Дела семейные-2

— Не надо было изображать супермена, — сказала Алана. — Удивительно, что вы — врач, не понимаете степень тяжести вашего состояния. Да, конечно, больница — это не увеселительное заведение. Здесь скучно и нет никаких развлечений. Куда интереснее находиться дома, в окружении знакомых вещей. Но, позволю себе напомнить, вам не гланды удаляли. Ганнибал мучился от головной боли и предпочел бы лежать в полной тишине и темноте, а не слушать выговор от Аланы. Она смягчилась, видя его покорность. — Ну все, разбор полетов окончен. Мы возвращаемся к началу, словно операцию сделали сегодня. Вы будете смирно лежать, принимать лекарства и не возмущаться. Я зайду через час. — Один вопрос: зачем вы постоянно меня трогаете? — Ганнибал нашел прохладное место на подушке и прижался к нему щекой. — У вас гиперестезия*? — забеспокоилась Алана. — Не люблю физический контакт. — Я об этом не знала. — Так зачем вы меня трогаете? — Ганнибал настаивал на ответе. — Мне показалось, что вы нуждаетесь в физическом контакте. Он приподнял голову и сфокусировал на Алане взгляд, от которого ее бросило в дрожь. — В бытность студенткой университета я работала волонтером в детском приюте. — Я похож на бедного недолюбленного сиротку? — перебил Ганнибал. Алана хмыкнула: — На бедного — нет, а на недолюбленного — да. — Смелое утверждение. — Извините, если ошиблась. Я поняла, вам не нравятся прикосновения, хорошо, воздержусь. Это совсем нетрудно. Алана давала указания андроиду по поводу лекарств и режима пациента, когда услышала: — Я выходец из марсианской колонии. Над детьми проводили эксперименты. Из нас делали идеальных пилотов, чтобы мы могли управлять кораблями. Взрослые мечтали пройти сквозь Великую Червоточину и попасть в лучший мир. Все мое детство было заполнено бесконечными операциями. Алана растерялась, не ожидая, что спровоцирует поток откровений. — Спасибо, — тихо сказала она, покраснев от волнения. — Но трогать меня не надо, это добром не кончится, — предупредил Ганнибал.

***

Перед Уиллом что-то промелькнуло и врезалось в горло. Он ничего не успел сделать, Тобиас душил его, не давая возможности вырваться. Уилл запомнил, как впился ногтями в руки убийцы, срывая с них полосы кожи, а потом потерял сознание. Он очнулся на полу квадратного зала. Болела шея, горло саднило, левое предплечье горело от боли: из-под кожи вытащили вживленную телефонную плату. На рану наложили грубый шов, кое-как стянув ее края. Ежась от прохлады — одежда отсутствовала — Уилл исследовал помещение. Кроме галлона воды в пластиковой бутыли и биотуалета, в зале больше ничего не было. Уилл подергал ручку двери. Заперто. Он крикнул, точнее, хотел крикнуть, но только захрипел. Во рту пересохло, Уилл выпил немного воды и закашлялся, подавившись. Высота потолка была примерно десять футов, узкие окошки под потолком обеспечивали помещение светом. За дверью раздался голос Тобиаса: — Ты проснулся? Ставлю в известность, что я немного откорректировал твои голосовые связки. Поэтому не старайся позвать на помощь. К тому же здание расположено далеко от города. Ты задаешься вопросом, что случилось? Все очень просто. Я использую человеческие внутренности для своего бизнеса. Звучание у таких струн великолепное, я-то знаю в этом толк. Музыка должна получить самое лучшее, ты согласен? Останешься здесь на три дня. Без еды, но с водой, прекрасно очистишь организм. После этого я тебя убью, обещаю, страдать не будешь. У тебя отличная кожа, я ее достойно использую, не волнуйся. Он говорил и говорил, подробно объясняя, что сделает с телом. Уилл кусал пальцы, чтобы не начать бросаться на дверь в бесплодных попытках ее взломать. Наконец Тобиас умолк, и Уилл остался в одиночестве.

