Не делай больно монстру. Межгранье.

Можно было сказать, что этот вечер удался. Теплое помещение, сытный ужин, полноценный сон, - большего и не нужно. Бернар гнал дурные мысли в сторону, понимая, что все равно ничего изменить не в силах. Хотелось просто немного перевести дух, расслабиться и не думать о войне. Лад пристроился у чуть теплой печки и уже спал, не реагируя ни на какие посторонние звуки. Кто-то накрыл его поверх плащом, под которым парень свернулся в клубочек, отчего снаружи торчала только макушка. За ужином он с удовольствием выпил свой бульон, выловив из него кусочки мяса, закусив остатками той кислой ягоды, что предложил ему омега. Бернару достались пара ягод, и он теперь прекрасно понимал, почему Лад на них так среагировал, кода разжевал. С мясом они шли не лучше, но странным образом было даже… вкусно, наверное. Не так ужасно, как сперва показалось, но и есть их просто так альфа бы опять не согласился. Они уж точно не стали его любимым лакомством. Сид проверял лошадей, чувствуя себя среди животных куда комфортнее, чем среди товарищей. Он и до войны был не слишком общительным, но теперь при первой же возможности старался избежать болтовни. Его товарищ, единственный, с кем мужчина общался, рассказывал, что у них в деревне собрали вражеские колдуны всех женщин и детей, и прилюдно лишили языков. Просто за то, что им не понравился деревенский говор. Альфам, которые пытались им перечить, на выбор перерезали горло или то, что делало их мужчинами. Теперь от Сида редко можно было услышать речь, особенно после кончины товарища. Бернар не знал даже имени того парня. Он не представился, а Сид никогда не звал его по имени. На прямой же вопрос, тот натянуто улыбнулся, и ответил, что не может слышать даже отзвук своего имени, поскольку был из тех, кто был не согласен с новыми правилами. Связи Бернар не видел, но разглядеть, что на шее шрама у альфы нет, смог. Для себя он твердо решил, что эта история — не для его ушей. Мысли невольно перетекли к хозяину этих мест. Мальчишка ведь совсем не был привлекательным. Бернар никак не мог себе объяснить, почему все время думает о нем. Никогда раньше с ним такого не было, тем более, что в их стране омеги стали появляться только двадцать лет назад, и были скорее странными парнями, чем привычный пол. Женщины суеверно отворачивали в защитном жесте руки, чтобы с ним не стало такой напасти, как понести омегу. Кто же в семью возьмет парня, пусть даже тот и может продлить род, как женщина. Да и воспитывали таких мальчиков, как обычных мужчин. Но сейчас, Бернар готов был пойти против традиций, хоть и не понимал такой тяги. Размышления об омеге разбавило беспокойством. Когда отряд уходил с поля боя, им важно было как можно быстрее уйти в отрыв, выиграть время, скрыться, если повезет. Вместо этого они едва не загубили лошадей, и сами чуть не погибли. За те полтора дня пути, что они шли по лесу, его словно кто заговорил. Ни единой живой души не повстречалось на их пути. Сперва это было им на руку, но когда даже дичь как сквозь землю провалилась, стало очень тяжело. И этот островок жизни стал настоящим даром свыше. Они были слишком измучены, чтобы рискнуть продолжить путь, не отдохнув и не пополнив провизию. Теперь Бернар опасался, что выигрышный день для них бесполезен. За ними наверняка отправятся в погоню и скоро настигнут. Успеют ли они уйти… Но даже если и успеют, то следы приведут преследователей к дому Хэва. И что тогда сделают маги и альфы этой страны с ним? -А у меня дома три сестры, - голос Даута отвлек от мрачных размышлений. Кто не спал и не был занят, сидели вокруг костерка, который устроили чуть в стороне от дома. Печь, конечно, хорошая вещь, да только света не дает. Пять воинов потягивали кислое травяное варево, рассказывая обо всем, что в голову взбредало. Рой и Корвин бесшумными тенями несли дозор вокруг деревни. Скоро их сменят следующие парни, а пока те отдыхали, как могли. Костер