Настоящий охотник 2

      Через час после смерти советника Келли. Карета экстренной помощи неслась в ближайшее отделение неотложки. Внутри пристёгнутый к носилкам лежал Гарретт, пытающийся сквозь кислородную маску докричаться до медика, который назойливо слепил его, проверяя реакцию зрачков. Голоса он слышал размыто, как из-под воды. Затем холл госпиталя, крики медсестёр и медбратьев, а в лифте он потерял сознание.       – Гарретт, полгода назад я поставил тебе диагноз компрессионный перелом позвонка. Категорически советовал сменить место и тип работы на более спокойные. Предупредил, что тот момент, когда ты сядешь в инвалидное кресло, лишь вопрос времени.       Говоря это, врач, чей опыт отразился в седине, обошёл кровать, в которой лежал Миллер, и приблизился к окну, с сожалением в глазах окинув пасмурное небо.       – Гарретт, немногим судьба даёт второй шанс, но необходимо понять - ты не бессмертен. Пока ты перестал чувствовать ноги на пару часов, но это уже дало осложнение. Перестань подвергать себя опасностям.       – Поставьте меня на ноги, – с расстановкой произнёс Гарретт, уже чувствуя давление больничного одеяла на пальцы ног.       Доктор лишь тяжело выдохнул.

