DOOM - Эквестрия. Том второй: Хвала безумию!

Храддо шагал с опущенной головою, игнорируя проносящиеся мимо бледные фигуры. Злость постепенно заполняла меня вместе с осознанием собственного бессилия. Подлая шутка, уверен, принадлежала Хигеру: что может быть ужаснее, чем наблюдать, как родной сын сходит с ума, проявляя бессмысленную жестокость? Пока что увиденное лишь давало повод поволноваться - не вызывало паники. Но как скоро на смену припадкам придёт настоящая агония? Твари явно волновались, но не убегали. Тусклые блёстки их глаз были едва различимы за розовыми стенками колб, скрывавших их головы. В основании одной из башен зияла широкая дыра. Три существа стояли возле неё, отдирали от своих истощённых тел куски, а потом засовывали их в дыру. Мясо, должно быть, срасталось с башней. Это был вариант... ремонта? Храддо столкнулся лбом с переходившим дорогу монстром. Его глаза сверкнули. О, чёрт! Только не снова! После всего, чему я учил его, он не собирается исследовать мир и познавать его правила. Он просто убивает! Но сын удивил меня. - Как пройти к библиотеке Твайлайт Спаркл? - Бесстрастно спросил он. - Ты мог бы извиниться для начала, - пробулькало существо, потирая ушибленную голову. Но стоило ему поднять глаза на феникса, как он в ужасе отпрянул. - Так где? - Всё так же бесстрастно спросил Храддо. - Ты... ты... убьёшь меня? - Тварь дрожала. - Говори быстрее, - феникс опустил голову ещё ниже, - иначе действительно убью. - В-вот видишь т-тот домик дальше по улице? Это Сахарный Уголок, отту... - Не вижу. - Оборвал его феникс. Существо в замешательстве замолчало, и тому пришлось с нарастающим раздражением пояснить. - У нас разные галлюцинации. Лучше доведи меня туда, а заодно опиши, как я выгляжу. - Н-но у меня же мало времени! - В ином случае у тебя его вообще не будет. Вперёд. Мне не нравилось, как он говорил. Но это было лучше, чем бойня. Пока они шли и говорили, я всё больше склонялся к мысли, что с такой резкостью мог бы говорить Эффусум. И все же, даже он не был так жесток. Он старался, чтобы логика и обстоятельства были на его стороне; обожал ставить окружающих перед неизбежным фактом, но редко - почти никогда - был источником этого факта. Да, я помнил, как он угрожал убить ингуофа Айрона. Однако тогда он был в ярости, и его обещание так и не было исполнено. Он мог бы запросто уничтожить того пони, но вместо этого он изучал его, сближал с собой, раскрывал своё былое. И, в конце концов, он попытался спасти его! Пусть ему это и не пригодилось. Тем временем, разговор был в самом разгаре. - Я - пони. - Без тени усмешки повторил Храддо. - Золотистый пони мужского пола, представитель расы пегасов. - Точно так! - Цвет гривы? Кьютимарка? - Грива вроде как красноватая! - Лепетало существо. - Кьютимарка - н-непонятная... какое-то нагромождение и-изогнутых линий и кругов. Такие обычно у зебр бывают. Т-только у них они серые, а у тебя зелёные. Похоже н-на... простите, прилипшую... - Грязь? - Т-траву! Травушку! - Грязь. - Г-господин... - Не пресмыкайся. - Отрезал Храддо, заставляя собеседника