Не делай больно монстру. Межгранье.

У поцелуя был привкус сушеных трав. Бернар прикрыл глаза, вдыхая запах, исходящий от его наваждения. Тонкие ручки обвились вокруг шеи, притягивая к себе ближе, вынуждая наклониться ниже. Выбившаяся мокрая прядка волос прижалась к щеке. Под языком, нежно оглаживающим чужие губы, отчетливо ощущалось, насколько они потрескались. Бернар с трудом вернулся мыслями на смертную землю, ощущая спокойствие. Было такое ощущение, словно он вернулся, наконец, домой. Не в первый раз, с каждым разом все сильнее укореняясь в груди приятным теплом. -Тебе стоит вернуться в дом и отдохнуть, - Бернар чуть ослабил хватку, позволяя Хэву опуститься на ноги полностью. Он даже не заметил, как приподнял парня, пока витал в облаках. На его замечание ответом был усталый вздох и нехотя разжавшиеся объятия. Его пальцы огладили обнимавшие омегу руки, задержались у локтей. Хэв и не подумал отстраниться, замер, прислушиваясь к чему-то. -Да я бы с радостью, только твои воины переволновались. Не думаю, что если я уйду, они не наделают глупостей. -Я прослежу, чтобы все было хорошо, - улыбнулся заботе Бернар. -Да нет же, - омега покачал головой. - Вы ведь сами не уснете спокойно, пока не убедитесь, что опасности нет. А тут метель еще. Может и померещиться всякое. -Мы справимся. Вот тебе не мешало бы поспать. Ты выглядишь совсем замученным. К тому же, у тебя еще мокрые волосы. Заболеешь. На последний аргумент омега с явным удивлением, почти потрясением, уставился на Бернара. Какая-то эмоция скользнула по его лицу, заставив закусить расползающиеся в улыбке губы. Мужчина с недоумением наблюдал за такой реакцией, еще больше поразившись, когда щеки омеги медленно зацвели румянцем. -Что? - не сдержался Бернар, не зная толком, что спросить. Хэв чуть заметно вздрогнул, пряча глаза. Коснулся шрама на щеке кончиками пальцев, а потом закрыл ладонью лицо, отворачиваясь, пытаясь скрыть явное смущение. Сердце защемило от такой картины. Бернар наклонился, прижимая к себе охнувшего паренька. А потом резко поднял его над землей, направляясь в сторону его домишки. -Какого?.. - омега взвился, тут же перестав смущаться, вцепился в плечи мужчины. Негодование придавало ему бодрости. - Поставь меня! Что еще за выходки? -Спорить с тобой у меня нет времени, - Бернар все же поставил омегу на ноги, но не раньше, чем донес его до порога. - Что-то мне подсказывает, что слушаться меня ты бы все равно не стал, поступая по своему. -Ты, варвар! - омега зло оскалился, его почти трясло от переполнявших эмоций. - Не забывайся! Я тебе не ваши девки, чтобы со мной так обращаться. Бернар, собравшийся уже уходить, развернулся, впечатывая руки в косяк двери, склоняясь над мальчишкой. Хэв упрямо выпрямился, готовый дать отпор, напряженно сжав губы и вглядываясь в лицо мужчины потемневшими глазами из-под бровей. -Я тебя не боюсь, - без намека на насмешку, абсолютно серьезно высказал Бернар, разглядывая черные глаза. - Я боюсь за тебя. Лицо Хэва расслабилось, теряя напряжение, хотя он не двинулся с места. Бернар чуть подался вперед, сближаясь. -Я тебя укушу, - спокойно произнес омега, заставив замереть. Мужчина улыбнулся, смешно фыркнув, положил руку на шею не шевельнувшегося Хэва, и прижался губами к холодному лбу. Заглянул в глаза, не убирая руки, молча упрашивая послушаться. Хэв вздохнул, закрыв глаза, и отвернулся, чтобы войти в дом. Бернар отстранился, облегченно переводя дух. -Спасибо. Хэв обернулся на пороге, придержав дверь, постоял немного, но все же молча вошел в избу. Бернар пошел к своим, пытаясь унять улыбку. Первые хлопья снега медленно закружились перед ним, падая на землю. *** Укладываться пришлось всем вместе, тесно прижимаясь