Король Абесинских Пиратов

      - Парус на горизонте!       Велек распахнул глаза. Утренний свет пробивался через шторы на окне его каюты. Солнечные лучи скользили по подушке, играясь и убегая. Мужчина поднялся и сел в кровати. В голове начали смутно проявляться события этой ночи. Сон, крик, приход Грозжи... Он не помнил, было ли это наяву или нет. В любом случае дозорный кричал в реальности, и надо было что-то предпринять. Сейн вскочил с койки и принялся одеваться. Натянув сапоги и рубашку, он выбежал на палубу. По правому борту двигалось два корабля.       - Имперцы, - произнёс Зарра, стоящий рядом. Заметив подошедшего редгарда, аргонианин опомнился и поприветствовал его: - Доброе утро, капитан!       Кивнув в ответ, тот молча протянул руку, требуя подзорную трубу. Два судна двигались прямо на них, очевидно, уже заметив неспешно плывущую бригантину. Это был трёхмачтовый барк, а за ним, величественно подняв нос, двигалась каравелла. Велек встал перед трудным выбором: поднять флаг и попытаться атаковать имперского торговца с эскортом или же не менять курса и убраться восвояси. Но желание заявить о себе было слишком велико. Имперские корабли... Сколько слухов тотчас же разнесётся по округе о том, что неизвестные пираты напали на них... И когда их спросят о том, кто же это был, они ответят со страхом во взгляде: "Велек Сейн". Редгард представил себе эту картину и улыбнулся. Слава ждала. Стать грозой для всех на море было заманчиво. Он хотел этого слишком сильно.       - Право руля, - ухмыльнувшись, скомандовал Сейн.       - Ты всё никак не успокоишься? - раздался вдруг голос Грозжи над ухом.       Он повернулся и встретился с ней глазами. Орчиха серьёзно смотрела на него, словно он совершил нечто ужасное.       - Ты так уверен, что справимся? - спросила она.       - Нет, риск есть всегда, - не изменив выражения лица, ответил тот, - И шанс тоже. Поднять все паруса! Канониры, к бою! Готовься к атаке!       Он отошёл в сторону, чтобы наблюдать за тем, как выполняются его приказы. Увидев, что они подошли достаточно близко, Велек хитро улыбнулся и крикнул:       - Поднять чёрный флаг!       Зурзаб тяжело вздохнула. Назревала кровавая бойня. Но в ней принимать участие она уже не будет. Пока все были заняты приготовлениями к атаке, девушка прошла в кубрик, взяла свой кошель с золотом, небольшой кинжал и, вернувшись на палубу, осторожно, так, чтоб никто не заметил, прошла к корме. Сбросив с себя кожаный жилет, меч и сапоги, Грозжа перелезла через перила и застыла на месте, смотря на плещущиеся за бортом волны. Вдали был виден берег, доплыть до которого было бы трудно, но возможно. Один шаг, и она свободна... Всего один шаг... Но что-то мешало ей сделать его. Велек... Орчиха не могла так просто его оставить, но тот не желал уходить с ней. А терпеть больше не было сил. Хотелось тишины, покоя и одиночества. Нет в этом мире людей, которые полностью поняли бы её и разделяли бы её мнение. И в Сейне она ошиблась. Вдохнув побольше воздуха, она подняла ногу, перенеся вес на другую...       - Грозжа, - послышался удивлённый голос позади.       Девушка замерла и не поворачивалась. Редгард подошёл ближе. Он с изумлением глядел на неё, стоящую за перилами и готовую спрыгнуть в море.       - Что ты делаешь? - поражённо воскликнул тот.       Зурзаб вся напряглась, думая, что же ответить. Она уже была готова отпустить обтёсанное гладкое дерево и полететь вниз, но так не вовремя появившийся Велек значительно поколебал её решимость.       - Нет... Стой... - всё ещё пребывая в шоке, попросил капитан, пытаясь схватить её за руку. Но прежде, чем он коснулся её, Грозжа обернулась и, шепнув "прости", шагнула вперёд... Тело поглотили волны, но уже через несколько секунд её голова показалась из-под воды, и она поплыла к берегу. Сейн смотрел ей вслед, видя, как гребни накрывают её, но затем она снова появляется на поверхности; смотрел с тоской в глазах и ничего не чувствовал. В голове было абсолютно пусто, не было никаких мыслей, а впереди в слепящей голубизне маячила уменьшающаяся точка...       - Капитан!       Кто-то тряс его за плечо. Велек медленно обернулся и взглянул на подошедшего, не замечая его.       - Капитан, - произнёс взволнованный Лорит, - Корабль с грузом сменил курс и теперь уходит, а военный идёт прямо на нас, что де...       Он запнулся, тоже заметив уплывающую старшую помощницу.       - Это что, Грозжа? - не веря своим глазам, спросил босмер.       Сейн снова посмотрел на серебрящееся рябью море, где всё ещё было видно его подругу. Вцепившись в перила, он зажмурился, наклонился вперёд и тихо застонал. Это было самое большее, что он мог себе позволить. Ему хотелось кричать, плакать, рыдать, но он знал, что это плохо скажется на отношении к нему команды и его авторитете. Редгард изо всех сил пытался сдержать бушевавшие внутри эмоции. В абсолютно очищенном от мыслей мозгу снова прозвучали слова из его проклятого сна: "нас убивают наши желания". Тяжело вздохнув, он только покачал головой.       - Что она делает, капитан? - взволнованно воскликнул испуганный бард, совершенно не понимая, что происходит.       Велек молчал. И вдруг внутри проснулась злоба. Гнев, заставляющий содрогаться, ненависть, переполняющая душу. Он нахмурился, стиснул зубы и обернулся. Расстояние между ними и каравеллой сократилось вдвое. Безумно ухмыльнувшись, мужчина прищурился и произнёс:       - К бою.       Его приказ тотчас разнесли всему экипажу. Канониры занялись пушками под наблюдением Зарры, Зерн собирал отряд для абордажа... Но одного воина не хватало.       - Нужен боец, - пробасил квартирмейстер над ухом, всё так же, в привычной манере по максимуму сокращая свою речь.       - Я пойду, - твёрдо ответил редгард, кладя руку на рукоять верного скимитара.       - Как скажешь, - послушно кивнул норд и удалился, оставив Велека одного продолжать созерцать просторы Топальского моря, в которых уже ничего не было видно... ***       Выстрел... Ещё и ещё... Летящие щепки, дым, грохот... Всё это казалось настолько обыденным, что уже не вызывало страха и опасений за свою жизнь. Редгард свободно и спокойно перемещался по палубе, давая последние указания перед абордажем. Два корабля сошлись борт о борт. И из этой схватки должен был выйти только один.       Трап был переброшен на каравеллу, и по нему тут же побежал Сейн, обнажив клинки. Он никому не давал пощады, жестоко расправлялся с каждым, кто вставал на пути. За ним на вражеское судно устремились вдохновлённые такой завязкой боя пираты. Словно вихрь, капитан вертелся и размахивал мечами, яростно калеча противников. Никто не мог и близко подойти к бешено кружившемуся обезумевшему редгарду. Срубая головы, пронзая людей лезвиями, он вымещал свою злобу на тех, кто считался врагом и мог быть убитым. Руки болели от напряжения, но ему было плевать. Велек был даже рад этой физической боли, ощущая которую он на время забывал о душевной. Крики раненых лишь больше разжигали в нём огонь гнева, и он принимался крушить их с новой силой. Остановить этого удивительного воина не мог никто. Он с разъярённым рычанием кидался на матросов и молниеносно расправлялся с ними.       - Остановись, мельница! - крикнул с насмешкой кто-то позади.       Сейн резко обернулся на голос. В дыму было видно, как по лестнице с кормы неспешно спускался капитан корабля: уже не молодой седой имперец с аккуратно подстриженной бородой и усами.       - Ты перерезал почти половину моей команды, - усмехаясь произнёс он, невозмутимо подходя ближе, - И я недоволен этим.       Он говорил на удивление спокойно, будто находился не на поле боя, где его окружали пираты, а у себя дома перед камином с кружкой эля в руках, разговаривая со старым приятелем.       - Ты, верно, лучший прихвостень наследника почившего Зирдулла Генара, так? - предположил мужчина.       - Если уж на то пошло, то я и есть наследник, - рявкнул Велек, с ненавистью глядя на своего врага.       На лице собеседника на мгновение застыло удивлённое выражение. Брови взметнулись вверх, а рот застыл в раздражающей полуулыбке.       - Глим Рит, капитан "Гнева Моря", - представился он, подавая руку.       - Велек Сейн, капитан "Шёпота Волн", - не ответив на рукопожатие, сказал редгард, тяжело дыша.       - Сколько времени прошло... - с еле заметными нотками грусти в голосе заметил невозмутимый имперец, - Я помню этот корабль под именем "Дух Глубин"... Честно говоря, предыдущее название мне нравится больше, но я не в праве судить о ваших вкусах, капитан.       - Тогда заткнись и давай к делу, - огрызнулся редгард, приподняв окровавленную губу и показывая белые ровные зубы.       Глим только усмехнулся, оглядывая своего противника. Свободные холщовые штаны, высокие сапоги до колена, рубашка с кожаным жилетом, яркий красный пояс, такого же цвета повязка на шее... Во взгляде читались лишь презрение и ненависть; губа была разбита, кровь стекала по подбородку; всё лицо было покрыто многочисленными ссадинами и небольшими ранами, полученными сегодня и не только. "Да, вид у него самый что ни на есть воинственный" - с усмешкой отметил про себя Рит, вынимая саблю из ножен.       - Что ж, не могу более испытывать ваше терпение, сэр, поэтому начнём, - любезно произнёс он, с отцовской любовью и нежностью во взгляде рассматривая лезвие своего клинка.       Велек злорадно улыбнулся и встал в стойку. Имперец снова поднял брови и изучающе оглядел противника. Затем он резко замахнулся и первым пошёл в наступление. Сокрушающий удар был парирован; редгард отскочил в сторону, параллельно пытаясь ударить моряка в бок скимитаром. Но тот, несмотря на преклонный возраст, ловко увернулся, отпрянув назад. Сейн никак не ожидал, что он сделает это с такой лёгкостью и быстротой, но тут же опомнился и вновь ринулся на него. Бешено размахивая скимитарами, он подбежал ближе и попытался нанести серию выпадов, но Глим отбил их все. Он выглядел совершенно не напряжённым; наоборот, казалось, что все его движения были плавными, расслабленными, будто он танцевал. Сколько раз Велек пытался неожиданно атаковать его, ловко кружась вокруг, и всегда его клинок натыкался на вовремя выставленную саблю Глима. Он был неприступен; до него нельзя было даже коснуться.       - Ты тратишь слишком много сил на свои атаки, совершаешь слишком много лишних движений, - невозмутимо заметил имперец, отбив очередной неудачный удар редгарда, - А я ещё даже не запыхался.       Разъярённый Сейн наконец понял: его враг практически не нападал; он постоянно держал оборону, внимательно следя за каждым шагом противника. Тогда он остановился и скрестил скимитары перед собой.       - Может, перестанешь болтать и начнёшь драться? - презрительно ухмыляясь, спросил Велек.       - Я жду, когда ты совсем выдохнешься, чтобы потом, не прилагая особых усилий, одним взмахом сабли снести тебе твою неразумную голову, - в тон ему откровенно ответил тот, - А пока... давай, нападай! Попробуй меня убить, если кишка не тонка!       Он развёл руки, словно приглашая сделать это. Пират стоял и молча смотрел на него, бешено соображая, как же найти главную его слабость. Она должна быть у каждого, надо только обнаружить её и бить...       - Ну что же ты? - подначивал его тем временем надоедливый имперец, - Покажи, что умеешь; может, у тебя есть своя техника?       - Какой смысл мне тебя убивать? - внезапно задал странный вопрос редгард, опуская вниз руки и выпрямляясь, - Вся твоя команда перебита, корабль практически наш. Но я его потоплю. А тебя оставлю в живых. Чтобы ты всем рассказал о том, кто это сделал! И если ты забыл моё имя, я тебе его напомню: Велек Сейн! Меня зовут Велек Сейн!       Он победно улыбнулся, убрал скимитары в ножны и направился к трапу. Не ожидавший такого исхода битвы Глим с удивлением глядел вслед уходящему пирату. Поняв, что это его шанс убить надменного дурака, непонятно кем возомнившего себя, он аккуратно подкрался сзади и замахнулся... И это была его роковая ошибка. Тот только этого и ждал. Сейн услышал его дыхание позади и, поняв, что Рит совсем близко, резко развернулся и пронзил его своим клинком. Внезапный крик мгновенно оборвался, сменившись предсмертными хрипами.       - Лучшая техника боя - техника выживших, - тяжело дыша, с ненавистью в голосе произнёс он поучительно, наблюдая, как застывают глаза имперца и безжизненное тело сползает с лезвия его меча, оставляя на нём кровавый след.       Весь в крови, запыхавшийся, но довольный Велек поднял клинок вверх. Команда радостно взревела, поддерживая своего капитана. Редгард злобно улыбнулся и, взойдя на трап, медленно прошествовал на свой корабль. Сойдя на палубу, он тут же отдал приказ стоящему рядом Голдеру, на лице которого не было и тени восхищения и радости победе:       - Обыскать трюм. Боеприпасы и орудия на борт. Судно потопить.       Не останавливаясь, он ушёл в свою каюту, удостоверившись, что экипаж начал выполнять сказанное. Только оставшись наедине с собой, Сейн смог обдумать то, о чём даже вспоминать не хотелось. Почему ушла Грозжа? Были ли это личные предпочтения или же всё дело было в нём, капитане? Ответа он не находил. Рухнув на койку, Велек зажмурился и попытался успокоиться, но ничего не вышло. После этого боя, после ухода старшего помощника ему стало ещё хуже, чем раньше. Он чувствовал, что поступил неправильно, дав волю своему гневу, обезумел, пусть и на время... Он впал в исступление, как выразился однажды Лиатр. Мужчина вспомнил об эльфе, в последнее время ставшим тем единственным, кто понимал его. В голове всплыл его образ. На лице с заострёнными чертами можно прочесть многие тайны, таившиеся где-то в глубине души, если хорошо знать этого мера. "Мы с ним очень похожи... - с горечью подумал редгард, - Гораздо больше, чем кажется на самом деле."       Дверь открылась, и в каюту тихо проскользнул альтмер. Маг с сочувствием взглянул на лежащего капитана и подошёл ближе.       - Как ты? - спросил он, смотря на его лицо, покрытое ссадинами и ранами.       - Оставь, Кентел, - покачал головой тот, не открывая глаз, - Ничего страшного.       - Я слышал, Грозжа ушла, - продолжил он, - Вы были близки?       Тяжёлый вздох послужил ответом.       - Прошу тебя, давай не будем об этом, - взмолился редгард, нахмурившись.       - Оставленная боль убивает нас изнутри, - серьёзно произнёс вошедший.       - Нет, - прошептал Велек, подняв отяжелевшие веки, - Нас убивают наши желания.       - Нас может убить многое, - грустно улыбнулся краем рта тот, садясь рядом, - Но обычно мы умираем от чего-то одного.       Сейн с недоумением посмотрел на гостя и снова закрыл глаза.       - Я видел тебя тогда, видел, как ты сражался, - вдруг сказал тот, - Ты был в ярости... Дрался, как обезумевший раненый медведь. Это не способ выпустить свою боль, Велек. Разве тебе стало легче после того, как ты убил столько народу?       - Сказал мне слуга принца Даэдра, ответственного за разрушение и хаос, - съязвил тот.       - Да, - согласился Кентел, опустив глаза, - Я стал таковым из-за того, что не знал покоя. Я думал, что он приходит после вымещения злобы на других, но поверь мне, это не так. Мы лишь на время забываем о том, как нам тяжело. Потом эта боль возвращается.       - И что же надо делать? - раздражённо спросил ещё не до конца успокоившийся редгард.       - Я не знаю. Но этот способ её выражения надо отмести сразу, пока не стало совсем поздно. Как угодно. Только не так.       Воин без сил уронил голову на подушку и судорожно вздохнул.       - Подумай над этим, - попросил альтмер, вставая и идя к выходу, - Отдохни, поспи и вернись к этому вопросу. Но обязательно. Прошу.       Он опять серьёзно посмотрел на редгарда и тихо вышел, аккуратно затворив за собой дверь. Велек остался один. Сердце бешено билось, в горле стоял ком, внутри всё сжалось. Протяжный стон, полный страданий и боли, с трудом разорвал воцарившуюся тишину. Излить всё, что его мучило, не получилось. Судорожно сглотнув слёзы, он глубоко вдохнул и попытался уснуть. Но ужасное беспокойство мешало ему сделать это; мысли путались, кружились в вихре, и ни одна из них не могла как-то обрадовать его. Несчастного охватила тоска, проникая в самую душу и медленно съедая изнутри. Он думал о Грозже, перед глазами была она. Девушка стояла, вцепившись в перила, и смотрела прямо на него. На её лице читались лишь скорбь и печаль. Сейн знал, что она не хотела уходить, бросать его. Но всё же сделала это. Почему? Ответа не было. И тогда он всерьёз задумался: может, действительно не стоит? Может, он правда делает что-то не так, и это всего лишь ошибка? Сомнения терзали его, и помочь никто не мог, да это уже и не нужно было ему.       - Кентел прав, - сказал он вслух сам себе, немного удивившись тому, каким хриплым был у него голос, - Это безумство...       Пушечный залп на время оглушил пиратов. За ним последовали ещё одиночные выстрелы. Каравелла, горящая, с пробоинами по всему борту, медленно опускалась на дно. Голдер угрюмо наблюдал за тем, как палуба постепенно заливается водой.       - Порох и ядра... - недовольно проворчал он, - Только порох и ядра! А богатую добычу мы отпустили! И самое главное - Велек даже не пытается отправиться в погоню! Просто ушёл в каюту отдыхать!       - Что горюешь, друг мой ворчащий? - с до раздражения радостной и приветливой улыбкой спросил подошедший с двумя бутылками эля Зарра, уже слегка навеселе.       - Не твоё дело, ящер! - вдруг вспылил имперец.       Механик явно не ожидал такой реакции на вполне обычный вопрос. Немного испугавшись, он покрутил пальцем у виска и отошёл подальше от взбешённого чем-то штурмана.       - Одел бы ты что-нибудь на рубашку, - тихо посоветовал тот, смерив его презрительным взглядом, - Ветер холодный.       - Правильно "надел", - сдавленно огрызнулся Голдер, косо поглядев на приставучего пьяницу, - Спасибо, конечно, за заботу, но прошу по-хорошему: отвали.       Курдаж явно не собирался выяснять отношения, поэтому послушно удалился, сказав только что-то о том, какие нервные стали люди, и оставив неуравновешенного навигатора возмущаться дальше. А повод повозмущаться был... Плыть с Велеком он согласился только из-за обещанных сокровищ. Они их достали, но что в итоге? За них была приобретена эта горе-посудина у умершего, даэдра его раздери, старика-пирата. Голдер недоумевал: они вполне могли бы не отдавать эти деньги его ужасно истеричной, по словам самого Сейна, жене и были бы богачами. Но в этом полоумном идиоте вдруг проснулись "соображения чести и совести"! Надо же! Наверняка впервые за столько лет. Может, стоит уйти, как и Грозжа? Что его держит здесь? Да ничего! Команда оставляла желать лучшего, планы и средства тоже. Не ради такой жизни он согласился покинуть родной, въевшийся в душу Анвил и уплыть незнамо куда. Плюнув за борт, имперец хмыкнул и ушёл в кубрик собирать вещи. Он решил покинуть этот корабль в первом же порту. И, к его удаче, они как раз направлялись в Лейавин. Велек хотел спустить шлюпки и поплыть в город, чтобы запастись провизией, дать отдохнуть команде и продать остатки награбленного за это время товара. Тогда-то Голдер и собирался уйти. Возможно, это подло и нечестно, но кто в эти времена думает о честности? Она никому не нужна.       В самом южном городе Сиродила, очевидно, ещё не прознали про их "подвиги", а потому никто не обращал на чужеземцев почти никакого внимания. Но все, кто замечал прибывших непонятно откуда людей в странных одеждах, косо косились с подозрением, на всякий случай проверяя сохранность кошельков в карманах. Распустив тех немногих, кого взял с собой, гулять, Велек оставил лишь Голдера и вместе с ним пошёл закупать всё необходимое. Поскольку на имперце лежали обязанности не только штурмана, но и клерка, он ещё вёл записи расходов и доходов, количества и качества груза на борту и состояния их "казны", а потому был важен в подобных делах для информирования о возможности или невозможности той или иной сделки. Его конторская книга всегда была при нём на такой случай, и он не раз к ней обращался. Но навигатор всё ещё лелеял надежду незаметно скрыться: смешаться в толпе или ненароком отстать - неважно, главной задачей было уйти навсегда.       Они исследовали почти все кварталы, посетили чуть ли не все лавки и магазины в городе, купили практически всё необходимое, и Голдер уже начинал беспокоиться о том, что его план сорвётся, и он "благополучно" вернётся на "Шёпот Волн" и продолжит влачить своё жалкое существование в качестве безызвестного пирата, которого в итоге будет ждать всегда верная его брату виселица... Такой исход ему не нравился, но капитан словно чувствовал какие-то колебания в душе у своего штурмана и ни на шаг не упускал его из виду. Наконец, имперец не выдержал. Круто развернувшись и встав перед ним посреди дороги, он решительно и открыто заявил:       - Велек, я ухожу.       К его удивлению, лицо капитана осталось таким же безэмоциональным и спокойным. Но даже несмотря на это, было видно, что эта новость повергла его в шок.       - Ты шутишь, - внимательно глядя тому прямо в глаза, недоумённо то ли утвердил, то ли спросил редгард, напрягаясь.       - Нет, - Голдер чувствовал, что под этим взглядом слова даются ему всё труднее. Но отступать было поздно, - Я абсолютно серьёзно.       - Что тому причина? - сухо и коротко спросил Сейн, ощущая внутри бурю эмоций, но пытаясь сохранить такой же невозмутимый вид.       - Кризис, упадок. Я пошёл с тобой из-за сокровищ. Но вот, - навигатор сделал неопределённый жест руками, - их у нас нет, мы на последнем издыхании, сражаемся не пойми за что... Я подписывался не на это. Как по мне, то это никуда не годится.       Высказав всё это, имперец прищурившись посмотрел на собеседника, следя за его реакцией. Тот выдал себя: у него задрожала губа. Воин с гневом глядел на человека, долгое время бывшего ему товарищем, и еле сдерживал себя, чтобы не пронзить его клинком.       - Мы не на последнем издыхании, - злобно процедил Велек сквозь зубы, - И никакого кризиса и упадка нет. А сражаемся за свободу и вольную жизнь.       - Как будто кто-то её у нас отбирал, - с насмешкой произнёс Голдер.       