Охотники за нечистью. Часть 1

— Их похитили... — Что? С чего ты взял? — Катя выбежала из комнаты. — Всё дело в записке — Адам показал жене найденную во дворе Димой записку с угрозами. Катя принялась её читать, пока Томми бегал туда-сюда. — К-как это вообще возможно?! Почему они?! Кому они понадобились, зачем?! — блондин чуть не плакал. — Может быть, мы не всех похитителей из вчерашнего дела поймали? — предположил Дима. — Это вряд ли. Эта записка была оставлена специально для нас и обращена к нам. Похититель наверняка точно нас знает, в том числе знает и Лизу с Сашей. Вряд ли он связан с нашим делом — Алиса нервничала. — Но кто это может быть?! Он знает про нас, но знакомы ли мы с ним лично вообще?! — не понимала Яна. — Скорей всего знаете — начала предполагать Катя, — В записке буквы из вырезок, похититель специально это сделал, чтобы не палить свой ручной почерк. Может быть он посчитал, что вы можете вычислить его по почерку? — Но кому Саша и Лиза могли понадобиться? — Алиса стала размышлять, — Обычно при похищении требуют крупную сумму денег, а тут же никаких требований! Просто поставили перед фактом, что их убьют, и, если мы пойдём к ним на помощь — убьют и нас. Что это за нахрен вообще? — Причём в записке написаны даже их имена. Значит, он знает ещё и их. А кто вообще может быть знаком одновременно с Сашей, Лизой и с нами? — Ник взял записку и тоже начал её изучать. — Понятия не имею. Но нам в любом случае надо что-то делать! Мы не можем просто так сидеть и чего-то ждать! Им надо помочь! — Да, но ведь он грозится нас убить, если мы захотим им помочь — сказал Дима. — И чё ты тогда предлагаешь? — Вот ещё какая деталь — заметил старший брат, — Похититель даже написал место, куда он закопает их трупы — Припять. Только вот зачем? — Это он нас типа на слабо берёт? — думал Адам, — Типа вот вам местонахождение, и вот вам угроза расправой. Сунетесь ли вы туда, чтобы помочь, при этом зная, что вас убьют? Такое ощущение, как будто нас и хотят там видеть, и вызывают нас к себе, и для этого специально Саню с Лизой похищают, чтобы у нас была цель и мотив туда ехать. Но на кой хрен мы ему нужны? И почему именно Припять? Поближе места не нашлось? — Всё как-то слишком странно... если этот урод что-нибудь с ними сделает, я сам его голыми руками разорву! — паника Томми сменилась на гнев, — Если их убьют, я этого просто не вынесу! Надо быстрее действовать и что-то делать, пока не поздно! — Малыш, успокойся — Яна попыталась утихомирить своего мужа и взяла его за руки, — Мы им поможем, не волнуйся. Всё будет хорошо, мы обязательно сделаем всё возможное, чтобы их спасти — брюнетка погладила его по щеке и Томми стал намного спокойнее, но злость и боль в его глазах никуда не делись. — То есть, Припять, говоришь? — задумалась Алиса, — И как нам туда добираться? Там же радиация и нас туда никто не пустит. — Туда попасть нелегко, но это точно возможно! — начал Дима, — Я многое изучал про Чернобыль, Припять, радиацию и всё остальное. Чтобы туда попасть, нам нужно сначала ехать в Чернобыль, а оттуда через него в Припять, но нам нужно для этого разрешение. В связи с украинскими законами без разрешения мы в Чернобыль так просто не попадём. — Насчёт разрешения можно не переживать, с этим Макс всё решит. Подожди, как он сам их туда перевезёт? Там же таможня, наверное? — Может, у него там связи какие-то? Но нам же в любом случае надо туда ехать, в записке о Припяти не просто так же написано. Или просто так, чтобы ввезти в заблуждение? — Не просто так. Туда нам и нужно — Адам просканировал своим взглядом записку в руках Ника, — Я увидел, что они сидели на этой скамейке, затем кто-то подошёл и усыпил их, приложив тряпку к их лицам и на этом мои видения обрываются. Чё там было дальше — я не вижу. — А кто это хоть был? — спросил Томми. — Без понятия, чувак был в белом костюме и капюшоне в маске, лицо скрыто. — Чёрт. Значит, нам нужно ехать в Припять. — Да, но для этого нам нужно