Nullum mendacium

Остановившись перед входом в ресторан «Hakkasan», Сиэль вынул наушники из ушей и, спустившись вниз по лестнице, оглядел погружённое во мрак помещение. Когда же его взгляд выхватил Себастьяна, мальчик двинулся к нему, обходя чёрные лакированные перегородки. – Ну и зачем ты мне звонил? – плюхнувшись на мягкий диванчик, поинтересовался Сиэль. – Чтобы ты не возмущался по поводу того, что я не занимаюсь твоим делом, – усмехнулся Себастьян, положив на стол газету «The Times». Изогнув бровь, Сиэль взял её в руки, сосредоточенно пробежавшись глазами по заголовку, гласившему, что двадцать четвёртого апреля в Сент-Эндрюс состоится соревнование по гольфу. Не понимая, к чему клонит мужчина, мальчик опустил глаза на фото под записью, при виде которого его лицо исказилось презрением. – Бертон… Удовлетворённо кивнув, Себастьян подозвал официантку и после того, как Сиэль рассеянно заказал жасминовый чай и утиный салат, продолжил: – То, что твой отец и ваша фирма были Льюису костью в горле, сомневаться не приходится, поэтому соревнование отличный шанс проследить за ним. Сам понимаешь, что в иное время подобраться к столь крупной фигуре практически невозможно. Сиэль задумчиво кивнул, отложив газету. – Возможно, Бертона придётся убить, – спокойно сказал Себастьян, испытующе глядя на него. – Я это сделаю, – без раздумий отозвался мальчик, вертя чашку с чаем. – Ты должен быть готов к тому, что устранение таких крупных шишек не проходит просто так. Усмешка искривила губы Сиэля. Подняв сапфировые глаза, он горько сказал: – Я уже мёртв, Себастьян. Осталось утащить их за собой. – Тогда позволь мне помочь тебе в этом, – улыбнулся мужчина.

