"D" — Воля сердца и мечты

      Незаметно на порт опустилась ночь, погружая всё в искусственный свет частых уличных фонарей; громкие разговоры в приморских тавернах — моряки отправились отдохнуть после работы. Хотя здесь и ночью не так уж и темно — только всё белое становится голубовато-серым, приобретая в арсенал таинственность, взамен отдавая простоту. Ночной мороз слегка щипает за щёки и ударяет прохладой в лицо, стоит только выбраться на улицу. — Наша маленькая Дракуля ещё дома? — безуспешно махая рукой перед насупившейся мордочкой брюнета, поинтересовалась Калия — молодая официантка, которой только полгода, как официально можно грешить.       Сама девушка довольно интересна собой и не только четвёртым размером бюста, на который заглядывается каждый второй заезжий, но ещё и сама по себе Калия — редкий представитель альбиносов, хотя среди снегов это почти незаметно. Кожа её чиста как горный лëд, коса белоснежных волос едва держится в хвосте стойкой резинкой, а розовые глаза широко распахнуты и глядят на мир сквозь невидимые, того же цвета очки. Поскольку чёрная униформа так сильно контрастировала с цветом кожи, официантке позволено носить всё от голубоватой и непозволительно короткой юбки до светло-синего пышного платья — а то ходит как какой-то призрак.       Ещё одной отличительной чертой можно назвать характер этой особы. Едва ли кто-то назовёт её куклой после первого же общения. Издали Калия, может, и смотрится как ранимая и хрупкая хрустальная поделка, нуждающаяся в постоянной опеке и присмотре, но не дайте себе обмануться! Эта снежная бестия — та ещё гуляка и вояка! — Отвяжись! — гневно буркнул молодой мечник, отмахиваясь от рук альбиноса. — И ты снова нацепила линзы?! — недовольно добавил он, разглядывая розовую радужку. Они тоже были красивыми, но не то… Не завлекали они в свои глубины, ну, линзы. — А что не так? — поставив руки на бока, Калия, кажется, решила пренебречь своими прямыми обязанностями и задержаться возле дружка. — Надоело… Хочешь быть такой же особенной, как я? — недовольно поинтересовался Михок, указывая на жёлтые глаза. — И без того мы особенные! — фыркнула официантка. — Итак, поскольку у меня есть работа, жди здесь, поговорим после закрытия! — ан нет.       Она сейчас оставит этого мечника, а потом будет задавать тысячи вопросов. Впрочем, это уже не в новинку. Да, в общем-то Дракуль и не против — всё равно больше ни с кем он особо на острове не водился. — Калия, дорогуша, ты сегодня надела розовые линзы? — неожиданно донеслось до слуха мальчишки с ястребиными глазами, что его заинтересовало, ведь большую редкость, чем вопрос официантке о сегодняшних линзах, было представить сложно. — Ах, ты заметила? — обрадовалась альбинос, кружась у соседнего столика, занятым… да как же, малолеткой? И не какой-нибудь, а той самой девицей с фиолетовыми глазами. Михок чуть со стула, на котором сидел до этого, не свалился. — Это ты?! — завопил он, подскочив к Калии. — Нэ? — секундное удивление на лице девочки сменилось каким-то спокойствием и весельем. — А! Мальчонка, за глаза которого я готова отдать богатства! Здравствуй! — не утруждая себя рукопожатием, поздоровалась Полла.