же все равно скоро тушить, а так хоть можно всласть наговориться. -Старшие? -Две старших и одна младшая. Бывало, с утра просыпаешься, а они все втроем у зеркала вертятся, ленты себе выбирают, серьги, прихорашиваются. Тут уж все, только на улицу к колодцу умываться. Дружный смех разнесся над костром. -Или начнут ссориться: крику, ору, - кошки и те так не шумят. Попадешься под горячую руку — так приласкают, что на сене ночевать будешь или в коровнике. И снова смех. Бернар и сам не удержался от улыбки. -А так чем плохо, что дома три сестры? Это не жены, гонять в хвост и в гриву, бывало и сам их погонять любил. Сорвешь крапивы и бегом. Визгу аж на все село. Ухо потом неделю болит, так мать оттаскает за такие выкрутасы. Но жили дружно. Вернусь, небось уже все замуж вышли. Скучно будет без них. -А ты себе жену возьми, - Ивон усмехнулся в кружку. - И гоняй крапивой по бане. А она тебя потом по избе скалкой. Все снова рассмеялись. -Эй, женихи, ну-ка, туши костер и в дом, - Бернар оглядел веселых воинов, отмечая, что Марик с ними не смеется. Мужчина щурился в огонь и был далеко отсюда, и явно мысли были не веселыми. -Илан, Ивон, смените парней. Даут, забери Сида, пусть укладывается. Остальным — спать. Мужчины молча принялись за поручения, лишь Марик задержался, не желая выпутываться из мрачных мыслей. Он поднес кружку ко рту, но в последний момент передумал, и выплеснул остаток в огонь. Бернар проследил, как он входит в дом, пытаясь взять себя в руки. Этот альфа в последнее время часто его злил, но теперь его поведение настораживало. Как бы он чего ни учудил. -Завтра погода будет ясной. Бернар встряхнулся, выныривая из своих мыслей. Блу смотрел на темное ночное небо, пар при каждом выдохе мутным облаком рассеивался у его лица. Блики костра играли на темных, небритых щеках. Бернар невольно почесал свою отросшую бородку. Хотелось уже по-человечески отмыться, расчесаться и побриться. Жаль, возможности такой не было. -Звезд-то сколько. Отсюда, небось, звездную карту срисовать можно. На небе ни облачка. -Командир, я эти созвездия не узнаю, - Блу напряженно всматривался в небо. - Я уже запомнил расположение линий в этой стране, да и если сравнивать с позавчерашними, то эти отличаются. -Ты уверен? - Бернар поднялся со своего места, разглядывая небо, но для него это были просто россыпь светящихся точек на небе. -Уверен. И мне не нравится эта бесовщина. -Мне все меньше нравится эта проклятая страна, - Бернар потер лицо, взъершил волосы. - Знать бы, что вообще тут происходит. -А ты у нашего дружка спроси, - Марик, еще не успевший уйти, кивнул в сторону дома омеги. - Что? Думаешь, если он нас тут приютил, то и отравить не сможет? Отварчик-то мы его пили, а вот что там за травки никто не знает. Ему даже стараться не придется защищаться, мы сами тут передохнем. Или дождемся, пока за нами придут. Бернар стиснул зубы. Мурашки побежали по коже. Ему даже в голову не пришло, что омега мог их всех отравить. А ведь отвар выпили все. -Возможно, - Блу быстро глянул на свою кружку, остальных парней, к счастью, успевших отойти подальше и не слышавших этот разговор. - Что думаешь, командир? -Завтра выступаем. Я тоже не собираюсь сидеть и ждать, когда нас догонят эти выродки. -Я о том, что этот парень слишком добренький и странный. Приютил, напоил. Бернар посмотрел на мужчину, не в силах произнести ни слова. А что он мог сказать? Зерно сомнения было посеяно. А защищать вражеского мальчишку лишь из-за своей к нему симпатии было бы неправильно. Вновь странное чувство завладело воином. Никогда прежде Бернар не ощущал, как голова и сердце говорят на разных языках. Что победит, было сложно сказать даже ему самому. -Бернар. -Ладно, - мужчина встряхнулся, скидывая задумчивость. - Пошли. Поговорим с этим мальчиком. Только не лезьте, я сам. Блу недовольно скривился, но смолчал. Марик с отвращением поморщился, но тоже ничего не возразил. Бернар не хотел ни с чем