Критерии гриффиндорки

      Следующим утром Гарри и Рон будто бы и не висели на волоске от исключения. Друзья весело переговаривались, едва ли не с гордостью рассказывая о том, как добрались до школы. Гермиона наблюдала за ними и за собой маленькой с преподавательского стола. Было раннее утро, и еще не все подоспели к завтраку. Грейнджер же надеялась расправиться с пищей до того, как в зал, припрыгивая и сияя множеством блесток, как на мантии, так и в волосах, заявится Златопуст Локонс. Новых идей, как при следующей попытке волшебника флиртовать с ней, отвадить надоедливую личность, у Гермионы пока не появлялось, а все время опрокидывать на Локонса плошку с соусом или джемом — Снейп засмеет, что ничего более оригинального придумать не смогла.       После прошедшего вечера Северус, казалось бы, стал относиться к своей помощнице чуточку лучше, хотя продолжал обращаться к ней «мисс Рейнджер» и дозволения называть себя по имени не дал. Гермиона грустно вздохнула. Ее ждали первые занятия у третьекурсников, после необходимо было заполнить требуемые Снейпом свитки и, если останется время до следующего занятия, наконец добраться до Визжащей хижины.       — Всем доброго утра! — Златопуст появился неожиданно, и Гермиона едва не подавилась. В спешке гриффиндорка допила свой сок и поднялась, чтобы покинуть преподавательский стол, но почти сразу же была схвачена за руку Локонсом.       Мысленно досчитав до десяти, Гермиона натянула на лицо приветственную улыбку.       — О, дорогая, уже уходите? А я надеялся, что вы составите мне компанию за завтраком.       — Простите, но мне уже пора. — попыталась отвязаться от навязчивого ухажера Грейнджер и выудила из его цепких пальцев свою руку. — Работа не ждет, а у меня еще и третьекурсники первой парой.       — До начала занятий еще достаточно времени! — не уступал Локонс, преградив Гермионе путь, и та заскрипела зубами. Она кожей чувствовала, что за ними наблюдают не только другие преподаватели, что тоже решили перекусить пораньше, но и подтянувшиеся в Большой зал студенты. — Прошу вас, останьтесь и разделите со мной трапезу, я наста…       — А я настаиваю, чтобы вы, Локонс, сейчас же ушли с дороги моего помощника. — прогремело за спиной Златопуста, и тот, взвизгнув на манер девчонки, поспешил убраться подальше от возникшего из неоткуда зельевара. Снейп смерил невыносимого павлина злобным взглядом и обратился к Гермионе: — Мисс Рейнджер, Вы должны были быть в кабинете пять минут назад.       Грейнджер мысленно поблагодарила Снейпа. Естественно, она не обязана была бежать сломя голову в его кабинет, более того, даже разговора о подобном не было — зельевар откровенно лукавил, желая поскорее избавиться от общества Локонса и приступить к оценке работы своей помощницы на ее первом занятии.       Снейп выглядел совершенно бесстрастным, но лукавый огонек, мелькнувший в глубине черных глаз, выдал его веселье.       Мерлин, если бы кто-нибудь сказал Гермионе, что они с профессором Снейпом образуют некую коалицию антилюбителей Златопуста, она бы в жизни не поверила.       Но все эти события не сон, а реальность. И здесь Локонс чуть ли не впервые столкнулся с женщиной, дающей ему от ворот поворот и совершенно не поддающейся его чарам обольщения. Но этого напыщенный индюк с завышенной самооценкой так и не понял.       — Хорошо, мисс Рейнджер. Конечно, с таким начальником неудивительно, что вы так спешили покинуть завтрак… — улыбнувшись во все свои тридцать два зуба, которые так и просились уменьшить их количество, Локонс постарался сгладить свою неудачу со строптивой учительницей.       Снейп, презрительно фыркнув, уже развернулся на пятках — завтракать отчего-то совсем расхотелось — как вдруг услышал звонкий голосок:       — У меня самый лучший начальник, — громко выпалила Грейнджер.       Снейп застыл, не веря своим ушам, Локонс захлопал ресницами — да так, что любая кисейная барышня обзавидуется. Слушающие эту перепалку учителя лишь рот разинули: особенно особи женского пола.       