съежиться. - От тебя мне больше не нужно слов. Веди. - Вот же её дерево! Вы должны видеть! - Существо чуть ли не срывалось с места в надежде поскорее сбежать. - Не вижу. Я слепой и глупый. Доведи меня до дверей. Мой сын теперь злостно ухмылялся, самодовольно глядел по сторонам. Какой-то твари он даже приветственно махнул крылом. При этом он как-то резко пошатнулся, но тут же продолжил путь. Тварь пустилась прочь, а Храддо громко рассмеялся. Похлопав крылом своего проводника, он назвал его милым и поблагодарил за отзывчивость. Почему-то внезапно возникшая развязность показалась мне даже хуже злобы. Наконец, они остановились на краю неприметного издали оврага шириной в десять или пятнадцать метров. Далеко внизу, на его чёрном дне, растекалась молочным пятном ярко-белая клякса. Проводник сказал, что они пришли, в ответ на что Храддо еще раз горячо поблагодарил его и, громко усмехнувшись, взмахнул крыльями и быстро спустился. Очертания светящейся лужи задвигались, стоило фениксу приблизиться. Храддо демонстративно постучал когтем по земле. Сразу послышался голос: - Спайк, открой ему! - Иду... - вздохнул другой голос, - оу, он уже вошёл! Кхем-с, добрый день! Чем обязаны? - И вам добрый. Я могу увидеть госпожу Твайлайт Спаркл? - Конечно, - позвала хозяйка, - правда, у нас обед... мы не ждали. Но, если хотите - присоединяйтесь! Храддо отказался. - В таком случае, как ваше имя? - Я лучше скажу вам, что я из будущего. Надеюсь, вы готовы в это поверить? - Оу... Да, готова... со мной случалось подобное. - Видите ли, у меня весьма деликатная проблема, - мурлыкал Храддо. - Я вижу мир совершенно не так, как вы. Ведь перед вами сейчас пони, верно? - Верно... - А я не пони. Но к чему слова? Просто загляните в мою голову, и увидите! Попробуйте. - Это довольно непростое заклинание... вы не против, если мы доедим? - Ешьте, но со мной не делитесь. У вас, может, и пироги на обед, а для меня они окажутся чем-то совершенно иным. Клякса всё плескалась, а невидимый Спайк, было слышно, пробурчал что-то. Храддо уставился на лужу и покачнулся, упал, затем поднялся, став чуть тусклее. Он вздохнул и покачал головой. - Ай! Что вы делаете? - Вдруг ахнула невидимая Твайлайт. - Мои глубочайшие извинения, госпожа! Я только что был в разуме вашего помощника Спайка, госпожа Твайлайт. Прошу прощения, но не перебивайте. Его нет. У него нет разума. Влезьте ему в голову - попробуйте. Он не мыслит. Он не существует. Но я заглянул и в ваш. И действительно увидел мир вашего прошлого. Вы существуете. Как это объяснить? Мы с вами спим и снимся друг другу? - Храддо развёл крыльями. - Проникните, пожалуйста, теперь в мой мозг. Хочется знать - существую ли я. Было слышно, как Твайлайт пыталась что-то сказать. Несомненно, она растерялась. Но зачтётся ей то, как быстро она сориентировалась. - В-вы... правы... - её голос дрожал. - Я правда не вижу ничего в нём... О, Селестия, что происходит? - Загляните в мой разум, и узнаете. Вперёд, не тяните! Но ни мне, ни Храддо не было суждено узнать, увидела ли она тогда что-нибудь, или нет.