разбираться, хотел только упасть спать и на рассвете уйти подальше от этого странного места. И желательно, вместе с его обитателем. От последней мысли мороз пробежал по коже. Бернар решительно направился к дому, чтобы покончить с этими странными мыслями и чувствами. Он твердо решил, что после этого разговора все для себя решит и сможет помирить горячую голову с не менее горячим сердцем. На стук, разнесшийся в тишине, никто не ответил. Сложно было сказать, спит ли сейчас мальчишка, свет в его окне не горел с наступления темноты. Мысль о том, что он может быть вообще вне дома только сейчас пришла Бернару в голову. И она ему не понравилась. Дверь тихо коротко скрипнула, открываясь. На порог выступил сонный, не проснувшийся толком парень. На тонкой рубашке была накинута шубка, распущенные волосы, выбившиеся из-под накинутого платка, делали его лицо еще моложе. Омега выглядел бледным, в ночном свете его кожа казалась восковой, неживой, а пустой взгляд, смотрящий сквозь альф, заставлял крупные мурашки пробежаться по рукам. Ни свечи, ни чего-либо подобного, при себе у парня не было, потому темноту разбавляли только сияние ночных светил и отражение от снега. Если бы на свете были привидения, то омега точно бы сошел за одно из них. Бернар невольно на него засмотрелся, не в силах оторваться. Дверь скрипнула лишь когда ее открыли, но это просто от мороза чуть промерзли петли. А вот чего мужчина не услышал, так это открывшихся засовов. Даже если омега живет тут один, в каждом доме они должны быть. Так беспечно с его стороны, зная о соседствующих воинах, не запираться в доме на ночь. Вновь беспокойство из-за этого мальчишки пересилило чувство ответственности за своих людей. Бернар отступил на шаг. Что за колдовство на него находит при мыслях об этом мальчишке? -Прости, что беспокоим тебя посреди ночи, но мы хотели бы задать тебе несколько вопросов, - Бернар не стал тянуть кота за хвост, прогоняя ненужные мысли. Хэв никак не отреагировал на эти слова, все так же всматриваясь куда-то мимо. Молчание затягивалось. У Бернара словно язык отнялся, Блу и Марик пока выжидали, но готовы были в любую секунду прервать тягостное молчание. Лицо омеги чуть заметно дрогнуло, взгляд расфокусировался, губы шевельнулись, но никто сразу не понял, что звук, разрезавший тишину, произнес он. -Ну? - короткое, резкое, изогнутые в немом вопросе брови, и, наконец, глаза в глаза. Бернар отмер. -Скажи, что это были за травы в твоем отваре? -Крапива, шиповник, сосновые шишки, одуванчик, колокольчик, - послушно, но как-то заученно принялся перечислять омега. -Какие, небеса тебя разрази, колокольчики? - прорычал Марик. Омега будто очнулся, повернулся к нему, настороженно наблюдая. -Серые. Для сна без сновидений. -Это сонный настой? - Блу напрягся. -Нет, - омега все еще отвечал медленно, словно не скинул с себя сон. - Чтобы уснуть от серых колокольчиков, их нужно смешать с росой, собранной с клевера и еще несколько трав, которые нельзя засушить. Тогда сон будет крепкий, без сновидений и дурмана, как при маках. -Ты добавил маковых зерен? - Блу почти рычал. Омега растерянно смотрел на него. -Я не храню маки. В закрытом зимой доме они могут поплыть или затуманиться. От их паров можно уснуть до смерти. -Тогда что? Может какие-нибудь горькие соцветия? Или, может дурман-траву? Блу срывался, готовый броситься на омегу и силой выпытать у того ответ. Словно ощутив его настроение, мальчишка напружинился. Линия скул резко выделилась, когда он сжал зубы, глаза прищурились, засверкав недобрым огнем в них. Бернар дернулся к разошедшемуся неожиданно альфе, собираясь его утихомерить, когда тот почти в бешенстве прорычал. -Почему на небе такие созвездия?! -Что? - резко переспросил омега, а потом болезненно улыбнулся, что больше походило на гримасу. - Ах это. Ясно. Вы решили, что я вас отравил? - насмешливые глаза осмотрели альф. Бернар невольно подумал, что ему не идет так усмехаться, это