друг к другу. Палатку организовали прямо в доме, пытаясь укрыться от разбушевавшегося снега, крупными комьями кружащего вокруг. Сперва неспешные снежинки просто поглотили любой звук в этой и так забытой всеми долине, а потом уже нельзя было увидеть ничего, ближе своего носа. Даже дома омеги не было видно. Толку от караула не было никакого. Бернар опасался, что заморозит людей. Или те потеряются в двух шагах от дома. Воины спали неспокойно, но не просыпались. Бернар прислушивался к их дыханию в темноте, мыслями ускользая в совсем другое место. Его бы воля, он сейчас проследил еще и за мальчишкой, что тот в безопасности от взявшей свое стихии. Никогда прежде он не ощущал ничего подобного. Этот странный мальчишка занимал все его мысли, заставляя волноваться за себя больше, чем за собственных воинов. Там, на своей родине, у него не было невесты, но ни одна женщина не вызывала подобных чувств. Когда он вернулся из ученичества в родную деревню, чтобы осесть и построить дом, чтобы потом завести семью, он и подумать не мог, что обратит внимание на омегу. Война же и вовсе разрушила все его планы. А теперь он теряет голову от чужака, ведьня. Упрямый, своевольный, жесткий мальчишка, который пленил своими темными глазами, заглядывающими в самую душу. Со своей странной заботой о нем и его воинах. Острым язычком, правдивыми словами и затаенной тоской во взгляде. Рядом с ним любая самая сложная проблема ощущалась пустыми хлопотами. Одно его присутствие несло покой, несмотря на все странные речи и пугающие, непонятные волшбы. И это ощущение, словно вернулся, наконец, домой после долгого путешествия. Бернар всегда хотел вернуться в родные края, хотя от его деревни мало что осталось, то было место, где он родился и вырос. А теперь, он ощущал, что никуда не хочет уходить. Было уютно быть здесь, в этой забытой всеми долине среди разрушенных домов, в окружение болот и врагов, наступающих на пятки, да еще прокаженного. Беранр пошевелился, выскальзывая из тепла палатки, плотнее закутываясь в шубу. Беспокойство не давало уснуть, напоминая о словах омеги. Только вот в предположении о причинах тот ошибся. Нужно было убедиться, что с Хэвом все в порядке, иначе сон не шел. Закутавшись плотнее в меховушку, мужчина замотал лицо платком и вышел на улицу. Снег тут же бросился в лицо, хотя уже и не такой злой и колкий, как вначале. Сейчас он лишь стремительно падал с неба на землю, крупными мокрыми хлопьями. Ветра почти не было, но это не мешало тишине забивать уши. От дыхания пар вырывался перед лицом, сковывая ресницы льдинками. Бернар огляделся, с удивлением увидел, что натоптанные им и воинами ранее тропинки замело настолько, что невозможно было отличить их от сугробов. У мужчины мелькнула мысль: хорошо, что они закопали останки зверя. Если бы его замело сейчас, то на него потом омега мог наткнуться. Или весной, когда все тает, начал бы смердеть на всю округу. Передернувшись, Бернар осмотрелся по сторонам. Деревья окружали долину темным кольцом, сливаясь своими кронами с небом, теряясь в снежных вихрях. Темное пятно нежилой избы со снежной шапкой, почти скрывшей большую часть разрушенной постройки, выделялось на фоне деревьев. Дом омеги темнел, лишь привычный лучик света в окне путеводной ниточкой мигал в темноте. Бернар двинулся к дому, утопая в снегу, чтобы убедиться, что все нормально с хозяином этого места. Внимание привлекло движение, замеченное краем глаза у кромки леса. Замерев на месте, мужчина старательно вгляделся в темноту, стараясь отличить среди снегопада хоть что-то. Бернар хмуро наблюдал за темной фигурой, которую скрывали кружащиеся снежные хлопья. Конечно, кто бы еще там мог быть, кроме ненормального мальчишки, если