Не делай больно монстру. Межгранье.

Натаскать воды, помочь приготовить какую-то кашу, разлить ароматный травник, - Хэв взялся за него всерьез, уже не обращаясь, как с гостем, лишь подсказывая, где что лежит. Есть он сел нечесаный, хотя волосы ему явно мешались. Но то ли омега еще не проснулся, то ли не до конца отошел от безумства ночи, переплести свою косу он не пытался. А после завтрака и вовсе достал откуда-то ножницы. -Сядь, пожалуйста, - Хэв указал на одинокий табурет, пока раскладывал небольшую тряпицу по столу, рядом с ножницами и заготовленной заранее плошкой с водой. -Решил меня в порядок привести? - Бернар послушно сел спиной к омеге. -Завершить нужно, что начал. Вчерашняя ночь на меня сильно влияет, вот я все и не успел сделать как следует. Это не страшно, но лучше поскорее закончить. Оставлять незавершенными просьбы не стоит. -И что ты попросил? - догадываясь, Бернар все же хотел услышать ответ. -Не скажу, - Хэв замер у него за спиной, прекратив возиться с тканью. Бернар обернулся, чтобы посмотреть на него. Хэв мельком на него покосился и отвернулся. - Сам же знаешь. Бернар кивнул, подтверждая, что догадывается, о чем омега мог попросить. -Я говорил, что просто так ничего не делается, - Хэв выпрямился, держа наготове ножницы. -Ты передал кому-то мою болезнь? - предположил Бернар, опять отворачиваясь. -Нет, тут другое. Когда приходит весна я могу немножко больше, потому что становлюсь частью леса или того места, которое зову домом. Я не часто прошу что-то, да и не на каждую просьбу лес откликнется. И сказывается то, что я не всегда понимаю реальность, когда приходит ночь. Ты сам видел. В такое время очень сложно удержать сознание, поэтому и просить выходит не всегда. Нужно же хотя бы помнить, зачем и кому все это нужно и ради кого я остаюсь собой, вместо того чтобы поддаться искушению и раствориться в своей силе, как и положено природой. Так что я не все сделал до конца. Вот сейчас и закончу, тут немного осталось. А волосы тебе подравняю — это так, заодно. Хэв осторожно взялся за волосы Бернара, пальцами расчесывая пряди. Руки у него были прохладные и мокрые, когда он собирал отросший небольшой хвост в кулак. Ребро ножниц на секунду прижалось к шее, а потом послышался скрежет лезвия, который режет волосы и трется между собой. По мере того, как его волосы отрезали уверенные руки, голову переставало тянуть следом за натянутым хвостом. Когда последняя прядка оказалась отрезана, он чуть качнулся и повел головой в сторону от непривычно-забытого ощущения легкости. Было такое ощущение, словно он скинул с себя едва подъемную тяжесть. Мокрая рука взъерошила затылок и маленькие капельки потекли по шее, затекая за воротник. От щекотного ощущения, плечи невольно напряглись и мурашки пробежались по спине. Бернар невольно улыбнулся, но шевелиться и мешать не стал. Хэв осторожно состригал с него «зимнюю шерсть», и от этих легких, приятных прикосновений становилось так спокойно и здорово на душе. Хотелось подольше продлить это мгновение. Когда Хэв встал перед ним между его коленей, чтобы состричь челку, закрыть глаза было очень трудно. Хотелось смотреть на спрятанную в свободной рубашке фигуру, прикоснуться к стройному телу, притянуть к себе и вдыхать запах трав, прижимаясь к омеге. Вместо этого оставалось только вслушиваться в щелканье ножниц, шорохи, тихую поступь и дыхание. И впитывать в себя мимолетные прикосновение к голове, когда осторожные пальцы ерошили волосы, смачивая их. Когда Хэв отошел Бернар не заметил, очнулся только в тот момент, когда ножницы с громким стуком легли на стол. Это вывело из сонного оцепенения и Бернар обернулся. Хэв заворачивал в тряпицу волосы Бернара, складывая желто-серую ткань. Потом