*****

— Подожди-подожди! — махая ручками, разгоняя тучные облака воспоминаний опекуна прервала рассказ Лайс. — Разве она не говорила, что вы встретитесь в «Алом заливе»? — непонимающе вопрошала Харрмишь, не сводя глаз с Дракуля. — Не обрывай, — флегматично попросил мужчина. — Я бы и так ответил, так вот…

*****

— Ро-ро?! Так вы знакомы? — приложив к белой щеке едва розовевшую ладонь удивилась Калия. — Удивительно, дорогуша, я понятия не имела, что у тебя есть такие знакомые! — так же удивилась Полла, состроив лёгкое удовлетворение. — Но я никак не ожидала, что ты так быстро догадаешься! — обратилась девица к молодому мечнику.       Только сейчас Михок вспомнил, что таверна, в которую он частенько наведывался к альбиносу называлась «Scarlet Sunset», что в переводе и был «Алый залив», на это намекал и бордово-красный интерьер, и подача — всё говорило об изобилии красного, о заливе алым иных цветов. И вино здесь было с аналогичным названием, но уже на каком-то другом языке. — Всего три года… — проурчала Полла, указывая Дракулю, что тот может присесть за стол. — Удивительно, ты ещё не забыл… — скользнуло какое-то разочарование в фиолетовом взгляде.       Сейчас здесь уже зима. Уже третья зима с первой встречи в переулке. Михок не забыл, не смог бы выкинуть тот хитрый взгляд фиолетовых глаз. Но уже потерял всякую надежду снова встретить их обладательницу.       Но вот сейчас, когда Полла скинула с себя верхнюю одежду и осталась в какой-то фуфайке, юбке, сапогах и тонких колготках, молодой мечник заметил странную вещь: помимо фиолетовых глаз у знакомой было ещё две особенности: чудаковатая «кривая» стрижка жгуче-чёрных волос, от корней отдававших ярким фиолетовым, и снежные пятна на коже, коих в прошлый раз не было видно. Большие такие кляксы на руках, ключицах и один, ровненький, окружал правый глаз, придавая виду Поллы больше таинственности и загадочности. И ещë от знакомой сладко пахло виноградом и карамелью.       Мечник так увлёкся рассмотрением девчушки, что промахнулся мимо стула и с грохотом обрушился на пол, забрав с собой и скатерть в придачу. — Дорогуша, нам бы сока из черешни и бутылочку «Алого залива», — обратившись к Калии, протянула Полла, ложась на стол, чтобы рассмотреть свалившегося на другой стороне мечника. — Ро-ро? Алкоголь? — покачала головой официантка, но быстро встрепенулась и спешно удалилась — не было охоты спорить с этой девицей; в конечном счёте, её жизнь — ей её и портить или смягчать этим самым алкоголем, тут уж как посмотреть. — И на кого же ты так засмотрелся? На меня или на Калию? — подперев рукой щёку и облокотившись на край стола, съехидничала знакомая. — Решилась пошутить? — поднимаясь и отряхиваясь, недовольно поинтересовался Михок. — Кстати, что это с тобой? — спросил он, указывая на знакомую и поднимая упавшую скатерть и стул с пола. — Со мной? — округлив глаза искренне недоумевала Полла, пока не взглянула на белое пятно, ярко контрастирующее с природным оттенком кожи. — А! Ты об этом всём? — девица провела пальцами по пятнам и увидев кивок продолжила: — Моя личная особенность! «Отец» говорил, что, вроде, это болезнь… О, точно! Я же похожа на коровку? Такую, пятнистую? — поставив кулачки к голове и выставив указательные вперёд, девчушка весело запрыгала, изображая животинку. — «А у этой двенадцатилетки придури в голове хоть отбавляй, » — подумал Дракуль, но от чего-то не терялась красота образа и невольно появлялась усмешка. — Уважаемые, ваш заказ! — ставя на стол бутылку, два пустых бокала и ещё два высоких стакана с тёмно-красной жидкостью и льдом на стол, бодро объявила Калия. — Спасибо, дорогуша! — поблагодарила Полла, тут же оказавшись на законном месте и уже вовсю попивая тот самый тёмно-красный напиток. — Вино? В таком возрасте? — удивился Дракуль.       