***

[1] Храддо, а вместе с ним и бестелесный я, возник у грязно-чёрного грота, облитого призрачным голубым светом. Камни отражали этот свет так, будто были вымазаны жиром. Громадный козёл с карикатурной, непропорционально распухшей головой, сидел и негромко стучал толстыми палками по такому же громадному барабану. Его выпуклые, широченные глаза были пусты и черны; вытянутая пасть - оскалена, но из-за нарушенных пропорций и бесформенных, выпирающих полуметровых клыков нельзя было понять, улыбка ли это. - Кто ты? Что ты здесь творишь?! - Возопил Храддо, прижимаясь к земле и расправляя крылья, готовый атаковать. - Козёл. Барабаню. - Был раскатистый ответ. - Я вижу... - прошипел феникс, не меняя позы. - Тогда зачем спрашиваешь? Повисло молчание. Козёл отложил палки и уставился на Храддо. Тот не двигался. Козёл явно начинал скучать, чесался и чихал, пока, наконец, не нарушил возникшую тишину, проведя верхней ногой по барабану: - Был у меня брат. Слабенький, да хиленький. Всё пытался он превзойти меня, пока однажды в отчаянии не пришёл и не попросил сделать так, чтобы он мог повергать врагов в ужас одним своим голосом, - оскал Козла стал шире. - При всём его ничтожестве, он был мил, так что я помог ему: содрал с него кожу и натянул её на барабан. - Козёл помолчал, ожидая реакции, и, как ни в чём ни бывало, произнёс. - Можешь сколько угодно копаться в моих мозгах, дружище. Они у меня есть, но ты вряд ли в них разберёшься. - Ты... ты говорил со мной! - Пробормотал феникс, несколько расслабляясь. - Через дым... - Ага. Информационный газ - это хорошая штуковина. Как тебе мои мысли? Ты даже признал, что я прав! Кстати, на меня соседи обозлились, когда я превратил брата в барабан. Заставили меня каяться в тяжком грехе. И знаешь, что? Я покаялся, и меня отпустили! Просто так! Причём они там так с каждым! Ещё одна строчка в моей заповеди: пока есть "кнопка сброса", ни о какой ответственности не может быть и речи. Зачем учиться на ошибках, коли можно просто "омыться"? Ведь они же не могут залезть в твою голову, они видят только твою рожу да слушают твою болтовню. - Он громовой раскат его хохота сотряс пространство. - Те серпоголовые кобылки, коих ты яростно истреблял, презираются в их обществе, но если какая-нибудь из них ходила и каялась между убийствами, ей бы ничего не сказали! Полная идиотия, да? - Мне не интересно, - резко ответил Храддо, - я ищу выход. - Сиди уж, пернатый. Мы отсюда не выберемся, пока что-нибудь не порвёт мозги всех, кто здесь спит. - Ты... имеешь в виду... - Пять лошадок-гармонисток, как их называют, кажется. Плюс всё население полов и стен. Я - простой демонюга, да вот попались мы с братом в лапы Хигеру. Стали кровяной трубкой под потолком. Теперь я - часть сна. Тебя как угораздило к нам? Храддо покачал головой. Козёл продолжил: - Сам многого не знаю. Можешь пойти, пошариться по мозгам остальных. - Мне нужна энергия... Козёл хохотнул. - Ой, да не проблема! Держи! - И схватился за палки, оглашая пространство неразборчивым хрипом. Казалось, он произносил одну и ту же речь двумя голосами одновременно. [2] Под Козлом внезапно выросла каменная колонна, унёсшая его далеко ввысь. Храддо остался внизу, окружённый вспышками прибывающих демонов. Четыре барона ада - розовых колосса - взревели в унисон, и в тот же миг мир разорвался безумной долбёжкой барабана, и чудовищным криком Козла. Храддо метнул синее перо в одного из демонов, возник у того над головой и завертелся колесом, разрубая рогатую черепушку, но был сбит зелёным фаерболом. Ударная волна впечатала его в колонну под Козлом. Издав вопль боли, Храддо взмахнул раненными крыльями и взлетел над ареной, попутно прорубая перьями-кинжалами глаза одному из баронов. Тот забился в панике, но был быстро умерщвлён собратом. Энергии Храддо не получил. Было видно, что ему долго не удержаться в воздухе - повреждённые крылья его подводили. Едва увернувшись от шестерых фаерболов разом, он сбросил огненный шар в ответ. Барон внизу слегка покачнулся, и