Promise

      Машина, квартира, успешный бизнес – словно дорогие игрушки, в которые приятно играть взрослым, только они давно перестали приносить удовольствие. Реджина собиралась прислушаться к совету и, наконец, изменить свою жизнь, однако не представляла с чего начать. Женщина набрала номер бывшего мужа и рада была узнать, что ошибалась на его счет. Пусть спустя столько времени он был счастлив и имел все, что хотел, но Майк ничего не забыл. Когда Реджина злилась, она частенько обвиняла бывшего мужа в том, что он просто выбрал замену той жизни, которая у них была. С другой стороны, каждый ищет свой способ справиться с потерями и горем. Разве можно вменить в вину то, что хотя бы один из них предпочел попробовать вновь стать счастливым самым доступным человеку способом? Мужчина принял приглашение о встрече и сам приехал к Реджине, чтобы быть рядом. В прошлом они все и всегда делали вместе. Он крепко держал Реджину за руку, пока она стояла рядом, глядя на холодный могильный камень, под которым обрел последний приют их маленький сын. – Не хочешь пройтись?- предложил мужчина в затянувшейся тишине. – Нет, давай еще немного постоим здесь. – Как ты, Реджина? – В порядке, – глухо прошептала женщина. – Ты совершенно одинока. – Я знаю. – Так не должно быть, – мужчина обнял ее за плечи, прижимая к себе. – И так тоже, – женщина махнула рукой в сторону могилы, и расплакалась на плече Майка. – Родители не должны хоронить собственных детей. – Это никому не подвластно, милая. – Если бы я тогда все бросила и поспешила к Билли, как думаешь, все сложилось бы по-другому? – Может быть и да, а может быть в тот день я мог потерять вас двоих. – Кто знает, возможно, так было бы лучше. – Ты жива и это лучшее, что могло случиться после всего, что нам пришлось пережить. Ты способна совершить так много в свои тридцать девять, выбрав свой путь. – Но я не знаю где он этот путь. – Не вини себя, пожалуйста. Двигайся дальше и со временем ты найдешь то, что ищешь. – Знаешь, я никогда тебе не лгала, но есть кое – что, чего я тебе не сказала. Еще до трагедии я ждала ребенка, но узнала об этом только в кабинете врача, когда стало слишком поздно. Беременность сохранить не удалось, а срок был слишком маленьким. Иногда я думаю, что виновата даже в том, о чем не подозревала. – Это не вина, а тяжесть невысказанной утраты. Она больше не принадлежит тебе одной, и не должна обладать властью. Пусть и спустя несколько лет, но ты поделилась своей скорбью со мной. Не терзай себя напрасными угрызениями совести. – У тебя получилось сделать шаг вперед и пережить утрату, а я оказалась слишком слабой, раз и по сей день чувствую только липкий страх от одной мысли об отношениях. – Ты справишься! – Сколько сейчас твоей дочери? – Ей пять месяцев. У Марии недавно появились передние зубки и ее улыбка очаровательна. – Как хорошо, что жизнь продолжается. – Ты всегда умела принимать правильные решения, так почему теперь ты выбрала саморазрушение? – Наш сын слишком рано покинул этот мир, эту жизнь. – Я прошу тебя, не ставь крест на своей собственной жизни даже в угоду утратам. Билли так любил, когда ты улыбалась и смеялась. – Я пытаюсь, – Реджина отворачивается в сторону, словно это поможет найти ответы. Они говорят в течение нескольких часов. Майк показывает фото маленькой девочки и своей новой семьи и Реджина с облегчением понимает, что не чувствует той ноющей тоски, которая возникла, когда она впервые узнала через общих знакомых о том, что у бывшего мужа появилась жена и ожидается пополнение в семье. Реджина обещала себе не привыкать к людям, оставаясь отстраненной, безразличной и холодной ко всем вокруг. Тогда никто не мог заставить чувствовать боль, ранить или причинить хоть какой – то вред. Только Эмме удалось незаметно оказаться по эту сторону возведенных стен. «Это не твой ребенок и Эмма для тебя совершенно чужой человек». Не один раз женщина повторяла эти слова, словно в надежде, что тогда они, наконец, потеряют всякий смысл и перестанут иметь значение, но ничего не менялось. Реджина думала об Эмме, в очередной раз признавая, что скучает по девушке и будущему малышу. Только желание заботиться свелось к тому, что на самом деле женщина дорожила этими отношениями куда больше, чем готова была это признать. Реджина сама не заметила, когда Эмма с малышом успели прочно занять место в ее сердце, до краев затопленном безразличием к жизни. Настолько прочно, что можно было назвать их новой семьей. Только и это мимолетное желание в прошлом. Эмма исчезла, оставив после себя сожаление да тень тоски в глубине карих глаз. – Редж, почему ты стала такой рассеянной? – С какой стати? – прищурилась женщина. – Я говорю с тобой, а ты словно витаешь в облаках, – раздраженно заметил Джеймс за ужином. – Извини, что не соответствую твоим ожидания, – съязвила женщина. – Нет никаких