На шее капитана вздулись вены. Лоб покрылся испариной, подёргивалось нижнее веко, его трясло...       - Ты... - поражённо выдохнул полный негодования редгард, угрожающе приближаясь к нему, - Предатель! Трус! Лжец! Я тебя...       Резко замолчав, он выхватил скимитар и, толкнув испуганного до смерти имперца к стене ближайшего дома, приставил клинок к его горлу. Тот уже тысячу раз пожалел о том, что просто не кинулся от него прочь, не давая сумасшедшему возможности опомниться и догнать его... Лезвие нажимало на кожу всё сильнее; вот полилась первая тонкая струйка алой крови. Голдер громко дышал, чувствуя дыхание смерти. Безумные глаза капитана с ненавистью смотрели в его лицо, бледное, покрытое холодным потом. Сжав зубы, он глядел и упивался его страхом, его отчаянием и осознанием того, что жить осталось совсем немного. И в то же время он чувствовал, что, если убьёт его, вряд ли что-то изменится к лучшему... Сейн колебался. Судорожно сглатывая, он пытался нажать ещё сильнее, чтобы поскорее покончить со всем этим, но не получалось: рука дрожала, не слушаясь, и какая-то неведомая сила держала его, а в голове, пульсируя и стуча, словно колокол, звучали слова Лиатра: "Это не способ выпустить свою боль, Велек... Потом она возвращается." Зажмурив глаза, он глубоко вдохнул раскалённый воздух и вдруг с громким яростным криком убрал меч. Тяжело дыша, Голдер рухнул на землю, обессилевший, напуганный и изумлённый. Стоя на коленях, он поднял голову, ещё не веря в такую милость судьбы: редгард смотрел на него сверху вниз. В его взгляде была тоска, боль и злоба.       - Иди.       Одного слова было достаточно, чтобы имперец мигом поднялся и побежал прочь, изредка оглядываясь. Сейн стоял посреди улицы с мечом в руке и смотрел в одну точку, не воспринимая происходящее вокруг. Его толкали проходящие мимо люди, ругали случайно наткнувшиеся на него прохожие, но несчастному было всё равно: он не слышал их и не чувствовал. Так и не убрав скимитар в ножны, он побрёл по пыльной мостовой, не зная, куда, просто вперёд. Сначала Грозжа, теперь Голдер... Кто же будет следующим? Это был единственный вопрос, звучащий у него в голове. Хотелось рыдать, кричать и биться в истерике. Но как и всегда сделать этого он не мог. Сколько товарищей он потерял и сколько потеряет ещё? Ответа не было. Кризис... Упадок... Может, имперец всё-таки прав?       На город спускался вечер. Закатное солнце окрасило крыши в яркий багровый цвет. Дул свежий ветер, принося облегчение и прохладу после жаркого дня. Капитан стоял на берегу и наблюдал за тем, как к кораблю отплывают баркасы с грузом. Сам он попросил оставить его здесь до утра. На рассвете он пообещал прийти на то же место, сесть на корабль и отправиться дальше. Все по-разному среагировали на известие о том, что Голдер ушёл. Кто-то обрадовался избавлению от жадного ворчуна, кто-то насторожился, анализируя целых два увольнения за один день... И только Кентел всё понял. Ему нужно было время. Альтмер сразу догадался, что произошло тогда в городе, и осознал, какой тяжёлый выбор совершил Велек, и чего он ему стоил. Маг был горд за него. Ночью он тайком ушёл с бригантины и отправился на сушу в лодке, на которой утром должны были забрать капитана.       Эльф нашёл его на берегу сидящего на поваленном дереве, смотрящего на воду. Лиатр сел рядом. Он тоже залюбовался красотой волн, переливающихся таинственным сиянием и сверкающих в лунном свете, и потому молчал. Сейн первым решил нарушить тишину. Тяжело вздохнув, редгард произнёс:       - В Сентинеле такое же море. Я часто приходил на побережье. Садился на песок и часами глядел на него, пока глаза не начинали болеть от света. Там никого не было, и я мог побыть один.       