Пробуждение

Есть ещё кое-что странное в том состоянии, в котором я находился все то время. Разумеется, я не могу точно знать, сколько именно времени я находился под действием дзюцу этого человека, ведь во снах, а, тем более, кошмарах, время течет иначе (я все же достаточно знаю о пыточных дзюцу — дитя полицейского клана, как-никак), но я уверен, что не длилось Цукиеми все эти две недели. В конце концов, квалифицированные ирьенины могут довольно быстро вывести враждебную чакру, и некоторое время мой разум просто восстанавливался. Если, конечно, Цукиеми не заставляет собственную чакру организма вести себя иначе и проигрывать некий сценарий, но тогда бы эту технику вообще нельзя было остановить даже наложившему её. Вопрос в том, что именно происходило со мной в этот остаток от двух недель, когда действие Цукиеми прекратилось, но я ещё не очнулся — те странные, потусторонне тягучие сны, во время которых мой разум приобретал неприсущую ему ранее целостность. Что произошло на самом деле, я не знаю, но субъективно судя, я вспомнил свою прошлую жизнь. Это даже звучит странно. К такому жизнь меня не готовила. Ну, вообще, учитывая, что я рос абсолютно счастливым, и, может, даже чуточку даже избалованным ребенком — она меня вообще не готовила ко всему тому океану дерьма, в котором я теперь тону — но вот конкретно эта штука, хоть и не является настоящим горем, особенно по сравнению со всем остальным, вызывает оторопь. Разве возвращаются души умерших назад? Разве они не остаются навсегда в Чистом мире? (Родители вернутся? Нет, об это лучше не думать — душу травить) И, раз уж мы ставим так вопрос, я сомневаюсь, что тот мир, в котором я жил до того, как родился в этом — Чистый. Ну, во всех смыслах. Получается, я из такого же обычного мира попал в Чистый, а потом меня закинуло сюда? А если моих родителей из Чистого мира закинет туда, я их больше не увижу? И тех моих родных из прошлого мира, я уже тоже не встречу? Я осиротел во всех смыслах. Меня пугает мысль о том, что души всех людей дрейфуют между бесчисленными мирами, как планктон в океане. И я хочу снова увидеть родителей! Ну, хоть каких-нибудь из двух пар. Это так больно. Это так странно. Я помню столь многое из той жизни, но что вся эта информация, хоть и занимательна, не особо затрагивает моих интересов. Что действительно меня волнует — это та странная выдуманная история о шиноби, завязка которой подозрительно совпадает с недавними событиями. Что это вообще значит? Вариант первый — я просто свихнулся, и весь этот «большой сон» — бред моего больного разума, который таким образом собрал мой мир заново. Сомнительно, потому что та история — просто соринка в море всего массива информации, и помню я гораздо больше таких вещей, которые и вообразить не мог. Нельзя придумать в деталях целый мир. Возможно, это воспоминание — способ, которым память о старом мире состыковалась с памятью о новом, словно новенькая прожилка. Возможно, ничего подобного в том мире и не существовало — никакой рисованной истории там и не было. Но, с другой стороны, оно откуда-то появилось — возможно, это будущее, что я предвидел в Чистом мире, и это — единственное мое воспоминание оттуда. Что ж, этот вариант придется учитывать — но опираться на такую информацию чревато. Особенно если учитывать способ её получения. Итачи. И это приводит к третьему варианту — этот человек знатно покопался в моих мозгах и положил туда то, что ему надо, чтобы я вел себя так, как ему надо. Согласно сну — он несчастная жертва, запутавшийся в себе пацифист, который ни за что не отвечает, которого обманули злые старые дядечки, и вообще любит меня больше жизни. Бедненький братик. Согласно реальности — ох, я даже не стану это все перечислять. Но добавлю, что мне велел он себя искать, лишь когда я добуду себе такие же глаза, как у него. Мангеке Шаринган. Мадара и Изуна, братья Учиха. Мадара и Изуна, которому тот вырвал глаза, когда стал слепнуть. «Приходи, когда обретешь такие же глаза» Вот что нужно Итачи. Он может быть сколько угодно пацифистом, но это не отменяет того, что он — хладнокровный убийца, который оказался способен убить почти всех своих близких, когда счел это необходимым. Именно поэтому мне кажется, что отнюдь не из сентиментальных побуждений он оставил в живых лишь своего младшего брата - учитывая тот факт, что он не