Он обаятелен, или Что расскажет вомфалитая литца?

      — Что ты мне скажешь, Северус? — Малфой явно достиг той стадии тревоги, когда она никак не проявляется внешне, а просто тихо пожирает мозг. — Как это произошло?       Зельевар молча протянул ему стакан, до половины наполненный успокаивающим зельем. Люциус покачал головой.       — Я отказываюсь разговаривать с тобой, пока ты в таком состоянии, — твердо сказал Снейп. — Выпей. Иначе Нарцисса разорвет меня за то, что я позволил тебе так себя загнать.       Малфой несколько секунд сверлил друга немного безумным взглядом покрасневших глаз, потом выдохнул, как-то поник и покорно принял стакан. Правильно. Имя жены всегда приводило его в чувство.       — Никто из наших ничего не понимает, — тихо проговорил он, опускаясь в кресло. — Это правда? Он действительно в Азкабане? Или это все Дамблдор? Я не нашел колдографий, все, кто владеет достоверной информацией, связаны Обетом, а верить газетчикам…       — Это правда, — спокойно кивнул Северус и бросил взгляд в сторону двери, ведущей в комнату к литцам.       Он не успел наложить на нее маскирующие чары, и у мага могли возникнуть вопросы… Могли бы, если бы он обращал внимание на окружающую его обстановку.       — Как им это удалось? — изумление Люциуса было слабым, вымученным, будто он понимал, что должен быть шокирован, но не имел сил на истерику.       Потому что грамотно сваренные зелья действуют почти мгновенно.       — Он ошибся, — коротко ответил Снейп.       — И что теперь будет с нами? — глухо спросил Малфой. — С пожирателями смерти?       — Почему тебя это тревожит? Ты официально оправдан и после его возрождения практически не имел с ним дела… Никто ничего не докажет. Это же касается всех остальных, — «кроме меня», — мысленно добавил он.       — Боюсь, что скоро то заключение Визенгамота никого не будет волновать. Северус, скоро начнется настоящая травля! — в его голосе снова послышались истеричные нотки. — Пока этого почти никто не понимает, но когда грязнокровки добьются казни Волдеморта, они примутся за нас! Это просто Средневековье какое-то, — пробормотал он и сполз вниз по спинке кресла, сминая шикарную мантию и закрывая лицо руками. — У них же глаза не человеческие даже. Я… Я был почти уверен, что на них наложили какое-нибудь проклятие, но нет!.. Ничего такого, специально проверил.       Северус нахмурился, пытаясь сообразить, что за бред несет его друг и благоразумно ли отпускать его домой одного. А потом он подумал, что, пожалуй, все же стоит выбраться куда-нибудь, хотя бы в Косой переулок, чтобы разведать обстановку. Он принципиально перестал читать газеты, полагая, что и без того находится в гуще событий, а испытывать свою нервную систему специфической (если не сказать идиотской) интерпретацией событий газетчиками ему не хотелось. Но оказывается, он все же умудрился упустить важный аспект происходящего. Правда, вряд ли все было настолько катастрофично, как виделось Люциусу. Впрочем…       — Почему бы тебе тогда не забрать Драко и Нарциссу во Францию? Отдохнешь, приведешь нервы в порядок, — спокойно предложил Северус.       — Это будет выглядеть как бегство, — устало покачал головой Малфой. — Тогда они точно решат…       — Назови это рождественскими каникулами, — терпеливо сказал зельевар. — И кто эти «они»? Не сходи с ума. Ну да, транспаранты, да, оживление. Но люди просто пытаются урвать свой кусочек мести с безопасного расстояния.       — И костры? — жалобно проговорил маг. — Они ведь серьезно, Северус. Они хотят его сжечь.       — Франция, Люц, Франция, — зельевар усилием воли не позволял себе заразиться паникой Малфоя. — Завтра.       — Завтра, — неожиданно послушно повторил тот, и Снейп даже засомневался, не применил ли неосознанно легилименцию, чтобы внушить ему эту мысль. В последнее время весь самоконтроль уходил на поддержание внешнего спокойствия, и на собственную магию сил не оставалось. — Хорошо, Северус, я скажу Нарциссе. Она и сама давно предлагала уехать.       «Неизменно мудрая Нарцисса» — мысленно хмыкнул зельевар.       Люциус не поднимался с кресла, как будто силы окончательно оставили его, и Северус не стал торопить друга. Судя по его одежде, он весь день провел в Министерстве, и Мерлин знает, чем был наполнен этот день. Судя по бледности и изнеможению мага — ничем хорошим.       — Попросить эльфа принести сюда ужин? — предложил он, решив для разнообразия побыть радушным хозяином.       — Что? Нет, нет, — Люциус выпрямился и поправил растрепавшиеся волосы. — Я сейчас пойду.       Он встал, одернул мантию и расправил плечи, а потом спросил тоном, который никак не сочетался с его горделивой осанкой:       — Думаешь, все так и закончится? Костром?       — Дался тебе этот костер, — раздраженно бросил Снейп, а потом смягчился. — Не знаю. Так или иначе, тебе не о чем волноваться.       — Потому что максимум, что ждет меня — это Азкабан? — нервно рассмеялся Малфой. — Нет, Северус, сейчас все серьезнее. Такая каша заварилась…       Он постоял с минуту, о чем-то размышляя, потом встрепенулся и направился к камину.       — Будь осторожен, Северус, — мягко попросил он. — Пожалуйста, еще осторожнее, чем всегда.

