Пробуждение

Проблемы наваливаются непреодолимой лавиной – накапливаются, как снежный ком, и грозят погрести меня под ними; мне остается лишь беспомощно барахтаться в отчаянных попытках хоть как-то справиться с ними. Прошло три дня с момента моей выписки, и я понял, что зря я потратил это время на бесполезную апатию – теперь меня дергают все, кому не лень: какие-то следаки из АНБУ, которых прежде ко мне не допускали врачи – как же, нестабильный пациент, ему нужен покой! – какие-то банковские представители, несколько поверенных… Пока разбирались с наследством, которое мне досталось, я уже услышал предложения сдавать дома в аренду – но, на самом деле, это слишком сомнительная авантюра. Всех жильцов на благонадежность не проверишь – тем более, что я и не способен на это, не тот уровень. Конечно, внутренние службы безопасности не дремлют, но в моем случае, какова вероятность того, что они не закроют глаза на пару подозрительных моментов? А потом кто-то из жильцов вполне может по настоятельной просьбе начальства или по зову собственной души оставить незапланированный подарочек мне в частности и клану Учих в целом (из скольких людей он бы не состоял в будущем). Разменивать собственную безопасность на лишнюю пару сотен рё – сущий идиотизм, и здравая паранойя шиноби рекомендует от него воздержаться – есть способы и более безболезненных самоубийств. Тем более, я слышал слухи, что ходили в народе после резни – они больше напоминали страшилки из разряда истинно лавкрафтианского ужаса. Население здесь вообще суеверное и мнительное, так что снимать жилье в нашем квартале будет либо полный псих и неадекват, либо наркоман и пропойца, у которого нет других вариантов, либо засланный шпион. Одно другого лучше, как говорится, аж глаза разбегаются. Так что от щедрого предложения поверенного я отмахнулся – но количество бумаг, с которыми мне надо было ознакомиться «как можно скорее, в идеале – вообще вчера!» не уменьшилось. Голова уже от всего этого пухнет, а тут еще и расформирование полиции полным ходом. С какого-то боку подлые бюрократы навесили на меня всякие отчетности, а когда я попытался вмешаться в процесс и вякнуть что-то вроде: «А зачем вообще это нужно? Даже при слиянии с АНБУ будет нехватка кадров – у них же и свои обязанности остаются», то меня быстро заткнули тем, что я вообще мелкий прыщ - не шиноби, даже не генин, а вот Начальство сказало… Ясно все с вами. Как-то внезапно пришло горькое осознание – чего ради мне вообще волноваться за эту деревню, беспокоиться за ее жителей? Все мои родные и близкие уже в Чистом мире, а здесь я чужой – даже не личность, не человек – ресурс. Шаринган на ножках. Как же это мерзко. И настроение гнусное под стать обстоятельствам – видимо, мельтешащие вокруг и дергающие меня личности тоже как-то это чувствуют и стараются меня не особо провоцировать, хоть я ки и не выпускаю, даже не умею еще – и вообще, не считаю достойным срываться на окружающих людей в плохие для меня дни: может, они и бесят, но они точно не виноваты во всем том дерьме, в которое превратилась моя жизнь. Так что я со всем доступным мне достоинством игнорирую раздражители. Мне и без конфликтов проблем хватает. В последние дни обреченно ожидаю вызова к Хокаге – и без провидческих талантов мне предельно ясно, что он скажет - милостиво предложит передать клановую библиотеку под охрану Конохи. Право же, какое великодушие! Даже неясно, чего старый хрен не подсуетился сразу и выжидает – наверное, думает, что мне нечего ему противопоставить в такой патовой ситуации, в которой я оказался. Охранные печати, поддерживаемые усилиями целого клана, слабеют с каждым днем – даже несмотря на то, что я сливаю в них чуть ли не весь свой резерв, этого слишком мало. Удивительно то, что они вообще стоят – идет уже третья неделя с тех пор, как клана не стало. На мою удачу, они все еще держатся, но даже я понимаю, что они недолго протянут – и тогда сюда потянутся все кому