оружие, и не факт, что на таможне нас с этим пропустят в зону — сказал Ник. — Что-нибудь придумаем — начал Дима, — Но первым делом я вам должен провести инструктаж по безопасности! — Инструктаж? Ты? — усмехнулся младший брат. — Да, я! Вы вообще знаете, как именно туда проехать и во что нужно будет одеваться? А я знаю, я всё это изучал. Хах, не зря я сначала долгое время в «S.T.A.L.K.E.R.» играл. — А туда ещё нужно одеться должным образом? — поинтересовалась Катя. — Ну, конечно! Мы же поедем в зону, где радиация! Нам нужно не забывать про собственную безопасность. А Сашу и Лизу я уверен, что мы найдём быстро и спасём их. — Ты правда так думаешь? — спросил Томми, досадно глянув на Диму. — Да, думаю. И ты давай настраивай себя на лучшее. Этот ублюдок ещё пожалеет, что посмел похищать кого-то из близких нам людей. — Но перед этим мы обязательно выясним, зачем он это сделал, а потом уже посмотрим, стоит ли оставлять его в живых... — Адам загадочно улыбнулся. — Ты с ума то не сходи уже раньше времени — одёрнула его старшая сестра, — Значит так, отряд. В первую очередь я скажу Максу, чтобы он добыл нам это чёртово разрешение, так как у него есть свои связи, готовим припасы, оружие, деньги, документы. Будьте очень осторожны и не дайте этому ублюдку себя не то что схватить, а даже ранить. Нам нужно действовать уже сейчас, Томми прав, иначе мы можем опоздать и не успеть к ребятам на помощь. — Только вот как именно нам туда попасть? — не понимала Яна. — Первым делом нам нужно отправляться всем вместе в Киев, — начал Томми, — А оттуда мы арендуем машину и уже на ней проедем до Чернобыля и в Припять. — Да, а чтобы попасть в Киев, нам нужно лететь на самолёте сначала в Москву, потому что из нашего города нет прямого рейса в Украину. — Но ведь на это уйдёт уйму времени! — запереживала младшая сестра, — Пока соберёмся, пока Макс там всё решит и получит разрешение и билеты там, пока долетим до Москвы, а там ещё неизвестно, когда именно будет рейс в Киев, пока до него доберёмся, пока найдём машину и пока мы до Припяти доедем, Сашу и Лизу за это время уже могут убить! — Хорош тут панику нагонять — отрезал младший брат, — Ну сама подумай, их похититель же по-любому туда добирается точно таким же путём, он тоже туда доберётся не сразу. — Так у него же по-любому есть все эти разрешения и билеты, которые куплены заранее! Он же наверняка к этому похищению готовился, планировал его, и уже заранее всё подготовил. А мы сразу с корабля на бал так не сможем! А вдруг он их убьёт где-нибудь по дороге? Он же не уточнял, что убьёт их именно в Припяти, он написал, что закопает там их тела! — Если так рассуждать, то нам даже и нет смысла за ними туда ехать. Я ж с вами поеду, я если чё смогу все события предугадать, и также увидеть, мертвы ли они. По крайней мере сейчас я их в мире мёртвых не вижу. Пока что. Но это может измениться, если не начнём готовиться к поездке — Адам был в состоянии транса и настроен решительно. — Ты прав. Давайте, отряд, не медлим! — скомандовала Алиса и взяла телефон в руки, чтобы позвонить мужу и сообщить ему о случившемся. Сумерки, Максим и Томми уже прибыли в Киев. Сначала не без помощи Максима им удалось попасть на последний рейс самолёта в Москву, где, не успев прилететь, им нужно было нестись уже на самолёт в Киев. Максим добыл разрешение, билеты и арендовал машину. Ему удалось всё сделать так, чтобы отряд мог отправиться в Украину уже сейчас. У него много связей, так как он родился и рос в богатой семье, и у него есть свои знакомые, которые изначально во всём помогали его отцу. И эти самые знакомые смогли им помочь. Родители хотели, чтобы Макс занялся потом их бизнесом в банковской сфере, но он пошёл по другому пути и захотел стать следователем. Они, конечно, сначала его выбор не одобрили, но потом смирились и всё равно ему помогали во всём. Серебряков всего добивался сам, без помощи хорошо обеспеченных родителей. Отряд был в полной