Проходившее мимо Золотое Трио тоже сдержанностью не отличилось: Гарри вдруг споткнулся на ровном месте, Рон подавился бутербродом и теперь громко кашлял на весь зал, привлекая к собравшимся еще больше внимания. Лишь маленькая мисс Грейнджер с интересом смотрела на молодую преподавательницу: профессора Снейпа девочка всегда уважала и побаивалась, и было забавно посмотреть на того человека, кому понравилось работать с грозным зельеваром.       Мисс Рейнджер с высоко поднятой головой пулей вылетела из Большого зала. Девушка опомнилась только тогда, когда за спиной услышала бархатный голос:       — Лесть вам не к лицу, — спокойно проговорил Северус, не без труда догнавший свою помощницу — уж слишком та разогналась.       — А кто говорил о лести? — фыркнула Рейнджер.       Гермиона была зла, поэтому привычная сдержанность отошла на второй план.       Зельевар нахмурился, пытаясь за своим насупившимся видом скрыть изумление, и, набрав побольше воздуха, выравнивая дыхание, произнес:       — Прошу все же пройти в класс, мисс Рейнджер. Сегодня я бы хотел понаблюдать за вашей манерой преподавания.       Девушка лишь плечами пожала:       — Как вам угодно.

***

      Проходя мимо парт и наблюдая за тем, как третьекурсники готовят заданное им зелье, Гермиона думала, что была неправа, споря с профессором Снейпом в своем настоящем, что студенты на его предмете не настолько тупые, какими их считает зельевар. Так вот…теперь она убедилась в обратном. Либо после войны студенты начали серьезней относится к учебе, и Гермиона просто не замечала даже на нумерологии их лени, либо сама Грейнджер слишком мягко к ним относилась, потому что даже в отсутствии Невилла, курс Гриффиндора и Пуффендуя представляли собой жуткую смесь. Каждый норовил устроить неразбериху или испортить элементарное зелье, добавив на один грамм больше, чем положено, того или иного ингредиента.       Гермиона старалась держать себя в руках, но и слишком опекать студентов не собиралась. Мало того, что гриффиндорка постепенно начала разочаровываться в студентках, так за каждым ее действием наблюдал сидящий в стороне Снейп. Краем глаза Грейнджер замечала, как у того нервно трясутся руки и играют на лице от злости желваки, но профессор из последних сил сдерживался. Гермиона вела себя со студентами достаточно строго и смогла добиться к концу занятия хоть немного внимания, а вот Снейп, судя по его взгляду, когда дети покинули кабинет со звонком, давно перестал бы с ними сюсюкаться и просто надавал каждому по голове, сняв при этом уйму баллов.       — Неплохо… — когда последний третьекурсник выбежал из кабинета, проговорил Северус. — Но и не достаточно хорошо. Будьте с ними строже, мисс Рейнджер, иначе посчитают, что вами можно манипулировать, и вы превратитесь во второго Локонса.       Грейнджер обиженно взглянула на зельевара. Да. Она справилась с его предметом не очень хорошо, но это не причина заявлять такое.       — Меня еще никогда так не оскорбляли… Сравнение со Златопустом… Бррр! — Гермиона вздрогнула и скривилась. Недовольства на лице Снейпа как ни бывало, и зельевар снова стал говорить с ней спокойно и даже с легкой улыбкой:       — Прошу прощения. Полагаю, тут я действительно переборщил… — и пока Гермиона пыталась убедить себя, что извинения Снейпа ей не послышались, тот продолжил. — К вопросу об индюках… Не расскажите, от чего пылаете такой…ненавистью и презрением к Локонсу? Да, он, конечно, тупица каких поискать, но от него в восторге все женщины Волшебной Британии. Не ошибусь, если скажу, что и другие волшебницы Мира.       Снейп оперся о край своего рабочего стола и, сложив на груди руки, стал ждать ответа. Грейнджер не медлила.       — Просто я считаю, что настоящие герои никогда не кричат о своих подвигах на каждом шагу, и уж тем более не пишут об этом слащавых книг, — снисходительно пожав плечами, спокойно проговорила Гермиона.       Да, спустя столько лет, мисс Грейнджер прекрасно знала, что собой представляет бесстрашный, бескорыстный, не требующий почестей и признаний герой. И он сейчас как раз стоял напротив и с нескрываемым интересом рассматривал находящуюся перед ним помощницу.       