Как странно. Он видит эту девчонку второй раз в жизни и знает её от силы пять минут. Но… такое чувство, что мечник знаком с ней уже давно — так легко было рядом с ней, да и просто она казалась родной. Простой, незаурядной. Просто Поллой. Девице-коровке хотелось открыться, рассказать о чём-то, задержать её возле себя, чтобы она была рядом и скрасила столь однообразную жизнь среди снегов. — Сам ты вино! Сок. Из черешни. Пей за моё здоровье, — стукнув кулачком мечника по макушке, ответила альбинос. — Ну, а «Алый закат» выпьем за встречу! — легко улыбнувшись, полностью противореча Калии, и ещё легче открыв бутылку, Полла наполнила бокалы на половину бордовым соком винограда и протянула один из них Михоку. — За встречу! — немного в прострации поддержал Дракуль.       Она была как взрослая: стойкая, беспринципная и малость сумасбродная, но забавная. Взрослые же, как Калия, видимо, воспринимали её, как равную. Этот факт немного удивлял. Хотелось поэкспериментировать, и молодой мечник с радостью принял бокал и выпил под восторженное удивление официантки. — Залпом! Да ты не промах! — засмеялась Полла, широко улыбаясь и даже жмурясь. — «Горькое, но вполне приятное на вкус, » — слегка туманным взглядом разглядывая пустой бокал, подумал мечник. — Полла, да? А ты не сбежишь, как в прошлый раз? — спросил он. Дракулю правда хотелось просто побыть рядом. Какой-то магнит тянул к этой девчонке. Странной. Иной на вид, нежели прочие матросы и мореплаватели. — Я не сбегала! — гневно возразила знакомая. — Я побуду здесь, а в следующий раз мы встретимся… М-м-м… — задумчиво уставившись в окно она ответила: — Это будет встреча года! — заключила Полла, и фиолетовый взгляд скользнул на собственный опустевший бокал. — Дорогуша, — обратилась девочка-коровка к официантке, всё ещё наблюдавшей за необычными гостями, — его бы покормить, сообразишь? — положив в белую ручку средних размеров кошель, попросила Полла. — Так много? Здесь хватит ужинов на двадцать для целой роты! — обеспокоенно заметила Калия, уставившись на улыбающуюся девочку. — И славно, корми его сколько хватит! А сейчас займись делами, дорогуша, а то из-за нас лишишься работы, — указывая на недовольных посетителей ответила девчушка, и официантка направилась по делам, иногда оглядываясь на столик с детьми. — Ещё? — поинтересовался Михок, протягивая бокал знакомой. — Хм? А дурно не будет? — уже наливая, поинтересовалась девочка. — Ну, рассказывай: что, как, где? — уперевшись грудью в край стола и поставив замок из рук под голову, лукаво спрашивала Полла.       Молодой мечник и его знакомая разговаривали долго. В баре сменялись люди, многие, уже побалагурив, расходились по домам, кто-то танцевал, кто-то пел, но разговору это не мешало. Михок тогда пожаловался на своего учителя, разболтал много о своих сверстниках, говорил о жизни, а Полла слушала и только иногда кивала, не желая его прерывать. Правда, всего этого Дракуль не вспомнит, а даже если и так, то ему это покажется страшным сном.       Это и произошло на следующий день. Душа нашла тело всё за тем же столом, притом уже к полудню. Голову сразу же захотелось выкинуть, а девочку-коровку зарубить. Причём не ясно, чего хотелось больше, а ещё было желание просто пожрать. — Маленькая Дракуля уже пришла в себя? — заметив пробуждение мечника, посмеялась Калия. Видимо, упавшая со лба мокрая тряпка — её же старания. — Голова… — хрипло провыл Михок, не желая даже двигаться. — Ро-ро… Я же говорила, не стоит осушать бокал залпом, — шутливо заметила альбинос, протягивая дружку стакан воды и свёрток какого-то лекарства. — А где эта? — указывая на стул, где сидела знакомая, спросил Дракуль. — Ты о Полле? Она уже ушла, точнее, ушла она ещё вчера… — официантку оборвал смачный удар по столешнице. — Твою мать! — прорычал Дракуль и глаза его сузились до щёлок, а лицо стало напоминать мордочку ястреба, но мальчишка тут же схватился за голову, потому как та загудела ещё сильней. — Полла сказала, что теперь ты можешь ходить сюда и есть что пожелаешь, она оставила немалую сумму, — снисходительно подметила Калия. — Ещё она пожелала тебе всего самого хорошего и отметила, чтобы ты не думал её искать, — досказала альбинос и, оставив молодого мечника наедине с мыслями, ушла.