готовности. Документы, еда, вода, запасная одежда, аптечка, и само собой, оружие. Впереди путь в девяносто четыре километра. В арендованной машине было много места для семи человек, а также большой багажник для вещей. Адам и Макс менялись местами, если вдруг один устал, то его мог подменить второй за рулём. Сумерки обсуждали план действий, а Томми сидел весь как на иголках. Он не мог думать ни о чём другом, кроме как о своих брате и сестре, и всё ли с ними сейчас в порядке. Дима пытался его подбадривать, но это не помогало. От волнения Томми не мог уснуть и мучился от бессонницы весь этот путь. На улице жаркое лето, и июльское солнце греет машину изнутри через окна. А ребята все должны быть одеты в закрытую одежду, так как в зону отчуждения в шортах и футболке просто не пустят. Опять же в целях безопасности. Были все одеты в длинные штаны, футболки и рядом лежали кофты с длинным рукавом, чтобы при приближении в зону можно было в них одеться. И то Дима и Яна весь путь ворчали, что им невыносимо жарко, даже кондиционер не спасал. И чтобы немного отвлечься, отряд вёл себя так, как будто они просто едут в путешествие на машине. Только Томми было не до спокойствия. Всё-таки на кону стояли жизни его близких родных людей. Им осталось совсем немного, уже скоро они прибудут в город Чернобыль. На улице уже было темно, глубокая ночь. Максим днём уже выспался и набрался сил, теперь он ведёт машину, в то время пока Адам засыпал рядом на пассажирском сидении, откинувшись немного назад. — Адам, ты уже спишь? — Томми ринулся к дремлющему родственнику вперёд и стал его трясти за плечо. — Чё те надо? — сонно пробурчал брюнет, еле разлепив глаза. — Слушай, а у тебя никаких видений не было? Что там с Сашей и Лизой? Они живы? — Ты мне этот вопрос уже раз десятый за день задаёшь, успокойся уже. Если чё случится я скажу. Хватит уже меня требушить лишний раз. Живы они — злобно заключил Адам и снова продолжил спать. Томми, выдохнув, откинулся на сидение между Яной и Димой. Нужно поспать хоть немного, глаза сами по себе предательски закрывались. Впереди ему многое предстоит пройти и узнать. Макс ехал всю ночь без остановки. Солнце уже поднялось, стало светло. Машина двигалась по так называемой «дороге жизни». По этой же дороге проводили эвакуацию жителей будущей зоны. Эта дорога сейчас ведёт к главному КПП «Дитятки», где отряду предстоит проверка их автомобиля, документов, груза, и их самих. — Ребят, просыпаемся, мы уже почти до КПП доехали — громко объявил Серебряков. Ребята стали понемногу просыпаться. — Неужели почти доехали — Алиса потянулась. — Угу, это только до Чернобыля, и то ещё до него двадцать пять километров пилить, а нам ещё в Припять переться — Адам размял руки и снова улёгся на сидении. — Да там уже не так далеко, девятнадцать километров — зевнул Дима, — По сравнению с расстоянием от Киева до Чернобыля, это вообще ни о чём. Максим доехал и остановился на пограничном переходе КПП «Дитятки». — Доброго ранку — к машине подошёл один из пограничников. — Доброе утро — устало поздоровался Макс. — Выходите из машины, будем проводить проверку. — Да, конечно. Отряд кое-как выходит из машины. За всю поездку они ни разу не останавливались. У ребят уже затекли конечности и в этот момент можно спокойно размяться и разогнуться. Работники КПП уже начали осмотр. Максим отдал нужное разрешение и показал пропуска. Сотрудники стали проверять багажник. — С какой целью в зону собрались? — решил спросить один из пограничников. — Та ось вирішили у відпустку з сім'єю сюди з'їздити. Побачити історію своїми очима, так би мовити (Да вот решили в отпуск с семьей сюда съездить. Увидеть историю своими глазами, так сказать) — ответил Томми на родном языке. Настоящую причину мотива поездки в зону отчуждения он говорить не стал. — Так вы украинцы? — удивился мужчина, — Сюди просто останнім часом тільки росіяни і приїжджають (Сюда просто в последнее время только русские и приезжают) — Я українець, а сім'я всі