прошел к печи и, бросив в нее сперва какой-то сушеный веник, отправил в огонь следом и тряпицу с завернутыми в нее волосами. Огонь чуть зашипел и затрещал, в комнате запахло дымом и сеном. Хэв удовлетворенно отряхнул руки и обернулся. Чуть улыбнулся Бернару. -Посиди пока, я подмету. Бернар не спорил, молча наблюдая за тем, как Хэв убирает пол, не ограничившись только настриженными волосами. Пока он выносил из дому сор, Бернар наблюдал за ним, не в силах даже о чем-то подумать. Все мысли из головы выветрились вместе с сухим запахом, который витал в воздухе. Хэв вернулся в дом, снова посмотрел на Бернара, все так же сидевшего на табуретке, обошел его, убирая со стола ножницы и плошку. Бернар прислушивался к его возне, едва ли не засыпая сидя, когда все еще прохладные пальцы скользнули ему на шею. Задерживаться на месте они не стали, скользнули вперед, спускаясь по плечам, огладили руки и остановились только тогда, когда Хэв грудью лег Бернару на спину, прижавшись щекой к виску. Он обнимал воина со спины, прижимая ладонями запястья. Бернар опустил голову, рассматривая тонкие пальцы на своих руках. У Хэва кожа была не такой грубой, хотя мозоли у него тоже были, явно указывая на то, что работа для него не чужда. Между их руками словно все еще оставался те искры света, которые вчера вечером пылали по всей полянке. Хэв пытался вылечить его руки, снимая неприятные ощущения. Бернар высвободил руки, перехватил ладони Хэва, переплетая его пальцы со своими, поглаживая. Омега не сопротивлялся даже тому, что Бернар притянул одну его руку и поцеловал. Сидеть вот так было чем-то невероятным, но несомненно очень приятным. Хэв не отстранялся, сам иногда гладил Бернара, изучая крупные ладони. Было ли это частью лечения или ему просто нравилось трогать воина, возражать альфа и не думал, наслаждаясь каждой минутой. Очарование момента разбилось, когда с улицы донеслось лошадиное ржание. Хэв отвлекся, перестал гладить Бернару руку и отвернулся к окну. Медленно выпрямился и альфа нехотя выпустил его, вздохнув. Хэв наклонился к нему, задержав руки на плечах, и прошептал на ухо с привычной насмешкой: -Пошли, разомнешься, лежебока. Бернар рассмеялся и поднялся, согласный с этим заявлением. -Идем. Хоть кобылкой займусь. Да и дров тебе наколоть можно. Хэв не возражал, пожал плечами, улыбаясь. -Только тебе придется выйти в моей меховушке. Ты свою где-то оставил вчера. Хэв удивленно моргнул, словно у него вовсе из головы вылетела такая деталь. Пока они оба собирались, а омега еще и приводил себя в порядок, расчесываясь и заплетая волосы, оба молчали. Это немного напоминало тихие сборы поутру, которые часто бывали у Бернара с его отрядом. Только в воздухе не витало напряжение близящегося боя. Спорить, что альфа пойдет на улицу вместе с ним, к некоторому удивлению Бернара, омега не стал и послушно позволил накинуть на себя меховушку. Да и на то, что воин вышел на улицу без верхней одежды ничего говорить не стал. До соседнего домика они дошли по обледенелой тропинке. Кобылка на гостей взглянула спокойно, потянулась головой к Хэву, ласково прихватив рукав. На альфу она отреагировала ровно, глянула умным глазом, махнула хвостом и отвернулась. Мехавушка обнаружилась тут же, среди сена. Хэв выдал смешок, глядя на нее. Скинул мехавушку Бернара ему в руки и быстро натянул свою, насмешливо отстраняя любопытную голову кобылки, которая норовила вокруг него обвиться. Бернар мысленно усмехнулся тому, что, похоже, лошадка нашла себе нового хозяина. -Хэв, скажи, - Бернар подошел к кобылке, потрепал ее по крепкой шее. - А что ночью было? Я чувствовал себя так… странно. -Это моя ночь. Ночь, полная силы, - Хэв задумчиво оглядывался. - В эту ночь просыпается