ожиданий, просто вернись ко мне, пока я не стал ревновать тебя к кому – то третьему, которого нет рядом, но он незримо присутствует в твоих мыслях. – Что ж, в коем – то веке мужчина оказался не так далек от истины. Эмма ушла, но одно дело собрать вещи и перебраться в новую комнату, обзавестись работой и приятными заботами, и совсем другое – заставить себя не думать. Когда что – то не получалось, мысли Эммы каждый раз возвращались к Реджине Миллс. Эта женщина наверняка дала бы правильный совет в том или ином деле, смогла оказать помощь или просто найти нужные слова, которых у нее всегда было в избытке. Вопреки всем тревогам было в женщине что – то, ради чего хотелось ждать возвращения, которого, конечно, не случится. Заканчивалось все тем, что Эмма в очередной раз напоминала себе, что в ее жизни больше нет никакой Реджины, и ей, как и прежде, придется справляться в одиночку, даже если все дается с великим трудом. Однако все с чего – то начинают, и она обязательно справится, пусть и не сразу. Вот и сегодня, идя привычным маршрутом на работу, девушка увидела в толпе брюнетку, фигура и внешний вид которой очень напоминали обеспеченную знакомую. Девушка ускорила шаг, огибая впереди идущих, стремясь приблизиться к женщине, которая хоть и была на высоких каблуках, но ничуть не уступала прохожим. – Реджина? – незнакомка обернулась, почувствовав, как чужие пальцы схватили ее чуть повыше локтя. – Извините? – на лице молодой женщины читалось недоумение. На вид она выглядела чуть старше Эммы, а на пальце красовалось массивное обручальное кольцо. – Простите, я обозналась. – Бывает, – кивнула женщина с понимающей улыбкой, и продолжила свой путь. Эмма свернула в сторону, желая поскорее оказаться на работе. – Почему бы тебе просто не оставить меня в покое, – пробормотала девушка воображаемой собеседнице с карими глазами. На работе будет некогда заниматься ерундой. Хотя случалось всякое. Пару недель назад мысли девушки были настолько заняты Реджиной, что она обратилась с этим именем к нескольким посетительницам кофейни, а после принялась извиняться перед ними. Вечерами она разглядывала потрепанную визитку, сжимая в руках мобильник, одновременно желая набрать номер, цифры которого выучила наизусть, и тут же ругая себя за эти мысли. – Эмс, на тебе лица нет! – встревожено заявил парень, с которым девушка делила дневную смену. – Ты повстречала привидение? – Можно и так сказать, воспоминания... Не бери в голову, Тони. – Надеюсь, это не связано с той таинственной Реджиной, – для пущего эффекта понизив голос, пробормотал парень, меняя рабочую форму на повседневную одежду. – Ой, только не делай вид, будто что – то обо мне знаешь, – закатила глаза Эмма. – Ты никогда о себе и не говоришь. – Должна сказать, это звучит громче любых слов, – девушка указала на свой живот. – Я не говорил, что знаю тебя, но помню, как ты назвала этим именем совершенно незнакомых женщин, а потом минут десять рассыпалась перед ними же в извинениях. Ты выглядела такой же подавленной. Быть неловкой и невнимательной, когда ты наоборот всегда сосредоточена на деле, которым занимаешься, на тебя это не похоже. – Отвали. Всем людям свойственно ошибаться. Я просто обозналась, а ты раздул из этого целую историю. – Окей. Может быть сейчас подходящий момент? – Для чего? – безучастно произнесла девушка, наспех переодеваясь. – Пригласить тебя на ужин. – Опять ты за свое, Тони! – Что не так? – Ты же знаешь, что я жду ребенка и все мои мысли заняты только этим. Я не настроена заводить какие – то отношения ни сейчас, ни в ближайшем будущем. – Если у тебя есть девушка, так и скажи. – Какая еще девушка? – Эта Реджина. – Она не моя девушка, – раздраженно бросила Эмма. – И, с какой стати я бы вообще стала тебе об этом рассказывать? Пожалуйста, можем мы больше не касаться этой темы? И приглашать меня на свидания тоже не нужно. Через месяц – два меня здесь уже не будет, и ты забудешь обо мне так же быстро, увлекаясь новенькой. – Они все похожи друг на друга, словно множество копий от оригинала, а ты совсем другая. Больше не буду тебе докучать, – пожал плечами собеседник. Тони был отличным парнем, которому катастрофически не везло на серьезные отношения. Порядочный, веселый, общительный итальянец, он умел располагать к себе людей. Вот и Эмма не стала исключением, правда больше, чем друга в парне так и не почувствовала. Ей вообще казалось довольно странным, что кто – то с серьезными намерениями способен предложить беременной девушке встречаться. Кому сдался чужой ребенок? Да и насчет себя самой Эмма никогда не питала особых надежд, поэтому такое предложение для нее было равносильно насмешке. Незнакомый номер высвечивается на экране мобильного в разгар рабочего дня. Реджина принимает звонок, не задумываясь о том, кто мог позвонить в такое время. – Мисс Миллс? – Да, чем могу быть полезна? – Вам знакома девушка по имени Эмма Свон? – Знакома. Что с ней?