тогда феникс со всей мощи обрушился на него, прорубая демона обоими крыльями как топором. Он снова взмыл вверх, светясь значительно ярче. Но повторить трюк не удалось: сомкнутые крылья встретились с фаерболом. Стеная от боли, он рухнул наземь и тщетно пытался подняться. Бароны бросились к нему, но один оттолкнул второго и вцепился в феникса зубами. Был слышен хруст костей. Но Храддо не собирался умирать. Металлическое перо раскололо челюсти демона и исчезло в его глотке. Барон ада забился в конвульсиях, из его пасти хлестала кровь. В то время второй демон лишь зло сверкал глазами в стороне. Потом перо вылетело из спины уже издохшего барона, чтобы тут же отправиться в оставшегося. Тот отбил его когтем, и зарядил два фаербола. Храддо напрягся, упёр крылья в землю и неимоверным усилием снял себя с зубов дохлой твари. Стоило оставшемуся барону бросить огненные шары, как Храддо телепотировался вбок и расправил крылья. Его очи сверкали непередаваемой яростью. - Как бы сказал Эффусум, - заорал он, - я твоя грёбанная смерть! Барон проревел в ответ, и прыгнул. Храддо рванулся ему навстречу, одним движением отрубил демону лапы по локоть, затем ворвался в его грудную клетку и прошёл сквозь неё. Демон испустил дух. Храддо шатался, тяжело дыша и опустив голову. Долбёжка прекратилась. - Эй! - Окликнул его Козёл с высоты колонны. - Ещё надо? Могу отыграть полноценный концерт! - Пока хватит... - прошептал феникс, слегка тускнея и залечивая раны. - Если захочешь подзарядиться - приходи, рад буду видеть! - Колонна ушла в землю, Козёл снова предстал перед фениксом. - Только имей в виду, что эти ребята не бесконечные. - Ты легко отдаёшь собратьев на убой... - А кому они нужны, тупоголовые? Тем более, когда есть возможность пообщаться с интересной личностью. - Объясни мне, - Храддо смотрел мимо рогатого собеседника. - Откуда здесь взялись не обладающие реальным разумом существа? Они... вполне могли сойти за живых, если бы я не заглянул в их пустующие головы. Кто их порождает? - Он упёр взгляд в грудь демона. - Если мы все - пленники одного сна, то почему мы видим разное? И... почему мы с тобой видим одно и то же? Ведь видим же? Козёл вздохнул и развёл копытами. - Предполагаю, - продолжал Храддо, - что эти несуществующие, иллюзорные объекты созданы нашим же воображением. Хотя нет, нет. Тогда бы я не получал бы энергии за их убийство. - Ты не можешь знать наверняка, пернатый. Это сон, причём созданный Хигеру. У него может твориться любая дичь. Предлагаю не ломать голову, а проводить время с удовольствием. - Услышав, как Храддо фыркнул, Козёл удивился. - Эй! Что не так? Разве у тебя нет воображения? Или желания убежать от реальности никогда не возникало? Куда же делись мечты об успехе, самках и рабах? - Храддо лишь молча смотрел в землю. - Неужели тебе ничего не хочется? Всё тлен? - Это всё иллюзии, - прошипел феникс, - всё навязанные, пустые иллюзии! Какое они могут доставлять удовольствие, если одно их упоминание отшвыривает тебя к мысли о собственном бессилии? О том, чего ты не добился и чего не добьёшься? Иллюзии рождают лишь иллюзии, не создавая при этом ничего иного. Я знал тысячи миров, что жили одними иллюзиями и собственными условностями. Я думал, что это от тяжёлых условий, я приходил и стабилизировал их мир так, чтобы сама природа давала им всё необходимое, чтобы каждый мог быть сытым и независимым. Но нет! Этим пользовались лишь единицы, да и то лишь ради эксперимента. Народы продолжали сидеть в оковах, что сами же и выковали. Сотни, тысячи лет! О, никогда я не позволю иллюзиям завладеть мною! - Он отдышался и продолжил уже холоднее. - Отныне единственное моё желание - это убить Хигеру. Оно невыполнимо во сне. Нить видна? - А что случилось? Он довольно забавный. Всяко лучше и интересней Маледикта. - Вот я и покончу с его "забавами", - с этими словами феникс поднял глаза на холодные переливы неба. - Верни меня в... Понивилль. Я ещё поговорю с кобылицами гармонии. Козёл пожал плечами. - Сам вернись.