росіяни. Вирішив всіх на батьківщину звозити (Я украинец, а семья все русские. Решил всех на родину свозить) — Зрозуміло (понятно) — До речі... Вибачте, а ви до цього нікого підозрілого не зустрічали? Ніхто не проїжджав? (Кстати... Извините, а Вы до этого никого подозрительного не встречали? Никто не проезжал?) — мысль о похищенных Саше и Лизе не давали Томми покоя, — Ви випадком не бачили темноволосу жінку з карими очима і такого ж схожого на неї чоловіка? (Вы случаем не видели темноволосую женщину с карими глазами и такого же похожего на неё мужчину?) — Сюди кожен день і по кілька машин за раз приїжджають, я абсолютно всіх людей на обличчя не запам'ятовував. Тож я поняття не маю. Може і проїжджали, а може і ні. А вам це навіщо? (Сюда каждый день и по несколько машин за раз приезжают, я абсолютно всех людей на лица не запоминал. Так что понятия не имею. Может и проезжали, а может и нет. А вам это зачем?) — Так просто думав, що мої брат і сестра вже доїхали туди швидше за нас (Да просто думал, что мои брат и сестра уже доехали туда быстрее нас) — Ясно. Будьте там обережні (Ясно. Будьте там осторожны) — Так, звичайно. Дякую (Да, конечно. Спасибо) — блондин с досадой вздохнул, ничего он из этого диалога толком не выяснил. Хотя Адам уверяет его, что с его братом и сестрой всё в порядке и они живы, Томми всё равно не может успокоиться и перестать за них переживать. Проверка окончена и ребятам разрешено пересечь эту границу. Сумерки были рады, что никто не нашёл их оружие, которое было глубоко спрятано в сумке под аптечкой в багажнике. Путь открыт. Ребята садятся в машину, только за руль уже сел Адам. Впереди ехать ещё двадцать пять километров. Хоть немного разминулись и можно спокойно ехать дальше. Машина уже въехала в зону отчуждения. Чернобыль. Спустя время езды, когда за окном сплошной лес, теперь непривычно, что начинают появляться жилые дома и ходят люди. Отряд с любопытством начал глазеть по окнам, чтобы лучше рассмотреть город. — Так здесь ещё живут люди? — не поняла Алиса. — Да, я тоже думал, что здесь уже никто не живёт и что город давно уже заброшен — добавил Адам. — И я представляла этот город немного иначе: что здесь нет людей и что все дома заброшены. Но на удивление, он живой — Яна с восхищением наблюдала за сменяющимися пейзажами за окном. — А тут очень даже атмосферно, я бы сказал. Даже лучше, чем в игре. Всё так... спокойно, и даже красиво — Диме тоже нравился вид города. — А у меня какое-то дежавю... — Томми задумался, — Такое ощущение, что я уже где-то видел все эти дома, всё слишком как-то знакомо... — Может, в Киеве было что-то похожее? Ты же там жил — сказал Максим. — Нет, таких мест уж точно нет в Киеве. У меня почему-то такое чувство, как будто я... уже здесь был — Томми никак не мог понять и вспомнить, почему же эти виды были ему так знакомы, ведь ранее ни в одном другом городе он не видел ничего даже близко похожего. За окном мимо пробегали жилые многоквартирные дома, отели, разного рода магазины, названия на вывесках написанные как на русском, так и на украинском языке. Машин на дороге немного, так как ещё ранее утро, город только-только проснулся. Сумерки и Макс с интересом рассматривали город и восхищались его атмосферой, в то время как Томми не мог понять, почему же у него это дежавю, ведь он никогда ранее не был в Чернобыле. — Может быть заедем в один из местных магазинов? Посмотрим, что здесь продаётся — предложила Яна. — Мы вообще-то тут по делу, а не на экскурсии — напомнил Адам. — Да ладно тебе, мы всего-то можем на две минуты заскочить. Ты же всё равно всю опасность увидишь заранее — уверенно произнёс Дима. — Ну давай остановимся? А то у нас уже все запасы еды и воды почти закончились, а наш путь только начинается — попросила младшая сестра. — Ладно, хрен с вами — вздохнул Адам и стал выискивать какой-нибудь продуктовый магазин. Найдя один из таких, брюнет завернул на стоянку и остановился у небольшого магазина с уже