*****

— Она снова провела тебя! — засмеялась черноволосая девчушка, закрывая рот ручками. — Полла была такой хитрюгой уже в двенадцать, надо же! — дитя продолжало хохотать. — Определённо, самая вредная на тот момент личность в моей жизни, — вынужден был согласиться Дракуль. — А это правда, что у неё были фиолетовые волосы и вся она была в пятнышках? — ухватив ручками косичку, где волосы к концам становились почти идеально-морского цвета, спрашивала голубоглазая девчушка. — Стал бы я тебе врать? Меня это тоже удивило, но оказалось это довольно мило, — ответил мужчина, продолжая рассказ: — Поскольку Полла запретила себя искать, через какое-то время приоритетом для меня стало получение титула…

*****

      И вот уже снова весна, только здесь она всегда. Все месяца в году. Это другой остров. Здесь люди приветливые, непривычно весёлые и очень активные. Каждый день после обеденного дождя на острове какое-нибудь празднество или просто пьянка без случая. Но вместе с весельем здесь и очень много преступников, обмана и лжи. Только не хочется этого замечать, даже если везде мелькают дозорные и то и дело кого-то заковывают в цепи. Это не в новинку, и излишние внимание к подобному лишь привлекает подозрения к тебе самому. — Хороший городок… — протянул мечник с очень подходящим прозвищем к внешнему виду — «Соколиные глаза».       Все его так и звали — «Пират Соколиные глаза». Он одиночка, путешествует ради схваток с достойными и сильными противниками. Он не грабит народ и не убивает понапрасну. Его обходят стороной и лишний раз не лезут, но не боятся. Хотя неясно, от чего же он тогда пират, правда? Были и более жуткие авторитеты, на которых и смотрело «Правосудие» дозорных, пока что не замечая пирата с зимнего острова. — Вина, — спокойно объявляет он официанту, садясь за столик в прибрежной таверне, привычно пахнущей саке, жареным мясом и старой древесиной. — Какого изволите, уважаемый господин? — распинается шатен, которого еле ноги держат от перепугу. Новичок. Не привык ещё принимать заказы у преступников. Ну ничего! Пусть учиться, лишь бы в обморок не падал. — «Алого заката», — так же спокойно и даже отчуждённо отвечает Михок, уставившись в окно, не тратя время на рассмотрение банального, красно-рыжего интерьера таверны или чего-то в роде лампад под потолком или огромных расписных амфор с вьющимся цветком, испускающего едва приметный аромат, стоящих у барной стойки и при входе. Он прибыл на этот остров ради достойного противника и уже сердцем чувствовал, что он где-то рядом. Пусть он и молод, но чуйка у него уже развита. — Хватай её! — послышался громогласный крик, казалось, на миг охвативший всё.       Дракуль даже не вздрогнул — привык, но голову всё же повернул и обомлел. Как раз мимо таверны по набережной за кем-то гнался если не весь здешний дозор, то хотя бы большая его составляющая точно. И этот кто-то был один. Один шустрый силуэт и стоящий явно не мало. — Снова Кунцит не даёт покоя нашему городу? Делать что ли нечего? — пробурчал какой-то охотник за головами за столом по соседству. — Кунцит? — нелепо громко повторил мечник. — А? Заинтересовался? — пересаживаясь за стол к Михоку, переспросил услышавший вопрос охотник, отличительной чертой которого можно было назвать лишь красный от ржавчины кинжал и лицо, казалось, так часто раненное, что состояло из одних шрамов. — Допустим. Расскажешь пирату? — недовольно подняв бровь, снова спросил Дракуль. — Я и так знаю, что ты пират! О тебе иногда заходит разговор, в особенности, из-за твоих глаз! Сейчас мне не будет прока от твоей поимки, потому я готов рассказать тебе о птице покрупней — Кунците! Ты же рыщешь в поисках достойных противников, верно! — посмеялся охотник на пиратов. — И сколько же дают за голову этого взбалмошного? — спросил