Семь неудач Леди Удачи

      Покидать теплые объятия любимой Адриану хотелось меньше всего. Однако входящее смс от Нино, гласившее, что они с Альей скоро нагрянут в пекарню с визитом, заставило Агреста осторожно, чтобы не разбудить спящую Леди, вылезти из кровати. Последний раз он общался с другом месяца два назад, еще когда Габриель Агрест был жив, поэтому догадывался, что разговор предстоит не из легких. Они наверняка будут извиняться за то, что не присутствовали на похоронах (хотя Адриан прекрасно знал, насколько уважительной была причина отсутствия) и выражать совершенно ненужные соболезнования. Как не выдать друзьям неутихающую ненависть к погибшему отцу и переполняющее счастье от того, что Маринетт была наконец рядом, он не знал. Однако сейчас, когда Натали почти отследила счет исполнителя, и Нуар был как никогда близок к поимке тех негодяев, что посмели покушаться на жизнь его Леди, он не мог допустить, чтобы все сорвалось. Хлоя была права: факт, что Маринетт жива, еще некоторое время должен остаться тайной.       Предупредив Тикки и Плагга о том, что Маринетт не должна спускаться вниз, пока гости не уйдут, Адриан оставил на письменном столе завтрак для своей Принцессы, после чего направился в пекарню, ожидать прибытия друзей.       Пестрый пикап (кому, кроме Ляифа, в здравом уме придет разрисовывать машину разноцветными шариками?) припарковался перед самым входом в дом, одним колесом заехав на бордюр. Адриан в очередной раз задался вопросом: как Алья вообще позволяет Нино садиться за руль?       — Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы музыку на весь салон не включало, — вместо приветствия уже год как мадам Ляиф ответила на читавшийся на лице Агреста вопрос.       Нино же, поправив кепку, молча похлопал лучшего друга по плечу. На его лице была идиотская поддерживающая улыбка, которой он пытался сообщить «Бро, что бы ни случилось, я с тобой».       Впервые за шесть с половиной лет Агрест улыбнулся в ответ.       Не обмолвившись ни словом, все трое поднялись в гостиную. Никто из них, даже бойкая Алья, не знал, как начать разговор.       Возможно, причиной этому было то, что чета Ляифов пропустила похороны Габриеля Агреста, отчего Нино и Алья винили себя в том, что оставили друга в трудное для него время. Возможно, потому что за последние несколько лет их встречи стали настолько редким событием, что из всех скопившихся для обсуждения тем трудно было выбрать одну. Или все из-за того, что Адриан сильно изменился через полгода после похорон Маринетт и словно воздвиг между собой и друзьями неприступную стену. А может быть, и все сразу.       Адриан тоже не знал, что сказать. После возвращения Маринетт он ожил, снова почувствовал желание общаться с людьми и сожалел о том, что отдалился от Нино и Альи. Год назад он пропустил их свадьбу со словами «как они могут радоваться жизни, когда Маринетт так и не нашлась?», хотя о том, что она жива, они знать не могли. Сейчас Адриан понимал, как это было глупо. Жизнь продолжалась, время шло, а он, застрявший в прошлом, не замечал этого. Ведь даже на вопрос его Леди о том, как там Алья, он не смог ответить ничего вразумительного.       К тому же ему все еще нужно было скрывать, что Маринетт нашлась. В другое время он бы привлек друзей на помощь, ведь журналистский талант Альи наверняка помог бы в поисках преступников. Но сейчас он не мог позволить себе втянуть Ляифов в это дело.       — Поздравляю с пополнением, — нарушил тишину голос Агреста. — Простите, что даже не позвонил.       — Тогда ты прости нас за то, что не пришли на похороны, — вздохнул Нино, откинувшись на спинку дивана. — Ты ведь не в обиде?       — Ты спрашиваешь, не обижаюсь ли я на то, что ты не бросил рожающую жену? — усмехнулся Адриан. — Хорошего же ты обо мне мнения.       — Вообще-то он собирался к тебе приехать, — доставая из сумки телефон, сообщила Алья, — но, увидев малышку, грохнулся в обморок. У меня даже видео есть!       — Уймись, женщина, — смущенный Ляиф выхватил телефон из рук жены. — Когда ты уже прекратишь все снимать? И главное, — мужчина перешел на шепот, — всем показывать.       То, как Адриан отреагировал на эти слова, заставило Нино выронить телефон, а Алью в изумлении прижать ладони ко рту. Агрест смеялся — искренне, живо, по-настоящему — впервые за несколько долгих лет.       

