко, Джудитт, но прекрати, умоляю» — вопил внутри себя Зоро. — А ты, Маримо, знаешь таких девушек, — повернулся к нему кок. Зоро удивился серьезности его взгляда. Он то думал, что дуро-кок его дразнит, но почему он так чертовски серьезен?! Если только не решился… — Понятия не имею, я же не такой маньяк, как ты, следить за всеми местными бабами, — буркнул мечник и начал набивать рот едой. — Спасибо, папочка. Я пойду все запишу, пока не забыла. Новая мамочка будет просто замечательная! — Джудитт спрыгнула со стула, привычно обняла отца за длинную ногу и помчалась к блокноту с пестуемым объявлением о знакомстве. Зоро и Санджи остались за столиком вдвоем.       Кок убрал посуду за дочкой, кивнул Зоро и собирался было вернуться к работе, как мечник поймал его за запястье. Он сделал это сам от себя не ожидая, на инстинктах, которые всегда вели его по жизни. — Чего тебе, Маримо? — Я понял, кок. Про Эдит. И про то, что ты задумал. — Что ты такое там понял? — пренебрежительно повел плечами Санджи, не повернулся к Зоро, но руку расслабил и вырывать не стал. — Я понял, почему тебя так заклинило, кок. Потому что все они, — Зоро кивнул на девушек за дальним столиком, — для тебя одинаковые. Положим, в твоем случае, одинаково таращат. А Эдит была для тебя особенной. И один раз испытав такое, больше никогда не снизишь планку. Я… не хочу расстраивать Чиби-Завитушку, потому играю в эти ее игры с объявлением. Но я понимаю тебя, кок.       Санджи наконец повернулся и посмотрел на него удивленно. — Пониматель нашелся. — Балда ты, кок. Я серьезно. Я знаю, ты ради мелкой ботинки собственные сожрешь и на луну запрыгнешь. Но не надо. Не женись просто ради того, чтобы у Джудитт была мать, — на этих словах пульс кока участился, и Зоро понял — попал в точку. — Даже если чувствуешь, что теперь можешь спать с другими людьми, целовать их… не заставляй себя. Если после нее все они «не то», не соглашайся на первый подходящий вариант. Я же вижу…       Кок резко дернул руку, но Зоро держал ее крепко. Вот что взбрело в тупую башку Завитушки. Оклемался только в объятиях мечника, человеком себя почувствовал, и давай опять бросать свою жизнь на алтарь чужого счастья. Так бы и прибил. — Кок… — жесткий захват стал мягким, Зоро погладил большим пальцем тыльную сторону завитушкиной ладони. Тот опустил голову и посмотрел на нее как-то испуганно. — Послушай, кок, Джудитт замечательная, она все поймет… — Зоро, ей семь! Она не должна этого «всего» понимать! Она должна хвастаться перед другими девочками, какие ей мама косички с утра заплела! — разбито простонал кок. — В смысле, ты же сам красивые делаешь, — оторопел Зоро. — Джудитт должна всем говорить, что ее мама самая красивая! Она должна получать пример здоровых отношений, чтобы во взрослой жизни не купиться на лживые обещания какого-нибудь прощелыги! Я хочу, чтобы уже у моей Джудитт было что-то настоящее! — кок дернул руку. И Зоро перехватил ее уже обеими руками. — Послушай, кок, не дури. Я не говорю тебе никогда больше не жениться. Но я не позволю тебе совершить очередное дурацкое самопожертвование. Я не ради этого хотел привести тебя в чувства… Ты не женишься на первой согласившейся просто ради того, чтобы у Джудитт была полная семья. Я тебе не позволю, усек? Я уже стал лучшим мечником, так что тебе меня не одолеть.       Кок смотрел на свою руку, сжатую в лапищах Зоро, и в глазах его плескалась непонятная боль. — Один раз испытав что-то стоящее, не разменивайся по мелочам, кок. Ты не сможешь так жить, я тебя знаю. — Пусти, — наконец Санджи не выдержал, выдернул руку и стремглав рванулся к гостям. В привычную суетную стихию ресторанного вечера. — Нечего тут устраиваться вершителем судеб, Маримо. — Кок!       Завитушка втянул голову в плечи и не обернулся. Потому что Зоро был прав. Тот реально решил, что теперь должен осчастливливать Джудитт таким вот дебильным способом: отсюда и отстраненность с Зоро, и эта обходительность с клиентками. В кои-то веки он сотрудничал с ниндзя-командой, но теперь это только бесило. Неужели Завитушка думает, что Зоро отдаст его какой-то «подходящей» бабе?       Весь последующий вечер он не мог заставить себя не следить за коком. Тот обслуживал последних клиентов, получал финальные комплименты от больших компаний, брал в свои руки чужие маленькие ручки и медленно и чувственно целовал их на прощание. При этом его взгляд всегда скользил в сторону перил, где стоял Зоро. Паршивец что — изводил его намеренно и показательно? Но зачем? На лице Зоро играли желваки. Когда одна из прощающихся девушек поманила кока склониться к ней, потом долго нашептывала что-то на ухо, а затем они оба откинули головы назад и расхохотались, мечник озверел. Он резко развернулся и широкими шагами направился прочь — на свою шхуну, чтобы подумать в одиночестве. Ну и чтобы не набить бровастому харю прямо при гостях и ребенке.       Зоро был так разъярен, что не мог заметить, с какой мучительной тоской смотрел ему в спину Санджи, а потом уронил лицо в собственную ладонь.       И почему он всегда так лажает и сам портит в своей жизни самое лучшее? Маримо прав, один раз испытав подлинное чувство, Санджи и правда не смог бы переключиться с Эдит на что-то проходное и пустое. Только Маримо не догоняет до конца, что Санджи не смог бы каждую ночь делить постель с кем-то, кто и в подметки не годится Эдит. Нет, вернуть его сердце к жизни могло только что-то более большое и яркое, затмевающее отпечатавшуюся повсюду тень покойной жены. И какого-то черта это оказался Зоро.       Морские короли, как же Санджи облажался. Может ли он хоть кого-то за всю свою жизнь сделать счастливым?