Дракуль. К этому времени официант уже преподнёс ему заказанное вино и пират с удовольствием его поглощал. — Хм? Я говорил «его»? — ответил вопросом охотник. — Кунцит — это молодая пиратка, думаю, твоя ровесница. Прозвище она тоже из-за глаз получила, правда, у неё ещё зверёк есть, пиратку ещё Куницей кличут, — пока охотник с некоторым упоением рассказывал об этой пиратке, Михок уже три раза успел подавиться своим дивным напитком. — «Фиолетовые глаза… Ровесница… Девушка-пират…» — нервно повторял в голове приметы мечник. — Полла, — вырвалось у него и охотник косо на него посмотрел. — Так ты о ней слышал? Кунцит действительно зовут Полла, — согласился собеседник.       Только охотник на пиратов закончил свою речь, как дверь таверны резко распахнулась и ураганом в неё влетело нечто, быстро сгруппировавшееся, разлетевшееся в две стороны, отрикашетевшее от стены и гордо опустившееся на пол. И всё это в несколько мгновений. — Итак, я в тупике, да? — послышался недовольный женский голос и обращалась его обладательница либо к вселенной, либо к себе самой. — Ребят, Голетта, у нас проблема, — добавила всё та же влетевшая, обращаясь к кому-то. — Полла, я полагаю, — произнёс пират «Соколиные глаза», узнавший в этой пиратке свою давнюю знакомую.       И правда, в девушке с чёрно-фиолетовыми волосами и кожей в снежных пятнах легко узнавалась та девчушка с острова зимы. О глазах и говорить не приходится — они и так узнаваемы. Разве что одета она теперь в разы более вызывающе: рыжая короткая майка, мега короткие шорты, невнятного происхождения куртка, завязанная на поясе и диковинные сандалии, сделанные словно на заказ — вот и всё! И за спиной у неё огромный зверь охристо-коричневого окраса, напоминающий куницу. — Ого! Мальчишка с глазами птицы! — обратив внимание на мечника, усмехнулась Полла. — Ребят, — в руке у девушки оказалась забавного вида дэн-дэн-муси, на связи с кем-то, — я нашла выход, до встречи! Ха-ха! — бодро произнесла девушка и вырубила улитку, когда на том конце стали нецензурно возмущаться. — Полла, рекомендую поспешить… — мягко попросила питомица, приведя в шоковое состояние всех собравшихся и просто случайно оказавшихся неподалёку.       Голетта, а именно это имя принадлежало Кунцитовой зверушке, была если не сильно потрёпана, то серьёзно вымотана. Массивные чёрно-коричневые лапы то и дело дрожали от напряжения, каштановые бока тяжело вздымались, коричневая шерсть на загривке была взъерошена, а на мокром розовом носу красовалась рана, обрамлённая свежей, алой как вино кровью. Всё говорило о недавней схватке. Зверь явно боевой.       Не ответив, Кунцит спокойно подошла к мечнику, наклонилась к его лицу, с прищуром изучила и, широко улыбнувшись, схватила Дракуля за шкирку, сказав:  — А за пять лет ты неплохо подрос! Поможешь мне, «Соколиные глаза», — она и не намеревалась спрашивать мнение Михока, поставив того перед фактом и потащив к выходу, наплевав на объяснения. — Хочу заметить, что ты тоже изменилась, — ответил пират, абсолютно равнодушный к такому отношению. — И с чем тебе помочь? Неужто с дозорными? Где ты такой хвост успела собрать? — несмотря на что-либо, «Соколиные глаза» уже успел свыкнуться с тем, что Полла появляется в его жизни и вскоре после этого исчезает, оставляя очередной незабываемый опыт и какую-либо помощь.       