***

Храддо вновь возник среди башен, на краю оврага Твайлайт Спаркл. Постояв немного, он поймал взглядом прохожего, и потребовал отвести его к кобыле гармонии по имени Пинки Пай. Всю дорогу он молчал, погружённый в мысли. Я, в свою очередь, тоже силился понять, как же мне выбраться, или связаться с сыном. Ведь он не ощущал моего присутствия... ...И тогда начался хаос. Сперва я почувствовал острое жжение в голове, хотя не имел тела; следом по бледному небу, поползли кровавыми струйками огни, а сам мир сна стал тускнеть и удаляться. Я вынырнул назад в реальность, когда ослепительное, жгучее свечение стало прорываться сквозь небеса нависших друг над другом планет. Я увидел, ощутил Эффусума, и направил взор к нему. Он мчался по каменному берегу широкого лавового ручья по направлению к холму. Его тело и ряса были забрызганы кровью и буквально светились энергией. Вокруг клубились Йорры. Он взбежал на холм и радостно оскалился, когда из-под камня вырвалась механическая лапа с пластиной донкельхейтума, и вытянула за собой грузное полумеханическое тело с бессмысленным мясным месивом вместо головы. - Рад видеть тебя! - Выкрикнул Эффусум, разводя могучие руки, словно собираясь обнять Садху. Тот молча опустился на одно колено и нацелил пушку-телепортатор Хигеру в небо. Эффусум, сияя улыбкой, ткнул косой в оружие, сбив прицел. - Ты же не собираешься мешать Маледикту, когда он делает правильные вещи? - И мой сын, зацепив пушку лезвием, рванул её на себя. - Звёздная радиация убьёт Хигеру, а у твоей Луны хватит сил и мозгов закрыть Рейнбоу щитом. В чём проблема? Я перевёл взгляд на небо. Там, в верхних слоях атмосферы, висел Маледикт в новом теле, и, по-видимому, разрушал их. Что ж, хотелось верить, что Эффусум был прав. - ...а потом Маледикт останется один-на-один с нами. Мы найдём способ его устранить. Без армии, без сил, он падёт! Мы побеждаем, Палач! Ты же этого так жаждешь! Садху молча смотрел на него. - Я не знаю, что творится в твоей башке, но мне ты не нравишься. Не производишь впечатления умного, да и сколько-нибудь внятно мотивированного героя, - Эффусум взмахнул косой. - Во избежание глупостей с твоей стороны, я займу тебя ненадолго. Посмотрим, насколько ты живучей ингуофа Айрона! "И эти бить морду друг другу собираются..." - подумал я, перенося взор на планету пони. Там, где-то среди джунглей, валялась Найтмер Мун, пытающаяся сконцентрировать остатки энергии в, очевидно, щит. Что ж, всё было в норме. Всё, кроме Храддо. Я должен был связаться с ним! ...И я пронёсся над миром, наблюдая, как пылающие волны пожаров пожирают его. Казалось, что ему уже не больно, что он перенёс слишком много, чтобы чувствовать хоть что-нибудь... Вот, подобно бельму, среди горящего леса лежит кусок Лабиринта Презрения. Там, погружённые в яйца, спят единым сном пять кобыл. И прямо сейчас, излучение убивает их! Я ясно чуял Храддо внутри этого образования. Как и в прошлый раз, я сконцентрировался и проследил за энергией моего сына. Пылающий мир унёсся прочь, и я увидел золотого феникса, продиравшегося сквозь толпы взбесившихся тварей. Явно почуяв меня, он остановился, поднял голову и выкрикнул: - Отец?! Я послал ему всё то, что видел сам: погружение в сон, наблюдение, излучение, кусок Лабиринта, спящих кобыл. Но он, одним взрывным ударом уничтожив тварей вокруг себя, заговорил совершенно не по теме: - Ты... другой. С тобой что-то