TES V: Hogwarts

Он тихо шел по самому обычному притону в пригороде Лондона. Он действительно никогда бы не нашел это место, если бы не Орден, за столь короткое время заимевший связи буквально везде. А вот и нужная дверь. Резкий удар, и дверь вылетает внутрь, открывая ему вид на убогую комнату с единственной двуспальной кроватью и пародией на стол. Что же, Слышащий у нас аскет. Гарри достал палочку, уклоняясь от ножа, которым поприветствовал его разбуженный ассасин. — Петрификус Тоталус! — Брошенные одновременно заклинание и нож не дали заспанному Слышащему возможности увернуться от всего сразу. Драконоубийце повезло, и ассасин попал под обездвиживающее заклинание. Еще один нож, и Грейнджер хватается за порезанную руку, роняя палочку и глупо закрываясь от него одеялом. Бой закончился, не успев начаться, за какие-то пять ударов сердца. Два шага, и ритуальный кинжал вонзается в плоть того, чья душа принадлежит другому миру. — Вус! Тазокан! Кайзаль! — провозгласил довакин. — Зу зан! Зу ту, мотад до уль, мотад до лейн! (1) Луна в это время движением палочки начертила на потолке круг, помещавший в себе всех присутствующих. И Грейнджер, и Слышащий смотрели на них непонимающе, в ужасе. Гарри выдернул из раны врага атейм, воздев его вверх, и продолжил литанию. — Нал фрон сил зу хинд, нал гро зу во! (2) Вытащив из внутреннего кармана один из двух припасенных плоских кусочков хлебной лепешки, довакин в очередной раз скептически на него посмотрел и пронзил окровавленным кинжалом. Кровь побежала по металлу, впитываясь в хлеб, а сам кинжал ярко засветился, ослепляя окружающих. Когда свет начал отступать, они все услышали громоподобный рев и вой ветра. Яркий свет солнца, отражаясь от вечных снегов, заливал все вокруг. Они стояли на высочайшей горе, с которой с трудом можно было увидеть бескрайние леса, расстилающиеся вокруг. Могучий древний дракон с удивлением и толикой страха молчаливо наблюдал за нежданными гостями. Слышащий, освободившись от парализующего заклинания, пытался отползти от довакина, жадно втягивавшего родной, обжигающе холодный воздух Глотки Мира. — Зу дал! (3) — прокричал он в воздух, радуясь мощи Древнего Языка. Сила и радость переполняли его — ему удалось. Он снова топчет землю Тамриэля. — Тебе некуда больше бежать, Слышащий, — медленно, растягивая последний миг, подходил драконоубийца, заставляя ассасина отползать все ближе к краю обрыва. Услышав начало заклинания, он не обернулся посмотреть, как Полумна парализует Грейнджер. Для него существовал только враг, забравший так много. — Больше никто не спасет тебя в самый последний момент, Гарри Поттер. Когда-то, пять лет назад, мы обменялись судьбами. Я, Убийца Императора, Слышащий Темного Братства и победитель Алдуина, и ты, жалкий десятилетний мальчишка, что жаждал богатства и славы. — Семьи, — прошептал ассасин, вставая на ноги почти на самом обрыве. — Жалкий десятилетний мальчишка, что мечтал о семье. — Тогда тебя здорово обманули, убийца, — вытащил меч и наклонил голову Торвар, по-другому взглянув на своего врага. — Но никто не заставлял тебя обнажать клинок. Никто не заставлял тебя идти в тот мир, что стал моим, и нести «Возмездие», да, Накрин? (4) — съязвил довакин, находя себя в мальчишке таким, каким он был когда-то. — Скажи же мне, зачем все это? Я не верю, что так сильно был нужен Нечестивой, чтобы рвать ткань миров в погоне за мной. Но ты пришел и стал убивать моих друзей. Скажи же мне, что они не умерли напрасно! — Ты предал Семью! — прошипел ассасин. — Предал людей, которых я любил и уважал! — А разве сами эти люди меня ненавидели? Разве сами они считали себя преданными? — Это не важно! — Именно это и важно, Гарри Поттер. То, зачем ты поднимаешь клинок. Мне никто не рассказал об этом в свое время. Жаль. Я… мог бы избежать многого. Как и ты. — Мне не нужна твоя жалость, довакин, — покачал головой ассасин и вздернул подбородок. В его руках загорелся знакомый, опасный синий цвет. — Лучше бы ты ненавидел меня. — Разве можно ненавидеть самого себя? — спросил Торвар, вонзая меч в землю. — Ты понял, — заметила сзади Полумна, устроившись в мягком синем ситцевом кресле. Молния, искрясь, ударила в воздухе, завиваясь вокруг воткнутого в землю меча, словно вокруг громоотвода. Слышащий с раскрытыми от удивления глазами смотрел, как довакин вынимает пистолет и направляет его на врага. — Темное Братство вечно! — успел прошептать он перед выстрелом, огласившим Глотку Мира. Выстрел, еще один — и Гарри Поттер, мальчик-который-когда-то-выжил, оступился, падая вниз, к подножию Пика ветров, заканчивая еще одну горькую, полную боли и непонимания историю. — Да, бывало, я ждал в тишине десятилетиями, — нарушил тишину могучий нечеловеческий голос. — А тут стоило мне открыть глаза, и предо мной разыгралась драма, коих не знали дворы королей смертных. Ты ли это, последний довакин? — Дрем (5), Партурнакс, — ответил Торвар, грустно улыбаясь старому другу. — Это я. Полумна, перед тобой древнейший, который когда-то научил нас, смертных, искусству Ту’ума. — Добрый день, — непробиваемо-церемонно поприветствовала она дова, вставая с кресла и делая книксен. — Думаю, у тебя найдется, что рассказать старому дове, вут фадон. (6) — прогремел Партурнакс, все это время наблюдавший за внезапными гостями. — О да, старый ящер, — немного горько усмехнулся Гарри, увеличивая кресло Луны до размеров дивана. — Таких историй ты еще точно не слышал, готов поспорить на твою облезлую шкуру! 1 Нирн! Тамриэль! Скайрим! Я зову! Я молот, сотрясающий время, сотрясающий мир! 2 Душой, родной другому миру, я тянусь, связью зову! 3 Я вернулся! 4 Возмездие 5 Мир 6 старый друг