Месть

— Я разговаривал с профессором Макгонагалл, она разрешила мне уехать домой на несколько дней… — говорил ей Драко в гостиной для Гриффиндора. Они сидели на диване друг против друга. В камине потрескивал огонь, никого кроме них тут не было. Парню не уютно было здесь находится, но он терпел ради Гермионы. Это её территория и я должен уважать её. — Прости… Я не думал, что… Я не знал… Гермиона взяла его за руку. — Что ты такое говоришь? Я всё понимаю… Драко, ты должен быть с мамой в такое трудное время… Драко с благодарностью посмотрел на неё и тоже взял за руку. Почему таких людей очень мало на земле, которые бы поддержали в любую минуту, которые будут на твоей стороне не смотря ни на что, которые тебя не бросят? Их чертовски мало. — Спасибо… Я вернусь, как только всё прояснится. Гермиона кивнула. Она очень хотела, чтобы он остался, но она сдерживалась и не говорила ему об этом, иначе он так и сделает. Она не в праве держать его тут, когда его мать разрывается на части от горя. Это просто не правильно. — Мы с тобой… всё преодолеем. Вместе. — делав паузы между словами, сказала Гриффиндорка и крепче сжала его руку. Она так любяще смотрела на него, с такой искрой, с таким восхищением, что у Драко побежали мурашки. Никто из « его» девушек так никогда не смотрел, так за него не переживал, так… Не любил. Только она… — Я должен собирать вещи… Встретимся возле кабинета директора. И… — он приблизился лицом ближе и поцеловал девушку в губы и прошептал ей в рот, прикасаясь лбом к её лбу, -…я люблю тебя. Гермиона слабо улыбнулась и прошептала в ответ: — А я тебя. Надеюсь, что это навсегда… * * * Драко с не большим чемоданом возник в своей же гостиной в своём же доме из камина. Зелёное пламя позади него угасало и вскоре совсем потухло. Так странно находится здесь, всегда ещё было после победы над Волан-де-Мортом. Ведь именно тёмный властелин выбрал этот особняк в качестве штаб-квартиры для Пожирателей. Он здесь убивал, мучал людей, Драко вспомнилось, что и её подвергали здесь запрещённым заклятием, но он тогда был одним из Пожирателей, он ничего тогда не мог сделать. Или не хотел, столько времени прошло, а стены, эти блеклые стены всё помнят. — Мама, я дома! — крикнул Драко и поставил чемодан на пол. Ничего не поменялось, мама совсем перестала ухаживать за домом, денег на прислуг не было, а самой убираться и пачкать руки не пристойно семье благородного происхождения. — Драко! Сыночек! Нарцисса Малфой подбежала к сыну и обняла его, как обычно матери обнимают своих сыновей после долгой разлуки. Так, что почти нечем было дышать. — Я так скучала по тебе… — Нарцисса рассмотрела сына с ног до головы и потрепала его по волосам. Драко подметил, что мама выглядит не так уж и плохо для женщины, которая потеряла любимого мужа и которая страдает по нему каждый божий день. Наоборот. Она выглядела превосходно, в красивом и дорогом наряде, аккуратно причесанные волосы, она снова надела старые кольца с драгоценными камнями… Хотя раньше, когда только отца посадили обратно в Азкабан, она их сняла и Драко думал, что навсегда. Что-то не тут не чисто в чистокровной семье… — Мам, я пришёл, как только смог… Как ты? Мать отпустила сына из объятий, на её лице появилась радостная и счастливая улыбка. Она сошла с ума… Этого Драко и боялся весь этот год. — Прости, я не могла тебе об этом написать в моём письме… Слишком рискованно… Что чёрт возьми происходит? — Люциус, выходи! Драко раскрыл рот и потерял дар речи, когда в гостиную грациозной походкой аристократа вошёл его отец. Живой и настоящий. Люциус Малфой жив. Какого чёрта?! — Драко… — Люциус обнял единственного сына, но тот стоял, как вкопанный. Он не верил. Это не может быть правдой… Это всё розыгрыш, его разыграли, это всё сон… Это не правда. — Драко, скажи хоть что-нибудь, хоть что угодно… — взмолилась мать, улыбаясь вместе с отцом, как какая-нибудь счастливая семья. Но это была его семья и она не может быть по щелчку пальцев счастливой. Отец, наверное, успел привезти себя в порядок, на нём его любимый чёрный костюм, никакой щетины, никакой грусти в глазах. — Я все эти дни думал, что ты мёртв! Я думал, что ты сам себя грохнул! Драко не слышал собственного голоса, но он мог представить по выражению лица родителей, как громко он на них кричал, как громко он вопил на отца. Я хочу обратно в школу. Обратно к ней… — Я знаю… — фальшиво ласкового произнёс Малфой старший. Гнев, в нём бушевал гнев. Все эти слёзы, вся эта драма… Всё было напрасно? Я напрасно страдал и думал, что я самый плохой сын в мире? — Как…? Как ты…? Драко задыхался от гнева, от обиды… Как они могли так с ним поступить, его же родители! — Драко, успокойся. Мы просто не могли тебе сообщить, сов проверяют ещё чаще после падения Волан-де-Морта… — Мне сейчас абсолютно насрать на сов и того хрена, я хочу знать, как тебе это удалось! Драко специально делал паузы между слов, растягивал их, чтобы все присутствующие поняли, что он в ярости, что он не шутит, что он разбит… — Хорошо, хорошо… С чего же начать… Может быть ты присядешь? — отце