***

Ночь плотным коконом окутала небо, превращая лес в чёрный занавес, обступивший пустую дорогу с двух сторон. Сидя на открытом багажнике, Себастьян разговаривал с кем-то по телефону, узнавая отель, в котором остановился Бертон, а Сиэль задумчиво смотрел на усеянное звёздами агатовое покрывало, которое необычайно низко повисло над землёй. – У него неплохой вкус, – улыбнулся мужчина, закончив разговор. – Расскажи поподробнее, как ты стал убийцей, – ничего не ответив, неожиданно попросил мальчик, с наслаждением вдохнув воздух. – Для сказки на ночь эта довольно мрачновата. – Не думаешь же ты, что мне снятся розовые пони? – ехидно отозвался Сиэль, кутаясь в плед, чтобы согреться. Усмехнувшись, Себастьян похлопал себя по коленям. – Тогда устраивайся удобнее. Бросив на мужчину пристальный взгляд, но, всё же решив, что так ему и впрямь будет лучше, Сиэль покорно опустил голову, приготовившись слушать. – Если ты уснёшь – я обижусь, – с усмешкой предупредил Себастьян, склонившись над мальчиком, от чего пряди чёрных волос защекотали ему лицо. – Тогда постарайся, чтобы история была интересной, – в тон ему отозвался чертёнок. Иронично улыбнувшись, мужчина скользнул взглядом по фарфоровому лицу и, остановившись на васильковых глазах, неожиданно заговорил: – Когда я сбежал из дома, мне было четырнадцать. За плечами остались родители и друзья, а впереди маячила одна лишь неизвестность, что впрочем, нисколько меня не пугало. Я не мог жить, как все нормальные люди и лишь полностью освободившись от этой скучной жизни, вдохнул свободно. Тысячи лиц, неизвестные пути, огни города…– Себастьян с улыбкой провёл согнутыми пальцами по лицу Сиэля, глядя во внимательно устремлённые на него синие глаза. – Тогда весь мир лежал у моих ног. – И долго ты так путешествовал? – Около месяца, – после раздумий отозвался Себастьян, – а потом я забрёл в Лондон, где и началась моя новая жизнь в качестве убийцы. Тогда ночью, свернув в район Камден Таун, из приоткрытой двери «Jazz Café» я услышал прекрасную музыку, и движимый любопытством ловко проскользнул мимо охраны, присев за дальний столик. Стоит ли говорить, что я впал в настоящий плен и даже тогда, когда все посетители разбрелись, продолжал сидеть на месте, наблюдая за сборами музыкантов. Вишнёвые глаза внимательно устремились на затаившего дыхания Сиэля. – Ты ещё не хочешь спать? – ироничная улыбка тронула губы. – Нет, – упрямо отозвался слушатель, – продолжай. Не сумев подавить смешка, Себастьян внимательно взглянул на мальчика, глаза которого предательски выдавали нетерпение, неожиданно с тихим смехом оттянув его щёчку, за что сразу получил шлепок по руке. – Прекрати дурачиться и рассказывай дальше! Мужчина вздохнул. – За мой столик подсел хозяин кафе и после ничего не значившего разговора недвусмысленно намекнул о прибыльной работёнке. К тому времени деньги в моём кошельке значительно поубавились, поэтому я всерьёз заинтересовался его предложением. Конечно, навыков мне не хватало, но словно сам Дьявол выбрал меня для этой работы. – Себастьян с улыбкой приложил руку к сердцу, – я монстр, заключённый в эту оболочку, притягивающую людей, словно магнитом, и тогда я умело этим пользовался, усыпляя бдительность. – Что-то мне это напоминает, – проворчал Сиэль, неуютно поёрзав. – Конечно, – Себастьян с улыбкой наблюдал за ним, – я же говорил, что мы похожи. – И что было дальше? – Позже мне пришлось познакомиться с тем, что такое групповая работа, хотя не скажу, что я был этому рад. Из нас формировали убийц, мощное оружие в умелых руках, к тому же очень выгодное – один труп был равен ста фунтам. Сиэль с усмешкой вздёрнул брови, ехидно поинтересовавшись: – Так значит, человеческая жизнь стоит дороже? – Дороже чем сто фунтов, – усмехнулся Себастьян, и эта усмешка во тьме, освещаемая лишь неярким светом, показалась мальчику оскалом демона, однако он поспешил прогнать прочь эти глупые мысли. – Ну а сказку о том, как я терял в перестрелках друзей, расскажу тебе как-нибудь потом. – У тебя были друзья? – скептически поинтересовался мальчик. – Ну, друзья это громко сказано. Первый наш урок состоял в том, чтобы ни к кому не привязываться, потому что это начисто отрубает мозги. Так что, Сиэль, если ты хочешь выжить в мире, куда попал, избегай подобной слабости. Мальчик впился в лицо Себастьяна испытующе-внимательным взглядом, но видя лишь привычную насмешливость и равнодушие, опустил глаза, мрачно сказав: – Мы люди, Себастьян. Вот в чём наша великая слабость. Чёрные брови удивлённо взметнулись вверх, но мужчина решил не акцентировать на сказанной фразе внимания. – Согласен. Кстати, – руки откинули плед, слегка задрав футболку опешившего Сиэля, ошарашено расширившего глаза. – Откуда у тебя эти шрамы? – Какая разница? – опомнившись, раздражённо отозвался мальчик, пытаясь натянуть плед обратно. – Сегодня у нас с тобой ночь откровений. Бросив на Себастьяна холодный взгляд, Сиэль выпрямился, сухо проговорив: – В детдоме тоже идёт вечная борьба за жизнь. – Ясно. Наверное, мне не стоило затрагивать эту тему. – Вот только не нужно меня жалеть, – поморщился Сиэль, – жалости заслуживают только слабые люди, а я не отношусь к их числу. Скользнув по мальчику взглядом, Себастьян не сдержал улыбки. Хрупкое существо, преданное Богом и людьми, вместо того, чтобы сломаться, упорно продолжает борьбу против целого мира. Воистину, восхитительное создание. – Однако твои щёчки просто изумительны.