Взять хоть тот факт с таверной «Scarlet Sunset» — оплаты хватило ровно до отплытия, белли в белли, словно девчушка уже знала чем всё закончиться. Или когда её имя привело его к сопернику, с которым он искал встречи два года. Неведомыми людям путями девушка вела мечника к поставленной перед ним цели. — Какая ты догадливая, Дракуля одомашненная! — пародируя Калию, усмехнулась пиратка. — Полла, зачем тебе мечник? — недоумевала бегущая возле говорящая куница в холке ростом с Михока. Даже непонятно что озадачивало больше: рост зверушки или то, что она ГОВОРИТ? — Я так понимаю, ты хочешь со мной поболтать, верно? — игнорируя свою питомицу, поинтересовалась у пирата знакомая. — Размажем этих дозорных, и в баре… нет, у нас на корабле всё обсудим! — в фиолетовой глубине скользнули искры детского озорства и взрослого азарта, сопровождаемые яростным оскалом. — Ладно, я не против размяться, — хрустнув костяшками, согласился пират, наконец допущенный к походам самостоятельно.       Стоило лишь высунуться на главную площадь, как их окружили. Отовсюду: из-за фонтана, стоящего в центре, из окон и дверей домов выходящих к площади, с крыш и из люков и из-за углов повыскакивали дозорные, буквально не давая шанса на побег. После бесполезного предложения сдаться завязалась стандартнейшая из возможных битв, в которой победителями всё же вышли два человека. И зверь. — Ты неплохо разучился махать настоящим мечом за эти пять лет! — усмехнулась Полла после совершённого разгрома «Правосудия», когда они неспешно шли в сторону порта. Больше никто не рискнул с ними связываться, и потому трио не торопясь брело по набережной, пусть у них и была определённая цель. — Никогда бы не подумал, что ты сражаешься в рукопашную… — поделился впечатлением Михок, вспоминая, какой из знакомой боец и насколько не равно было количество поверженных.       Прокрутив ещё раз потасовку в голове, Дракуль был готов согласиться с тем, что в схватке без мечей он бы проиграл этой девушке, всю дорогу утирающейся от крови своих соперников, благо, что все живы остались. — Разве? Ах да, ты же не видел… Мне не нравится оружие, предпочитаю самостоятельность, — непонятно ответила Кунцит, восседающая на коричневой спине своей куницы, хромающей на заднюю лапу и часто чихающей из-за пороха, что ярко чувствовался в воздухе на пару с солью моря.       Полла привела «Соколиные глаза» к пристани и подвела к прекрасному огромному кораблю с алыми парусами, лишь три из которых были белыми, а нос судна украшали две прекрасные русалки. Деревянные борта тоже странно отдавали красноватым. Разве что было чудно чёрное знамя с костьми над этим кораблём. И заглядевшись на эту жемчужину судостроительного дела, Дракуль и не заметил, как был заведён на палубу и представлен команде. Ну, как представлен, окружён на пару со знакомой. — Несносная Му-Му, в гроб нас завести решила?! — схватив девушку за ухо, стал отчитывать пиратку высокий блондинистый мужчина с причудливой бородкой и шрамом на правом глазу. — Рейли, ты с ней поаккуратнее… — произнесла Голетта, плюхаясь на краю палубы, не собираясь предпринимать каких-либо действий. — Хозяйка мне всё ещё нужна, — добавила куница, подбирая лапы под себя и проваливаясь в дрёму — похоже, беспокоящая её при ходьбе рана не мешала Голетте спать. — Му-Му, — собрав Поллу в охапку и начав её тискать, взвыл высокий, усатый, широкоплечий мужчина, чуть ли в слёзы не пускаясь, — Сильверс меня чуть не убил, пока тебя не было! На кого же ты меня оставила?! — жаловался Кунциту капитан сего судна. Ну, а кто ещё стал бы носить красный плащ и капитанскую шляпу? — Роджер, Рейли, пустите! — вскрикнула пиратка, раскинув двух мужчин в разные стороны. — Во-первых, не Му-Му, а Полла! Во-вторых, я всё ещё жду похвал за уведённый хвост! В-третьих, никто ведь не умер, Рейли, в чём проблема? И потом, вы сами попросили, нечего жаловаться… — монолог Поллы тихо слушал и капитан, и старпом. Поди поспорь с этой пираткой — мигом без языка, а то и чего поважней останешься. — Мда… Как Харрмишь является на этот корабль, все полномочия тут же переходят к ней, аж завидно, — процедил забавный юнга с голубыми волосами и смешным клоунским носом. — Да уж… Спорить с ней даже Рейли не станет. Авторитет, — согласился