***

Дверь музыкального магазина открылась, впуская Лектера-старшего. — Господин Бадж? — позвал он, останавливаясь у входа. — Добрый день. — Тобиас вышел из второй комнаты, протирая руки тряпкой. — Все исполнено. — Я и не сомневался. — Лектер-старший протянул ему пластиковый конверт. — Ваше вознаграждение. Тобиас взял конверт двумя пальцами, словно нечто отвратительное. Он колебался, прежде чем сказать: — Откройте, пожалуйста, тайну. — Говорите, а я подумаю, стоит ли открывать. — Зачем вы это сделали? — Хм, это не я сделал. — Лектер-старший повернулся к Тобиасу. — Это вы сделали. — Обойдемся без придирок к словам. — Тобиас внутренне сжался от его немигающего взгляда. — Вы знакомы со мной не первый год, я выполнял ваши заказы, не задавая вопросов. — Потому я с вами сотрудничаю, господин Бадж. — До этого случая я соглашался с вашим смертными приговорами всем тем, кого вы сочли язвой на теле общества. Они не были достойны жизни. Но этот человек, Уилл Грэм, он не был похож... — Господин Бадж. — Лектер-старший подошел к нему вплотную. — Вы непростительно дерзки со мной. — Не стоит так на меня смотреть. — Тобиас излучал ледяное спокойствие. — Я вас не боюсь. — Потому что собрал компромат? — Нет, что вы. — Тобиас почти непринужденно рассмеялся. — Ни один суд в мире не проявит снисхождение ко мне за все мои поступки, даже если я изъявлю желание сотрудничать со следователями. Лектер-старший смерил его тяжелым взглядом и сказал: — Сюда может прийти мой сын. Не вздумайте на него напасть, предупреждаю, проиграете.

***

Лектер-старший возмутился, узнав, что посещения Ганнибала запрещены. Он потребовал позвать доктора Блум, и ожидание не улучшило его настроение. Едва Лектер-старший увидел Алану, как ринулся с места в карьер: — Почему я не могу увидеть своего сына? — Во-первых, не повышайте голос, вы находитесь в лечебном заведении. — Алана немного опешила от его напора, но сразу повела наступление: — Во-вторых, состояние господина Лектера ухудшилось. Это поправимо, но ему придется как минимум четыре дня соблюдать строгий постельный режим. Волнение противопоказано. — Волнение? — насмешливо переспросил Лектер-старший. — Поверьте, он выше подобных эмоций. — Он просил вас к нему не пускать. — Алане было неприятно общество этого человека, тем более теперь, когда она знала подробности жизни Ганнибала. — Вы плохо на него действуете. — Я его отец. — Лектер-старший смотрел так, словно собирался свернуть ей голову. — Я забочусь о своем сыне. — Вы уже позаботились о нем в его детстве. — Алана пожалела о своих словах. Лектер-старший надвигался на нее, она отступала, потеряв голос от страха. Алане помог коллега, который вышел из ординаторской, чтобы узнать причину шума в коридоре. — Что происходит? — Он вклинился между Аланой и Лектером-старшим. — Прошу вас уйти, или я позову охрану. Алана была вынуждена сесть, ноги подгибались, сердце колотилось. Она закрыла лицо руками, чтобы справиться с чувствами, и не отвечала на вопросы коллеги. Успокоившись, Алана пошла в палату к Ганнибалу. Непонятно почему, но она ощущала себя в безопасности рядом с ним, хотя он крепко спал. Она осторожно убрала его растрепавшуюся челку и задержала пальцы на мерно бьющейся жилке на виске. Что-то не давало ей окончательно расслабиться. Алана вспомнила, что сегодня не говорила с Уиллом, сам он не звонил и на сообщение о состоянии Ганнибала не ответил. Она знала: несмотря ни на что, Уилл не отличался необязательностью. Алана вышла в коридор, чтобы ему позвонить. «В данный момент абонент не может принять ваш звонок. Переадресовываем звонок на автоответчик». «Ну и чем ты таким важным занят? — Алана немного рассердилась. — Спишь?» — Уилл, перезвони мне, пожалуйста, — попросила она.