***

Надев белые брюки-слаксы и рубашку поло, Себастьян повесил на плечо сумок для клюшек, дожидаясь Сиэля. Когда же мальчик, наконец, соизволил явиться, заменив брюки белыми шортами, они отправились на поле для гольфа. – Как мы его найдём? – поинтересовался Сиэль, оглядывая игроков, которых, во многом благодаря предстоящему соревнованию, было не мало. – Вон он, – Себастьян указал на мужчину лет сорока, выбирающего клюшку. – Всё запомнил? – Знаешь, у тебя дурацкая манера задавать глупые вопросы, – раздражённо отозвался Сиэль, исподлобья глядя на Бертона, не подозревающего, что сейчас его испепеляют взглядом зелёные глаза. – Тогда вперёд, злюка. Испытывая желание метнуть в Себастьяна клюшку, мальчик принял от него сумку, двинувшись следом. – Сегодня прекрасная погода, не правда ли? – беззаботно поинтересовался мужчина, останавливаясь около Бертона. Обернувшись, бизнесмен холодно оглядел улыбающегося Себастьяна из-под густых бровей, подсчитывая, сколько стоит то, что на нём надето. Не прошло и минуты, как взгляд блекло-голубых глаз потеплел, а губы тронула улыбка. – Да, что не говори, а солнце Великобританию радует не часто. – Джонатан Харрис, – улыбнулся Себастьян, протянув руку. – А это мой кедди – Филип Кук. – Льюис Бертон, – мужчина ответил на рукопожатие и, взглянув на мальчика, улыбнулся. Зелёные глаза, до этого пронзающие его взглядом, чуть сощурились из-за ответной фальшивой улыбки. – И давно вы играете в гольф, мистер Харрис? – О, сколько себя помню, – с самым невинным и очаровательным выражение лица отозвался Себастьян. Слушая в пол уха, как мужчины обсуждают знаменитый гольф на Луне и серебряную клюшку, Сиэль воровато огляделся и, выждав момент, подобрался к сумке Бертона, выудив оттуда ключи от номера. – Как успехи? – с насмешливой улыбкой полюбопытствовал Себастьян, забирая у Сиэля сумку для клюшек, когда они отошли на приличное расстояние. – Вот, – мальчик протянул ему слепок ключей. – Думаешь, он меня не узнал? – Сомневаюсь. В последний раз он видел тебя лет в семь, к тому же ты в линзах. – Я слышал, ты о чём-то с ним договаривался. – Верно, – Себастьян с улыбкой покосился на маленького шпиона, – завтра Бертон куда-то уезжает и это отличный шанс пробраться к нему в номер, а послезавтра я посещу клуб гольфистов. – Он тебя пригласил? – удивлённо вскинул брови Сиэль. – Да, и что самое интересное этот клуб собирается в доме его друга, с которым, по моим сведениям, они нередко проворачивают различные дела, в том числе и убийства для устранения конкурентов, так что его проверить тоже не помешает.