его не красит. - Всего-то. -Я тебя сейчас… - Блу шагнул ближе, но Бернар придержал его, и обратился к омеге. -Не говори так больше. Здешние травы нам малознакомы. -И вы решили, что я вас опоил, чтобы обезопаситься? -Хочешь сказать, это не так? - Марик пока не двигался, но Бернар невольно шагнул в сторону, преграждая ему путь. -И так скажу, что не делал ничего вам во вред. -Тогда как ты объяснишь, что два дня назад созвездия на небе были иными? Мы не могли уйти на край земли, чтобы сменилось небо, да так скоро. -Ты в этом так уверен? - что-то в голосе омеги было, что Бернар в удивлении на него уставился. - Вы ведь не слышали о старых тропах, верно? Вы меня о таком даже не спросили бы. -Что еще за тропы? - Блу не был настроен миролюбиво и жаждал знать ответ. - Отвечай. Мне надоели твои недомолвки, тайны и странные речи. Так что выкладывай, и чтоб без шуток. Хэв сделал шаг вперед, закрывая за собой дверь, без улыбки рассматривая альф. -Не забывайся, - омега говорил отрывисто, резко, и сейчас как никогда от него ощущалась опасность. - Вы пришли ко мне. Я вас не звал. Незваных путников в своей обители я не потерплю. -Прошу, прости нас, - Бернар шагнул к омеге, но замер, когда тот резко обернулся. - Мы не хотели ничего дурного. Но мы сбиты с толку, ведь прежде не сталкивались ни с чем подобным. -Я вижу, - Хэв вновь обернулся к Блу. - Похоже, у вас предания совсем забыты. -Мы не отсюда, - неохотно выдавил Марик. -Я вижу, - с ударением повторил омега. - Я знаю, кто вы. Ни к чему на меня злиться. Вы пришли сюда по своей воле. -Мы лишь пытаемся понять, где мы, - стараясь смягчить возникшее напряжение, Бернар поднял руки, словно успокаивал дикого зверя. -В лесу. -Это мы видим. Но не знаем, в каком лесу именно. Тем боле, без карты сложно это понять. Омега недовольно покачал головой. Закрыл глаза, будто пытаясь взять себя в руки. Выпрямился, повернувшись к Бернару, и тот словно кожей ощутил, как тот выдохнул. Словно какая-то тяжесть отступила, позволяя расслабиться и сделать свободный вдох. До этого момента он и не понимал, как сильно был напряжен. -Это — мой дом. Вы пришли, и я позволил вам остаться. Я не сделаю вам зла, поскольку теперь вы мои гости. И если вы не сделаете зла мне, то вам нечего опасаться. Бернар вздохнул, чувствуя вину. Хэв был прав, но как же трудно было поверить в доброту, насмотревшись на столько предательств. Он подошел к хозяину этих мест, осторожно взял его руку в свою, пытаясь таким образом попросить прощения. -Скажи, где мы? Блу угрюмо наблюдал за ними, не спеша озвучить свои мысли. -В лесу, - омега отвернулся. - На старых тропах. -Но где они, эти тропы? -Поясни, хозяин дома, - Блу огляделся, пытаясь набраться терпения. - Раз знаешь, кто мы. Ведь кто ты — нам неизвестно. Хэв отнял руку, скрестил обе на груди, ухватившись за плечи. -Наши предания гласят, что путник, заблудившийся в лесу, если попросит помощи, сможет отыскать старую тропу, которая всегда выведет его туда, куда ему нужно. Вы не просили помощи, но дошли сюда, миновав болота. Значит, вы еще не выбрали пути. Вы просто стоите на развилке и дорога терпеливо ждет, когда вы продолжите путь. Хэв будто неосознанно коснулся шрама. -Этот лес огромен и в нем много странного и непонятного. Вы просто оказались сразу в нескольких местах, вам предлагали выбор, но вы просто прошли мимо. А здесь и сейчас, решаете, куда двигаться дальше. Я же просто могу помочь определиться. Блу нетерпеливо тряхнул головой, не понимая. Омега раздосадованно фыркнул. -Хорошо, неверующий в магию альфа, объясню иначе. -Я верю в магию, я видел ваших магов, - перебил Блу. -Видеть — не значит верить, - отрезал омега. - И наши маги, - губы вновь исказила издевательская улыбка, - не имеют к этому лесу никакого отношения. Они даже не могут в него войти, потому что здесь не магия, а кое-что другое. Настолько для них чуждое, что им сюда путь заказан, им не по себе уже на подходе, а