старой и потрёпанной голубой вывеской над железной коричневого цвета дверью. Весь отряд вылазиет из машины и направляется к магазину. Томми смотрел на эту вывеску и остановился. Перед глазами как будто всплыло воспоминание из детства. Он видел, как подходил сюда и как его за руку держала его мать. Уж очень до боли знакомый район и эта голубая вывеска, которая раньше выглядела куда новее и чище. То ли был уже похожий магазин где-нибудь в Киеве или Благовещенске, или ему всё-таки это приснилось? — Родной, ты чего застыл? — из раздумий его вытянул голос жены. — Да так, задумался — Томми махнул чёлкой и двинулся ко входу в магазин, Яна в этот момент взяла его за руку. Отряд зашёл внутрь. Магазин был небольшим и довольно тесным. Стояли холодильники с замороженными продуктами и мороженным, стеллажи с печеньем, конфетами, напитками, овощами и фруктами. На одной единственной кассе стояла приятная и добрая на вид продавщица в голубом фартуке. — Неплохо, с виду чем-то наш «Серешевский» напоминает, который недалеко от отделения — заметила Алиса. «Серешевский» — сеть магазинов в Благовещенске, где торгуют колбасной и мясной продукцией, а также хлебобулочными и кондитерскими изделиями. — Да, кстати, я тоже заметил сходство — согласился с женой Максим. Да, с виду этот магазинчик был похож на один из «серешевских» магазинов в их родном городе. И Рэтлифф тоже разглядывал стеллажи и холодильники. Не мог понять, то ли он был именно в таком магазине когда-то очень давно, либо он действительно очень сильно напоминал тот самый магазин, о котором говорят Алиса и Максим. — Здравствуйте, что-то брать будете? — приветливо улыбнулась продавщица посетителям. Голос прозвучал громко и высоко, словно звон колокольчика. На вид ей было лет пятьдесят-шестьдесят. — Да, сейчас только определимся — протянула Алиса, думая над выбором продуктов. — Надеюсь, еда здесь не радиоактивная — тихо произнёс Дима, поглядывая на коробки с бананами и яблоками. — Нет, не беспокойтесь, продукты здесь все привозные — продавщица услышала его слова, — Вот эти вот яблочки из Мариуполя, груши из Харькова привезённые. Хотите? — Нам бы, пожалуй, то, что не быстро портится, нам ещё дальше ехать надо — сказала Серебрякова. — А вы все здесь первый раз, да? Откуда путь держите? — женщина выглядела очень доброжелательной и гостеприимной. — Из Благовещенска. Это на дальнем востоке России. — Ого! Что же вас в такую даль потянуло? — продавщица округлила глаза от удивления. — Да вот в отпуск просто собрались. Любим, знаете, путешествовать на дальние расстояния. — Томми, ты что-нибудь будешь? — спросила Яна у мужа, который как будто и не в этом измерении находился, пытаясь хоть что-то сообразить и вспомнить. — Томми? — удивилась продавщица, глянув на кареглазого блондина, в котором она явно кого-то узнала, — Томми — это же сокращение от имени Томмислав? Рэтлифф сначала удивился этим вопросом, потом просто подумал, что это лишь обычное любопытство, не более. — Да, а что? — не понял блондин. — А, я-то всё думаю, где ж я твоё лицо раньше видела! — вдруг вспомнила женщина и явно обрадовалась, — А ты с тех пор совсем не изменился! Глазки-то всё те же! Сумерки и Макс повернулись в сторону своего родственника, который от шока врос в пол. — Ч-что...? Откуда Вы меня знаете? — А ты что, меня не помнишь? Тётю Наташу не помнишь? Ах ну да! Я ж тебя в последний раз то видела, когда ты совсем малышом был! Конечно, ты меня уже и забыл! — продавщица хохотала, а Томми вгляделся в её лицо и пытался понять и вспомнить, видел ли он её вообще. — Я... не совсем понимаю... Вы, может быть, меня с кем-то перепутали? — Да как же? Твою маму же Даша зовут? — от этих слов Томми замер и сглотнул. — Д-да... а откуда Вы про неё знаете? Я не понимаю... — Так мы ж с ней вместе здесь и работали, она тебя ещё с собой приводила, когда тебя дома оставить было не с кем. О, а как твои брат с сестрой? Их же Лиза и... Саша, по-моему, зовут, да? — Да, так... — блондин