***

      Алья Ляиф не могла поверить ни глазам, ни ушам. Чтобы Адриан Агрест, последние шесть с половиной лет больше напоминавший зомби, чем человека, смеялся?       Нет, с ним определенно творилось что-то странное. В коллеже он практически не замечал Маринетт, а через полгода после ее смерти скорбел так, словно она всегда была центром его вселенной. На протяжении долгих лет он вел себя так, будто мир потерял для него свои краски, даже в прошлую встречу два месяца назад он выглядел безразличным ко всему окружающему. Сейчас же перед ними был тот самый Адриан, которого они знали семь лет назад, а может, даже более счастливая его версия.       Последние годы почти каждая встреча Нино и Альи с ним заканчивалась на повышенных тонах. Друзья пытались убедить Адриана, что нужно отпустить прошлое и жить дальше, он же упрекал их в том, что они посмели забыть Маринетт. Но, черт возьми, никто ее не забывал. Алья до сих пор не теряла надежду найти убийц лучшей подруги, постоянно пересматривала совместные фотографии и каждый год приносила цветы на ее могилу. Свою новорожденную дочь она назвала Мари в ее честь; полным именем не рискнула, боясь, что ребенка постигнет та же судьба. Однако Алья понимала, что жить одними воспоминаниями нельзя. Маринетт бы такого не одобрила. Она всегда была доброй и жизнерадостной и точно бы не хотела, — Алья была в этом абсолютно уверена, — чтобы кто-нибудь страдал из-за ее смерти.       Что же такого произошло с Адрианом, раз он наконец решился ее отпустить?       Неужели на него так повлияла смерть отца?       Странно. Очень странно.       Профессиональное чутье вопило о том, что не все так просто, а женская интуиция вторила ему.       Меньше месяца назад Адриан потерял единственного родного человека, а сейчас выглядел так, словно его жизнь — прекрасная сказка. Черт возьми, в школьные годы он чуть ли не зависел от мнения своего отца, во всем пытался ему угодить, а сейчас ведет себя так, будто и не переживает о его смерти!       Алья, конечно, была рада, что ее друг наконец-то ожил, но ей просто необходимо было знать причину подобных изменений. И говорило в ней не любопытство, а искреннее беспокойство за Адриана.       — Бро, все в порядке? — волновалась за Агреста не только мадам Ляиф.       — Эм… да, — ответил Адриан, смущенно почесав затылок. У Альи сложилось впечатление, будто он пожалел о своей бурной реакции. Но разве искренний смех — это то, о чем нужно жалеть?       — Ты выглядишь живым, — осторожно произнесла Алья. Кто знал, как он отреагирует на это наблюдение? Разговоры с ним давно уже напоминали минное поле.       — Спасибо, — а такой теплой улыбки она не видела у него никогда. — Том взял с меня обещание не раскисать, как видишь, стараюсь выполнять.       — Насколько я знаю, он с тебя это обещание еще пять лет назад взял, — в отличие от жены, Нино сразу выпаливал то, что приходило в его голову. — Неужели наконец решил отпустить Маринетт?       Лицо Адриана мгновенно исказилось: на смену теплой улыбке пришло раздражение. Алья в очередной раз обрадовалась тому, что ее муж стал диджеем, а не сапером.       — Только не начинайте опять, — процедил сквозь зубы Агрест.       — Бро, ты живешь в доме ее родителей, спишь в ее постели, — не унимался Ляиф, — это не нормально. Ты ведь сам это понимаешь.       — Хочешь сказать, что я псих? — усмехнулся Адриан, запустив руку в волосы.       — Нет, я…       — Но ты сказал, что я ненормальный.       — Я сказал, что ненормально спать в постели умершей семь лет назад одноклассницы, — огрызнулся Нино.       — Она жива! — отчаянно воскликнул Адриан, после чего резко вскочил на ноги и отвернулся спиной к окну. — Ее тело так и не нашли, — в который раз он повторял эти слова? Алья даже знала, какой будет его следующая фраза. — Но вам ведь было проще похоронить Маринетт, чем ждать ее возвращения.       Знала Алья и то, что ответит ему ее муж:       — А тебе проще накручивать себя и морочить голову ее родителям бессмысленными надеждами!       — Повторишь это, когда увидишь ее живой, — Адриан ударил кулаком по столу. Мадам Ляиф понимала, что если не вмешается сейчас, все закончится как обычно. Они пришли сюда поддержать друга, лишившегося отца, а не вновь ссориться с ним из-за Маринетт.       Однако прежде, чем Алья успела что-либо сказать, ее взгляд упал на необычную вещь, лежащую под столом. Нет, в самой вещи не было ничего необычного, а вот сам факт ее нахождения здесь — весьма удивлял. Женщина медленно нагнулась и двумя пальцами подняла любопытную вещицу.       — Адриан, — спросила мадам Ляиф, демонстрируя мужчинам свою находку. — Ты ничего не хочешь нам рассказать?       