не так... - Тебе бы выбраться, для начала! - Вскипел я. - Пока излучение не сожгло здесь всё! Он собрался что-то ответить, но тут разрывы в небе погасли, паника разом прекратилась, а я ощутил, что связь с сыном вновь потеряна и что я опять закован в цепи бессильного наблюдателя. Отчего это? Тело Маледикта убили? Найтмер закрыла нас щитом? Всё слишком быстро! В лице Храддо произошла какая-то перемена. Я не мог сказать точно, в чём она заключалась, но то искреннее, преисполненное надежды, удивление, что возникло, когда он почувствовал меня, рассеялось. Мой сын неподвижно стоял, вдыхая льющийся из пор туман Козла. При этом он что-то бормотал, но его слова растворялись в несуществующем ветре. Я так и не расслышал ни одного цельного слова - только лишь обрывки слогов. Но вот он ясно воскликнул: - Ты всё считаешь тленом. И без конца говоришь о том, какое всё тленное. При этом сам попадаешь под свои же определения тлена. И как тебе не скучно от этого? Займись иллюзиями, вроде тех, что советовал мне. Тебе позволительно. - Он помолчал, сосредоточенно вдыхая туман, и с прищуром взглянул куда-то вдаль. - Пинки Пай, говоришь?

***

Стены того, что несуществующие твари называли "Сахарным Уголком", истекали кровью. Дрожащие вены росли из стен, змеились по полу, наматывались на столы, и всё ради заветной цели: врасти в пасть серпоголовой кобылы или простого жеребца. Храддо спокойным, уверенным шагом прошёл сквозь столовую, поднялся по склизкой лестнице, чтобы оказаться внутри брызжущего кислотными цветами куба. Он встал в углу, с интересом глядя по сторонам. Весь куб трясся от электрического рёва, лившегося с совершенно пустой сцены. Вместе с ним - его неизменные обитатели, монстры. Никто, по-видимому, не замечал моего сына. Храддо подался вперёд, и оттащил крылом жеребца. Глаза того на секунду округлились, затем приняли смиренное выражение. - Убивай, - отрешённо сказал он. Феникс удивлённо вскинул голову: - А как же желание жить? Секунду, разве тебе ничего не дорого? - Убивай. - Но... как же вожделенные кобылицы? - Вожделенные? Сдались они мне! - Вдруг обозлился жеребец. - Убивай! - Расскажи-ка мне, - улыбнулся Храддо, - иначе не убью. - Ты, чёрт возьми, видел их головы? Видел всю ту чернь и грязь? Да я их ненавижу! Музыка, тем временем, сбавила темп и обрела мелодичность. Храддо посмотрел на толпу. Обнимающиеся пары. - Что-то незаметно. - Мы не слепые. Мы просто научились не смотреть вверх. Так они чуть менее мерзки. Даже нет, не мерзки! Так можно заставить свою башку набить гормонами и слегка отупеть. Только так и можно жить. - А что не так с тобой? - Я истощён. Лучше убей меня, пока я не накачал себя тем дерьмом из вен, - его копыто указало на лестницу в столовую. Феникс грустно улыбнулся. Покрыв голову жеребца крылом, он прошептал ему на ухо что-то. Затем тот медленно повторил шепот Храддо, но громче: "Бог освободил меня. Боли больше нет!". Последовала вспышка, и отрубленная голова покатилась в угол, чтобы взирать на толпу пустым взглядом. С тяжёлым вздохом феникс выпустил бездыханное тело никогда не жившего существа. - Было легче, когда они казались совершенно безмозглыми, - пробормотал он. И тут Храддо задрожал. - К-Козёл? - Сбивчиво зашептал он, сверкая жутким огоньком в глазах. - Уверен, ты слышишь меня. Думаю, выход есть. Тебе понравится, может, даже вдохновишься на написание новой песни. - Феникс через