едва шевелил губами. Так вот почему этот магазин кажется ему таким знакомым. Он точно был здесь со своей матерью. Всё понемногу начинает вставать на свои места. Только Сумерки ничего не понимали, что вообще происходит. — Подождите — криминалист покачал головой, — А что мы здесь вообще делали? Почему моя мама тут работала? Я не помню, чтобы мы когда-то приезжали в Чернобыль, мы вроде бы жили в Киеве. — Разве? По-моему, мне твоя мама ничего про Киев не говорила. Вы же с ней жили все здесь, до тех пор, пока не произошла авария. Томми вдруг озарило. Он начал вспоминать. Авария. Тысяча девятьсот восемьдесят шестой год. Аэропорт, путь в Благовещенск. Он, его брат и сестра, мать и отец летели в самолёте, где мать ему говорила, чтобы он помнил, что они летят из Киева и про Киев он ничего не помнит. Про Чернобыль не было и слова. Неужели они никогда и не жили в Киеве, а приехали туда только после того, как в Благовещенске Адам убил своего приёмного отца, и их семья покинула Россию. Томми ничего точно не мог вспомнить, так как на момент аварии ему было всего четыре года. Он был ещё совсем маленьким. Но ведь Саше и Лизе тогда было по шесть лет, и неужели они тоже ничего об этом не помнят? Или помнят, но ничего не говорят? И неужели он родился не в Киеве, а в... Чернобыле? — Слушайте, а... Вы можете мне всё подробнее рассказать о моей семье? — Томми подошёл ближе к кассе, — Просто мама никогда мне не говорила, что мы когда-то здесь вообще бывали. А мне бы хотелось всё вспомнить. — Так твоя мама тебе ничего про аварию не рассказывала? И даже про то, что твои родственники жили в Припяти? — не понимала продавщица, так называемая тётя Наташа. Отряд впал в ещё больший шок. — Нет. Я вообще ничего об этом не знаю! Вы мне можете рассказать? — Могу, хорошо. Ты, я смотрю, уже мальчик взрослый, правду знать должен. Ну, я могу не всё рассказать, потому что и я уже не всё вспомню, столько лет прошло, и Даша мне тоже рассказывала далеко не всё. Помню, что здесь, в Чернобыле, жили ты, твои брат и сестра, твоя мама и твой отец. Мама твоя здесь со мной тоже продавщицей работала, а отец твой работал вместе с твоим дедушкой на той самой Чернобыльской атомной электростанции. Вся-вся ваша семья жила в Припяти, и дедушка твой там же жил. Семья у вас хорошая была, дружная. А потом, когда разрушился реактор в четвёртом энергоблоке, в котором как раз твой дедушка и был, вы тогда уехали отсюда. Ну, кому из всей твоей родни удалось тогда выжить. Твоему отцу чудом удалось выбраться оттуда живым, а дедушка погиб, как и вся-вся ваша родня, которая жила в Припяти. Столько погибших было... ужас. В живых только твои мама с папой и брат с сестрой то и остались. Вот вы все впятером и уехали подальше от этого радиоактивного опасного места. Больше никто не выжил. Когда авария произошла, началась эвакуация, мама твоя тогда мне и сказала, что собирается уезжать из города. Точно не помню уже, но она мне что-то говорила про её знакомых и друзей из России, которые могут вам помочь с переездом и жильём. Богатые какие-то, ещё двоих детей тогда из приюта взяли под опеку. От последнего предложения удивились Адам и Яна, понимая, что речь идёт об их приёмных родителях. — А этих её богатых друзей случайно не Василий и Людмила звали? — решила уточнить Яна. — Вот имена не помню. А вот фамилия... какая-то еврейская, что ли... — пыталась вспомнить Наталья. — Не Ламберт, случайно? — спросил Адам. — Вот что-то похожее, да. — Мы как раз и есть те самые приёмные дети, которых эти друзья и взяли под опеку... — еле слышно произнесла Яна. — О, точно! Близнецы! Она мне про близнецов и говорила! А вы вот как раз друг на друга похожи! — продавщица смотрела то на Адама, то на Яну, которая так и не отпускала руку мужа. — Так значит, она Вам рассказала, что у неё есть богатые друзья, которые помогут нашей семье уехать из зоны и начать новую жизнь? — Томми всё ещё был в шоке. — Да, так и было. — Только эти богатеи