не лень, и растащат клановое имущество прямо у меня под носом – даже не анбушники, а всякая шпана и прочее отребье (если они, конечно, успеют опередить коллег-профессионалов, посланных официально). Да они даже таиться не будут – что им, на самом деле, сделает недоучка-недогенин? Пошлет кунай вдогонку? Даже не смешно. И вот тогда, когда я буду вяло трепыхаться на самом дне бездны отчаяния, предложение Хокаге будет звучать настоящим подарком небес, сущим благодеянием маленькому беззащитному сироте – потому что и он, и я прекрасно знаем, что у меня нет никаких возможностей сохранить библиотеку, и отказ главе деревни будет проявлением недоверия. Двух зайцев одним махом – и проверка моей благонадежности (нет ли у меня ненужных подозрений), и присвоение накопленных веками знаний Учих. Великолепно разыгранная партия. Но то, что они вообще дали мне время – большая ошибка с их стороны. Нельзя недооценивать Учиху, в каком бы возрасте и состоянии он ни был! К сожалению, на данный момент это лишь пустая похвальба, не имеющая под собой основы. Подходящего решения я все еще не нашел – хоть у меня и есть возможность перетаскивать свитки из помещения в помещение, как только печати выдыхаются, это лишь временный выход. К тому же, на данный момент мне известны только три помещения, защищенные барьерами: зал для совещаний, в котором фуин находятся в «спящем режиме», потому что эти барьеры вообще ставят лишь на время, собственно, самих совещаний, чтобы лишнюю чакру не тратить; и еще кабинет главы клана, в котором печати вырубил, я полагаю, уже тот предатель – видимо, откупаясь от властей какими-то секретными отцовыми документами. Тем не менее, я проверил – накопители в кабинете были полны: барьер, если его поставить, сможет продержаться несколько дней. Были еще специальные подземные тренировочные залы, в которых мы отрабатывали некоторые техники, но укрывались они, к сожалению, не барьерами, а гендзюцу – в каком-то смысле это было и правильнее: и защита от вуайеристов, и тренировка способностей, и чакры меньше тратится. Еще одна особенность жизни нашего клана – у нас хоть и не было хидзюцу, как таковых, (разве что считать ими изобретенные в клане в великом множестве иллюзии), но не в привычках шиноби светить любыми техниками, давая условному противнику возможность их утараканить! Не стоит забывать, что живем мы в мире, где шиноби – то есть вор, шпион, убийца и диверсант, - это почетная и уважаемая профессия. Возможно, были и другие тайники – но об их наличии я мог лишь догадываться. В любом случае, барьерных фуин там точно быть не могло: во-первых, потому что печати слишком сильно фонят чакрой, из-за чего использовать их для маскировки нычек – все равно, что тушить маслом огонь. И, во-вторых, печати слишком дорогие, а у шиноби и без того есть немало других методов создания схронов – и учитывая принадлежность к нашему клану, методы эти, во-первых, будут проверены многими поколениями моих предков, и, во-вторых, будут основываться на додзюцу. Мне ловить там нечего – у меня даже одного томое еще нет, несмотря на пережитое. Снова прорвалась глухая ярость на предателя – и вместе с ним, у меня зародилось новое подозрение: уж не для этого ли он убил родителей прямо перед моими глазами, будто специально дожидаясь моего прихода? Нет, так и есть – он специально дожидался меня, я уверен! Возможно, как мне кажется, я вообще в тот день задержался из-за наложенного им легкого гендзюцу – я ведь никогда раньше не задерживался допоздна, всегда домой спешил – а тут, по какой-то глупой причине… Я отрываюсь от рассуждений, с удивлением замечая темные пятна, расползающиеся по бумаге, и яростно тру глаза. Нет. Не плакать, я не имею права лить слезы, когда я должен думать! Четкий, холодный анализ. Вспоминай. Накануне он говорил: «Мне тесно в этом клане», или что-то вроде того… Ксо, не могу вспомнить наверняка – все события перед той ночью кажутся слишком смутными – видимо, это