Оба парня тотчас забыли о том, что пребывали в разгаре ссоры. Лицо Нино вытянулось от удивления, Агрест же поперхнулся и стыдливо покраснел. Алья вопросительно подняла бровь, надеясь все же узнать, откуда под столом взялся кружевной женский бюстгальтер, принадлежавший явно не Сабине Чен, а уж тем более не самому Агресту или Тому Дюпену.       — Это вас не касается, — попытался изобразить невозмутимость Адриан, однако пылающие смущенным румянцем щеки этому не способствовали.       — Ты провел ночь с девушкой? — пораженный неожиданным открытием произнес Нино. — С реальной, настоящей девушкой, а не в воспоминаниях о Маринетт?       Агрест отвел взгляд в сторону, словно этот факт — не то, о чем он собирался рассказывать друзьям.       Алья прикусила губу. Она считала своим долгом разобраться в сложившейся ситуации, которая с каждой минутой казалась ей все более странной. Действительно: Нино много раз пытался уговорить Адриана обратить внимание на живых девушек, но каждый раз натыкался на агрессию друга, не желавшего думать ни о ком, кроме Маринетт. Почти каждый раз после подобных разговоров Агреста даже приходилось кормить успокоительным. Что же такого произошло с Адрианом за то время, пока они не виделись? Связана ли его утренняя бодрость с этой девушкой? Или наоборот: сначала он ожил, а потом почувствовал потребность в женских ласках?       — Бро, поздравляю! — Нино радостно похлопал друга по плечу. — Кто она? Познакомишь?       — Не сейчас, — буркнул Адриан, выхватив наконец бюстгальтер из рук Альи и спрятав его от посторонних глаз в кухонном шкафу.       Алья очень надеялась, что Агрест не забудет об этом, иначе после возвращения из Китая Сабину будет ждать своеобразный «сюрприз».       Вот только если Нино был искренне рад за друга, то его супругу кое-что очень сильно беспокоило.       — Адриан, — вздохнула Алья, посмотрев на него изучающим взглядом, — я все понимаю, хорошо, что ты вернулся к жизни… Но… заниматься этим здесь, в ее доме — тебе не кажется, что это слишком?       — Последние пять лет — это и мой дом, — холодно ответил Агрест. — Я исправно плачу арендную плату за комнату наверху.       Осознание ударило Алью волной ярости. Женщина очень надеялась, что мысль, пришедшая в ее голову — обманчива. Господи, пусть окажется, что они кувыркались только в гостиной, а не наверху! Только не в комнате Маринетт, только не в ее постели! Черт возьми, этот больной придурок ведь не посмеет осквернить память Дюпен-Чен, притащив какую-то шлюшку в ее кровать? Хватит с нее того, что сам Адриан, как последний извращенец, присвоил комнату Маринетт.       Увы, догадки Альи подтвердились прежде, чем она успела озвучить вопрос: наверху что-то с грохотом упало, доказывая, что там кто-то был.       — Черт побери, Агрест, это как понимать?! — разозлилась мадам Ляиф. Маринетт — ее милая подруга — никак не заслуживала того, чтобы парень, в которого она была влюблена, трахался с кем-то в ее постели! — Ты совсем из ума вышел, псих озабоченный?!       Алья тяжело дышала, ее руки сжались в кулаки до такой степени, что ногти впились в ладони. Она этого так не оставит! Сама поднимется наверх, выпихнет эту девку из комнаты Маринетт и доходчиво объяснит ей, что не то место она выбрала для любовных утех. Даже тот факт, что Адриан выглядел лучше, чем последние несколько лет, не стоил того, что эти двое посмели сделать!       — Ты никуда не пойдешь, — Агрест перегородил Алье путь на лестницу.       — Это еще почему? — фыркнула она, скрестив руки на груди.       — Я тебя не пущу, — ответил Адриан, за плечи отодвигая подругу от лестницы.       — Тебя совесть не мучает, делать подобное в постели Маринетт? — не унималась Алья, пытаясь обогнуть его и подняться наверх. Увы, безуспешно. — Эй, ты, пигалица! — закричала она. — А ну живо спускайся сюда! Я тебе…       Но договорить ей не дали.       — Алья, нам пора, — виновато прошептал Нино, взяв жену за руку. — Марлена прислала смс, малышка проснулась.       Молодая мать крепко стиснула зубы. Как бы ей ни хотелось подняться наверх и пинками проводить ту девицу на улицу, сейчас женщина была нужна маленькой дочери.       — Позже мы с тобой еще поговорим, Агрест, — бросила Алья, удаляясь в сторону выхода. Ее муж, устало вздохнув, отправился следом.       При следующей встрече мадам Ляиф выскажет Адриану все, что о нем думает. Ее не остановят ни угроза его новых приступов, ни мольбы мужа сжалиться над несчастным другом, ничего… Даже если Агрест попытается оправдаться, она не примет его извинений. Объяснения ей не нужны.       

