Именем резинового цветка

- Луффи, - прошептала, наконец, Робин и открыла глаза. Сквозь далекий свет закатного солнца она отчетливо видела силуэты в проеме двери – три сидели совсем рядом, остальные виднелись поодаль. Чоппер в человеческой форме измерял ей давление, Нами гладила по лбу, шепча непонятные теплые слова. - Держись, сестричка, - услышала Робин ласковый шепот, - Держись ради своих крошек… - Нами? – Робин еле приоткрыла сухие губы, - Как они? Как Луффи? - Робин, пожалуйста, не говори, - с тревогой выкрикнул Чоппер, - Тебе сейчас нужен покой, как там операционная, Нами? - Разворачивают, Чоппер, - Нами подошла к Робин, и только сейчас молодая мама увидела, что на руках подруги уютно устроились два теплых комочка – круглые отцовские глазки внимательно изучали лицо матери, - Смотри, Мама, это твои сыновья… Ты должна сейчас вернуться к ним, здоровой и счастливой… - Чоппер, - Усопп ворвался в каюту, - Френки сказал, что операционная готова. Мы нашли все, что ты просил. Нами поможет тебе, ксо, в следующий раз обязательно возьмем в накама профессиональную медсестру… - Что со мной? – внезапно спросила Робин, вглядываясь в лица товарищей, - Какая операция, Чоппер? Где Луффи? Почему вы так встревожены? - Онее-сама, - Нами прикоснулась губами ко лбу молодой матери, - У тебя были тяжелые роды – ты ведь столько перенесла. Твои дети в порядке. Они здоровые и очень красивые. Сейчас тебе нужна помощь, у тебя кровотечение. Ты же читала о таком… Чопперу нужно оперировать тебя… Но все будет хорошо, ты же знаешь… Он гений. - Нами, - Чоппер уже брал из ее рук малышей, - Успокойся, Нами. Тебе нужно переодеться, если ты будешь помогать мне. Робин, послушай меня. Я сделаю все, что могу и не могу. Обещаю тебе, ты будешь снова здорова и счастлива. Доверься мне. Я твой доктор. Мне жаль, что я не мог помочь тебе раньше, но сейчас… - Все в порядке, Чоппер, - Робин протянула бледную горячую руку и коснулась щечки малыша, - Спасибо тебе. Я верю в тебя… Смотри, правда, они красивые и похожи на Луффи?.. Она закрыла глаза, рука упала на простыню. «Господи, какая же я слабачка, - пронеслось в голове у молодой женщины, - Я даже не могу обнять своих детей… Луффи!» - Робин! – услышала она знакомый до боли голос – каталку уже опускали в трюм, где Френки сделал для Чоппера операционную, - Робин! - Луффи… - прошептала она, но внезапно почувствовала, что голос покинул ее – а это только движения сухих обескровленных губ, - Пожалуйста… - Робин! Я тут, я здесь! – Луффи одним движением очутился возле каталки, - Я рядом! На нас напал дозор, но мы отобьемся. И… У нас такие красивые дети. Я, правда, не знаю пока, кто из них Роджер, но они оба очень красивые, как ты… Спасибо, Робин. Я счастлив. Наши дети родились в большую заварушку, когда вокруг пули и канонада… Ты всегда поступаешь правильно – и сейчас Чоппер вылечит тебя. И потом мы будем вместе… - Луффи! – закричал Зоро, огромное ядро было чудом отброшено от головы капитана Ичимонджи, - Луффи! Дай им спуститься, тут они как мишень! - Ага… Ты прав, Зоро, - Луффи на секунду сжал ладонь Робин, едва та успела открыть глаза, она увидела большие испуганные глаза любимого мужчины. «Луффи, тебе страшно, - подумала она, - Как и мне. Я очень хочу вырастить детей с тобой. Но если вдруг… Тогда Луффи… Ты вырастишь их самыми лучшими и сильными, я знаю. Им повезло, что у них такой отец…» - Робин, - Луффи на мгновение задумался, но секунду спустя уже горячо целовал – по-мальчишески и неумело – губы любимой женщины, - Я люблю тебя, Робин! Люблю с того дня, когда ты спасла меня из песка… Когда ты смеялась над Крокодайлом. Когда ты надела мою шляпу. Когда ты снова спасла меня в подземелье… Я знал, что однажды ты тоже полюбишь меня. Что у нас будут дети… Я