жизнь. Ее нельзя угадать или задумать заранее, только ощутить, поэтому я не мог предупредить тебя. В это место пришла весна. -А где-то весны еще нет? Омега кивнул. -Иногда весна приходила ко мне и днем. Там, где я жил, ее ждали с нетерпением. Зима обычно тянулась долго, дольше, чем в этом лесу. -У меня на родине, - задумчиво протянул Бернар, отходя от кобылки и расправляя меховушку, - весна обычно приходила рано и пролетала быстро. А лето тянулось, не спеша смениться сезоном. -Бер, - Хэв неуверенно замер, положив руку кобылке на шею. Бернар обернулся, накидывая меховушку на себя, готовый слушать. Омега выглядел взволнованным и на альфу не смотрел. -Что? Хэв нахмурился, отвернулся. -Я принес сюда ваши вещи. Пояснять, что за вещи, и чьи, не пришлось. Бернар ощутил, как внутри холодеет от странного чувства, которое он и сам не мог понять, и беспокойства. Повисло долгое молчание. -Ты ходил туда? - хрипло спросил Бернар. Хэв кивнул. -Я должен был туда вернуться и присмотреть… Вот и забрал оттуда все, что мог. Подумал, тебе может пригодиться, - голос омеги был тихим. Бернар подошел к нему и повернул за плечи. Хэв не сопротивлялся, но головы от земли не поднял. -Когда ты ходил туда? А если бы что-то случилось? Если бы тебя там кто-то заметил или поджидал? Это же опасно. Почему ты не дождался моего выздоровления? Все эти безделушки не стоят твоей жизни! -В этот лес не могут войти посторонние, - тихо произнес Хэв, заставив альфу бессильно вздохнуть. -Я беспокоюсь за тебя! Ты слишком полагаешься на свою волшбу и забываешь, что твой лес — это не неприступная крепость. Любой, кто угодно, может войти сюда. Особенно когда ты не можешь толком колдовать или не владеешь собой, как вчера. -Они бы вовсе не смогли мне что-то сделать, пока в лесу такая ночь, - Хэв, наконец, посмотрел на Бернара и выглядел при этом очень спокойным. - Я — хозяин леса, а в это время я и вовсе слился с миром, став почти его частью. Навредить мне, пока я растворяюсь в силе, может только другой ведень. А он и сам бы растворился в своей, так что мы были бы на равных. Лес не станет конфликтовать сам с собой, и мы оба остались невредимы. Вот так вот. -Ты мог бы хотя бы сказать мне! Когда ты только успел туда сходить, если надолго не отлучался? -Вчера и сходил. Мне-то через лес ходить не далеко. У Бернара не было подходящих слов, чтобы выразить свое отношение этим поступком омеге в должной мере. Тем более что сам хозяин леса не считал свою отлучку чем-то из ряда вон выходящим, более того, считал себя правым и спорить с ним было бесполезно. Бернару только и оставалось, что мучиться от осознания, что Хэв будет так поступать всякий раз, как посчитает нужным. Помолчав, Бернар тяжело вздохнул, смиряясь с произошедшим. У него не было причин не верить Хэву и сомневаться в его словах о том, что в своем лесу он в безопасности. Но он своими глазами видел, как какой-то монстр вошел в этот лес и убил всех его ребят. -Ладно. Хорошо, - Бернар вздохнул, отпуская омегу. Помолчал, прежде чем неуверенно озвучить свою просьбу. - Я бы хотел сходить к ребятам, где они лежат. Проведать, ну и там… похоронить. -Нечего там делать, - раздельно, жестко и громко едва не прошипел Хэв. Бернар удивленно обернулся, такого он точно не ожидал. Омега смотрел прямо на него недобро блестящими глазами и упрямо сжимал зубы, явно не собираясь отступать от предстоящей ссоры. -Что? - Бернар в первое мгновение подумал, что ему послышалось. -Ни к чему тревожить мертвецов, - напряженно произнес Хэв. -Ты же, кажется, сам сходил к ним не позднее, чем вчера! - Бернар не понимал причины такой резкой смены настроения омеги и его нежелания пустить альфу к его воинам. -Там больше ничего нет. Это теперь нехожее