Мисс Рейнджер своим ответом попала в самую точку.       Северус с каким-то затаенным волнением осознавал, что перед ним, похоже, несмотря на свою юность и кажущуюся на первый взгляд неопытность, находится поистине удивительная молодая женщина. И дело вовсе не в точеной фигурке и симпатичной мордашке, не в идеально приготовленных зельях. Нет. Дело тут совсем в другом. Снейпу просто все больше начинало нравиться слушать ее доводы, вести с ней разговоры, смотреть на милую улыбку, видеть этот огонек веселья в шоколадных глазах. Да даже та ярость, которая меняла лицо девушки при виде пристающего Локонса, привлекала его не меньше.       — К тому же я не верю, что Злотопуст совершил все то, о чем написал, — нарушила затянувшееся молчание девушка, — По мне, он просто сказочник, какого еще нужно поискать.       Северус смотрел на девушку. А у Гермионы почему-то затряслись коленки. Внимание этого мужчины было бесценным, но, когда он вот так рассматривает, не произнося ни звука, начинаешь себя чувствовать неловко.       — Ладно, сэр, если я вам больше не нужна, я бы хотела прогуляться по окрестностям: кажется, следующая пара ваша, — выдавила из себя девушка, уже прикинувшая в уме, что именно сейчас весьма удачное время для экскурсии в Визжащую хижину.       — Я вас провожу, мисс Рейнджер, — перехватив ее изумленный взгляд, мужчина, усмехнувшись, пояснил, — У меня сейчас окно, и мне нужно зайти к Помоне за корнем мандрагоры.       Они шли бок о бок и как раз разговорились о зелье, для которого Снейпу понадобился этот весьма неприятный ингредиент, когда мимо с ошалевшими глазами пробежал Златопуст Локонс. Выглядел он неважно: безупречная прическа теперь была взлохмачена, нарядная мантия перекручена, кроме того, почему-то на ноге не доставало башмака, а завершением этого смехотворного образа стал пикси, который вцепился маленькими, но крепкими пальчиками в ухо профессора ЗОТИ.       Снейп поспешил уйти с дороги перепуганного Локонса. Прижался спиной к стене и автоматически дернул за локоть девушку, невольно прижимая ее к себе, чтобы ту не снес растрепанный клоун. Вторая рука мужчины непроизвольно обвила тонкую талию, делая неожиданный контакт еще теснее. Оба провели убегающего прочь Златопуста озадаченным взглядом, переглянулись, а после Снейп, к удивлению Гермионы, засмеялся вместе с ней. А что? В коридоре, кроме них и эха от воплей Локонса — никого, а Грейнджер уже доводилось увидеть за столь краткий срок пребывания в Хогвартсе его улыбку и даже услышать раскатистый смех зельевара в день прибытия Локонса…       — Как я и говорила. — продолжала хихикать Гермиона, — с корнуэльскими пикси может справиться и первокурсник, главное — знать подходящее заклинание. Да. Они противные и раздражающие, но опасны далеко не сами существа, а их выходки. Полагаю, после этого инцидента хотя бы наблюдавший его фиаско факультет перестанет считать это чучело героем.       — Я бы не рассчитывал на это, мисс Рейнджер. В большинстве своем и волшебники, и маглы имеют привычку продолжать идти вперед, даже если перед ними глухая стена и каждый шаг сопровождается битьем об эту стену головой.       Грейнджер кивнула. Она прекрасно понимала, что профессор Снейп прав. Ведь даже после этой выходки Локонса, и сама Гермиона продолжала «таять от любви» к этому идиоту, не то что другие женщины… Оставалось дождаться момента, когда Златопуст настолько достанет тебя, что захочется не обнять, а банально придушить, предварительно заткнув чем-нибудь рот.       В коридоре послышались шаги, и Гермиона вздрогнула. Второй курс, точнее то, что от него осталось, — пока пикси буйствовали, часть студентов просто в страхе разбежалась, — целеустремленно шел на следующее занятие. Снейп тут же отстранился, стоило за углом появиться одному из детей, и Гермиона разочарованно вздохнула — рука Северуса, что еще секунду назад обнимала ее за талию, была вопреки представлению большинства очень теплой.       