***

      Зал ожидания больничного крыла. Медсестра выкатила Гарретта в инвалидной коляске и удалилась. Не говоря ни слова, он буравил пол своим фирменным отстранённым взглядом. Солнце уже давно село, поэтому помещение наполнял лишь холодный люминесцентный свет. Ребята расположились на разных рядах кресел. Кайли то и дело выходила покурить. Эдуардо нервно перебирал чётки с распятием и что-то шептал. Роланд пытался осмыслить всё, что с ними произошло в квартире бывшего начальника безопасности мэра.       Настоящий демон. Настоящий убийца. Они могли умереть по-настоящему. Охотясь за Келли, они сами стали жертвой. Связанные и беспомощные. На волосок от смерти. Роланд взглянул на Ривера. Всё это время он воспринимал паранормальное как научно-обоснованную часть мира. Но там ему пришлось увидеть истинную силу веры. То, как тьма отступила перед послушником протестантской церкви, поразило Джексона. Это уже нельзя было объяснить наукой, она не может дать определение святости, измерить веру, опровергнуть демона, которого он видел собственными глазами.       Увидев друзей, Гарретт вспомнил свои мысли в момент, когда комнату охватил огонь. Он столько раз спасал людей из пожаров, утешал оставшихся под завалами, пока тех не освобождали, ходил по острию ножа, пережил взрыв мэрии. Но только в тот момент, впервые после взрыва, он по-настоящему боялся. Это был страх. Страх при осознании человеком своей беспомощности. Всё это время он жил виной перед своими погибшими коллегами, но теперь Гарретт понял, что совсем не бессмертен и ему есть, что терять.       Ривера молился пастырю своему, Господу Богу. До этого момента религия могла ответить практически на все его вопросы. Но убийство советника Келли... Был ли другой выход спасти его душу, погрязшую во тьме. Призыв демона в наш мир, серийные убийства с целью обвинить другого, пусть даже во имя великой цели. Ведь самыми благими намерениями выстлана дорога в ад.       – Я планировал отказаться от грязных денег, обещанных советником, – нарушил тишину Гарретт. – Но поймите, это поможет мне встать на ноги. В прямом смысле.       – Гарретт, тебе не одному нужны эти деньги, – быстро вставил Роланд. – Мне, например, нужно оплачивать учёбу.       – Нужт'ы храма...       – На частных расследованиях много не заработать, – Кайли флегматично развела руки.       В коридоре послышались шаги тяжёлых полицейских ботинок. Ребята одновременно обернулись. Венкман и Уинстон. Спенглера с ними не было.       – Как вы, детишки? – бросил Зеддмор.       – Вы молодцы!       – А где детектив Спенглер? – тут же выпалила Кайли.       Венкман подошёл к Гарретту и протянул руку. В этом рукопожатии было всё. И знак уважения. И извинение за недоверие и рассечённую щеку.       – Ну... – Питер почесал затылок свободной рукой и взглянул куда-то в угол. – Когда вас выводили из здания, я видел фургон с надписью ФБР...       – Серьёзно? – ухмыльнулся Уинстон. – Тогда с ним всё в порядке. Скорее всего, тесная работа с ФБР.       – В поте лица, – вставил Венкман и залился смехом. – Как ты, здоровяк?       – Ещё пару часов и снова начну ходить, – улыбнулся Гарретт.       – В общем, завтра с утра Макшейн выступает перед мэрией. Толкнёт речь в вашу честь. Будет награждение и много шампанского. Нет, серьёзно, – Зеддмор поднял палец, – вы большие молодцы. Спенглер видел потенциал в каждом из вас... Но что, чёрт побери, там произошло?       – Вообще нам просто очень повезло, – начала Кайли.       – Келли, – продолжил Роланд. – Он давно всё это придумал. Вы не поверите, если мы вам расскажем.       – У Макшейна есть камень удачи, – заявил Гарретт.       – Он соп'ирается поп'едит'ь на выб'орах и деп'ортировать всех "неамерикант'сев".       – Келли же хотел помешать ему. Для этого он призвал демона, который убивал людей, чтобы накопить энергию, способную убить Макшейна.       – Последней частью этого плана должны были стать мы. Он начертил на полу пентаграмму, которая после нашей смерти "выстрелила" бы в Макшейна.       – Но нам повезло, – Кайли уставилась в пол. – Весь мой план был лишь на предположениях, которые оказались верны. Ауресу – демон, которого призвал Келли, – не нравилось работать из-под палки. Практически, Келли заставлял его работать на себя. А демоны такое не любят прощать.       – Но самое интересное, – поднял палец Роланд. – Это сила отца Ривера!       Эдуардо устало закрыл глаза и надавил на переносицу. Он уже не видел смысла поправлять кого-то, когда его называли "отцом", "святым отцом", "священником", "падре". Он ещё не заслужил этот сан.       – Его вера разрушительно действует на всё, что создано тьмой, – закончил Джексон.       – Я предположила, что когда он будет читать святое писание, Аурес ослабнет. Как тогда в церкви. Ковровая дорожка выгорела, потому что он появился в святом месте. Это он сам горел. Поэтому пуля, которую вы выпустили в него, заставила его отступить.       – Но то, что за всем стоял советник, стало сюрпризом для всех, – снова начал Роланд. – Ведь мы видели то тело, в его квартире. Сейчас я предполагаю, что Аурес каким-то образом телепортировался с ним из его квартиры. Ведь советник не мог незаметно вынести полковника Холтона. Именно поэтому там было столько чёрной эктоплазмы.       – Погоди, – перебил его Зеддмор. – То есть мэр, используя камень удачи, баллотируется в губернаторы, а затем пронесёт закон о депортации эмигрантов?       – Берите выше, – заметил Миллер. – В президенты.       – И вы собираетесь его остановить? – озадаченно спросил Венкман.       – Да, но все доказательства преступлений советника Келли, планов Макшейна сгорели, – сокрушённо произнесла Кайли.       – Мы поможем вам разобраться с мэром, – пообещал Зеддмор. – Пусть даже я не представляю, как бороться с любимцем фортуны. А с Келли всё ясно. Главное, чтобы Бафомет больше никого не убил.

