scared to be lonely.

Они резко отстранились друг от друга, когда в коридоре послышались быстрые шаги босых ножек. Сехун, сначала зашедший в отцовскую комнату и не обнаруживший там родителя, поспешил в другие, но, увидев свет из кухни, успокоился. - Папа? Что случилось? - Мальчик сонно и удивленно потер глаз, смотря на заплаканного Кёнсу, вытирающего свои влажные щеки. - Папа, ты обидел Дядю Кёнсу? - Нет, конечно нет! Просто ... .- Чанёль растерянно замолчал, беззвучно шевеля губами в попытке придумать причину. - Я испугался, когда проснулся в квартире один. - Осипшим голосом, но так спокойно, произнес До, вытягивая улыбку для малыша. - Поэтому я заплакал и пришел к вам. Сехун поджал нижнюю губу, слушая парня внимательно, а потом побежал, огибая стол, за которым сидели взрослые, и влез на колени Кёнсу. Взяв его лицо своими маленькими ладошками, Хунни строго свел брови к переносице, а потом поцеловал До в лоб. - Не бойся! Мы с папой тебя защитим! Оба взрослых растерялись. Сехун обнял парня за шею, а тот, тихо всхлипнув и закусив губу, обвил пятилетнего ребенка руками, прижимая его ближе и шепча совсем тихо. - Спасибо... - Папа! Обними! - Повелительно произнёс мальчик, выводя отца из состояния умиления представшей перед ним картины. Молодой мужчина улыбнулся и обнял их обоих. - Все будет хорошо, Кёнсу-я. Мы рядом. - Пак мягко провел кончиком носа по виску парня, опаляя холодную кожу теплым дыханием. - Ну, раз все проснулись, то давайте позавтракаем. Но сначала умываться! Сехун еще крепче прижался к соседскому омеге, ноя ему в ухо, что не хочет чистить зубы. В ответ на это Кёнсу тихо засмеялся и погладил мальчика по спине. - Хочешь такую же красивую улыбку, как у папы? Капризничающий ребенок угукнул ему в плечо, а потом отстранился, смотря в большие глаза взрослого чуть надув розовенькие губы. - Тогда надо заботиться о своих зубках. Это ведь не сложно. А хочешь научу умываться весело? - Парень тут же завладел интересом ребенка. Да, в нём чувствуется эта родительская любовь, которую он имеет в избытке. Которая согревает даже Чанёля. Получив согласный и бодрый кивок, он понёс мальчика в ванную комнату, сопровождаемый его отцом, который заботливо открыл им дверь и достал с полки чистое полотенце и щетку для Кёнсу, поставил Сехуну его тумбочку для удобства умывания и стал наблюдать за омегой. С помощью веселой песенки они без каприз почистили зубы, умылись и были готовы к новому дню. Пока Чан прибирался в ванной и приводил себя в порядок, До повел малыша переодеваться из ночной футболки и шорт в дневную одежду. Пак зашел на кухню и остановился на пороге, наблюдая за увлеченными приготовлением завтрака Сехуном и Кёнсу. На плите уже варилась каша, а на тарелке один за другим появлялись рулетики из салатных листьев с ветчиной, сыром, кусочками помидоров и огурцов. Омега выглядел счастливым. Он улыбался. Это был не тот парень, что плакал навзрыд пол ночи. Не тот, кто рассказывал свою ужасную историю из прошлого. Не тот, кто едва не убил своего ребенка. Кёнсу умеет улыбаться, смеяться и быть веселым. Он это заслужил. - Как вкусно пахнет~! - Чанёль пробасил довольно, обращая на себя внимание и подходя ближе к готовящим. - Помочь чем-нибудь? - Нет, папа, мы сами! Просто сиди! - Сехун нахмурил бровки и стал запрещающе мотать головой. Кёнсу засмеялся и потрепал чистой рукой волосы ребенка. - Скоро будет готово. Просто подожди немного... - Он посмотрел на альфу через плечо, а потом вернул внимание к кастрюле с кашей. - Как скажете, ээх. - Пак сел за стол и подпер голову рукой, не в силах смотреть телевизор или читать новости в телефоне, когда рядом столь милая картина. Кёнсу прекрасный папа. И от его присутствия и улыбки, взгляда и смеха, тонких пальцев и красных прядей волос, падающих на лоб, у Чана где-то в груди стучит быстрее, а в животе тепло. "Мы были бы прекрасной семьей". Чанёль опустил взгляд в пол, когда понял, что эта мысль уютно устроилась в его голове. Может быть, однажды...