И так переполошившиеся из-за неудачного ЗОТИ студенты с еще большим волнением уставились на застывших профессоров. И вот вроде зельевар быстро убрал свои руки от помощницы, но глазастая Лаванда Браун все равно заметила: да, в будущем этой дурочке не будет равных в любовных сплетнях.       — Ты видела? — шепнула девочка своей подружке — Парвати Патил. Получив утвердительный кивок, Лаванда решила не останавливаться, — Что профессор Рейнджер в нем нашла? Ей же столько внимания уделяет сам Локонс!       К ним тут же повернулась маленькая Грейнджер, подавая выразительные знаки глазами, призывающими кумушек немедленно заткнуться или хотя бы говорить на пол тона тише. Она, конечно, и сама заметила, что еще секунду назад два профессора стояли уж слишком близко друг к другу, но личные дела учителей не должны касаться длинных языков не по возрасту развитых девиц.       А вот Рон с Гарри, кажется, ничего не заметили: они помогали ошарашенному после встречи с пикси Невиллу. Но мальчишки увидели пламенные взгляды подруги с сокурсницами и тут же напряглись.       — В чем дело? — шепнул Гарри.       Гермиона только покачала головой, давая понять, что сейчас не время для вопросов, но тут сбоку раздался противный шепот Лаванды:       — Профессор Рейнджер обнималась со Снейпом.       Бедный Рон опять поперхнулся, а Гарри во все глаза уставился на сокурсницу, пытаясь увидеть на белобрысой голове внушительную шишку: может, пикси на нее уронили что-то тяжелое, и девочке теперь мерещится.       Но Северусу Снейпу уже все это порядком надоело:       — Ну-ка быстро марш все в класс! — опомнившись, второкурсники засеменили на следующий урок, при этом, проходя мимо зельевара, очень старались прижаться как можно сильнее к противоположной от него стенке.       Гермиона прикрыла рот ладошкой, чтобы не засмеяться. Да уж… А ведь она уже начала забывать, какого это, когда Снейп тебя, малолетнего волшебника, подгоняет на следующий урок и отчитывает за любую провинность.       Донесшийся до зельевара разговор второкурсников, заставил его напрячься, и Северус уже искал возможность как можно быстрее уйти отсюда и от мисс Рейнджер. Почему-то Снейп думал — продолжи они вот так стоять, да еще после того, как сплетни наверняка уже пустили по всему Хогвартсу, то эти самые сплетни достигнут апогея уже к обеду, и не избежать вопросов от коллег.       — Спасибо, что проводили. — Грейнджер по взгляду зельевара заметила, что тот в раздумьях, и поспешила удалиться сама.       Снейп следил за Гермионой вплоть до момента, когда девушка скрылась за поворотом, после чего резко развернулся на каблуках и помчался обратно в класс. К Помоне он решил зайти попозже. По пути он спрашивал себя, от чего же так разволновался? От того, что студенты застали их с помощницей в компрометирующей ситуации и неправильно все поняли, а теперь эти сплетни не дадут ему нормально работать и жить, или же потому, что руки у Снейпа до сих пор дрожали, еще помня, как приятно было держать Миону рядом…       Зельевар со скрипом в зубах отогнал от себя все мысли о помощнице… Надо было сосредоточиться и снова взять себя в руки…       Спустя час, когда второкурсники пожаловали на Зельеварение, Северус эффектно влетел в кабинет и тут же устроил им разнос: даже слизеринцам сегодня перепало от любимого декана. А уж Лаванде Браун… к концу урока главная сплетница хлюпала носом, норовя испортить и без того возмутительное зелье.       Зельевар пытался отвлечься, но образ мисс Рейнджер нет-нет, а вспыхивал в его сознании.       «Этого мне еще не хватало!» — с ужасом подумал Северус, понимая, что помощница каким-то образом заняла большую часть его мыслей.       «Дистанция и самоконтроль», — бубнил про себя Снейп, летая разъяренной грозой между дымящимися котлами и вжавшими голову в плечи студентами.       «И что профессор Рейнджер в нем нашла?» — только и мог думать про себя Гарри Поттер.       Странно… но добрая половина класса задавалась тем же вопросом.