***

      Маринетт в очередной раз поймала себя на мысли, что вместе со старым именем к ней вернулась и неуклюжесть. Серьезно: Эмма Ли никогда бы не уронила поднос с едой, а вот мадемуазель Дюпен-Чен — запросто. Хуже всего было то, что квами в один голос просили ее сидеть бесшумно, чтобы не привлекать внимания гостей Адриана.       — Эй, ты, пигалица! — Маринетт вздрогнула, услышав снизу до боли знакомый голос.       Алья.       Господи, внизу пылала от ярости ее лучшая подруга Алья Сезер… точнее, если верить Адриану, уже Ляиф. Так непривычно было слышать ее голос впервые за долгое время!       Маринетт сглотнула подступивший к горлу комок. Она разрывалась между желанием сорваться с места и спуститься вниз, бросившись к подруге на шею, и между нежеланием подвергать ее опасности. Адриан рассказал, что у Альи месяц назад родилась дочь, и Маринетт не хотела бы втягивать подругу в разборки с мафией и поиски исполнителя, того, кто семь лет назад чуть было не лишил ее жизни. Маринетт знала: Алья бы не осталась в стороне, а это могло обернуться самыми ужасными последствиями.       А полученная от Натали информация точно не сулила ничего хорошего.       Обхватив себя руками, чтобы унять дрожь, Маринетт села на люк, чтобы никто не смог открыть дверь в ее комнату.       Санкер сообщила, что смогла отследить счет.       Тень событий семилетней давности незамедлительно прокралась в сознание бывшей героини Парижа. Воспоминания о стрельбе на мосту вновь пронеслись перед ее глазами. Черт возьми, а Маринетт ведь надеялась, что с тех пор как Кот Нуар вновь стал частью ее жизни, эти ужасы больше никогда о себе не напомнят!       Вернувшись домой, она почувствовала защищенность. Когда Адриан явно дал понять, что собирается отыскать тех, кто посмел направить оружие на его Леди, Маринетт почувствовала уверенность. Но когда встреча с человеком, безжалостно выстрелившим в нее семь чертовых раз, стала близка, она вновь ощутила себя уязвимой. На месте затянувшихся шрамов вновь вспыхнула сильная боль, земля уходила из-под ног, вызывая у девушки иллюзию долгого падения (несмотря на то, что сидела она на полу), а после Маринетт начала задыхаться, словно вновь погрузилась в ледяные воды Сены.       Ей срочно нужен был кто-то, кто смог бы развеять наваждение.       Но Адриан был в данный момент внизу, Маринетт не могла спуститься к нему и спрятаться от кошмаров в его объятиях. Тикки и Плагг шептали что-то, но она их не слушала, мысленно молясь о том, чтобы Кот поскорее распрощался с гостями и вернулся к ней. Пока она не утонула в ужасах прошлого.       

***

      — Маринетт! — голос Нуара доносился откуда-то издалека. — Принцесса! — уже ближе, но все равно недосягаемо. — Моя Леди!       Девушка почувствовала, что кто-то трясет ее за плечи, в следующую секунду ее взгляд сфокусировался на взволнованных зеленых глазах Кота, и только после этого наваждение отступило.       Маринетт слабо улыбнулась, пытаясь своим видом показать, что теперь с ней все в порядке, однако Нуар недоверчиво осматривал ее, не торопясь отпускать.       — Они ушли? — хрипло спросила Маринетт, получив в ответ утвердительный кивок. — Прости, что шумела.       — Принцесса, господи, это ты прости, что так долго возился с ними, — Кот прижал девушку к груди, и она услышала, как сильно бьется его взволнованное сердце.       — Как все прошло? — голос Маринетт стал заметно бодрее, отчего Нуар облегченно вздохнул, а после позволил себе выпустить любимую из объятий.       — Я требую поцелуй в качестве котпенсации за то, что мяуня теперь считают мурзвращенцем, — на лице героя возникла коварная ухмылка.       — Что мне потребовать в качестве компенсации за такое количество каламбуров? — усмехнулась Дюпен-Чен.       — Поцелуй? — подмигнув, предложил Кот.       — Принимается, — Маринетт потянулась к губам возлюбленного, однако, легонько чмокнув его, отстранилась. — Хватит с тебя, — коварно улыбнулась она и дала опешившему парню щелбан. — Пока ты был внизу, звонила Натали, — девушка переменилась в лице, — она отследила, куда твой отец перечислил деньги.       — То есть… исполнитель найден? — герой Парижа в миг стал серьезным.       — Ну, найти нам его еще предстоит, — вздохнула Маринетт. Так странно: стоило Адриану появиться перед ней, все страхи разом исчезли. — Лю Чжин очень хорошо прячется.