***

Ганнибалу снился холод. Пронизывающий до костей, заставляющий тело погрузиться в смертельный сон. Он проснулся, словно вынырнул из ледяной воды. Утихшая боль возобновилась, Ганнибал распластался на кровати, отыскивая удобное положение. Алана Блум. Она снова стояла возле него. Ганнибал хотел сказать, что ее поведение недопустимо. Тем более, что она опять провела пальцами по его лбу, убирая волосы, словно и не было разговора о прикосновениях. Он сформулировал вежливую просьбу держать руки при себе, как услышал удаляющиеся шаги. В коридоре Алана просила Уилла перезвонить. Ганнибал насторожился. — О, вы проснулись. — Вернувшаяся Алана казалась расстроенной. — Как вы? — Где Уилл? — Ганнибал не счел нужным затевать долгие разговоры. — Не знаю, — ответила она и спохватилась: — А почему вы спрашиваете? — Вы просили его перезвонить. — Ганнибал медленно поднялся. — Что случилось? — Успокойтесь. — Я должен знать, — Ганнибал понизил голос. — Пожалуйста. — Уилл не отвечает на звонок, не знаю почему. Насколько я помню, он был ответственным и не исчезал без объяснений. Ганнибал скользнул руками по ее плечам, и Алана затаила дыхание, доверчиво глядя ему в глаза. Когда он чуть сдавил шею, находя нужные точки, на ее лице появились обида и недоумение. Она слабо толкнула его, прежде чем упасть в обморок. Андроид пришел в движение и направился к Алане, чтобы оказать первую помощь. Ганнибал перехватил его, стремясь добраться к автономному центру управления, который находился выше поясницы. Униформа андроида была сшита из тонкой, но прочной ткани. Ганнибал нашарил застежки на поясе и расстегнул их одним движением. Работая в больницах, он наловчился менять одежду на андроидах. Это не являлось необходимым навыком для врача. Ганнибал делал это потому что считал — врач должен уметь справляться с неожиданными проблемами, а не дожидаться помощи младшего персонала. Андроид не делал попыток остановить Ганнибала. Его программа допускала взаимодействие с пациентом. Некоторые люди горели желанием посмотреть, что у андроида под юбкой или в брюках. Считалось, что увидев бесполое существо, человек должен был потерять нездоровый интерес к телу андроида. Ганнибал нашел едва заметную впадину, нажав на которую, получил доступ к панели управления. Андроид сделал шаг назад, но так как он двигался медленно, чтобы не увлечь за собой пациента, Ганнибал успел его деактивировать. Точнее, он перевел андроида в спящий режим, чтобы на пост дежурной медсестры не поступил сигнал о выключении устройства. Ганнибал переместил датчик со своей груди на Алану. Затем он составил оптимальную пропорцию двойной дозы болеутоляющего и энергетика для поддержки своего организма на три часа. В этом отделении лежали пациенты, чье состояние не предполагало суеты и хаоса, поэтому на этаже царила тишина. Ганнибалу повезло — в коридоре было пусто. Он уверенно направился к гардеробу, зная, что в рабочее время там никого не должно быть. Он переоделся в запасную униформу и покинул больницу, воспользовавшись лестницей вместо лифта. Никто не обращал внимание на очередного медицинского работника, неторопливо идущего по своим делам. На улице Ганнибал вызвал такси, чтобы доехать к дому на бульваре Чандлер. — Добрый день, господин Лектер, — учтиво произнес андроид, открыв дверь. — Рад видеть вас в добром здравии. — Где господин Грэм? — Не возвращался со вчерашнего дня. — Принеси мне одежду. При помощи андроида Ганнибал переоделся прямо в прихожей. Боль шевельнулась внутри головы, он пожалел, что не ввел тройную дозу лекарственной смеси. — Сэр, к вашим услугам машина, — доложил андроид. — Вы будете управлять? — Нет. — Ганнибал непроизвольно дотронулся к затылку. — Впрочем, я не знаю, куда ехать. Сейчас определю маршрут. Когда-то Ганнибал перепрошил маячок в голове Уилла, чтобы иметь возможность отслеживать его местонахождение. Теперь это пригодилось. Ганнибал развернул карту Балтимора и его окрестностей. Маячок появился не сразу, а потом замигал на расстоянии четырех с половиной миль от городской черты. Ганнибал отрывисто спросил: — Машина готова к выезду? — Разумеется. Вам помочь дойти к гаражу? — Сам справлюсь. Ганнибал не хотел верить, что Уилл завел интрижку и настолько увлекся, что отключил связь. «Это ревность. — Он удивился такой мысли. — Неужели я настолько низко пал, что уподобился банальным ревнивцам? Зачем я солгал Уиллу, что изменил ему? Изменил? — Он сухо рассмеялся. — Ну и слово. Уродливое и нелепое». Реальность вспыхнула ярким белым пламенем, заставив Ганнибала зажмуриться. Он очнулся, лежа на сиденье. Шофер остановил машину, ожидая распоряжений хозяина. Ганнибал молча махнул рукой, давая команду ехать. Справочник определил объект, над которым мигал маячок. Заброшенный завод, почти разрушившийся от времени. «Вряд ли свидание назначают в развалинах. Я бы еще понял, будь это развалины церкви, замка или старинного особняка. Восторженные особы питают слабость к ореолу романтики и тайны, окружающему подобные места. Но Тобиас Бадж не похож на человека, имеющего обыкновение предаваться любовным утехам среди руин. Уилл ценит комфорт, даже если предположить, что на него напала ослепляющая любовная лихорадка», — Ганнибал утвердился в мысли, что Уилл в опасности. Звонок Аланы заставил его произнести слово, неприемлемое для джентльмена. — Что это за фокусы в стиле ниндзя? — с едва сдерживаемой злостью спросила она. — Вы напали на меня, повредили имущество больницы. — Вы живы и, судя по всему, здоровы. Андроид полностью исправен, его нужно включить, — монотонно ответил Ганнибал. — Вернитесь в больницу, и я обещаю, что сведу скандал на нет. — Сожалею, что причинил вам неудобства. Приношу свои извинения и обязуюсь возместить убытки, если таковые имеются. — Я подам жалобу. — Как вам угодно. — У меня из-за вас будут неприятности. — Доктор Блум, я вернусь, как только обстоятельства, принудившие меня совершить подобный проступок, будут разрешены в положительном ключе. Обещаю, что возьму всю вину на себя, а я всегда держу свое слово. — Вы неблагодарный, черствый человек, — оскорбленно отчеканила Алана. — Вы меня разочаровали. — До встречи, доктор Блум. Ганнибал прислонился головой к холодному стеклу. — Максимально допустимая скорость, — сказал он шоферу. — Следи за знаками, чтобы не задержала полиция.

