Последнее дело

- Бал подходит к концу. Гости начали разъезжаться, - мрачно сказал Игнатов. – Неужели мы просчитались? - Не будем спешить с выводами, Павел Евграфович, - спокойно ответил ему Штольман. – У Гефеста не было и не будет другой возможности проникнуть в вашу усадьбу. И время у него на исходе – до осени осталась всего пара недель. А если осведомитель прав, в вашем доме есть нечто крайне ценное для Гефеста. - А если осведомитель ошибся? - Повторюсь, не будем спешить с выводами. Нельзя исключать вариант, что он проник в дом вместе с гостями и спрятался, дожидаясь, когда все затихнет. По окончании бала надо будет тщательно обыскать каждый закуток дома и сада. В этот момент дверь кабинета Игнатова, где собственно и происходил разговор, открылась, и в него вошел Коробейников. - Все спокойно. Мои полицейские в штатском контролируют всю территорию, но пока ничего подозрительного не заметили, - доложил он. - Павел Евграфович, вам, как хозяину, стоит спуститься вниз, к гостям. А мы с Антоном Андреевичем здесь еще побудем. Похоже, ему, как и мне, не слишком комфортно среди гостей. - Вас, Яков Платонович, замучили расспросами, почему вы без супруги? – улыбнувшись, спросил Игнатов. – Кстати, и правда, как вам удалось уговорить Анну Викторовну остаться дома, в стороне от возможно опасной операции? Учитывая ее характер, полагаю, это была крайне сложная задача. - Не поверите, но на удивление легко, - не вдаваясь в подробности, ответил Штольман. - Ну что ж, я тогда пошел, - сказал Игнатов и, бросив хитрый взгляд на Коробейников, продолжил: - Я еще с Клавдией Степановной сегодня не танцевал. Прекрасная женщина – и деловая хватка у нее выдающаяся. Мы сейчас заключаем сделку с Яковлевыми. Начинаю думать, что женитьба на Клавдии была бы самым разумным поступком в моей жизни. Коробейников посмотрел на него совершенно убийственным взглядом, на что купец только оскалился. - Вы что-то хотите сказать, Антон Андреевич? – весело осведомился Игнатов. – Нет? Ну, тогда я пошел к гостям. И вышел из кабинета. Коробейников подошел к окну и начал всматриваться в толпу на лужайке. В кабинете повисла тишина, которую неожиданно прервал Штольман. - Антон Андреевич, не повторяйте моих глупостей и ошибок, - спокойно и серьезно сказал он. Коробейников развернулся к бывшему начальнику: - Вы о чем, Яков Платонович? - Я из-за собственных предрассудков, глупых страхов и общего идиотизма едва не упустил счастье всей моей жизни. Я так долго тянул с принятием решения, что в итоге чудом не потерял Анну. Не повторяйте моих ошибок. - Яков Платонович, но вы же сами знаете, что я Клавдии Степановне не пара, - похоже, Антона Андреевича просто прорвало, и он воспользовался возможностью выговориться. – Наследница-миллионерша, управляющая огромным предприятием. И кто я? Провинциальный полицейский. Что я могу ей дать? - Счастье? – предположил Штольман. – Решать вам, Антон Андреевич, но повторюсь, не стоит копировать мои ошибки. В этот момент дверь в кабинет резко распахнулась и быстро вошел, очевидно, встревоженный Игнатов. - Господа, кажется, у нас проблема. Мне один из гостей мимоходом упомянул, что он только что встретил Анну Викторовну в саду. Штольман вскочил с кресла, в котором сидел. - Что?! – резко переспросил он. - Я специально уточнил, не перепутал ли он. Но это директор затонского реального училища. Федор Иванович очень хорошо знает Анну Викторовну и не мог ее перепутать. Тем более, по его словам, они поздоровались. Но и это еще не все. Старик сказал, что Анна Викторовна была в сопровождении некоего неизвестного мужчины. - Коробейников, - отрывисто сказал Яков, - срочно пошлите одного из своих людей к Мироновым, а мы втроем пока, не привлекая внимания, поищем Анну в доме и саду. Поиски Анны у Игнатова результатов не принесли. Посланный к Мироновым городовой вернулся спустя двадцать пять минут и у него были плохие вести. Он нашел старших Мироновых связанными в гостиной. У Виктора Ивановича кровоточила рана на голове от полученного удара, но угрозы жизни явно не было. Родители Анны рассказали, что с час назад к ним в дом пришел неизвестный вооруженный мужчина. Он обезвредил старших Мироновых, связал их и забрал Анну с собой.