Лад не покидал палатки? И что мог делать омега за воротами, которые якобы их защищали? Со стороны казалось, что он просто стоит, всматриваясь в глубины леса. Только странное ощущение не давало увериться в увиденном. Бернар сейчас не доверял своим собственным глазам, ощущая все нарастающую тревогу. Хэв говорил, что они могут «посмотреть», сложив пальцы. Не до конца уверенный в том, что он делает, Бернар прижал к большому пальцу мизинец и безымянный палец, создавая подобие колечка и поднес руку к лицу, заглядывая в образовавшееся окошко. Спокойно стоявший до этого Хэв резко обернулся, безошибочно выхватывая взглядом мужчину в темноте, словно почувствовал что-то. У Бернара волосы на затылке встали дыбом. Рядом с омегой что-то было. Еще больше сгустившиеся в сумерках тени, более плотный снежный вихрь, рассмотреть не получалось, как бы он не всматривался. У Бернара по шее прошелся холодок, не имевший ничего общего с разыгравшейся вьюгой. Каким-то нутром он чувствовал, что там, за воротами, рядом с хозяином этого места, что-то есть. И не одно. Бернар опустил руку, тяжело дыша. Не сказать, что он увидел что-то. Омега говорил, что все, что «не тени», невидимо, однако что-то явно там было. Неуловимым чутьем это ощущалось даже без всяких чудо-жестов. Удивительно, что мужчина теперь верил во все странные волшбы и не чувствовал при этом страха. Какой бы твари сейчас за воротами не водилось, зла от нее Хэв не ждал, спокойно поворачиваясь спиной. Эта уверенность передавалась и Бернару. Омега окончательно отвернулся от леса, зашагал в сторону мужчины. Было ощущение, что воздух потянулся за ним следом, не желая отпускать из своих объятий. Бернар не мог оторвать взгляда от медленно пробирающейся по снегу фигуре, чувствуя, как ему не по себе в темноте. Знание, что там что-то есть, что-то невидимое, не отпускало, не позволяло расслабится. Казалось, что это что-то тянется следом за омегой, не отпуская наивную добычу, подошедшую слишком близко. Что-то странное было в облике Хэва, пока он все ближе подбирался к альфе. Бернар с трудом поборол желание «посмотреть» на омегу через пальцы. Что-то внутри не желало знать, что он может увидеть… Омега остановился рядом, на расстоянии вытянутой руки. Бернар глубоко вдохнул, сбрасывая наваждение. Снег уже едва падал с неба, успокоившись. Света из окна избушки едва хватало, чтобы рассмотреть скрытое тенью лицо омеги. Хэв наклонил голову, словно прислушивался к чему-то. -Не спится? -А тебе? - Бернар кивнул за спину омеге. - Зачем ты выходил? Хэв пожал плечами. -Навести порядок. Мои силы восстанавливаются медленно, пришлось немного повозиться. Нужно было проводить ту сущность, чтобы она не стала неупокоенным мстительным духом. Хорошо, что он не держал на меня зла и я смог проводить его. Бернар помолчал, пытаясь найти слова для ответа. Даже поверив в колдовство и увидев магию своими глазами, он не понимал волшбы этого парня. Странные речи напоминали помешательство Лада, вызывая неприятные чувства. Хотелось верить в искренность слов омеги, но оставалось ощущение, что, даже веря в свои слова, тот не в своем уме. Двоякое чувство было неприятным. Словно почувствовав что-то, Хэв повернулся к альфе. -Что ты имеешь в виду под «проводить»? -Ну, точно объяснить мне сложно. Я больше чувствую это, - Хэв неуверенно спрятал руки за спиной. Бернар потянулся, перехватив одну руку своими. Ладони полностью скрыли маленькую ладошку, согревая холодные, чуть мокрые пальцы. Омега наблюдал за этим, опустив голову, не пытаясь вырваться. -Я говорил, что это место — тесно связано со мной. Все живое в нем, все его обитатели, все едино. Это место, как воплощение меня. -Как же мы тогда смогли попасть сюда? - Бернар