со своим товарищем красноволосый юноша, стоящий неподалёку, видимо, к подобному здесь уже все успели привыкнуть. Увидев же Михока, юнга хмыкнул и, схватив выпивку и подошёл к фиолетовоглазой пиратке. — Полла, расслабься! — приобнимая девушку, весело произнёс красноволосый юноша, изображая хмельную развязность и во истину пиратское веселье. — Ты уже закончила с дозором? Так давай за это выпьем! А, кстати, кто это рядом с Голеттой? — перевёл тему красноволосый юноша, указывая на Дракуля, всё это время тихо стоящего в отдалении. — Точно! — стукнув кулаком о ладонь вспыхнула новыми силами пиратка. — Шанкс, знакомься, это мой давний знакомый — «Соколиные глаза»! Михок, разреши представить тебе моего дорого друга — «Рыжеволосого»! — подвела юношей друг к другу Полла, представив их. — Роджер, ты мне проиграл, — усмехнулся корабельный врач. — Что?.. — разочарованно протянул капитан, опуская руки. — Ага! Золотой Роджер проиграл Крокусу! — рассмеялась команда. — Полла единственная, кто может поставить нашего капитана в тупик! Му-му никогда не прочитать! — захохотали мужчины. — Это не справедливо, — отсчитывая проигранную сумму, пробурчал Роджер. — Му-Му, — он с надеждой посмотрел на девушку. — Нечего на меня смотреть! — отрезала Полла. — Гол Д, ты сам проиграл, скажешь «нет»? Опозорился ты, меня не приплетай! — топнув ножкой пиратка развернулась на месте и двинулась в сторону бочки с ромом, дабы избавить себя от давно мучившей жажды.       Между тем красноволосый юнга с интересом рассматривал гостя корабля. Михоку может и показалось, но Шанкс явно воспринимал его, как соперника, при чём не ясно, в чём именно. Делить им было пока нечего, юноши даже не пересекались никогда до этого. Хотя, может виной тому были мечи, что носили с собой «Соколиные глаза» и «Рыжеволосый», а, может, нечто большее?.. Нечто, фиолетовой ниточкой связавшее их. — Рад знакомству! — узко улыбнувшись, протянул руку новому знакомому Шанкс. — Будем знакомы, — ответил Дракуль и, пожав руку, тут же был притянут к юноше почти в плотную. — Запомни, «Соколиные глаза», обидеть Му-Му тебе дорого обойдëтся, — в глазах «Рыжеволосого» отражалась внутренняя решимость и едкая угроза воспринималась всерьёз. Михок оттолкнул красноволосого юнгу и выдернул руку из рукопожатий, ничего не ответив. — А сейчас, пойдëм, Золотой Роджер, наш капитан, обожает посвящать пьянки новым знакомым! — и снова на смуглом лице юноши играет непринуждëнное спокойствие и легкое веселье. — Конечно же! Дракуль, Роджер с радостью обмоет это знакомство! Правда же, Гол Д? — толкнув локтем всë ещë недовольного проигрышем капитана, спросила Полла. — Да… — уныло ответил мужчина. — Я чëт не поняла, а где радость на твоем старческом лице? — оттягивая щëку Роджеру, недовольно высказалась пиратка, нахмурив брови. — Так и помереть не долго. С тоски-то, — добавила Му-му — Отвяжись ты уже от меня, Харрмишь! — отмахнувшись от рук девушки, взвыл капитан, задетый за живое. — Сколько ещë ты будешь меня донимать?! — гневно вскрикнул он, как говорят, когда уже «накипело». — Сам виноват, — отрезала Му-му. — Из-за тебя я осталась без суженого! Придëтся теперь сватать дочь свою за твоего отпрыска. Я надеюсь, ты собираешься оставить на земле хоть одно дитя, — вещала Кунцит, на потеху окружающих, совершенно не стыдясь слов. — Это ваша вина! Вина рода Харрмишь, это вы не вовремя рождаетесь! — возразил ей Роджер, глядя на оппонентку сверху-вниз, преимущественно из-за роста. — Нет. Правду говорят: «демоницы прекрасней всех человеческих девушек, но хуже всех демонов преисподней», — констатировал Рейли, отчуждëнно наблюдая за перебранкой капитана и пиратки в отдалении — вдруг ещё зашибут, оно ему не надо. — Что ты там вякнул, Сильверс?! — гневно вопрошала Полла, двигаясь в направлении старпома. — Н-ничего… — запнувшись ответил блондинистый мужчина, вспоминая, куда лучше бежать, когда тараканы в голове у девушки не в духе — уж больно не хочется получить мачтой по башке или выслушать целую повесть о Кунцитовой нелëгкой судьбе.       