толпу к пустой сцене, расталкивая всех крыльями. Кто-то ругался, толкал его в ответ, но никто не пугался, словно не был в курсе массовых убийств. Храддо вспорхнул на сцену и повернулся к толпе. Фаербол вылетел из его крыла и врезался в потолок, осыпая забывшихся в танце тварей снопом искр. Завладев таким образом вниманием, Храддо улыбнулся. В глазах переглядывавшихся монстров читался вопрос, но никакого страха. Кто-то кричал: "Ты кто?!" и угрожал ощипать как курицу. Храддо молчал, улыбка не сходила с его клюва. - Развлекаетесь, да? - Произнёс, наконец, он, поглаживая одно крыло другим. - Сколько ещё хотите погулять? Час? Два? Пару дней? Или у вас иная система отсчёта времени? - А! Да это тот, кто замочил всех в районе Эпплджек! - Выкрикнул кто-то в дальнем конце толпы. - Ты зачем сюда пришёл? Дай подохнуть с удовольствием! - Вот я и спрашиваю, когда вас прикончить. Вы мне, в некоторой степени, отвратны, так что не хотелось бы временить. - Его крыло заблестело металлом, а улыбка переросла в оскал. - Вам, видимо, не важно, ибо не слышно криков о помощи. В таком случае... - Крыло сверкнуло подобно молнии, брызнула кровь и полилась на тускнеющую сцену. Постепенно толпа растворялась в сгущающейся тьме. Лишь Храддо оставался неизменно ярким. И он смеялся. Алые ручьи текли из его пустых глазниц. Раскрытый в безумном хохоте клюв, зажатый промеж двух кровавых рек, казался мне самым уродливым, что я только встречал в жизни. Мой... сын! Как? Почему все эти эмоциональные перепады кажутся взявшимися из ниоткуда, словно сама судьба высосала их из пальца? Он всегда был тих и благоразумен! Чем же его изменил Хигеру? ...И только ли Хигеру повинен в этом? - Теперь, слепой, я открою глаза! - Орал Храддо. Его крылья взметнулись, вдоль них забегали искры. - Пинки Пай! Да, я в твоей голове! - Ликующе выкрикнул Феникс. - Да, я тоже безумно рад тебя видеть! Поправлюсь, видеть твоими глазами! А сей... что? Повтори. - Он помолчал, прислушиваясь. - А... Ко мне как раз заглядывало слияние Отца и того пони, Айрона Лоугена, если помнишь его. Он несколько прояснил ситуацию. Без лишних слов, вот этот разрыв у тебя перед глазами - разрушительное воздействие звёздной радиации. Ты умираешь, дорогая. Всё прекрасно. А через несколько часов, я надеюсь, вся эта система развалится от полученных ран, и я проснусь. Да, это жёстко... О, не сочти меня эгоистом! Если я проснусь и кто-то из вас ещё будет жив - будь уверена, я непременно применю свои медицинские навыки. О, это можно назвать даже глупым поступком, ведь вы были почти бесполезны. Нет! Кто здесь злой? Я?! - Он хохотнул разводя крылья в стороны. - Я совершенно на вашей стороне! Я даже осознал, что союз с Хигеру был дурацкой ошибкой! Мне надоело быть милым, учтивым и вежливым! Тебе должно быть это знакомо... Хм? В таком случае, ты безгрешна. Я восхищён. Просто... я был искренне великодушным пока Отец - настоящий Титан - жил! Потом я будто следовал привычке. Иногда мне хотелось сорваться, и просто начать убивать. Но я держался. Возможно, зря. Хигеру наносил мне одну пощёчину за другой, но я терпел по старым принципам - во имя "добра"! А сейчас это всё взорвалось. Просто и понятно, - он снова помолчал. - Ну как? Белые нитки этого разговора сшили моё полотно мотивации? Что? Да, это просто шутка.... Я покопаюсь в твоей голове ещё немного, ты не против? Ха-х, я спрашиваю из чистой учтивости.