***

Лучи солнца мягко преодолевали мёртвую стеклянную преграду, превращая дом, каждую комнату, в уютное пристанище весны. Солнечный зайчик изредка находил своё отражение в каком-то предмете и словно обрадовавшись, задерживался на нём подольше, но всё же скоро беспечно скользил дальше. Мирная тишина, в совокупности со светом, рождала в душе не столько покой, сколько приглушённую тоску по чему-то невозвратному, недосказанному, не сделанному… Медленно спустившись по лестнице, Сиэль собрался зайти в кухню, но так и замер на пороге, однако стоило Себастьяну отвернуться от окна и мягко улыбнувшись, протянуть к нему руки в приглашающем жесте, как мальчик сделал шаг вперёд, неспешно обняв мужчину и уткнувшись носом ему в грудь, умиротворённо закрыл глаза. – Тебе тепло? – спросил бархатный голос. – Да, – горький шёпот обжёг губы. – Почему тогда ты отстраняешься? – спросил Себастьян. – Потому что самые опасные люди это те, кому хочется довериться. Смешок обжёг макушку. Приподняв голову Сиэля за подбородок, мужчина провёл большим пальцем по его губам, припав к ним своими, и вновь ласковый вопрос скукожил душу: «Тебе тепло?» – Да, – выдохнул мальчик в губы Себастьяна, наслаждаясь умиротворением, но глухой звук выстрела, словно молот, с размаху опустившийся на хрупкий мир, заставил Сиэля потрясённо расширить глаза, однако прежде чем ужасающее осознание настигло больную душу, тонкие руки разжались, размыкая тесные объятия, а ноги подкосились так же стремительно, как алое пятно, расползающееся на животе по белой ткани лёгкого свитера. – Прости, малыш…– Себастьян напоследок впился в мертвенно-белые губы, придерживая оседающее, хрупкое тело. Резко распахнув глаза, Сиэль уставился остекленевшим взглядом в потолок, чувствуя, как неистово бьётся его сердце. Из груди вырвалось тяжёлое дыхание, а руки лихорадочно отбросили плед в сторону, пытаясь отыскать несуществующую рану. Только тогда, когда мерзкие остатки сна отпустили его, мальчик судорожно выдохнул, изнеможённо прикрыв глаза и откинув со лба мокрые волосы. «…если ты хочешь выжить в мире, куда попал, избегай подобной слабости» – всплыли в голове слова Себастьяна, искривив губы. Осторожно поднявшись, Сиэль взглянул на соседнюю кровать, где спал мужчина, и тихо уйдя в ванну, включил холодный душ, встав под него в ночной рубашке, чтобы как-то избавиться от противного чувства. Когда дыхание стало хриплым, а мысли совсем обглодали, на пороге возник сонный Себастьян. – Всё в порядке? – зевнул он. – Да, – отозвался Сиэль, выключая воду, – мне просто стало жарко. Скользнув взглядом по насквозь промокшей фигуре, которую бил озноб, мужчина сразу всё понял, и без лишних слов подхватив мальчика на руки, прихватил с собой полотенце, отправившись в комнату. Дождавшись, пока Сиэль переоденется, Себастьян протянул ему стакан тёплого молока и присев на корточки, принялся вытирать мокрые волосы. – Тебе не следует так волноваться по поводу Бертона, – старательно орудуя полотенцем, сказал мужчина. – Всё в порядке, Себастьян, – еле заметно усмехнулся Сиэль, – этот остолоп волнует меня в последнюю очередь. Вишнёвые глаза не мигая устремились на него, после чего раздался усталый вздох. – Предложение про психолога остаётся в силе. Кошмары изматывают тебя чуть ли не каждую ночь. – Сомневаюсь, что мозгокопатель мне чем-то поможет. Заглянув в сапфировые глаза, Себастьян отбросил полотенце, и сев на кровать, притянул к себе мальчика. – Ты упёртый как стадо баранов, Сиэль. Тихая усмешка была ответом. Прикрыв глаза, мальчик слегка поёрзал, нечаянно задев что-то бедром, от чего внутри всё предательски похолодело, заставив медленно отстраниться и пристально взглянуть на Себастьяна. – Что это? – Пистолет, – изогнул бровь мужчина. – Убери его. Удивлённо взглянув на Сиэля, Себастьян выполнил просьбу, после чего зарылся пальцами в пепельные волосы. – Так лучше? – Намного.

***

Проследив за тем, как Бертон садится в машину с двумя охранниками, Себастьян взглянул на Сиэля, скрестившего руки на груди, невольно усмехнувшись человеколюбию мальчика, на котором была надета довольно милая футболочка с весело подмигивающей смертью, игриво придерживающей табличку«I`m waiting for you». – Думаю, он вернётся не скоро, но если что-то пойдёт не так я дам тебе знать. Сиэль кивнул и, проследив за тем, как машина Себастьяна устремляется следом, отправился обыскивать номер. Как и ожидалась, он оказался ничуть не хуже того, в котором проживали они. Обречённо вздохнув, Сиэль принялся всё тщательно осматривать, фотографируя различные бумаги или изредка пряча их в карман. Делая очередной снимок, мальчик услышал странный звук, и резко выпрямившись, как струна, настороженно прислушался. Когда стало понятно, что кто-то старательно открывает дверь, Сиэль не сдержался от выражения, недостойного английского джентльмена, и тут же со всей возможной скоростью спрятался под двуспальную кровать. – Я в номере, – послышался мужской голос, когда дверь с тихим щелчком закрылась. Нахмурившись, Сиэль задрал футболку и, достав пистолет, притаился, прислушиваясь к каждому шагу незнакомца, который, по видимому, общался с кем-то по телефону. – Хорошо. Повисла гробовая тишина, однако сердце в груди мальчика отбивало бешеный ритм, а пальцы, сжимающие оружие, замерли в нескольких миллиметрах от спускового крючка. Неожиданный звук бьющейся посуды, словно на пол разом опрокинули стеклянный шкаф, полоснул слух, заставив Сиэля вздрогнуть и нервно сжать рукоятку. Похоже, Бертон перешёл кому-то дорогу и эти «кто-то» совсем не собираются церемониться. Воцарившаяся тишина длилась не долго. Вскоре на пол полетело всё, что можно, создавая целую симфонию звуков. Стараясь дышать бесшумно, Сиэль напряжённо ждал, но неожиданное осознание, что Себастьян вполне может позвонить ему на телефон, чтобы осведомиться о делах, заставило всё внутри предательски сжаться и, удостоверившись, что его не слышно из-за всего этого хаоса, перевернуться на спину, достав и выключив телефон. Только мальчик успел спокойно выдохнуть, как неожиданно остриё ножа пронзило матрас, замерев всего в паре миллиметров от ошарашено расширившихся глаз. Чертыхнувшись, мужчина рванул орудие на себя, после чего послышался треск ткани.