попытался всмотреться в лицо Хэва, на которое падал легкий свет из окна, но этого было мало, чтобы рассмотреть что-то, кроме блестящих глаз. Хэв только молча смотрел на него, словно не мог подобрать слов, чтобы ответить. Потом все же медленно проговорил: -Потому что ты этого захотел. -Ты так говоришь, но при этом сам не уверен в своих словах. -Я говорю то, что чувствую. -Правда? Скажи, что ты тогда чувствуешь ко мне? - Бернар наклонился, перехватывая и вторую руку. - Почему помогаешь нам, творишь свою волшбу, так относишься? -Я уже говорил тебе, - усмешка ощущалась в голосе, но рук Хэв вырвать не пытался, - что мне все равно на твоих воинов. Для меня важен лишь ты. Разве не чувствуешь? -Я чувствую, что никогда и ни к кому так не относился, как к тебе. Словно после долгих поисков я наконец тебя нашел. И уходить отсюда — смерти подобно. Я чувствую, что ты — мой. Глаза омеги широко распахнулись на такое заявление. Хэв судорожно вздохнул и резко высвободил руки, чтобы повалить альфу в рыхлый снег, который тут же засыпался за шиворот. Бернар тихо выругался, одной рукой вытряхивая быстро таявшую массу из-под одежды, второй же рукой придержал омегу, севшего ему а живот. Чужая рука помогала выгребать холодные комки, стряхивая снег с меха, чтобы он не посыпался на кожу, при этом убирая закрывавшую лицо ткань. Бернар облокотился на руку, утопая в снегу, пытаясь сесть, но ему не позволили, надавили на плечи, наваливаясь сверху. Теплое дыхание прошлось по коже под ухом, вызывая мурашки последовавшим за этим холодом. Ворот оттянули уверенные пальцы, из-за чего ткань больно впилась в шею с противоположной стороны. Бернар даже не успел что-либо сказать. К шее прижались губами, скользнув, и с силой сжали зубы. Альфа дернулся от неожиданности и боли, но не попытался отстранить омегу. Хэв и не пытался сделать что-то еще, почти сразу отпуская и усаживаясь на мужчине ровно. Слабый свет выхватил в темноте уставшее от бессонной ночи лицо, перепачканные в крови губы. Бернар все же приподнялся на локте, дернув больным плечом. Хотя, во время укуса, кроме болевых ощущений, было и какое-то приятное тепло. -Ну и зачем? - поинтересовался мужчина у Хэва. -Сказал же, что укушу, - омега тыльной стороной ладони стер с губ чужую кровь. -Как упырь какой, - усмехнулся Бернар. Плечо саднило немного, но больно особо не было. Да и плечо было левое, что не помешает обращаться с мечом. -Какой я тебе упырь? - Хэв хмуро на него уставился. -А до крови зачем кусать было? -Не смог удержаться, - парень поджал губы. Бернар насторожился. -Опять твои штучки? Ну, вот эти, - Бернар сложил пальцы кольцом, намекая какие «эти». Омега поднялся на ноги, отступая на шаг. Мужчина поднялся вслед за ним, зачерпнув горсть снега и прижимая к месту укуса, чтобы не испачкаться в крови. Хэв, наблюдавший за ним, подошел ближе, отодвигая руку и рассматривая дело зубов своих. -Да, «эти» мои штучки, - провел пальцами рядом с укусом Хэв. -И зачем? Хэв улыбнулся, мельком глянув на Бернара. -Потому что ты тоже мой, как и я — твой. Потянув мужчину за воротник, вынуждая наклониться, Хэв прижался перепачканными губами к его губам, теплом своего дыхания оглаживая щеку поверх волос бороды. *** Бернар открыл глаза, сонно моргая. Он лежал в палатке, рядом сопели еще спавшие парни, слышно было тихое ржание лошадей. Утренний свет проникал в избу, разгоняя ночные видения. Мечтай вот так об омегах на ночь, и не такое приснится. Командир осторожно потянулся, вылезая из общей кучи спящих. Шея отозвалась на это легкой болью, вспышкой кольнув и оставив посте себя ноющую пульсацию. Не веря себе, Бернар огладил шею, нащупывая ссохшуюся корку пальцами. Глупая улыбка сама выползла на лицо.