***

Храддо больше не говорил - просто стоял. Непрекращающееся кровотечение отнюдь не заботило его. Я же погрузился в свои мысли. Этот срыв, что произошёл с моим сыном - не обязательно нечто плохое. Уж лучше ему выплеснуть всё накопившееся на пустоту, нежели сойти с ума. Всё-таки, он всё ещё враг демонов. Сейчас, наверное, даже более непримиримый, нежели ранее. Я давно потерял отсчёт времени, и не мог бы сказать, как долго длилось молчание. Просто в какой-то момент темень разошлась в стороны, разрубленная жгучим алым сиянием. Как и в прошлый раз, я легко выскользнул из сна, чтобы обнаружить себя смотрящим на разлагающуюся кучу мяса, недавно бывшей последним куском Лабиринта Презрения на этой планете. Его окружал выгоревший дотла лес. Хотя излучения больше не ощущалось, но на горизонте маячило огненное зарево. Ад же... не изменился вовсе. Разве что исчезло древесное пятно Садов Кадингир. - Они мертвы, - Храддо ярким облаком сформировался возле умирающей груды плоти. Он был бестелесен, и говорил совершенно спокойно. - Все до единого. Кобылы гармонии, Козёл, и все прочие. Кроме Луны, так как, я думаю, она тоже никогда не жила. И, что великолепно, я кое-что вынес из этого сна. У Пинки Пай в голове были крайне занимательные вещи, и они натолкнули меня на не менее занимательное предположение по поводу природы Хигеру. - Он потускнел, затратив часть энергии на восстановление физического тела (и глаз в том числе). - Но я, конечно же, не поделюсь с тобой, Айрон Лоуген, - его голос заиграл странными, угрожающе-презрительными нотками. Он вскинул голову, глядя на бестелесного меня из-под растрёпанного хохолка. - Скажи, каково это: чувствовать себя Титаном? Видеть всё с безопасного расстояния? Заставлять других теряться в пространстве при попытках уследить за тобой? Я прекрасно знаю это чувство. А ты? Проникся ли ты, открыл себя как нового персонажа? Нет! Те мысли, что ты отправил мне... Ты получил от осколка Титана лишь возможности, но на поверку остался прежним. Ты говорил тем же языком, по-старому смотрел на мир. Просто делал это с большей высоты. - Он улыбался. - Что тоже, впрочем, стоит многого. Как я уже говорил, я не поделюсь с тобой предположениями о Хигеру. Они ещё не подтверждены, да, но не в этом дело. - Он помрачнел, но улыбка не сошла с его лица. - Мне не нравится то, во что ты превратил осколок моего Отца. Ты оскверняешь его память, и... остаёшься лишней сюжетной линией. Пора её оборвать. Прежде, чем я успел осознать происходящее, он вытянул крыло и что-то наколдовал.

***

Я тяжело рухнул на пол у входа в пещеру. Эффусум опустился рядом. - Да, Садху, - он толкнул меня в плечо. - С самим Айроном было интереснее. Он был изобретательней. Представляешь, он сбежал от меня сквозь стену! А ты держался только за счёт своих силы и прочности. Я молчал, глядя в пол. - Так, я не понял твоей мотивации. Ты за или против Хигеру? По идее, ты должен отчаянно пытаться убить меня за то, что я помешал тебе! - Не дождавшись от меня реакции, он фыркнул. - С Айроном было проще... он хотя бы был понятным. Если ты - Палач Рока, то я разочарован. Я закрыл глаза. Неведение душило меня. Кто нарушил концентрацию Маледикта и прервал выброс звёздного излучения? Где Королева Ночи? Дьявол! Я даже не знал, выжил ли Хигеру! Нужно было дождаться Найтмер Мун, и решать, что делать дальше.