***

      — Это приказ министра, — тупо повторил неприятный черноволосый маг непонятного возраста.       — А у меня есть разрешение вашего министра, — выплюнул взбешенный Снейп. — Я хочу поговорить с аврором Харди, где он?       — Это не ваше дело, — гаденько хмыкнул маг. — Что же до вашего разрешения — то оно отозвано. Вы получите официальное уведомление в течение трех дней.       Северус, не смущаясь присутствием еще двух молоденьких авроров, грязно выругался и приготовился к новому раунду, но тут у входа в Азкабан появился еще один Патронус, не принадлежащий ни одному из присутствующих.       — Северус, я уже все знаю. Жди меня в Хогвартсе, — строго сказал он голосом Дамблдора.       Снейп несколько мгновений поколебался между желанием остаться и хотя бы испортить служакам настроение и необходимостью поступить разумно, и в итоге выбрал второй вариант. Он, не говоря больше ни слова, резко развернулся и направился к выходу. Уже по дороге к точке трансгрессии его осенило, и он почти перешел на бег. Поттер. Поттер вернулся в школу еще несколько дней назад, и сейчас его нельзя оставлять одного. Конечно, почти все ученики разъехались на каникулы, но все равно — обозленный, а может, совершенно безумный Волдеморт в теле мальчишки — не самый лучший рождественский подарок этой стране.       Мордредовой стране.

***

      — Ты уверен, что это та самая комната? — в который раз переспросила Алиса.       Они с Пивзом сидели в коридоре, прямо на полу, и полтергейст против обыкновения касался пола пятой точкой как самый обычный человек. Девочка прижималась к каменной стене чуть взмокшей спиной — целых полчаса под руководством своего друга она пыталась снять запирающие чары с двери, но безуспешно.       Пивз ничего не ответил. Он напряженно о чем-то думал, и девочка решила не отвлекать его. Но едва она начала расплетать растрепавшуюся косу, чтобы заплести ее заново, полтергейст повернулся к ней и очень серьезно сказал:       — Я пообещал Кандиде, что не стану колдовать, пока нахожусь в таком состоянии. К тому же, по нынешним законам это, наверное, запрещено.       — Ты можешь колдовать? — изумилась Алиса. — Я не знала!       — Конечно ты не знала, — вздохнул он. — Но, раз уж я скоро стану человеком, это не так важно. Ты дашь мне свою палочку?       Девочка нахмурилась. Еще неделю назад она ни за что не отдала бы ее кому-то, а особенно Пивзу. Но сейчас он, кажется, был искренен и не задумывал никаких шуток. Тем более, в ее кармане лежал древний пергамент с короткой инструкцией, написанной, кажется, действительно рукой самой Когтевран. Изящная подпись из двух сплетенных букв «К», и это душевное «удачи, мистер Пивз» постскриптум… Все было серьезно. И если он просит…       — Возьми, — кивнула Алиса, протягивая полтергейсту свою палочку. — У тебя получится ее открыть.

