Дрожь

Когда вся его жизнь пошла по пизде? В тот момент, когда его старший брат ушёл на войну и не вернулся, или когда мать повесилась от горя? А может, когда отец начал пить и бить единственного, оставшегося в живых, члена семьи? Он не понимает, чем провинился. Что сделал такого, чтобы родной отец так его возненавидел. В то время, пока он был жив, то часто говорил, что лучше бы Филиппа тогда загрызли волки. Ему было десять, когда его утащили прямо с качелей во дворе в лес. Он плохо помнит, что тогда происходило, но точно знает, что хотел умереть. Он даже не сопротивлялся. Он хотел этого. Хотел, чтобы его загрызли. Мальчишка просто лежал, не издавая ни писка. Волки драли на нём одежду, их тощие, впалые бока подрагивали от напряжения и ожидания. Звери рычали друг на друга, разрывая мягкие ткани. Белый снег вокруг был залит яркой алой кровью, в воздухе читал стойкий металлический запах. Неожиданно от деревьев отдалился силуэт ещё одного волка. Его золотистые глаза заворожили Филиппа. Волк двигался плавно, пружинисто уступая по снегу. Уши прижаты к голове, а нос дергается, принюхиваясь. Того, что произошло далее он до сих пор не мог объяснить. Волк зарычал на остальных, и тем пришлось отступить. Значит, его сейчас убьют. Мальчонка не открывал больших глаз от ярких глаз хищника. Он будто насквозь видел парнишку сейчас. Филипп закрыл глаза, ожидая смерти. Силы уже покидали его, и сознание понемногу меркло. Уже на грани, он чувствует, как что-то тёплое утыкается в его руку и чувствует влажный язык на своей ладони. После, уже в бреду, он чувствует, будто его несут. Выносят из леса. Но… Это же невозможно, не так ли? Прошло уже восемь лет. За это время изменилось очень многое. Его семья мертва, его дядя выкинул его по достижении восемнадцати лет. И единственное, что ему осталось — старый полуразрушенный дом на границе с лесом. Раньше, зимой, он часто приходил сюда и сидел на качелях, наблюдая за своим волком. Да, именно своим. Он знал, что именно этот чёрный желтоглазый волк спас его. Просто знал. Каждый раз он подходил чуть ближе, но зверь скрывался и убегал, как только расстояние оказывалось слишком мало. Сегодня Филипп снова возвращался ни с чем. Никто не хотел брать на работу беспризорника без образования. А его дурная слава не давала найти даже самую простенькую работу. Хотелось забыть в отчаянии. Неужели, всё так и будет? Неужели ему так и придётся жить в разрушенном доме? Воровать, чтобы просто выжить. Он сидит в доме, пытаясь придумать, что делать дальше, как слышит какой-то грохот. Парень выскакивает на улицу, замечая на крыльце волка. Его волка в крови. — Чш, малыш, потерпи. Кто же тебя так? — Он знает, что разговаривает сейчас сам с собой, но не может молчать. Ведь именно он тогда спас ему жизнь. Он запускает руки в мягкую, чёрную шерсть, пытаясь отвлечь скулящее животное. Затаскивает на веранду перед дверью и забегает в дом за тряпками, чтобы остановить кровь. Вот только когда он возвращается, то его глазам предстаёт совершенно другая картина, нежели была буквально пару минут назад. Прямо на полу, в луже крови, свернувшись клубом и зажимая рукой большую рваную рану от подбородка до левой ключицы, лежит раздетый парень. — Эй, ты кто? — Спрашивает парнишка и зависает, когда парень смотрит на него теми самыми золотыми глазами. Он догадывался. Он всегда догадывался, что с этими волками что-то не так. Они были… Другими. Они совсем отличались от обычных. И теперь он убедился. — Чёрт. Держись. Держись, не смей умирать. — Он подскакивает к лежащему на полу парню и прижимает к ране принесённые тряпки. Спустя время приходит осознание, что это не поможет. Ткань уже насквозь пропиталась кровью, а та и не думает останавливаться, от каждого движения волка, нет, парня, кажется, начиная вытекать с новой силой. В голову приходит только одно. Нужно срочно ехать в больницу. Осталось придумать, как это сделать. «Нужно вызывать скорую» — думает Филипп, а пальцы уже набирают 911.

***

Филипп не сводит взгляда с парня на кушетке. Его не хотели пускать, но парнишка уговорил врачей позволить ему остаться. И теперь ждал, когда очнётся его неизвестный посетитель. — Шёл бы ты домой, мальчик. — В палату заглядывает медсестра, принимавшая их. — Ему дали сильное снотворное и раньше утра он точно не придёт в себя. — Тогда я посижу здесь до утра. Мне спешить некуда. — Он ненадолго поворачивается к женщине, и снова возвращает взгляд на парня. — Ну ладно… А… Как он получил ранение? — Спрашивает Сани, как бы невзначай, поправляя капельницу. — В лесу охота на волков. В него кто-то попал. — Не надо мне вешать лапшу на уши. Он же сделал это сам. — С чего вы это взяли? Женщина небрежно выворачивает руки парня на койке запястьями вверх. От локтя и до кисти на обеих руках идут толстые линии шрамов. — Это было давно. Он не пытался убить себя. — Твёрдо проговаривает Филипп, смотря на женщину. — Хорошо, пусть так. Но ты же понимаешь, что мы должны будем сообщить в полицию? — Да. Как только она выходит, парень на кровати открывает глаза. — Привет? А… Ты кто? — Спрашивает он, и всё былое очарование просто сходит на нет. — Вообще-то я тебе жизнь спас. — У тебя знакомый запах. — Он приподнимается, будто бы принюхиваясь к воздуху. — Ох… Прости. Я не сразу понимаю, после того, как… Побываю там. — Волком. — Продолжает за него Берчелль. — Да. Я Джереми. А ты… — Он пытается вспомнить имя. — Филипп, верно? — Да. — Отвечает мальчишка. — Как ты? — Лучше всех. А теперь нам нужно сваливать. — Почему? Вместо ответа Джереми тянется к бинтам, закрепляющим шов, и отрывает. На месте разреза еле заметная розовая полоска. — Пока кровь шла, она не могла затянуться. После того, как зашили, оно затянулось. Так что… Спасибо. Ты спас мне жизнь. А теперь… Мне нужна одежда. Хорошо, хоть лето. — Ну… — Филипп не знает, как сказать Джереми, что сейчас конец ноября. — Нет. Сегодня двадцать первое ноября. — Но как? Видимо, ранение спровоцировало обращение. — Сам себе отвечает оборотень. В это время в палату заглядывает медбрат. Джереми снова притворяется спящим, а Филипп просит какую-нибудь одежду. Ведь его вся в крови. Мужчина приносит комплект больничной одежды и стоит, наблюдая. — Можно я переоденусь, пока он спит? С ухмылкой тот выходит, прикрывая дверь, а мальчишка бросает одежду в оборотня. Дело за малым. Выбраться из больницы.