место. Туда нельзя ходить и тревожить его не стоит. -Что ты сделал? - Бернар не смог сдержать этот вопрос. Боль от гибели товарищей не шла ни в какое сравнение с тем, что с ними могло произойти, если теперь к ним нет ходу живому. -Я подарил им покой, - Хэв не отворачивался и на его напряженном лице нельзя было прочесть ни единой эмоции. - Это наименьшее из того, что я мог сделать для них. Я подарил им покой и забвение, которого они заслуживали. Ведь такой смерти я не пожелал бы и врагу. Ты можешь чтить память о них, но не стоит им напоминать о том, что случилось на той поляне. -А просто их отпустить в мир иной нельзя было? - сорвано поинтересовался воин. -Нет, - голос Хэва вдруг охрип и он прикрыл заблестевшие глаза. - Им нужно было другое. Когда они сами будут готовы, лес отпустит их дальше. До тех пор они будут здесь под присмотром, пока им самим это нужно. Поэтому прости, но я не допущу того, чтобы ты когда-либо с ними еще увиделся. И к их могиле не пущу. Бернар вышел вон. В нем бурлили самые разные эмоции и он понял, что еще немного и они прорвутся все скопом наружу, сметая все на своем пути. Он не хотел, чтобы Хэв видел то, что с ним в этот момент произойдет, и не хотел видеть Хэва. Поэтому он просто развернулся и быстро вышел, пока не наговорил лишнего, если не сделал чего похуже. *** Хэв нашел его сам. Да Бернар и не прятался, остановившись около ворот с развивающейся косой, разглядывая опушку и мигающие лучи солнца, сплетающиеся с тенями в леса. Смотреть через собранные в колечко пальцы было все еще страшновато, да и того, что он видел было более, чем достаточно, поэтому Бернар старательно делал вид, что не видит ничего необычного вокруг. Подходить омега не стал, остановился сбоку, в поле зрения альфы. Хэв присел на корточки, царапая наст на сугробе рядом. От Бернара сюда веди глубокие следы, а вот омега даже не проваливался на корке льда. -Странно, но лес мне кажется каким-то живым, - нарушил первым тишину Бернар. -Самостоятельным. Только вот я что-то не вижу ни одной даже мелкой животинки. -Животные здесь редко ходят, - Хэв говорил спокойно, поддержав тон, словно ничего и не случилось, но повернулся и посмотрел на Бернара первым. - Прости меня. Я бы никогда не стал делать что-то подобное, если бы мог найти другой способ. Твои ребята были тебе очень дороги… -Нет, - Бернар не обернулся, но говорил куда спокойнее, чем раньше. - Я понимаю, что ты не нарочно. Просто это тяжело — терять близких, а потом еще лишиться возможности попрощаться. Хэв снова опустил голову, принялся ковырять снег ногтями, собирая ледяное крошево. В его руке оно неохотно слипалось, но стоило чуть ослабить хватку, и льдинки тут же рассыпались. Омега принимался мять их снова, выдавливая капли талой воды, которые стекали между покрасневших пальцев. Бернар наблюдал за ним некоторое время, потом просто тяжело вздохнул, провел рукой по коротким волосам. Все это было весьма непросто. И не только для него, он был уверен, но и для сжавшегося на снегу омеги. -Нужно бы поохотиться, - прервал тишину Бернар. - Одной кашей сыт не будешь. А раз весна пришла, придется заниматься еще и хозяйством. Хэв отвлекся от своего почти растаявшего снежка, со странным выражением уставился на деревья, словно его посетила какая-то мысль, которую он напрочь забыл. -Что-то не так? - настороженно поинтересовался Бернар. - Здесь нельзя охотиться? -Нет, можно, - Хэв отозвался сразу, поспешно, хотя странно смотреть не перестал. - Просто звери тут правда нечасто ходят, если только птицы… Я просто успел забыть, - быстрый брошенный на Бернара взгляд тут же смущенно уткнулся в землю. - Ну, что живым еда нужна. От этих слов сделалось как-то совсем не по себе. -Я подконтролен