***

      Северус собирался послать за Поттером Патронус, но передумал. Чем скорее он окажется рядом с ним, тем лучше. Даже если для этого придется подняться в гриффиндорскую гостиную.       Зельевар чувствовал себя странно. Тревога была более чем закономерна, и досада тоже, но вот предвкушение… И причиной его, увы, явно был не научный интерес. Торопливо поднимаясь по лестницам, Снейп прикидывал, как обеспечить безопасность Поттеру и себе, когда Волдеморт займет его тело. В том, что это произойдет, зельевар не сомневался. Насколько он понял из прошлого опыта, кровь литцы оттягивала момент обмена, и если очередной прием был пропущен, он наступал почти сразу, как своеобразный откат. Уместнее было бы трансгрессировать с Поттером прямо на Гриммо, где уже есть готовая безопасная комната, но Северус оправдывал себя тем, что может не успеть, и тогда пострадает Гриндевальд, и вырваться на свободу Волдеморту будет проще. А здесь, пока тот доберется до границы трансгрессии, можно будет успеть что-то предпринять. Если, конечно, он к тому моменту останется жив. Но о риске для собственной жизни зельевар почти не думал. Сейчас его интересовало другое — существует ли Волдеморт как личность после такого долгого общения с дементорами?       Повинуясь мрачному взгляду профессора, Полная Дама пропустила его в гостиную. Не желая тратить время на поиски, зельевар просто запустил голубоватую волну Ревелио прочесывать спальни и ванные, и, ожидая результата, оглядел помещение.       В приглушенном свете нескольких свечей факультетские цвета не казались такими уж яркими. Традиционный бардак из книг, пергаментов, фантиков и какой-то мелочевки, кресла и диванчики беспорядочно расставлены тут и там, мешая проходу, огромный ковер почему-то до половины скатан. Секунду спустя заклинание достигло последней комнаты и стало ясно, что в башне Гриффиндора никого нет. И это в такое-то время.       Северус раздраженно развернулся, прикидывая, стоит ли послать на поиски мальчишки Кровавого Барона, открыл неудобный проход из гостиной — и наткнулся на Поттера.       Тот что-то жевал и едва не подавился, когда из-за картины Полной Дамы появился злющий Снейп. А когда на лице того появилась удовлетворенная ухмылка — и вовсе стал подумывать о бегстве. Но профессор уже поймал его за шкирку, поэтому дергаться было поздно.       — Вы пойдете со мной, Поттер, — сообщил он растерянному юноше. — Я решил снова напоить вас чаем.