границ леса так вообще даже переступить не в силах. Я же всеми силами поддерживаю это благое действие. Бернар уже хотел что-то сказать, но омега перехватил его взгляд, и он передумал. -Этот лес — пересечение всех троп, по которым ступала нога человека. А так как вы еще не выбрали своего пути, то и видите на небе звезды из разных частей леса одновременно, со всех троп разом. Вот и вся иллюзия. -Но это невозможно. -Да, но ты это видишь. Между ними повисло молчание. Бернар переводил взгляд с Блу на Хэва, пытаясь взять в толк сказанное, но это просто не укладывалось в голове. -Ты можешь мне не верить и списать на мой отвар, но я сказал тебе как есть. Если хочешь убедиться в обратном, то можешь просто перейти в другое место, выйти на лесную поляну, чтобы увидеть звезды, которые живут над ней. Но все же поостерегись бродить в ночи по лесу. Болото не небо, перемещаться не будет. -Так это проклятый лес, - Марик брезгливо щурился. - Я-то думал, это только ты тут прокаженный и твоя земля считается заразной, а тут весь лес такой. -Лес не проклят, как и те, кто в нем живет, - омега нахмурился. -Что ж тогда маги в него зайти не могут? Не пускает что-то? Или, может, кто-то? Бернар теперь шагнул к Марику, не понимая причины злости парня. -Может и кто-то. -Да ну? А ты, значит, знаешь - кто? Омега покосился на Марика. -Знаю. -Уж не ты ли? -Марик! -А если бы и я? - омега неожиданно распрямил плечи, с каким-то болезненным наслаждением отвечая на эту агрессию. - То что? Тоже пометишь мне лицо, как отступнику? -И что же ты натворил, что тебя свои же и пометили? -Это старая история, - Хэв с каким-то печальным, отрешенным выражением смотрел в сторону. - Скорее, уже сказка. -Про таких уродов, как ты? -Марик! - Бернар вскочил, готовый ударить альфу, но в этот момент омега медленно повернулся в сторону скалящегося в презрительной гримасе мужчину. Все замерли, - остановив свое негодование, - напряженно уставившись на омегу. Сейчас у него было то самое выражение на лице, как тогда, когда они впервые прибыли на его землю. Застывшее лицо с резкими, хищными чертами, жесткий взгляд из-под бровей, бросающий мороз по коже. Но если тогда он был настороженным, готовым в любой момент защищаться, то теперь это была угроза, последнее предупреждение перед броском. Парень ухмыльнулся уголком рта, совсем не весело, отчего враз сделалось не о себе. Это не было презрение, больше походило на снисходительность перед несмышленышем, которого этот мальчишка превосходил в чем-то, недоступном простым воякам. -В каждой сказке — доля правды, - не отпуская взгляда Марека произнес Хэв. - Наслышан страшных историй обо мне? -А что, ты уже успел прославиться? - зашипел альфа, начиная заводиться. - Такой особенный? -Слава идет впереди, - оскалился уже омега. - И все те вымыслы, что ты мог услыхать — чистая правда. Потому не советую сердить меня. Я тебя предупредил. -И что ты мне сделаешь? -Рискнешь проверить? Альфа двинулся к оскалившемуся омеге. -Марик, - одернул Бернар, резко встряхнув того за плечо, не позволяя двинуться. Омега резко отвернулся, поджав губы. Было видно, как он с силой стискивает челюсти, не давая сорваться с языка словам. Альфы заметно поменялись в лице, не спуская глаз с разозлившегося парня. Медленно выдохнув, омега с отвращением скривил губы, - что его совсем не красило, - отвернулся, и ушел по тропинке, ведущей за дома. Бернар хотел пойти за ним, тем более что парень сам говорил не ходить по лесу в темноте, но Марик порывался сделать так же, и ему пришлось уводить разбушевавшегося парня. Втроем они вернулись к остальным воинам, которые понемногу устраивались на ночлег. Марик вывернулся и ушел дальний угол. Блу положил руку на плечо командира и сжал, поддерживая, после чего вышел на обход, чтобы проверить лошадей и прочее. Бернар взъерошил волосы на затылке. Мысли и чувства словно испуганные птицы метались внутри, ища выхода на волю. Прежде, он бы без раздумий