из-за контраста, я слишком сфокусирован на той ночи. Вот уж когда он выглядел сумасшедшим и вел себя, как сумасшедший – абсолютно чужой незнакомец, «кто это?» - но он оставался все тем же расчетливым гением, которым когда-то восхищались и гордились. Зачем он погрузил меня в иллюзию, заставляющую переживать смерть каждого из родственников снова и снова? О, он сделал это не без причины, определенно нет, теперь я понимаю это – он мог казаться безумным, но в его действиях был резон: он просто собирался подстегнуть развитие моего шарингана, подарив мне столько сильных отрицательных эмоций, сколько вообще возможно. Подлая мразь. Видимо, одних эмоций оказалось недостаточно – у меня все еще слишком мало чакры. Даже не знаю, что за чувства я испытываю по этому поводу: какая-то дикая смесь досады и злорадства – мол, выкуси, ничего у тебя не получилось! Что ж, я предполагаю – думаю, предположение абсолютно верное, - что ему нужна сила Вечного Мангеке. Ему нужны мои глаза, причем, глаза, достигшие определенного уровня – и это значит, и все остальное должно соответствовать. Я нужен ему сильным… Да, в этом и смысл всех тех слов, которыми он ранил меня, когда я стоял перед ним бессильный и трясущийся от страха – смысл был не в самовосхвалении и самоутверждении за счет слабого: он просто вкладывал мне в голову нужную ему установку, натравливал на определенную цель. Сейчас это, конечно, кажется ясным, как день, но тогда… Право же, какая глупость с моей стороны – так думать! Как будто младенцы или дряхлые могли оказать ему большее сопротивление. Кроме того, у профи не принято оставлять за спиной потенциального мстителя. Он просто не считает меня угрозой – с учетом того, что разрыв между нами становится все больше и больше, это даже понятно: я просиживаю штаны в Академии, он наслаждается своим нукенинством в схватках с разными противниками. И он оставил меня в живых не из сентиментальности и не из брезгливости – а потому, что ему это выгодно. И только сейчас в голове пронеслась ясная и очевидная мысль: он ведь не мог не знать, что после его ухода охранному барьеру на библиотеке останется недолго, и никто не сможет его поддерживать. Не мог не знать, что единственным выходом для меня окажется отдать библиотеку Конохе, и скорее всего, я уже не получу ее обратно – под предлогом того, что мне слишком опасно пытаться применять описанные в свитках техники, и только когда я получу ранг чуунина… А ранги нам присуждает Хокаге самолично. Стоит ли говорить о том, что я никогда не стану чуунином? И дай ками, в самом лучшем случае – просто останусь «вечным генином». А Итачи нужен донор с Мангеке, и Итачи не дурак – он может сколько угодно казаться недалеким пацифистом с замороченными смутными идеалами головой, или сбрендившим от жажды силы безумным ублюдком, но он отнюдь не дурак. Значит, он счел меня способным справиться с этим. Хм. Мне, конечно, приятно в кои-то веки получить лестную оценку от брата, но убить его меньше не хочется. Я хлопнул себя по лбу! Библиотека! Ксо, какой же я идиот, какой же я невыразимо слабоумный тупень! Почему я считал библиотеку тем, что жизненно важно защитить, и не подумал о том, что средства по защите обязательно в ней найдутся, а некоторые знания из нее даже я смогу применить? Бака-бака-бака! «Но что же я могу применить в данном случае?», - раздумывал я, раздраженно расхаживая между полками со свитками. Так, все свитки с нин, ген, тай отпадают; вытаскиваем свитки с клановыми летописями и… искусством печатей? Методы исправления и оптимизации барьеров? Ха-ха три раза. Ну хоть что-то полезное? Сомнительно, я полный ноль в фуин – в Академии его еще не преподают, и это слишком сложное искусство для того, чтобы освоить его самостоятельно – тем более, за пару часов. Времени-то у меня мало: я не знаю, сколько еще продержится защита в библиотеке – и сколько времени у меня есть до того момента, когда от Хокаге поступит предложение, от которого нельзя