потом обанкротились. Вовремя успели помочь отсюда свалить — добавил Адам, — Только как его мать умудрилась подружиться с людьми, которые жили так далеко? — Насколько я помню, они здесь бывали, Даша рассказывала. Подруга её эта жила в Чернобыле, потом она замуж вышла за русского богатого мужика и умотала в Россию. А вот конкретный город она мне не называла, вроде бы. Я уже не помню. — То есть, я правильно всё понимаю...? — Томми пытался сложить пазл, — Мои родители, Саша и Лиза жили в Чернобыле, а все остальные родственники в Припяти, мои отец и дед работали на этой станции, потом произошла авария, в результате которой погибли все наши родственники, а мы с родителями братом и сестрой уехали в Благовещенск, благодаря маминой здешней подруге, которая потом вышла замуж за богатея, с которым она потом уехала в Россию, предположительно именно в Благовещенск, и которые нам помогли отсюда уехать и купили нам квартиру. Потому что мы жили с ними на одной лестничной площадке, наша квартира была напротив, и я тогда познакомился и подружился с их приёмными детьми — близнецами. И именно поэтому у нас никого не было из родни, потому что они все погибли из-за аварии Чернобыльской АЭС? Тогда почему ни родители, ни Саша с Лизой ничего мне об этому не рассказывали?! Почему я всё это вообще узнаю от продавщицы из магазина?! И почему я половину из этого не помню?! — Рэтлифф был явно в панике от этой истории. — Дорогой, успокойся, ты не можешь всего этого помнить, ты же был совсем маленький — пыталась успокоить своего мужа Яна. — Да, милый мой, не завидую я тебе... такую правду страшную узнать. А для тебя я смотрю, эта близняшка уже не просто подружка, а невеста? — продавщица решила сменить тему. — Ну, почти. Жена — ответила младшая сестра. — О, жена. И детки, наверное, уже есть? — заулыбалась женщина. — Да, двойня. И тоже близнецы. — Видимо, это у вас наследственное. — У вас сигареты тут есть? — тяжко вздохнул Адам. После таких новостей, действительно, хочется закурить. — Есть. А Вам какие? — Любые. Отряд выходит из магазина, закупившись едой и напитками, Адам прихватил ещё и две пачки сигарет. Томми выходил из магазина на ватных ногах, переваривая услышанное. Загрузив багажник пакетами, ребята молча сели в машину. — Ребят, знаете, что ещё я начал понимать... — тишину в салоне вдруг нарушил Томми, — Почему в записке было написано про Припять. Может быть, этот похититель знал обо всём этом? И он, возможно, хотел, чтобы я таким образом узнал всю правду? Только вот откуда он всё это знает и нахрена он это устроил? Почему это от меня скрывали столько лет?! — Когда найдём Санька и Лизу ты сам об этом у них спросишь. Наверняка они в курсе — ответил Адам. — И ещё про мой глаз... — Рэтлифф был погружён в свои воспоминания, — Мама говорила мне, что это я сам себе что-то из бытовой химии в глаз случайно насыпал, когда совсем мелкий был. Но после этого разговора я понял, что дело тут было вовсе не в какой-то бытовой химии, которую я случайно уронил на себя и она мне в глаз попала, а что всё дело в радиации. Я ослеп из-за этого. Томми слепой на один глаз. Правым он видит отлично, а левый глаз слегка мутноватый по оттенку и им он совсем ничего не видит. — Может быть она тебе ничего не рассказывала про аварию, потому что не хотела... не знаю, портить твою психику? И поэтому придумала про эту химию в глаз и про то, что ты был родом из Киева, хотя на самом деле это не так — предположил Дима, — Прям как про ту больную девочку, помнишь? Ну, у которой отец умер, а мать сказала, что он её бросил, чтобы типа её не травмировать. — Не знаю. Но я в любом случае до правды всё равно докопаюсь. Столько грёбаных лет жить в обмане. — Я тебя понимаю — Адам завёл машину, при этом вспоминая свою историю про Ольгу, — Теперь в Припять? — Да, поехали — дала команду Алиса и младший брат тронулся с места. Теперь осталось найти Сашу и Лизу в Припяти и узнать, кто же этот похититель и чего он добивается.