- волнительно звучит голос женщины. – Она госпитализирована с угрозой потери ребенка. Ваш номер стоит в графе экстренных контактов. – Скажите адрес, и я подъеду, – Реджина поднялась с места, откладывая в сторону все бумаги, которые держала в руках. Ключи от машины так и норовили выскользнуть из непослушных пальцев, пока женщина открывала дверцу. В голове пронеслась сотня различных сценариев, хотя звонивший доктор и заверил женщину в том, что угроза миновала. Прошло два месяца, как Эмма покинула ее дом, не прощаясь, и с тех пор женщина ничего о ней не слышала. Только время от времени вспоминались совместно проведенные вечера, и глаза, смотрящие с таким неподдельным пониманием, которого и не надеешься встретить в наш практичный век. – Как долго мисс Свон находится под вашим наблюдением? – Поступила сегодня утром. – Ее можно увидеть? – Конечно, только сейчас она спит. – Я просто посижу рядом с ней. – А кем вы приходитесь мисс Свон? – Женщиной, чью помощь она отвергала до последнего, – улыбнулась Реджина. – Вы можете связаться с ее родственниками? – Эмма не ладит со своей семьей. Думаю, вы можете задать этот вопрос лично. Если она сама пожелает сообщить родным, пусть так и будет. – Хорошо. Палата 625. – Когда ее можно будет забрать? – обернувшись, спросила Реджина. – Если в течение трех дней состояние не ухудшится, то можно будет выписывать. Однако ей необходима забота и полный покой. – Боюсь, Эмме это не понравится, – усмехнулась женщина, вспоминая колючий нрав. Девушка спала, отвернув голову к окну, за которым наступал вечер. Реджина придвинула стул поближе к кровати, чтобы иметь возможность видеть ее безмятежное лицо. Округлившийся живот обрисовывался под тонким больничным покрывалом. Руки вытянулись вдоль туловища. Реджина поправила уголок больничной рубашки, сползший с плеча девушки во время сна. – Пока ты спишь, самое время сказать о том, как сильно я скучала по тебе, девочка... по вам двоим. Кажется, прошла целая вечность, пока я не имела возможности быть рядом и заботиться. Знаешь, я стала забывать значение этого слова с тех пор, как потеряла сына, а потом и мужа. В моей жизни не было того, кому хотелось бы себя посвятить, пока не появилась ты. Упрямая Эмма, которая в прямом смысле слова свалилась у моих ног. Я готова была искать вас неделями, пока снова и снова не натыкалась на твое нежелание быть найденной. Я не знаю, почему ты ушла и не посчитала нужным сказать мне об этом лично. Мне казалось, что мы выросли до взаимного доверия, но, похоже, что это не так. – Возможно, нам стоит попробовать еще раз? – пробормотала девушка, сонно улыбаясь. – Ты не спишь. – Только проснулась, – солгала Эмма, слышавшая каждое слово, чтобы женщина не почувствовала себя неловко за собственную откровенность. – Привет. – Здравствуй! Как ты себя чувствуешь? – Порядок, я снова готова к подвигам, – отсалютовала Эмма. – Извини, что доктору пришлось оторвать тебя от дел, но мне больше некому позвонить, ты знаешь, – скомкано закончила девушка. – Твои подвиги заставляют поволноваться, – рассмеялась Реджина. – И я не держу зла. На самом деле даже рада, что мы встретились, хоть и повод не самый радостный. – Мне действительно лучше. Сынок в порядке. – Значит, это мальчик? – Да, который совсем не жалеет свою мамочку, когда толкается. – Он напоминает о себе. Я ведь искала тебя... вас. – Я отлично умею заметать следы. – Не удивлена, – усмехнулась Реджина. – Ты не хотела меня видеть, очевидно. – Это правда, я не хотела с тобой встречаться. – Но что послужило причиной? – Можно мы не будем говорить об этом здесь и сейчас? – Конечно, извини меня. – Когда меня отпустят? – Даже не думай, что тебе удастся сбежать отсюда, как можно скорее. Угроза для малыша сохраняется, – отрицательно покачала головой женщина, давая понять, что спорить с ней бесполезно. – Как скажешь. Не могу заявить, что соскучилась по тому, как ты любишь командовать мной, однако для меня ты до сих пор кажешься забавной, – криво усмехнулась Эмма. – Пусть так, только мне не все равно. – Я помню. В конце концов, ведь именно тебе я обязана тем, что не угодила под колеса машины. – Ты обещала беречь себя. – Я выполняла все указания, посещала врача, но, похоже, что этого недостаточно. Хотя откуда мне знать, как все это происходит, если я, черт возьми, впервые жду ребенка и ничерта в этом не смыслю. Мне негде спросить совет. – Ты можешь обратиться ко мне в любое время, если желаешь видеть меня в своей жизни. – Хочу, – выпалила Эмма. Она одновременно выглядела испуганной и растерянной, от чего Реджина невольно взяла ее за руку и сжала в своей ладони. – Мне становится все труднее, и я не думала, что когда – нибудь скажу это, но мне и правда нужна помощь. – Я рядом. – Что если меня не хватит? – Я помогу тебе всем, что в моих силах.