***

Выйдя из машины, Себастьян равнодушно оглядел мёртвых охранников, и, как бы между делом потрогав одного носком туфли, вынул мобильный из брюк, набрав Сиэля. Когда женский голос возвестил, что телефон выключен, мужчина изогнул бровь и попытался снова, что дало тот же результат. – У него дивная способность попадать в передряги, – вздохнул Себастьян, и напоследок бросив взгляд на два трупа, сел в машину, помчавшись к отелю под джаз, весело льющийся из динамиков.

***

Заметив, что мужчина отбросил нож и намеревается заглянуть под кровать, Сиэль сжал пистолет со всей решимостью выстрелить, но пронзительная трель телефона, разлетевшаяся по комнате неожиданно весёлой детской мелодией, заставила губы мальчика предательски дрогнуть от улыбки, чуть ли не перешедшей в смех. – Да, – отозвался голос, а руки в чёрных перчатках тем временем подобрали нож. – Нет, пока не нашёл. Хорошо. Прислушиваясь к удаляющимся шагам, Сиэль различил звук захлопывающейся двери и, выдохнув, подождал пару минут, после чего вылез из-под кровати. Оценив масштаб бедствия, мальчик собрал все нужные бумаги и, проворчав что-то по поводу зря потраченного времени, выскользнул за дверь. Сиэль сидел в ворохе бумаг, когда в номер вошёл Себастьян. – Даже непривычно видеть тебя без царапин, – иронично прокомментировал он, снимая чёрный пиджак. – Возникли осложнения? – Кто-то явился в номер и разнёс там полкомнаты, – Сиэль поднял глаза на мужчину, – он что-то искал. – Деньги. Бертон задолжал большую сумму плохим ребятам и клялся в скором времени её отдать. Сиэль не сумел подавить вздоха. Вечно всё идёт кувырком. С улыбкой взглянув на него, Себастьян приблизился к кровати и, пробежавшись глазами по бумагам, весело спросил: – Ты что, все документы у него стащил? – Откуда мне знать, что конкретно тебе нужно?! – Похоже, я могу тобой гордиться, – с наигранной важностью изрёк Себастьян. – Прослезись ещё. Мужчина с иронией взглянул на Сиэля. – Удивительно, как ты до сих пор не лопнул от злости. – Если лопаться, то рядом с тобой, чтобы задело. Заглянув в серьёзные глаза мальчика, устремлённые на него, Себастьян не выдержал и весело рассмеялся.