***

      — Когда я в последний раз проверял, никаких чар на двери не было, — расстроено пожаловался Пивз, опуская палочку. — Кому могла понадобиться эта каморка, там ведь одно барахло?       — И твоя тушка, — грустно фыркнула Алиса. — Давай позовем профессора Флитвика. Он ведь, можно сказать, твой будущий декан.       — Ага, с ним только свяжись, — закатил глаза полтергейст. — Он же целый чародейский консилиум созовет, и ждать придется как минимум вечность.       Девочка признала, что профессор вполне способен на такую подлость.       — Вот если бы ты была призраком, — задумчиво протянул Пивз, и она тут же поняла, к чему тот клонит.       — Похоже, ты совершенно очеловечился, пока со мной дружил, — рассмеялась она. — Ты же сам почти призрак!       — И что с того? — пригорюнился полтергейст. — Даже если я пройду сквозь эту дверь, ты-то останешься здесь.       — Но снимать чары изнутри всегда проще, — отмахнулась Алиса. — Точно тебе говорю, мы с братом всю жизнь друг друга где-нибудь запираем.       Пивз, похоже, воспрянул духом, по крайней мере, его остроносые ботинки снова не касались пола.       — Я попробую, — важно сказал он.       Но дверь, как ни странно, не поддалась. Полтергейст провел по ней ладонью, стал невидимым на пару секунд — а потом хлопнул себя по лбу, отлетел чуть левее, и исчез в каменной кладке. Девочка радостно улыбнулась, поежилась — зимой в подземельях было довольно прохладно, а они бродили здесь уже не меньше часа — и чтобы согреться, изобразила несколько танцевальных па. А через секунду замерла, так и не закончив реверанса. Сюда кто-то шел.       — … случилось, профессор? Вы ведь должны быть… — услышала Алиса негромкий мальчишеский голос, нахмурилась, и похолодела, услышав ответ:       — Откуда вы знаете, где я сейчас должен быть? Впрочем… Планы изменились, Поттер. И ни слова больше, пока мы не пришли.       Декан! Ну конечно, его комнаты совсем рядом! Надо было скорее уходить, иначе он станет задавать вопросы, ведь до отбоя, похоже, осталось совсем немного, но бросать Пивза было нельзя. Тем более что в следующее мгновение девочка с ужасом услышала за дверью довольно громкую возню и какой-то стук. Это уже никуда не годится.       — Пивз! — тихонько поскреблась она в дверь, то и дело оглядываясь в сторону, откуда приближались шаги. — Пивз, сюда идет Снейп!       Но полтергейст явно ее не слышал. Зато до Алисы донесся явственный запах горелой резины, что-то заскрежетало, и многострадальная дверь затрещала.       — Пивз! — взмолилась девочка, уже предчувствуя долгие разбирательства, нагоняй, снятие баллов и письмо родителям.       И в тот самый момент, когда она уже смирилась с неизбежным, дверь наконец с тихим скрипом открылась, и в проеме показался взъерошенный, но очень довольный собой полтергейст. Алиса шикнула на него, предвидя громкую хвалебную тираду в честь его изобретательности и находчивости, и проскользнула внутрь, закрывая дверь. Тяжело дыша, она прижалась к ней ухом, но ничего не могла услышать из-за лихорадочно колотящегося сердца. С трудом сглотнув, она постаралась успокоиться, и сделала Пивзу знак молчать.       Две пары шагов затихли, не доходя до их укрытия, послышались тихие голоса, хлопнула дверь. Алиса шумно выдохнула и повернулась к полтергейсту.       — Ты молодец, Пивз! — шепотом сказала она и осеклась, разглядев в приглушенном свете оранжевых магических светильников три пары маленьких блестящих глаз.       — Раньше их тут точно не было, — таким же шепотом сообщил полтергейст. — Так вот, к чему все эти чары!       — Они на нас не набросятся? — испуганно спросила девочка, не отводя взгляда от непонятных зверьков. — Никогда таких не видела.       — Ну, мне они точно не навредят, — задумчиво проговорил Пивз. — А вот ты лучше не приближайся.       Он медленно подлетел к животным, подозрительно присматриваясь. Те в ответ смотрели с любопытством, но настороженно, прижимаясь друг к другу.       — Привет, зверье, — весело сказал полтергейст и опустился почти к самому полу. — Людей едите?       Один из зверьков смешно наклонил голову и шевельнул большими ушами.       — Ты забавный, — похвалил Пивз и обернулся к Алисе.       — Что мы будем делать? — спросила та, все так же стоя у двери и наблюдая за происходящим чуть привстав на цыпочки.       — Что и собирались. Не помню точно, которая стена… — под пристальным взглядом восьми глаз полтергейст пролетел вдоль стен, касаясь пальцами каменной кладки.       — Уверен, что тело все еще здесь? Столько лет прошло… — с сомнением огляделась Алиса.       — Конечно, а где ему еще быть, — послышалось глухое фырканье где-то у самого пола. — Никто кроме меня его достать не мог, а мне это незачем… Вот! Нашел!       Под негромкий вопль, полный ликования, часть каменной стены отъехала в сторону, открывая взору Алисы и изумленных зверушек небольшую горизонтальную нишу в полуметре над полом, в которой можно было различить силуэт мальчишеского тела в старомодной школьной мантии.       — … ну разве я не молодец? — закончил полтергейст восхвалять свою сообразительность, и подлетел ближе. — И не красавец?