отказаться? В клановых летописях оказалось до обидного мало информации, а те методы, которые были описаны – были однозначно мне не по плечу. Кроме того, я сомневался, что смогу сделать схрон, который не найдут профессионалы-анбушники. Что же делать? Может, все-таки фуин? Запечатать все свитки в один и спрятать куда-нибудь? Нет, во-первых, я же даже с запечатывающими свитками еще не умею обращаться, во-вторых, все так же остается риск, что его найдут, и, в-третьих, если со свитком не дай ками что-то случится – даже банальная сырость! – библиотека пропадет к такой-то матери. К концу второго часа я под этими бумагами оказался чуть ли не погребен, но решения все так же не находилось. И ками, как же неудобно с этими старыми, рассыпающимися в прах, длинными свитками обращаться! Как же я скучаю по книгам из жизни моего предыдущего перерождения, про интернет вообще молчу! Мельком просматривая кипу работ по фуиндзюцу, я обратил внимание на пару полуистлевших, но, по виду, очень ценных свитков. Может ли быть там что-то подходящее? Аккуратно развернув первый из них, я едва смог сдержать восхищение – это свиток призыва! Вот, что мне нужно! Это ведь идеальное решение – просто отправить библиотеку в иной мир, и тогда никто, кроме тебя, не будет иметь к ней доступ! Но, ксо, на призыв нужно много чакры – а я и так ее изрядно потратил сегодня, сливая в накопители. Вот же дилемма: мне нужно тратить чакру на поддержание барьера, из-за чего я не могу применить призыв, а, не имея призыва, поддерживать барьер бесполезно – он все равно рано или поздно падет! Это всего лишь отсрочка неизбежного конца! Можно, конечно, рискнуть и выполнить призыв с неполным резервом, но к чему это может привести? Чакроистощение – очень страшная штука, ведь именно чакра поддерживает жизнедеятельность любого организма в нашем мире. Те же биджу – ни тела у них нет, ни мозгов, а живучие, даже бессмертные твари – ибо состоят полностью из чакры. К тому же, есть риск того, что я не сразу выполню технику правильно: в этом случае я либо попросту потрачу впустую прорву чакры, либо же, в худшем случае, сорвавшаяся техника принесет мне вред вплоть до разрыва чакроканалов. Но… Когда возможность так близко – как я могу не попытаться? Подумав немного, я решил сгонять за родительским «набором для шиноби» - так должны быть чакростимуляторы от Акимичи и восстанавливающие пилюли. В аптеке мне такое не продадут – «не генин же»! Вернувшись в библиотеку, я осторожно прихватил оба свитка и забрал их с собой в зал для совещаний – в библиотеке, при поднятых барьерах, создающих возмущения чакры, призыв не осуществишь – а если и призовешь кого сущим чудом, бедное животное мигом загнется. Ибо диссонанс чакры. В совещательном зале подобных требований не было, ибо барьеры работали совершенно по другому принципу и были очень простыми и очень прочными, по типу «никого не впускай – никого не выпускай». Что и логично: при общем сборе все, кто должен присутствовать, уже находятся в помещении, а снаружи их могут потревожить разве что враги – свои не будут мешать собранию, и подобные изощрения и излишества с «проверками чакры» не нужны. Тем не менее, некоторые пространственные техники – а именно, призыв и еще парочка клановых – в таком барьере вполне осуществимы, ибо враг все равно не имеет возможности их применить, и поэтому усложнять фуин нет смысла. По крайней мере, такое объяснение я прочел в одном из свитков по теме. Так что, расположившись на полу со свитком и всеми необходимыми пилюлями в доступной близости, я начал решать: а кого вообще призывать? Было, собственно, лишь два варианта: кошки и вороны. Вороний призыв был у Итачи, что уже было жирным минусом – я не хотел давать ему доступа к библиотеке. Не то, чтобы он что-то из здешней мудрости не успел почерпнуть, но я не мог быть уверенным, как он распорядится этим имуществом. К тому же, во мне поднималось иррациональное отвращение при мысли о том, что