пожалел даже беспомощных безобидных младенцев. Конечно, я не отрицаю того, что он может любить меня или желать, чтобы я смог возродить клан — но, хм, для этого нужны не глаза, а несколько другие органы. Я точно не помню, слышал ли я в клане о том, что сделал Мадара с Изуной — и действительно ли он отобрал глаза Изуны силой, или они достались ему после смерти брата от чужой руки как, гм, наследуемая собственность — но это и не важно. Даже слепые могут быть шиноби, и уж, тем более, мне можно будет пересадить какие-нибудь другие глаза, обычные, но зрячие. Это ведь даже не убийство, так что никак не уязвит его крепких родственных чувств ко мне. Я знаю, как много там, в мире сна, было советов «одному главному герою» — забудь о мести, вспомни о прощении, родственных узах и т.д. Ха-ха. Как можно доверять Итачи? Он уже предатель, уже предал раз — и предал все, что только можно — родителей, семью, клан. И, раз уж предательство невозможно без доверия, я не буду давать ему ни шанса. Я ни капли не думаю, что этот сон был его попыткой оправдаться, или, точнее, попыткой заставить меня его оправдывать — я хоть и «глупый младший брат», но не совсем уж новорожденный имбецил, чтобы купиться на такое. И, если этот сон — действительно его рук дело, я понял его намек — и понял, что за информацию он мне дал. Четвертая Мировая Война. Акацки. Разрушение Конохи до основания чуть ли не каждый месяц. (Впрочем, раменная Теучи выстоит. Вложиться, что ли, в предприятие?) Орочимару и, особенно, его планы насчет Учих. Действительно ли Итачи присоединился к Акацки только после побега из Конохи? Он часто был на дальних миссиях и мог вступить с ними в контакт, шпионить за Наруто —джинчуурики (вот это действительно — неожиданность). Он даже мог быть на самом деле двойным шпионом Конохи — вроде бы, пока он состоял в Акацки, на нее не нападали — ну кроме, Орочимару, но он свинтил из организации и был вне поля зрения. Но… Черт! Тогда у Итачи сейчас не может быть этой информации! Даже если он шпион Акацки, он не чертов провидец, и будущего знать не может! Даже если он по выходным расслабляется в кафешках на пару с их Лидером за парочкой данго и обсуждением планов по захвату мира и стиранию деревень шиноби с лица земли, он не может знать вообще всего, включая обстоятельства своей смерти и смертей коллег-плащеносцев — это уж точно не спланируешь! Тогда, получается, это все — лажа?! Тц, как все сложно. Что ж, мои теории пошли прахом — первую проверить нельзя, так как вряд ли мне удастся откинуться в Чистый мир и вернуться обратно, чтобы сравнить ощущения, а вторая — вообще базируется на анализе головных тараканов моего брата, которые, как показывают последние события, представляют собой необъятную неисследованную область для научных изысканий. Мне это не нужно, пусть Орочимару, если они все-таки стали напарниками, порадуется. Итак, в сухом остатке мы имеем: кучу дезы, которую задолбаешься проверять и на которую смертельно опасно бездумно полагаться. Из плюсов, хоть и сомнительных — нестабильность моего разума, которая, в теории, обратит непредсказуемым образом любую ментальную технику против применившего ее. Так что, на данный момент мой фактический статус психа даже полезен - он защищает меня от любых атак подобного рода, ибо ни один здравомыслящий менталист ко мне в голову не полезет и не узнает всех этих вещей о прошлом мире. Тем не менее, кому как не мне знать, что, чтобы узнать о человеке все, не нужно читать его мыслей — можно читать его мимику, взгляд, язык тела. Базы-то я знаю, но против взрослых шиноби это бесполезно. Родители, когда я что-то скрывать пытался, враз меня раскусывали. …Хорошие они были. Мои родители. В любом случае, присматриваться никто не будет — все знают, что у меня есть причины вести себя странно, а то, что тут одной причиной больше, никто и не узнает. Я растерян сейчас. Я не знаю, что делать; не знаю, как мне сохранить собственность клана, и осталось ли там ещё хоть что-нибудь. Не знаю, кому мне вообще мстить за клан — не знаю, кто мой враг, и сколько их вообще. Не знаю, как мне достичь своих целей. Я просто бесполезный ребенок. Я должен стать сильнее, чтобы быть в безопасности и обладать доступом к информации — и я должен завершить свое расследование и покарать преступников. Мои родные заслуживают того, чтобы за них отомстили.