временам года, как и природе в целом, - Хэв снова стал ковырять остатки снега в руке, на лицо у него медленно накатывал румянец. - Поэтому зимой почти не ем, если только совсем не проголодаюсь или вспомню, что нужно не только водой питаться. Вот и запасов не держу, ни к чему. Бернар украдкой перевел дух. С этим омегой можно было с ума сойти. Если, конечно, он уже с ума не сошел. Бернар вздохнул на такие мысли. -Тогда я пойду, попробую кого-нибудь добыть нам на ужин. Хэв кивнул, поднимаясь. -Поскорее бы уже снег сошел, можно будет до села сходить. Там-то точно еда водится. -Какого села? – удивленно переспросил Бернар. -А ты думаешь, я бы сам по себе тут много нажил? Иногда все же приходится выходить за пределы леса. Есть несколько жилых сел, в которые я иногда захожу, обмениваю что-нибудь по-мелочи. Тропы приводят меня к самому безопасному месту, где я могу обменять травки, которые растут лишь здесь, у жителей какой-нибудь из деревень. Да и те же целебные травки я перетираю в мази. Они весьма ценятся простым людом. Бернар напрягся. -Зачем ты туда выходишь? А если бы на тебя напали? -Мало ли, что может случится или понадобиться, - Хэв пожал плечами. - Я обычно выхожу за тем, что сам сделать не в состоянии: за одеждой, за утварью. Зимой стараюсь не ходить только. Не люблю. Далеко, а дорога лишь летом укорачивается. -Это опасно! Ты же… - Бернар не знал, как назвать положение омеги. -Изгой? - подсказал Хэв, ничуть не смутившись. Насмешливо улыбнулся. - Ну так не везде меня хотят в это носом тыркнуть. Ведни — большая редкость, кое-где они бывают нужнее всякого мага или лекаря. Так что меня не гонят и не выдают тем, кто мог бы меня искать. Особенно те, кто сам же моей помощи и ищет. -Люди из страха способны на многое, - тихо возразил Бернар. - Могут собраться толпой, обмануть, заманить в ловушку… -Я знаю, - Хэв казался спокойным, но в его глазах впервые появилась грусть. - Я давно живу здесь и всякое бывало. Да и готов я тоже к любому повороту событий, когда выхожу из леса в пределы видимости жителей деревень. Только со мной мало кто захочет по-настоящему ссориться, зная, что может случиться с ними. Это даже не по моей вине произойдет. Ведней изгоняют, но никогда не казнят, потому что на месте их гибели после могут жить лишь другие ведни. -Значит, это место… - Бернар огляделся, - кладбище ведней? -Лес, - уточнил Хэв серьезно. - Он потому такой странный, что, даже не смотря на то, что он един, все его части разбросаны по миру. Это граница, по которой я могу ходить. Как это еще объяснить, я не знаю. -И это место, - Бернар огляделся на кривенькие домики, - тоже часть леса? -Ну, - Хэв задумчиво нахмурился, - не совсем. Раньше деревенька была целой. Мне не нужно было много, поэтому я поселился только здесь. Лес сам отделил эти дома, сделав это место отдельным от целого поселения, которым эта поляна была раньше. Оно защищено от чужих глаз, но всегда может вернуться на свое место, потому что не пропадало по-настоящему. -Я думал, что здесь все так и было. Хэв покачал головой. -Нет, это заброшенные дома одного из поселений рядом с лесом. Я иногда хожу туда тропами. Точнее, каждый дом этого места — это сразу несколько разных сел, в которых они на самом деле находятся. -То есть эти дома здесь — не по настоящему? А их хозяева тебя видят, раз уж ты живешь в них? - улыбнулся Бернар. Хэв посмотрел на него, уловив в уголках глаз мужчины озорные морщинки. Улыбнулся, склонив голову. -Ну, хозяев у домов нет. Но иногда, если в них вдруг кто-то решает зайти, мое присутствие в доме может быть ощутимо. -Теперь понятно, откуда пошли придания о привидениях, - рассмеялся Бернар, громко и от души, отпуская с этим смехом накопившееся внутри напряжение.