Нет, конечно, Сильверс и Роджер много сильнее Кунцит, об этом никто не спорит. Но куда ж ты денешься от словесной-то атаки? Да и по негласному закону женщин обижать нельзя, даже если эти дамы сердца уже до белого каления тебя доводят! Вот и продумывают бедняги-друзья всевозможные пути отступления, когда Му-Му не в духе. — А ведь Рейли прав… — задумчиво сказал Роджер, осевший на палубе. На этом в Гол Д. прилетела подзорная труба старпома, запущенная девушкой. — Ай! Разве нет? За что ты меня ударила? — потирая шишку, вопрошал недовольный поведением гостьи капитан. — В роду Харрмишь одни только бабы и рождались уже туеву кучу грëбанных лет, по крайней мере, столько, сколько мы с вами знакомы, — утверждал мужчина. — Д. не причисляет меня к демонам! — парировала Полла, выдавая себя с потрохами. — Ну, от ангелов вы тоже далеки, — буркнул Роджер, достаточно громко, чтобы Кунцит его услышала. — Понял, понял, только не кидайся в меня ничем, хорошо? — рьяно махая перед собой руками, слëзно попросил капитан, видя, как девушка уже подбирает что-нибудь покрупней, дабы запустить это в его черноволосую голову. — Д? — вопрошал Михок, уловивший в потоке слов сей забавный инициал. — Ты никогда не слышал о них? — насмешливо поинтересовался юнга с голубыми волосами и клоунским носом. — Ты корабельный клоун? — всë так же спокойно спрашивал «Ястребиные глаза». — Да не клоун я! — закричал юнга, покраснев от гнева. — И правда, Дракуля, не оскорбляй несчастного шута Багги, — надув губки попросила Полла. — А ты, Багги, не болтай понапрасну на такие важные темы, — обратилась к юнге Кунцит и тот отвернулся, продолжая что-то ворчать себе под нос. — Но, Михок, если тебе всë же интересно, — фиолетовоглазая пиратка выдержала завлекающую паузу, — Шанксик, дружочек, не объяснишь нашему гостю о Д? — игриво позвала «Рыжеволосого» девушка, и тот, пусть и с неохотой, но согласился. — Только ради тебя, Му-Му, — кивнул Шанкс, целуя ручку своей подруги. — Ну, слушай, Ястребиная морда, или как там тебя? Был такой клан, клан Д, и некогда процветал он и был лучшим, что создавалось людьми… — неохотно начал рассказ «Рыжеволосый», похоже, вдохновлëнный идеей блеснуть своими знаниями и тем, что делалось это ради Поллы.       Пока красноволосый юнга расчерчивал в воздухе схемы и расписывал года истории, подробно, насколько ему позволяла его собственная осведомлëнность, рассказывая об инициале в именах его капитана и подруги, Михок был прикован всем своим сознанием к смеющейся Кунцит, разговаривающей с Рейли и Роджером, которых порывалась сама же зарубить пять минут назад, о чëм-то непринуждëнно лëгком или забавно обыденном. Возможно, неведомым человеку чувством, Дракуль начал понимать, что именно заставило «Рыжеволосого» воспринимать мечника, как конкурента. На кону ведь такой лакомый кусок… — Теперь всë понял, птицеглазый? — скрестив руки на груди и приподняв бровь, спросил «Рыжеволосый». — Как ты меня назвал, Рыжая швабра? — недовольно спросил мечник у юнги. — Птицеголовый! — огрызнулся Шанкс. — Что-то не так? Нечего было обзываться! — равнодушно заметил «Соколиные глаза», потихоньку выводя красноволосого юношу из себя. — Ха! Ты от безделья ëрничаешь или от бессилия, ястребиная морда? — парировал юноша. — Хочешь это проверить, красноголовый придурок? — потянувшись рукой за спину, чтобы достать меч, спросил Михок.       Слово за слово и дошло до личных оскорблений, а дальше — больше! «Рыжеволосый» и «Соколиные глаза» решили помериться силами, скрестив клинки на палубе чудесного Оро Джексона.