придется расписываться сразу под его именем. Как будто я ни на что, кроме жалкого подражательства, не способен. Нет уж! Но и у кошек тоже был один большой и жирный минус: они разорвали с нами все отношения. Не знаю, что являлось причиной для ссоры, и насколько сильно они обиделись – но уже несколько поколений Учихи их не призывали. Я слышал о некоей гражданской ветви семьи в одной из провинций – они, вроде бы, до сих пор контракты с ними заключали. Глупые слухи – шиноби бы быстро отобрали у слабых гражданских любой контракт, такие вещи слишком ценятся! «Что ж», - глубоко вздохнул я, - «выбора у меня все равно нет». И решил попытать счастья с кошками. Руки немного тряслись, когда я начал гнуть печати, так что я попытался выполнить пару упражнений из дыхательной гимнастики, чтобы успокоиться. Успокоительное принимать не хотелось – я не настолько низко пал; но вот на стимуляторы и чакровосстанавливающие пилюли я смотрел с интересом. Тем не менее, на данный момент я решил проявить осторожность – подобные эксперименты опасны для здоровья, и я не хочу закончить карьеру шиноби в семилетнем возрасте. Так что, сосредоточившись, я стал складывать печати, аккуратно подавая чакру – к счастью, у меня уже был опыт применения техник: несколько академических дзюцу и Малый Огненный шар, которому меня научил отец. Должно получиться. Первый раз чакра бухнула в пустоту. Я скривил губы в досаде и выругался – половины резерва как не бывало. Руки сами потянулись к пилюлям – полчаса спустя я попробовал снова. Потом – еще раз. И еще. Пилюль у меня было много, дури – тоже. Перед глазами уже все плыло, когда раздался хлопок и странный мяукающий голос: - Ты призвал меня, челоняк! Мрряу?! Эти Учихи совсем обняглели, сказаня же было… Что именно и кем было сказано, я уже не услышал – перед глазами стояла черная пелена, и вскоре я потерял сознание. Видимо, догнал меня приход из-за чакроистощения. Пришел я в чувство от удара когтистой лапой по щеке, и сразу же дернулся в сторону, уходя от атаки. Потом открыл глаза и присмотрелся. Передо мной был, несомненно, кот – ну, или кошка. В общем, некий представитель семейства кошачьих – пушистое, полосатое создание, раздраженно мотающее хвостом и сурово на меня глядящее светящимися зелеными глазищами. Получилось! У меня получилось! Но не успел я справиться с нахлынувшими на меня чувствами облегчения и изумления, или хотя бы поздороваться с призывным зверем, как котяра начал гневный спич, стремительно напирая на меня: - Какая няглость, Учиха! Нярмальные шиняби делятся с призывами чакрой, а ня забирают ее! – возмущенно промяукал он, продолжая распекать мою глупость, безответственность, и прочее по списку – я только и успел поднять ладони в защитном жесте и пискнуть: «Простите!». Кот сурово поглядел на меня, а я лихорадочно раздумывал о том, как я вообще мог забрать у призыва чакру? Разве это вообще возможно? Сбой в фуин? Я неправильно выполнил технику? Мы все умрем? - Я ня смог выйти, и пришлось самому лечить тебя! – А, всего лишь ирьедзюцу. Можно дышать. Да, я что-то такое слышал: учитывая, что даже обычных кошек иногда подкладывают в качестве грелок больным ради их быстрейшего выздоровления, то чакрокошки должны быть еще полезнее. Целебная сила мурлыканья, все такое. Встрепенувшись от своих мыслей, я решил улучить момент для знакомства, вклинившись в его монолог. - Я - Учиха Саске. Рад знакомству с вами, достопочтенный кот-сан, - по-военному коротко представился я, судорожно и довольно-таки безуспешно вспоминая уроки этикета: я, разумеется, гений и все старательно учил – но эту неудобоваримую лабуду никто не способен вынести, а родители особо и не напирали – жалели мою детскую психику. - Я Тэру, - важно напыжился ниндзя-кот, - А для тебя – Тэру-сама! Я посмотрел на него с глубокой благодарностью – только сейчас я понял, как мне, по сути, повезло, что я не призвал себе вполне определенного зверя: Полного Полярного Песца. И то, что