***

Мрачно разглядывая двухэтажный дом, размываемый пеленой дождя, Сиэль повернулся к Себастьяну, который прятал оружие в одежде. – Зачем тебе столько? – Профессия обязывает, – улыбнулся мужчина и, собираясь выйти из машины, напомнил: – когда окажешься в кабинете, дай знать. Кивнув, Сиэль проводил взглядом удаляющуюся фигуру, и негромко включив музыку, о чём-то задумался, не забывая поглядывать на время. Когда же стрелка часов остановилась на шести, мальчик вынул из бардачка пистолет и быстро устремился к задней части дома, где находилось маленькое окно, ведущее в подвал. Сломав крючок, он осторожно протиснулся внутрь, невольно поморщившись от ледяных капель, забравшихся под куртку. Путь лежал на второй этаж. Отряхнувшись, Сиэль бесшумно поднялся по деревянной лестнице, и осторожно приоткрыв дверь, быстро двинулся по коридору, информированный Себастьяном по поводу дворецкого, который в данный момент обслуживал гостей. Свернув за угол, мальчик, наконец, увидел то, что искал, и стремительно взлетев вверх по ступеням, принялся отыскивать среди комнат кабинет. Когда же Сиэлю это удалось, он отправил Себастьяну пустую sms, приступив к осмотру. Потроша очередную папку, мальчик раздражённо посмотрел время, переведя взгляд на огромное окно. То, что он там увидел, заставило его приблизиться, чтобы в лишний раз убедиться, что около дома Бертона стоит машина тех самых «плохих ребят». Понял это Сиэль по крушителю номера, разговаривающему с кем-то. Его ботинки были довольно запоминающимися. Отбросив папку, Сиэль достал пистолет и вышел из кабинета, не представляя, где ему искать Себастьяна. В доме царила мёртвая тишина, поэтому мальчик старался идти, как можно тише, прислушиваясь к каждому шороху, но когда справа послышался какой-то звук, даже не успел ничего предпринять, как тут же был схвачен. – Тшш, – прикрывая Сиэлю рот рукой, Себастьян осторожно закрыл дверь комнаты. Мальчик устало прикрыл глаза. Жив. – Похоже, они явились по его душу раньше намеченного срока, – усмехнулся мужчина, отпуская Сиэля. – Что произошло? – Я увидел подъезжающую машину и, узнав её, сразу пошёл к тебе, а всех присутствующих, то бишь четырёх человек, расстреляли из-за этих двух друзей, решивших прикарманить себе все деньги. – И теперь они их ищут? Кивок. – Нам нужно как можно скорее выбраться отсюда. С двумя пистолетами я не справлюсь против такого количества вооруженных людей, а оставлять свидетелей не в их вкусе. – А как же я? – возмутился Сиэль. – Забудь об этом, – категорично отрезал Себастьян и осторожно выглянув, констатировал: – рано или поздно наше присутствие будет раскрыто, пройти к выходу незамеченными нет возможности, потому что они разбрелись по всей территории…Значит, дорогу придётся расчищать. Пошли! Прежде чем Сиэль успел отреагировать, Себастьян крепко схватил его за руку и, кажется, обернувшись, что-то строго наказал про отставание, но мальчик не расслышал из-за мгновенного выстрела, который поразил поднимающегося по лестнице мужчину, схватившегося за пистолет. – Чёрт, теперь не избежать шумихи... – злобно поговорил Себастьян, слегка стиснув пальцы Сиэля, мол, всё будет хорошо. Мальчик ответно сжал его руку, уловив промелькнувшую улыбку. Когда они подбежали к лестнице, оказалось, что слова были абсолютно верными – двое мужчин, увидевшие виновников, тут же похватались за оружие, но Себастьян, готовый к такому повороту событий, оказался быстрее, выстрелив им грудь. – Живо, пока другие не сбежались, – поторопил он Сиэля, вновь