держался сдержанно и очень вежливо, но было видно, что он на грани срыва. — Нет уж. Я постою. Нарцисса взволновано поглядела на этих двоих. — Твоя мать пошла на такой безрассудный поступок ради меня… Кто знал, что он сработает? Она взяла одного магла в плен и подчинила себе заклятием империусом. Вчера она навестила меня, сказав всем, что это мой брат, наивные… Если бы они хоть чуточку знали о тех, кого сажают, они бы знали, что я единственный ребёнок в семье Малфоев… Моя любимая Нарцисса дала выпить этому простолюдину и мне оборотное зелье, а после поменяла с помощью палочки наши тела. А я убил его… Драко не мог прожевать услышанное… Мать пошла на преступление, и если об этом узнают, то и её посадят навеки вечные… О чём отец думал?! Правильно, только о своей шкуре, он не думал и не хотел думать о последствиях, о матери. Он ни о ком, кроме себя не думает. Каждой клеточкой противно здесь находится, противно стоять с ним рядом, противно смотреть ему в глаза. Так настоящие мужчины не поступают, они прежде всего должны думать о семье, думать о сыне и любимой… А этот думает только о том, как хорошо снова надеть свой костюмчик и побрить бороду! — Зря я сюда приехал… — буркнул Драко, поднимая с пола свой чемодан. — Что, прости? — вмешалась мать. — Я хочу обратно в школу и не смейте удерживать меня! — Драко встал перед камином и взял из обычного пакетика директора чуть-чуть летучего пороха. — Но…мы же… мы должны провести рождество вместе, как семья! — мать подходила всё ближе и ближе, но Люциус сдержал её. — Я приеду к вам весной… Мне нужно всё обдумать! — Как же ты будешь там в этой жалкой школе без нас? Совсем один… — попытался на этот раз отец. — Я не буду один. У меня появился кое-кто… И я её очень люблю. — Драко зашёл в камин. Мать и отец выглядели так, будто перед ними стоял сам Тёмный Лорд. Нарцисса хотела больше порасспрашивать сына, а Люциус не знал, что и сказать. Как только Драко хотел отпустить порох из своих рук, мать крикнула ему: — Подожди! Скажи хоть кто она! — Она самая лучшая в мире девушка и самая лучшая в мире волшебница.И зовут её Гермиона Грейнджер. Драко опустил порох и произнёс: — Хогвартс! Он не увидел шокированные лица родителей. Он не увидел, как мать падает в обморок и как отец весь трясётся из-за избранницы его сына. И Драко был безумно счастлив, что этого не увидел. * * * Драко нашёл её в Большом Зале за ужином. Он не постеснялся трёх учеников, присел к ней, всё ещё с чемоданом в руках. Увидев его, она выплюнула свой тыквенный сок ему на пиджак. Драко не обращая на этого внимания, процедил сквозь зубы, всё ещё не оставшиеся: — Нам нужно срочно поговорить! Гермиона несколько раз моргнула, чтобы быть уверенной, что это ей не снится, но в конце концов кивнула и они пошли в Выручай-Комнату. Они сели на ту самую кровать, Драко всё чесал затылок, был каким-то дёрганным и очень утомлённым. Что случилось? — Драко, почему ты не с…? — Они, все они- лжецы и предатели… Одна ты-настоящая! Гермиона погладила его по плечу, чтобы тот успокоился и понизил свой тон. — Что произошло? Гермиона впитывала всю его тревогу в себя и ей становилось тоже очень тревожно на душе. Она знала, Драко был зол не спроста, не из-за какого-то банального спора с матерью. Ей было не наплевать. Его проблемы, уже давно стали и её проблемами тоже. И Драко их всех рассказал. Всё, до мелочей, даже о его состоянии на тот момент. — …когда-нибудь об этом разнюхает министерство! И его снова посадят, а к нему ещё и маму! У меня никого не останется, кроме тебя! И то он может и её потерять… Из-за своей же глупости и рвения отомстить. — Нет, Драко… Я напишу Кингсли, он сейчас всем распоряжается, может он как-то поможет и замнёт дело… Написать самому Министру Магии для этого нужны связи, для этого нужны… Нужно быть подругой Гарри Поттера. Да, Гермиона готова это сделать… — Ты пойдёшь на это? Ради меня? — Драко наконец-то за весь свой рассказ повернулся к ней. — Конечно… — Нет, прошу тебя, не делай этого, ты поставишь и свою репутацию под угрозу… — Тогда как я смогу тебе помочь? — Никак. Я сам всё решу. Мне нужно немного времени… И секретное место, где их можно спрятать… О, господи… Что же они наделали?! Драко спрятал лицо в своих ладонях, он снова был готов разревется. — Они могут пожить… с моими родителями, а если им слишком будет «грязно», то на всякий случай они могут поселится в штаб квартире ордена феникса.Там никто больше не живёт. Драко вновь посмотрел на неё, казалось, на луч надежды… — Это вариант. Я им напишу. — Почему ты ушёл от них? — Я не мог там находится, просто не мог! Это было выше моих сил! — Или из-за твоей гордости… Драко слабо улыбнулся, потянул к себе и обнял её за плечи. Она положила голову ему на одно плечо. — Пообещай мне, что никому об этом не расскажешь! Никому, даже Поттеру! Гермиона вдыхала его запах и запах французского одеколона, она хотела провести весь этот странный вечер в его объятиях. Она даже успела соскучиться в такое короткое время разлуки. — Обещаю. Кто же знал, что она нарушит своё обещание и не сдержит слово …