техника увенчалась удачей, и то, что призывной зверь оказался дружелюбно настроен – оказалось сущим везением, от моих усилий не зависящим. Более того, это был неоправданный риск – я же знал о напряженности между кланом и кошачьем племенем. Какой же я безответственный, недальновидный, импульсивный дурень! Призванный мной кот мог ведь просто дождаться, пока я умру – и тогда его просто выкинуло бы в его мир. Но он спас мне жизнь, хотя у него и не было причин это делать. - Я… я благодарен вам за спасение моей жизни, Тэру-сама, - искренне ответил я, все еще ошарашенный из-за осознания возможных перспектив, и глубоко поклонился. У меня теперь серьезный долг перед ним. В ответ кот лишь фыркнул, продолжая прожигать меня зелеными глазищами. - Глупый котеняк, тебе не объясняли, что мя разорвали контракт? И где остальные? – резко спросил он, мотнув головой. - Мертвы, - только и смог ответить я. На кошачьей мордочке отразилось удивление. – Брат убил, - решил пояснить я. Теперь котэ выглядело шокированным. - Мряя? - Три недели назад. Я был в коме из-за гендзюцу. Недавно пришел в себя, - коротко объяснил я. Все равно как-то увиливать и скрывать это смысла не было – все равно ведь узнает. - И я прошу кошачье племя сохранить у себя библиотеку клана Учиха, - бухнулся я на колени в глубоком поклоне, решив ковать железо, пока горячо. - Мрряу, - непонятно ответил ниндзя-кот; интонации у него были какие-то озадаченные, так что я поднял на него вопросительный взгляд. - Мрряу… Ну, я не могу принять это решение, у мяня нят таких полнямочий… - Просто заберите библиотеку в свой мир, - предложил я. – А там уже и решите, стоит ли со мной сотрудничать. Я готов пойти на риск того, что вы ее не вернете – здесь она и так и так пропадет, - пояснил я. - Ладня, я сделаю это, но сильня ня нядейся! - фыркнул он, - Ня, это сложняя проблемя. Если ня осталось Учих, есть ли смысл в ссоре? Если даже някто ня зняет ее причин... - задумчиво пробормотал кот, а я затаил дыхание. Кот, кажется, ушел глубоко в раздумья. - Ты точно ня зняешь? – внезапно обратился он ко мне, подозрительно прищурившись. Я помотал головой и принял кристально честный вид – кроме того, я действительно ничего не знал об истоках конфликта. Кот не сводил с меня глаз. - Учихи украли у вас технику Кошачьих глазок? – внезапно ляпнул я, когда нервное напряжение стало совсем уж невыносимым. Котяра озадаченно мигнул, переспросив: - Технику Кошачьих глазок? Я показал. И впервые за обе жизни увидел кота, катающегося по полу от смеха. - Техника Кошачьих глазок, мррряя-ха-ха! Кошачьих глазок, мряяу! Пфффррр! – отфыркивался и дрожал от смеха кот, и неожиданно поднял на меня глаза, воскликнув, - А ты мня нрявишься, ребяняк! Давай сюда свои свитки! Считай контракт со мняй заключенным! Вот так библиотека клана и была спасена. Когда на следующий день меня вызвали к Хокаге, я пришел к нему в самом благостном расположении духа. Все мне казалось прекрасным и замечательным: длинная лестница – чудесной тренировкой выносливости, Хокаге - милейшим стариком, - и трубка у него забавная, я себе тоже такую хочу! Кстати, меня ведь даже в честь какого-то там его предка назвали, вы знали? – и даже такой накуренный кабинет, что на потолке могли удержаться только самые сильные АНБУ (ибо мухи давно отвалились), казался подернут ореолом таинственности. После долгих словесных вступлений и выражений глубокого соболезнования, Хокаге приступил к интересующему его вопросу: - Саске-кун, я предполагаю, что охранные печати на библиотеке могут выдохнуться. Если тебе понадобится помощь с защитой знаний клана, ты всегда можешь обратиться к Конохе – мы можем предоставить место в хранилище, где свитки будут в безопасности под охраной лучших специалистов. - Но, Хокаге-сама! – воскликнул я со слезами во взгляде и праведным гневом в голосе, - В библиотеке не осталось ничего, кроме голых стен! Подлый предатель все выкрал! Выражение лица Сарутоби было бесценно.