Он замолк, погрузившись в воспоминания. Кентел посмотрел на него и тихо сказал:       - Ты поступил правильно, Велек. Не каждый человек способен на такое. Ты мудр и силён. И я рад, что ты смог переступить через себя. Я... знаю, как это сложно. Потому что я не справился.       Альтмер серьёзно посмотрел на собеседника. Тот нахмурил брови и отвернулся.       - Не стоит, - обречённо ответил он и зажмурился.       На плечо легла чья-то на удивление холодная рука, хотя ночь была достаточно тёплой. Редгард вздрогнул и, обернувшись, с недоумением взглянул на эльфа.       - Жизнь продолжается, - прошептал тот, улыбнувшись ему краем рта.       Сейн лишь покачал головой и опустил взгляд. Конечно, ему была приятна такая забота о нём; эти попытки утешить казались ему милыми, но результата от них не было. И внезапно к нему пришла одна идея, за которую он крепко зацепился, не желая отпускать.       - Кентел, - вдруг переменившись в лице, сосредоточенно произнёс Велек: - Мне нужно поговорить с Мерунесом Дагоном.       Глаза альтмера округлились, брови взметнулись вверх, а сам он чуть отпрянул назад от неожиданности; весь его вид выражал крайнее изумление сказанному. Прищурившись и внимательно смерив редгарда изучающим взглядом, он спросил:       - Ты это сейчас серьёзно?       - Абсолютно, - последовал твёрдый ответ.       - Зачем тебе это? - как-то странно затряс головой эльф, испуганно смотря на собеседника, будто проверяя, уж не помешался он от горя.       - Есть одна... мысль.       - По поводу? - совершенно растерявшись, настороженно спросил всё больше и больше хмурящийся маг.       - Нашего будущего, Кентел. Прошу, мне очень надо связаться с твоим господином...       - Нет и ещё раз нет, - категорически заявил Лиатр, строго глядя на него, - Ты явно не знаешь, чем кончаются сделки с Даэдра. Они всегда требуют что-то взамен.       - Я готов платить.       - Обычно это что-то гораздо превышает нормальную плату за сделку, - совсем потеряв всякое душевное равновесие, нетерпеливо воскликнул альтмер, - Поэтому нет, нет и нет. Даже не проси. Я не позволю тебе сделать это.       - Кентел, но ведь что-то делать надо! - воскликнул Велек, - Ты разве не видишь: все они ушли из-за того, что им не нравилась эта жизнь. Им не нравилось то, как я руковожу ими, не нравились мои действия. Я хочу всё изменить. Изменить, Кентел!       Почему-то он сделал упор именно на это "изменить". Он выкрикнул его, выделив интонацией и надеясь на то, что так заставит мага передумать. Но тот этого и не заметил.       - Я уже сказал тебе всё, что об этом думаю, и моё решение остаётся непоколебимым. Ты не понимаешь всей опасности, которую несёт этот разговор. Я не позволю. А сейчас тебе пора на корабль. Быстрее, Велек. До рассвета осталось всего ничего. Тебе нужно выспаться и прийти в себя после пережитого. Видимо, это сказалось на твоей психике, и тебе надо успокоиться.       - Я спокоен! - противореча своим словам, взревел Сейн и поднялся.       - Я этого не вижу! - в тон ему заорал Кентел, тоже вставая и оказываясь выше примерно на полголовы, - Ты расстроен, растерян и не знаешь, что делать, потому и готов пойти на такое безумие. Но я пока в здравом уме, и я не дам тебе пропасть в сетях даэдра! Ни за что!       Поняв, что убеждать его бесполезно, Велек только горько усмехнулся, сжал губы и торопливо зашагал к лодке. Альтмер устремился за ним. До бригантины они добирались молча. Поднявшись на борт, редгард тут же ушёл в свою каюту, а Лиатр ещё долго незаметно караулил у двери до тех пор, пока капитан не заснул. Лишь тогда, лениво зевая, он отправился в кубрик. Перед завтрашним отплытием надо было выспаться, иначе весь день будет в сон клонить...