***

      Гермиона быстро шагала в сторону Хогвартса.       В Визжащей хижине, само собой, так ничего и не удалось найти. Это было предсказуемо, но все равно легкое разочарование не отпускало девушку.       Гермиона пыталась прикинуть следующую локацию для своих поисков и так увлеклась, что не заметила, как кто-то начал сокращать между ними дистанцию.       Этот кто-то был вновь безупречным, ухоженным блондином в мантии цвета фуксии, уже вполне оправившийся после неудачи с пикси.       Гермионы не было в замке около двух часов, а слух о том, что профессору Рейнджер нравится мрачный зельевар уже облетел всех. И как кумушкам это удается? Загадка…       Златопуст Локонс всегда любил только себя: возможно, такой нарциссизм и помог завоевать толпы поклонниц. Кто знает… Но эта молодая зельеварка совершенно не вписывалась в его безупречную, отлаженную модель покорения женских сердец. Все приемы не работали: комплименты не вызывали румянца, а его обворожительная улыбка не сбивала ее дыхания. Да и в глазах не было того фанатичного блеска, в лучах которого Локонс просто млел уже не первый год. А тут ему на ушко рассказывают, что профессор Рейнджер чуть ли не влюблена в этого мерзкого, страшного Снейпа.       Это же ни в какие ворота не лезет!       И Мистер Самая обворожительная улыбка решил, что это дело просто так не оставит. Нужно спасать эту несчастную! Нужно открыть ей глаза! Ведь вот он - сама красота и обаяние! Вот, что нужно женщинам! А не какой-то язвительный, мрачный тип!       Как раз покинув теплицы Помоны, которой Злотопуст решил показать, как правильно ухаживать за мандрагорами, профессор ЗОТИ заметил Миону Рейнджер. Замечательное совпадение!       — Дорогая! — окликнул мужчина девушку.       Услышав фривольное обращение, Грейнджер вся напряглась и, готовая тут же врезать по самовлюбленной физиономии, остановилась.       — Дорогая мисс Рейнджер, куда вы так спешите? — слегка запыхавшись, начал ломать комедию Злотопуст.       — Я возвращаюсь в замок: сейчас будет мой второй урок.       — Мисс Рейнджер, вы себя хорошо чувствуете? — выпалил Локонс.       — С чего такая забота? — девушка даже улыбнулась. Странно, Локонс беспокоится о ком-то, кроме себя…       — Просто….если он вас чем-то опоил, я могу вмиг вас излечить, — выпятив грудь вперед, заявил Златопуст.       Гермиона удивленно вскинула брови:       — Вы о чем?       «Что я успела пропустить, пока осматривала Визжащую Хижину?»       — Уверен, вам не мог понравиться этот уродливый зельевар по собственной воле!       «Эх, Локонс, дураком ты был, дураком ты и остался».       Гермиона почувствовала, как внутри закипает гнев.       Беги, Локонс, беги!       Грейнджер со всей силы сжала кулаки, да так, что ноготки впились в кожу, но даже боль не смогла отрезвить гриффиндорку. Златопуст же, казалось, совсем не заметил, что постепенно начал доводить собеседницу до белого каления. Да замечал ли он вообще что-нибудь, кроме себя любимого? Локонс ухмылялся, уверенный в своей правоте и неотразимости, а Гермиона изо всех сил вспоминала перечень самых сложных ингредиентов, чтобы не припечатать эту наглую физиономию собственным кулаком, лишив при этом пары-тройки зубов.       — Дорогая моя, я полностью в вашем распоряжении. Только скажите, и я выполню любое ваше пожелание.       — Не приближайтесь ко мне. — выдавила из себя Грейнджер и, резко развернувшись, хлестнула зарвавшегося профессора по лицу волосами. Когда Локонс осознал сказанное и пришел в себя после эффектного ухода помощницы зельевара, Гермиона уже входила в Хогвартс. Быстрым твердым шагом Грейнджер направлялась в класс, чтобы приготовить все к приходу следующего курса, но вот незадача, профессор ЗОТИ никак не желал отступать от своего и нагнал гриффиндорку в момент, когда та собиралась войти в подземелье.       — Вы определенно, под заклятием этого злодея! — не переставая улыбаться заявил Локонс и тем самым привлек к себе внимание пары бредущих по коридору студентов. — Не может столь привлекательная во всех смыслах особа быть очарована этим уро…       Златопуст замер на полуслове, когда к его горлу приставили волшебную палочку. В карих глазах Гермионы вспыхнул первобытный гнев, и гриффиндорка даже на зависть Снейпу в его самом отвратном расположении духа прошипела:       — Локонс… У вас есть ровно десять секунд, чтобы убраться долой с моих глаз, в противном случае вы рискуете узнать, что все монстры, злодеи и противники, с которыми вам довелось встретиться в прошлом, — ХОТЯ я очень сомневаюсь, что вы в жизни сражались с чем-то больше виноградной улитки, — все это вам покажется незначительным явлением! Невинной мухой на столе, в сравнении с тем, что я могу сделать с вами лишь одним заклинанием! Не смейте приближаться ко мне с попытками очаровать. Не сработает. Для меня вы просто напыщенный тупоголовый болван из рода конченых нарциссов, у которого при смазливой внешности наблюдается полное отсутствие мозгов! И если вы еще хотя бы раз раскроете свой рот, желая назвать уродом того, кто не обделен умом, вы будете молить, чтобы вместо меня перед вами был Волан-де-Морт!       Когда Гермиона наконец закончила говорить, в коридоре уже столпилось порядком студентов. Даже второкурсники, что собирались уходить, были привлечены руганью профессоров и теперь, раскрыв рты, наблюдали за развитием событий.       Грейнджер отдернула палочку и, уже не глядя на шокированного Локонса, скрылась в классе, не забыв так сильно хлопнуть дверью прямо пред его носом, что с потолка посыпался мелкий камень.       Локонс стоял, ошалев от удивления и страха. Немногие позволяли называть Темного волшебника по имени. Но он не был бы самим собой, если бы тут же не расплылся в победоносной улыбке.       «Я же говорил, что этот урод ее околдовал. Точно опоил приворотным».       Самодовольства этому индюку было не занимать.       Признавать своего поражения он не собирался, а просто решил отступить: все-таки прямо сейчас не сунуться в логово главного врага, хватило ума даже у такого идиота.       Повернувшись лицом к зрителям данного инцидента, Локонс лишь снисходительно улыбнулся и подмигнул в толпу. Половина девушек тут же схватилась за сердце от восторга, а оставшаяся часть вдруг начала задыхаться и дергаться в конвульсиях неразделенной любви. Но все дамы пришли к одному и тому же выводу: мисс Рейнджер просто ничего не понимает в любви в целом и в мужчинах в частности, раз отталкивает такого красавца.       Мужская часть зрительного зала лишь скривилась от вида слащавого профессора ЗОТИ и поспешила дальше по своим делам. Дальнейшего представления явно не предвиделось.       И лишь Рон шепнул на ухо Гарри:       — А хорошо она его, да?       — Ага. Я прямо зауважал нового профессора, — кивнул Гарри.       Маленькая Гермиона лишь злобно зыркнула на двух хихикающих мальчиков: ее детское сердечко болезненно сжалось из-за такого оскорбления, нанесенного любимому.       — Да ладно тебе, Гермиона, — фыркнул Рон, — классно же было! Неужели он тебе по-прежнему нравится, несмотря на то, что этот павлин устроил на ЗОТИ? Он же бездарь!       — На себя посмотри! — вспылила гриффиндорка и убежала от двух застывших посреди коридора мальчиков.       Да… все-таки юношеская любовь слепа.       Абсолютно.