***

      Вспышка близко подошедшего фотографа ослепила Гарретта, он сморщился и отвернулся. Справа от него Кайли недоверчивым взглядом окидывала людей, собравшихся у здания мэрии, чтобы послушать хвалебную речь Макшейна. Дальше Эдуардо теребил в руках распятие и, глядя на него, шептал молитвы. Смущённый таким вниманием Роланд неловко улыбался и кивал периодическим аплодисментам.       Стоя за кафедрой, мэр благодарил разношёрстную четвёрку, стоявшую в одной шеренге позади него.       – Дорогие Ньюйоркцы, позвольте от лица нашего города поблагодарить героев, остановивших сошедшего с ума советника Келли, виновного в череде убийств наших с вами сограждан. Совершившего преступления на почве ненависти, нетерпимости к нашим друзьям - мексиканцам.       Гарретт дёрнулся и тихо проговорил, стараясь не шевелить губами:       – Вы слышали? Он умудрился свалить всё на Келли, при этом ещё больше укрепив свои позиции среди избирателей-иммигрантов.       – Мы должны остановить его, – прошептала Кайли.       – ... получат звание почётного гражданина города! За проявленный героизм я обещаю позаботиться о реабилитации Гарретта Миллера, выделить грант на обучение мистера Джексона, пожертвование церкви Святого Антония, в которой трудится святой отец Ривера, допустить мисс Гриффин к городским архивам.       – А кто-нибудь знает, где всё-таки Спенглер? – подал голос Джексон.       – Надеюсь, с ним сейчас не происходит ничего плохого, – кивнул Гарретт.       Мэр закончил речь, взял красные коробочки, которые ему подал помощник, и направился к ребятам. В коробочках лежали золотые медали на верёвочках из звёздно-полосатого флага, которые Макшейн повесил на шеи ребят.       Когда официальная часть закончилась, четвёрку охотников повели в кабинет мэра. Макшейн последним вошёл в кабинет, убедившись, что за дверью никого нет. По-отечески улыбнувшись, он прошёл мимо ребят, сидевших напротив его стола и сел перед ними.       – Никакого Сатаны в итоге не оказалось, – источая отцовское тепло и заботу, начал он. – Виноват был человек, как и подозревала гениальная мисс Гриффин. Поэтому в существовании отдела "экстремальных охотников" под началом детектива Спенглера, к счастью, нет необходимости. С удовольствием сообщаю, что дальше вы вернётесь к своим прежним жизням, чтобы забыть весь тот ужас, который вас заставил пережить советник Келли. Моя служба безопасности будет следить за тем, чтобы у вас в дальнейшем не возникло никаких проблем.       Все четверо молча смотрели на улыбающегося мэра. Обе стороны понимали, какую опасность представляют друг для друга.       Макшейн взглянул на часы, встал из-за стола и направился к выходу:       – Заберите конверты с вознаграждением у меня на столе и не забудьте закрыть за собой дверь.       Когда он вышел, ребята переглянулись.       – Здорово, теперь мы вне закона, – рассмеялся Гарретт.       – Не совсем так, Макшейн ясно дал понять, что проблемы у нас будут в случае, если мы снова попытаемся работать вместе. Тогда нас можно будет обвинить в попытке переворота. Убрать нас сразу после того, что мы сделали, у него не получится. Хотя с камнем удачи...       – Кстати, что со Спенглером? – спросил Роланд.       – Думаю, ничего плохого, – отрезала Кайли. – У нас есть несколько минут, чтобы разработать план действия на следующие месяцы.       – Как нам встречаться, чтобы не вызывать подозрения? – задал теперь уже правильный вопрос Роланд.       – У меня есть идея, – Гарретт обратил на себя неподдельное внимание. – Что? Разве у меня не может быть стоящей идеи?       – Да ты даже разговариваешь только односложными предложениями, – отозвался Роланд, на что Кайли одобрительно кивнула.       – Как это? В прочем, не важно. Мы можем давать объявления. Я в какой-то книжке читал.       – По-моему, это гениально. В случае если кому-то будет, что сказать, нужно просто дать объявление в газете с указанием адреса. Чтобы не привлекать внимания, предлагаю каждому выбрать что-то одно, что он будет продавать... – предложил Роланд. – При этом нужно что-то, что явно никто в здравом уме продавать не будет.       – Точно, – Гарретт щёлкнул пальцами. – Баскетбольные мячи.       – Палладий.       – Пипидастры.       – Тс'ерковные свеч'и.       – Очень жаль, – что-то похожее на слезу появилось на лице Кайли, она достала сигарету и закурила. – Я только ко всем вам привыкла, а теперь нам нельзя видеться.       – Да, теперь нам нужно быть осторожными. Будем встречаться на съёмных квартирах в день выпуска газеты, – кивнул Роланд.       – Мы т'елаем т'оп'рое дело. Нас всех нап'равляет Г'оспот'ь на п'орьп'у с алчным злом.       – Когда всё кончится, сможем ли мы сесть за один стол и спокойно всё обсудить? – не получив ответа, Гарретт выдохнул. – Тяжёлое начинается время.       Вздохнув, все переглянулись так, будто виделись в последний раз. Первым встал и направился к выходу Миллер:       – Простите, не люблю долгих прощаний.