***

— Как это — сбежал? — возмущался Лектер-старший. — Ну и порядки у вас. Тяжелобольной смог спокойно уйти, и никто его не задержал. — Тяжелобольной дезактивировал андроида, напал на меня, взял униформу из гардероба и покинул здание, — перечислила Алана. — Мой мальчик, — с невероятной гордостью произнес Лектер-старший. — Я вложил в него все свои знания, свою душу, и вот что получилось. Я счастлив. — Минутка самолюбования закончилась? — ядовито поинтересовалась Алана. — Ваше счастье имеет все шансы умереть, если не вернется сюда. И пусть будет готов к судебному иску за нападение, ему дорого обойдется рукоприкладство. После разговора с ней Лектер-старший позвонил Ганнибалу: — Изволь объяснить, что ты делаешь. Включи визуальную связь. Скажи, где находишься. — У меня нет настроения выполнять твои требования. Уилл пропал. — Ой ли? — насмешливо спросил Лектер-старший. — Уверен, что он забавляется с тем смазливым владельцем магазина. Не унижайся перед ним. — Я буду там через полчаса. «Что ж, мой мальчик, ты выяснил, где твой ручной питомец, а я знаю, где ты. — Лектер-старший с надменной улыбкой смотрел на карту. Мерцающая точка в среднем темпе двигалась по трассе. — Пора довести дело до конца. Жаль, что раньше, чем я планировал». _________________________ * Гиперестезия — в контексте данного фанфика: повышенная чувствительность кожи.