счастлив с тобой, Робин! Вернись ко мне пожалуйста! Робин с усилием снова открыла глаза – пытаясь ответить на поцелуй, пытаясь сказать что-то любимому человеку – взрывы и грохот, крики Нами и Усоппа слились воедино. В последний раз она бросила тоскующий взгляд на дверь каюты, где спали ее маленькие сыновья – и заплакала от счастья и боли. Глаза ее закрылись, а тьма поглотила. Полностью… Последний отчаянный крик «Робин!» в устах ее капитана и любимого человека она уже не услышала. На далеком острове, отражая силы дозора, трое мужчин, влюбленных в эту необыкновенную женщину – Крокодайл, Луччи, Драгон – одновременно почувствовали пустоту и горечь. А с востока уже спускалась на небеса глубокая непроглядная ночь – она надежно прятала слезы команды и убаюкивала маленьких наследников. Четыре года спустя Санни Го лениво грелась на мельководье, куда ее пришвартовала уставший от постоянных проделок команды навигатор. Нами стала взрослее и красивее – кудрявые волосы снова были коротко обрезаны в модную прическу. Высокая грудь была едва скрыта бикини – восхищенные вопли кока, впрочем, все также не волновали девушку. Взгляд Нами, скрытый большими очками, был прикован к Зоро и Френки. Эта парочка лениво переворачивала большие валуны, пытаясь соорудить каменную печь для барбекю, как и несколько лет назад команда собиралась провести неделю отдыха на заброшенном островке, и печь была бы весьма кстати. Но важнее было другое – плотник и старпом делали достаточно легкое дело вместе, не желая уступать друг другу, тщательно играя накаченными мышцами, а в случае с Френки – еще и новыми клепками и винтами. Оба время от времени принимали игривые позы и оттопыривали упругие задки, будто бы просто так и без особой цели. На самом деле, конечно, цель у них была – Нами, стоящая на пирсе, следила взглядом за парочкой и мысленно любовалась ими. С недавних пор влюбленные в прекрасного навигатора Зоро и Френки слились в дружеском противостоянии и делали все, чтобы привлечь внимание красотки. При чем Нами с удивлением отмечала, что все их действия имели место и на самом деле коснулись ее сердца. И того, и другого она всегда выделяла как мужчин и товарищей – но только недавно она заметила, какой полезный в быту Френки и какой заботливый с детьми Зоро… Оба явно уже обошли в борьбе за ее сердце впавшего в уныние Санджи, но Нами все очень даже нравилось. Абсолютно по-женски девушка решила наслаждаться вниманием своих мужчин, а когда придет время сделать выбор – она его сделает. Нами еще раз с наслаждением потянулась и с удовольствием присела на деревянный настил, погружая изящные ноги в воду. - Тетя Нами, мы не можем найти папу… - услышала она забавный детский голосок, далее последовал топот легких ножек – и двое очаровательных мальчуганов четырех лет плюхнулись на пирс прямо рядом с ней по обе стороны от нее. Нами улыбнулась – обе руки уже трепали мальчишек за взъерошенные темные волосы, круглые отцовские глаза – по-матерински голубого цвета уставились на нее. - Ваша тетя тут, с вами, - ласково сообщила она малышам, целуя их в лобики, - Папа ушел в лес искать мяса, чтобы сделать своим мальчикам много-много вкуснятинки. - Папа не умеет делать вкусняшек, - сурово сообщил ей старший, тот, что родился первым – Луффи, конечно, хотел назвать его Роджером, но решил иначе – Монки Д Зорофренк Шанкс, - Папа умеет их только есть. - А вкусняшки, - сообщил ей младшенький – счастливый подарок небес, которого назвали Монки Д Усобрук Эйс, ревниво цепляясь за ее колено, - Вкусняшки делает крестный Санджи. А дядя Усопп сказал, что кроме вкусняшек крестный тоже больше ничего делать не умеет. Даже врать. - Крестный Санджи сейчас нашлепает маленькие попки, - сурово сообщил Санджи, у которого за четыре года