взялся за меч и потренировался, дав им волю. Сейчас хотелось чего-то иного, но и сам себе альфа не мог сказать, чего именно. Альфа вышел на улицу, вглядываясь в ночное небо. Так странно было думать о словах омеги, но и так в духе этой страны, что он бы не удивился, что все сказанное — правда. Опустив взгляд на темный дом, Бернар пошел по тропе, пытаясь унять громкий стук сердца. Он понимал беспокойство Блу, ведь сам разделял его. Они привыкли ждать подвоха в этой стране, но если сами законы природы в этой стране рушились, то в чем тогда можно быть вообще уверенным? А рука у мальчика совсем не нежная. На ладонях старые мозоли, пальцы шершавые от мелких шрамиков, которые тот наверняка получил, собирая свои травы. Кожа была чуть прохладной, ведь парень так и не запахнулся, пока они говорили. И пахло от него приятно. Хотелось запустить свои огрубевшие от меча руки в эти длинные волосы, чтобы убедиться, что они и правда такие мягкие, какими кажутся. Да и этот шрам вовсе не выглядит отталкивающим. Бернар краем глаза заприметил огонек в окне. В доме омеги все же горела лучина, но ее не было видно со стороны того дома, где они обосновались. Воин прошел мимо угла дома, поворачивая туда, куда свернул омега. Тропинки не было, только недавние следы. Мысль поискать парня казалась Бернару разумной. Лес, ночь, темнота, - мало ли что может случиться. Можно было бы попробовать позвать омегу, может он не успел уйти далеко. Мужчина припомнил, как мальчишка представился Ладу и в груди потеплело. -Хэв, - тихо произнес Бернар и замер, ощутив, что он здесь не один. Омега прислонился к углу дома, в темноте наступившей ночи его было совсем не видно, только немного очертаний от света лучины из окна, но недостаточно, чтобы рассмотреть. Платок с головы съехал, шубка была нараспашку, и Хэв вовсе не пытался запахнуться, чтобы спастись от холода, наоборот, пытался отдышаться. Бернар не пытался увидеть его глазами, но он будто видел этого мальчика в полутьме. Еще был запах: сухой травы, солнечного тепла, земли, мыльного корня и пота. Альфа хотел подойти ближе, вдохнуть этот странный аромат, напоминающий лето посреди морозного воздуха зимы, но прекрасно отдавал себе отчет, что это было бы более, чем странно. Оттого и стоял на месте, стараясь не издать ни звука, чтобы не спугнуть. -Тебе чего-то нужно от меня или просто посмотреть остановился? - негромко осведомился омега, заставив альфу вздрогнуть от звука своего голоса. Пару мгновений он стоял, затаив дыхание, не веря, что его смог как-то обнаружить этот мальчик. Хотя он не скрывался, не пытался тише дышать, и снег под ногами поскрипывал. Он же еще и имя омеги произнес в темноту. Представив, что его мог услышать хозяин имени, воин смутился, как мальчишка. Хэв пошевелился, видимо, повернувшись в сторону воина, и Бернар готов был поклясться, что ощущает на себе этот пробирающий до костей взгляд. -Нет. Я просто… Не хотел прервать твое уединение, - обрел язык альфа. -Ты говоришь, как лекарь, - омега не спешил уходить, скорее всего разглядывая собеседника. -Почему как лекарь? -У нас только лекари начитаны настолько, чтобы могли посоперничать в грамотности с господами. А ты говоришь такими умными словами, что сразу ясно — учение тебе не чуждо. Голос Хэва был спокойным, рассудительным, и, как он сам сказал, учению не чуждым. Бернар осторожно сделал шаг поближе, ощущая странное волнение. -Ты тоже говоришь складно. -Я неграмотный, - покачивание головы было видно и в темноте. Ненадолго между ними повисло молчание. Бернар шагнул еще ближе, приближаясь почти вплотную, но омега, даже если и видел это, не отстранялся. -Не понимаю, что в тебе не так? - голос альфы был тихим, но громким в ночной тишине. - Ты ведь не женщина. -Ты никогда не встречал омег? - казалось, Хэв нисколько не обиделся на такое грубое высказывание. -У нас они редкость, и, скорее, что-то вроде ошибки природы, чем полноценные мужчины. -Ты думаешь, что