сплетая свои пальцы с его. Где-то неподалёку уже слышались быстрые шаги, приближающиеся к лестнице, но они успели вовремя свернуть в коридор, преодолевая его со всей возможной скоростью. – Тихо, – Себастьян резко остановился и, притянув к себе Сиэля, выглянул из-за поворота. Как и следовало ожидать, в гостиной, где находился выход, обнаружилось три человека, причём одного из них мужчина узнал, невольно нахмурившись. – Похоже, у нас серьёзные проблемы, малыш. – Прекрати называть меня так. – Я рад, что это волнует тебя в первую очередь, – обернувшись, улыбнулся Себастьян, но решив, что на шутки времени нет, распахнул дверь (как оказалось, эта была одна из многочисленных ванн), подтолкнув туда Сиэля. – Что ты делаешь? – опешил мальчик. – Мне нужно очистить путь. – С ума сошёл?! Я с тобой! – Не глупи и сиди тут. – Я не отпущу тебя одного! Удивлённо взглянув на взвинченного Сиэля, Себастьян резко закрыл дверь перед его носом. – Я быстро. Сиди и не смей высовываться, – повторил он и, приготовив пистолет, осторожно подобрался к повороту, резко выстрелив в одного из мужчин. Пока пули рикошетили стену, Себастьян успел устранить опасность, бегущую со стороны лестницы и, найдя укрытие за диваном, схватить статуэтку, метнув её в громилу. Секундного замешательства хватило, чтобы выстрелить в обоих. Не теряя времени, мужчина вернулся к ванне и, открыв её, потянул за руку Сиэля, устремившись к выходу. – Так что ты говорил насчёт проблем? – стараясь поспеть за ним, спросил мальчик. – Нам повезло наткнуться на довольно известную группировку. Прежде чем Сиэль успел нелестно высказаться по поводу их удачи, Себастьян резко толкнул его на пол и, упав рядом, достал второй пистолет, дожидаясь, пока двое стрелявших всадят все пули в диван, за которым они нашли укрытие и на котором сидели мёртвые гольфисты. Взглянув на осторожно поднимающегося Себастьяна, который отвлекающим манёвром откинул ненужное оружие в сторону, мальчик резко обернулся влево, услышав приближающиеся шаги в коридоре, но прежде чем он успел выстрелить, чудовищная боль пронзила его плечо. – Сиэль! – Себастьян резко обернулся и, взглянув на вновь собирающегося выстрелить мужчину, тут же нажал на спусковой крючок, кинувшись к мальчику. – Куда он попал? – В плечо. – Потерпи немного, – подхватив хрупкое тело на руки, Себастьян бережно прижал его к себе, побежав к входной двери. Холодные капли, резко ударившие в лицо, приятно остудили пылающую кожу, а бешеный круговорот цветов, наконец, сменился одним лишь серым. – Куда я денусь, – выдохнул Сиэль, невольно вскрикнув, когда мужчина при быстром беге задел его плечо. – Прости, – Себастьян распахнул дверцу машины, и осторожно уложив мальчика на заднее сиденье, вытащил из спортивной сумки футболку, перевязав ему рану. Всё это он делал, кажется, в течение секунды, после чего усевшись за руль, рванул к больнице, которая в таком маленьком городке, к счастью, находилась неподалёку. – Они будут нас преследовать? – хрипло спросил Сиэль, чувствуя, как у него кружится голова, а Себастьян виден то очень чётко, то совсем размыто. – Им не нужны лишние свидетели, особенно убившие столько их людей, – мужчина обернулся и, скользнув обеспокоенным взглядом по мертвенно-белому лицу, надавил на газ. – Холодно… – учащёно дыша, неожиданно сказал Сиэль, прикрыв глаза с широко расширенными зрачками. Вновь взглянув на мальчика, Себастьян уже через пару минут резко свернул к больнице, и осторожно взяв его на руки, быстро устремился внутрь.