сохранилось суровое отношение ко всем лицам мужского пола, - И дядю вашего Усоппа тоже! Папаня ваш в лесу, потому что сожрал наш обед. Сейчас вернется и будем есть – только вот эти два придурка ваши дядя-маримо и извра-дядя достроят печь… И, кстати, Эйс, Шанкс… Вы же знаете, что я намного лучше вашего папы!!! - И ты расскажешь нам про маму? – одновременно спросили малыши, подняв глубокие – совсем как у Робин – глаза на Санджи, от чего ему стало не по себе, - Ты же обещал рассказать, какой наша мама была раньше. И показать ее коллекцию фото, ты обещал, крестный! - Сейчас тетя Нами точно нашлепает крестного! – сердито заявила Нами, шлепая Санджи по руке, - Каких фото, Санджи-кун? - Все, все, убегаю, Нами-саааан, - Санджи тут же скрылся за дверью кухни – маленькие обезьянки меня полностью раскрыли. - А про маму рассказать? – старший уже успел забраться на колени к Нами и прижаться к ее груди, - Крестный обманщик! - Тетя Нами, может, ты расскажешь? – младшенький ревниво стаскивал брата, пытаясь взгромоздиться сверху. - Про маму?.. – Нами задумалась, и в глазах у нее появилась сдавленная тоска, - Расскажу, конечно. Ваша мама лучшая мама на свете. Она была… принцессой. Да! Она была принцессой далекого острова. Потом ее дом сожгли злые люди. Но нашелся тот, кто спас ее… - Принц?! – хором заявили малыши, Нами улыбнулась и обняла обоих. - Нет, - усмехнулась она, - Совсем не принц. Обычный паренек в соломенной шляпе. И он спас ее, и стал ее мужем. И папой вам. Вот такой была ваша мама… Они замолчали – потому что вдали уже кричал счастливый Луффи, который тащил за хвост огромного динозавра. Луффи, который стал выше и шире в плечах, но совсем неизменившийся в лице бежал со всех ног, не замечая криков Зоро и Френки, без лишней суеты снес и их печь, и их самих, и вбежал на побережье. - Ура! – заорал он, - Санджи, зажарь его! У нас сегодня будет пирушка! Зорофренк, Уссобрук! - Не называй детей первыми именами, ты испортишь им психику! – одновременно заорали Нами и Санджи, которые впали в предкоматозное состояние, когда узнали о настойчивом желании молодого отца увековечить в именах детей и имена своей команды тоже. Малыши тут же спрыгнули с колен Нами и с ужасом уставились на динозавра, таким огромным и пугающим он был. - Папа, - заворчал старшенький, - Я же просил тебя не шуметь! Мама… - он кивнул в сторону палубы, зеленого настила, моря за бортом, - Мама спит! - Папа, - надул губки младшенький, - Ты обещал принести мне ракушек! Ты забыл, да? Забыл?! Луффи расхохотался, стаскивая шляпу с головы и отчаянно размахивая ею, побежал к своим сынишкам, когда внезапно и вдруг услышал еще один – самый любимый на свете голос. - Папа… - топот крохотных ножек по палубе и легкий стук изящных каблучков, казалось, коснулись самого сердца, - Папа, я тозэ хотю себе динозавла, - заплакала маленькая темноволосая девочка двух с половиной лет от роду - слепок с собственного отца, прижимаясь к груди своей матери, за прошедшие четыре года Робин, впрочем, стала еще красивее – счастливая улыбка озаряла ее лицо и отражалась в золотом колечке на безымянном пальце. - Луффи, - улыбнулась она, - Гохана только что сказала, что обязательно станет королевой пиратов, когда вырастет… У тебя будет конкуренция в лице собственной дочери, дорогой… - Онее-сама, - укоризненно улыбнулась Нами, - Твои мальчишки еле вытерпели, пока маленькая проснется, ходили на цыпочках и не шумели. Но твой муженек… А тот, кого они назвали муженьком, уже бежал со всех ног, чтобы обнять свою семью и не отпускать до конца. Ну или до тех пор, пока Санджи не пожарит динозавра, конечно… Ведь маленькой Монки Д Ольвие Нами Дадан, которую все ласково звали Гоханой – Резиновым Цветком нужно хорошо питаться, чтобы вырасти большой и сильной.