я неполноценен? -Нет. Я не знаю. Видимо, я совсем ничего не понимаю. У нас омег не так уж и много. И они скорее… -Вы считаете их альфами, не способными продолжить род, - Хэв не спрашивал, но Бернар колебался, прежде чем согласиться. - Я понимаю. Для вас неприемлемы мужские связи. Но омега — не мужчина. И не женщина, хотя по своей сути ближе к ней. Но я... -Тщ-ш-ш, - Бернар шагнул вплотную, прижав безошибочно палец к губам парня, вынуждая замолчать. - Я всю голову себе сломал, пытаясь понять, почему меня к тебе так тянет. И ты прав, я раньше не слишком часто имел дело с омегами, если считать те два раза, что я видел тех парней мельком на ярмарке. Мне все равно, кто ты: омега, альфа, проклятый, или хоть сам дух этого леса. Я чувствую, словно мы — единое целое. -Чувствуешь, - без выражения повторил Хэв. Бернар не видел лица омеги, и очень жалел об этом. Сейчас он не мог понять, о чем тот думает, и о чем думает он сам, говоря все это, но хотел чего-то. Наверное, ответа на свои слова. -И я тоже чувствую. Мы правда единое целое. Губы были сухими, потрескавшимися и холодными. Обхватив своими мозолистыми руками голову омеги, Бернар отстраненно отметил, насколько он кажется маленьким, в сравнении с ним. Целовать не сопротивляющегося мальчишку было необычно и немного волнующе. Для взрослого мужчины, разменявшего тридцать четыре весны, такие юношеские порывы было ощущать внове. В голове мелькали глупые мысли о поцелуях на сеновале или в поле под открытым звездным небом, но тут же испарились, когда покорные губы двинулись навстречу. Хэв целоваться явно не умел. В его ответном поцелуе не было неуверенности. Неторопливо, словно пытаясь распробовать, он медленно повторял за альфой, не пытаясь перехватить главенство или навязать свои правила. Невольно Бернар поддался этому спокойному темпу, наслаждаясь этим поцелуем, словно долгожданным воздухом. Ни с кем другим прежде у него не было так, как здесь и сейчас, среди темного недружелюбного леса в тени полуразрушенной избы с незнакомым омегой. -Командир? Голос одного из воинов был таким непривычно громким, возвращая на землю забывшего обо всем альфу. На миг показалось, что он растворился в этом ночном небе, а теперь его возвращают с него обратно. Он оторвался от чужих губ, прижавшись лбом ко лбу, пытаясь надышаться, вдыхая медленно всей грудью. Руки сами поглаживали шею омеги, большие пальцы проходили по острым скулам. -Командир! Оторваться не было сил. Чужое дыхание паром проходилось по лицу, оставляя прохладные льдистые капельки на ресницах и усах. Губам было холодно, мороз покалывал щеки, но Бернару было жарко, а отпустить руки, сжавшие невольно чужие плечи, казалось выше его сил. -Иди же, - спокойный голос не изменился, все так же отчужденно прозвучал во тьме. Только вот его хозяин даже не пошевелился в попытке высвободиться или отстраниться. -Бернар! - в голосе звавшего послышалось беспокойство. Хэв прижал руку к груди альфы, и это прикосновение холодной ладони было как удар молнии. Его по-прежнему не отталкивали, но мысли прояснялись, помогая вспомнить, что пора вернуться на землю и выполнять свои обязанности. -Иду, - громко отозвался мужчина, выпрямляясь и не сводя взгляда с прислушивающегося парня. -Блин, командир, ты хоть голос подавай, - укорил вышедший за ним альфа. -Хорошо. Сейчас приду уже. Альфа проворчал что-то себе под нос, разворачиваясь и уходя обратно в дом, в котором они обосновались. Бернар все еще наблюдал за отвернувшимся парнем, который вслушивался в звуки, разносившиеся между трех избушек. -Я должен идти. -Должен, - то ли согласился, то ли повторил омега. -Но я бы хотел остаться. -Хотел бы, - омега вернул свое внимание альфе, но тона так и не сменил. - Но ты не можешь. И я не могу. Бернар не понял последнего замечания, но прежде, чем он успел спросить, о чем речь, омега немного отступил из некрепких объятий, развернулся и скользнул за угол, возвращаясь в свой дом.