***

С облегчением узнав, что рана у Сиэля не глубокая и кость не задета, Себастьян с наимилейшей улыбкой деликатно намекнул доктору, что сообщать об огнестрельном ранении никуда не стоит, после чего, присев перед мирно посапывающим мальчиком, с удивительной для себя теплотой провёл согнутыми пальцами по его лицу, бережно взяв хрупкое тело на руки. Оставаться в больнице было слишком опасно, следовало как можно скорее покинуть город, поэтому Себастьян, выехав за его черту, остановился в придорожной гостинице, решив пару часов отдохнуть и на рассвете двинуться в путь. Но, как оказалось, его планам не суждено было сбыться: из-за всего пережитого у Сиэля начался бред. Мальчик метался по кровати, словно стараясь от кого-то сбежать, отчаянно брыкался и постоянно что-то выкрикивал. Затишье продолжалось не долго, и лапы кошмара вновь утягивали Сиэля в пережитый им ад, являя собой дьявольский хоровод из убитых родителей и мучителей. Себастьян никогда не видел его таким и, кажется, даже не задумался над тяжестью всего пережитого, что сейчас драло душу Сиэля, не отпуская в реальный мир, который, какая ирония, был не совсем лучше. То и дело осторожно склоняясь над мальчиком, чтобы не навредить, мужчина старался разбудить его, но осмысленность сапфировые глаза приобретали разве что на пару минут, даже после принятия лекарства. Так продолжалось около двух часов, после чего Сиэль, наконец, успокоился и лишь тяжело вздымающаяся грудь да напряжённое лицо выдавали всё ещё снившиеся кошмары, в один из которых мальчик с отчаянием выкрикнул имя Себастьяна, резко проснувшись. – Всё хорошо, – мужчина склонился над ним и, сосредоточенно осмотрев бледное лицо, откинул со лба мокрые пряди. – Мне приснилось, что ты…– Сиэль резко осёкся, словно даже в такую минуту решил не выдавать своих слабостей, но к своему удивлению, в устремлённых на него васильковых глазах Себастьян обнаружил искреннюю взволнованность, делающую это хрупкое создание похожим на ангела. – Черти ещё не скоро догонят мою душу, – позволил себе улыбку мужчина и, не удержавшись, медленно наклонился, прильнув к мягким губам Сиэля. Прикрыв глаза, мальчик обвил шею Себастьяна руками, притягивая его ближе и отдаваясь во власть теплу, разлившемуся по телу, когда чуть сухие губы с осторожностью впивались в его, словно смакуя. Обрывками сознания, мужчина понимал, что пора остановиться, но, так и не сумев этого сделать, нежно провёл языком по губам Сиэля, медленно раздвигая их. Проникнув внутрь, он неторопливо поводил языком, как бы изучая, после чего прикоснувшись к внутренним стенкам рта мальчика, подхватил его язык своим, слегка посасывая. Ресницы Сиэля затрепетали от удовольствия, а шлейф сладкого запаха, от того, что Себастьян был так близко, вновь окутал с головой, но вот мужчина неторопливо отстранился, неожиданно бережно прикусив нижнюю губу, при этом целуя, от чего мальчик не сдержал едва слышного стона. Прикрыв глаза, Себастьян медленно вдохнул и, переместившись на другую часть кровати, бережно притянул к себе Сиэля, внимательно осмотрев забинтованное плечо. – Попытайся хоть немного отдохнуть. Уснул мальчик лишь тогда, когда начало всходить солнце. Подперев голову рукой, Себастьян склонился над ним без тени улыбки, задумчиво скользя взглядом по фарфоровому лицу. То, что игра Сиэля начинает доставлять ему серьёзные неприятности, было ясно, как божий день, но словно издеваясь, мальчик каждый день доказывает свою непохожесть и исключительность, восхитительное и ужасно глупое желание бороться до конца. Опустив взгляд на тонкие пальцы, касавшиеся подушечками его груди, Себастьян бережно взял в ладонь запястье мальчика, принявшись задумчиво их рассматривать. «Наверное, Бог издевался, Сиэль, когда делал тебя таким хрупким».

***

Проснувшись от неожиданной боли, Сиэль сонно разлепил глаза, и недовольно прищурившись из-за солнца, приподнялся на кровати, с удивлением оглядывая простенькую комнату, залитую ярким светом. Но и минуты не прошло, как воспоминания вчерашнего дня безжалостно ворвались в голову мальчика, сначала заставив внимательно оглядеть забинтованную часть тела, а потом стыдливо коснуться губ, залившись краской. – Как поживает больной? – словно гром среди ясного неба, послышался вечно насмешливый голос вошедшего в номер Себастьяна. – Бывало и лучше, – ехидно отозвался Сиэль, пристально наблюдая за ним. Мужчина вёл себя совершенно беззаботно, никак не затрагивая произошедшего. «Тем лучше, – подумал мальчик, устремив задумчивый взгляд в окно, – искренность человеческих отношений состоит только в умелом использовании друг друга». – Нам нужно срочно возвращаться в Лондон, – прервал мысли голос Себастьяна, – около нашего отеля в Сент-Эндрюс уже установлена слежка. Сев в машину, Сиэль внимательно взглянул на мужчину, который с наслаждением включил джаз. – Они ведь достанут нас и в Лондоне? – Достанут, – невозмутимо подтвердил Себастьян. – И ты так спокойно об этом говоришь? – изогнул бровь Сиэль. – Хождение по лезвию ножа намного лучше, чем скучная жизнь, которую ведут люди, запертые в своих четырёх стенах, – обернувшись, улыбнулся мужчина, протянув Сиэлю шоколадку. – Ты можешь мне доверять. Усмехнувшись, мальчик взял её, негромко сказав: – Знаю.