***

      Мисс Рейнджер фурией влетела в класс. Стараясь не разнести драгоценных запасов Снейпа, просто оперлась о ближайшую парту, да так сжала край стола, что чуть щепки в руки не впились.       — Вы рискуете оставить меня без двери, — недовольно заметил Северус, злобно буравя глазами свою ассистентку, хотя на самом деле очень удивился: такой бешеной он ее точно ни разу не видел.       — Простите, сэр, — досчитав до десяти, выдавила девушка.       — Что вас так разозлило? — начал было зельевар, но тут за дверью послышались восторженные вздохи и ахи, которые не нуждались в объяснениях, — А… все понятно…       Гермиона посмотрела на Северуса: вот идеальный же мужчина! Все понимает с полуслова!       — Мисс Рейнджер, не знаю, чем там вас так довел наш общий знакомый, но все же предлагаю… — тут Снейп замялся, но все же решился, — не хотите выпить успокаивающего чая?       — Вы приглашаете меня на чай? — ошарашено спросила девушка, но сразу же добавила, — с удовольствием.       Улыбка опять играла на ее лице.       «Нужно будет послушать от последних сплетниц, что именно натворил Локонс на этот раз» — крутанулась мысль в голове зельевара.       Пока Гермиона пыталась привести в норму дыхание и помолиться Мерлину, чтобы угроза дошла до черепной коробки Златопуста и тот больше не приближался, Снейп принес ей чай, а когда один из студентов следующей группы попытался проникнуть в класс, выставил того за дверь, сказав, чтоб до начала занятия и не думали влезать, если не хотят умереть страшной и мучительной смертью. Студенты впервые не захотели покрыть зельевара дурным словом — лично видели, какой разнос устроила профессор Рейнджер Локонсу и что обещала с ним вытворить разъяренная женщина. Поэтому все студенты тихонечко перешептывались в коридоре, ожидая, когда мисс Рейнджер немного успокоиться — мальчик, что пытался проникнуть в класс, уже рассказал, что их преподавательницу отпаивают чаем.       Снейп тихо пил собственный чай, присев на край стола, пока Гермиона, расположившись напротив непосредственно, вцепилась в чашку так, будто представляла на ее месте голову Локонса и планировала в ближайшее время раздавить. Разговоры зельевар посчитал излишним. От помощницы волнами исходила негативная и очень опасная аура, а женщины — Северус прекрасно знал на примере Нарциссы — страшны в гневе. И это мягко сказано. Ей нужно было время немного остыть…       Когда дыхание Гермионы пришло в норму, а лицо перестало напоминать морду разъяренной химеры, Снейп убрал чашки и взглянул на часы. Мисс Рейнджер его удивила. Смогла прийти в себя в рекордные сроки и подоспела прямо к началу занятия.       — Надеюсь, вы не забыли, что сейчас сюда войдут студенты, а не тренировочные манекены, мисс Рейнджер? — поинтересовался зельевар, и Гермиона вымученно улыбнулась. Снейп взмахнул палочкой, и дверь открылась. Внутрь повалили студенты. Сам Северус устроился на обычном месте с кипой пергаментов. Конечно, он планировал оставить помощницу уже без присмотра, но внезапный инцидент заставил его задержаться еще на один урок. Пускай глаза Мионы уже не метали молнии — кто знает, когда спусковой крючок снова выпустит на волю фурию, а Снейп не хотел, чтобы смерть полного класса третьекурсников оказалась на его совести.