Ca. Fe. Aurum

      Рамки настоящей реальности определяют действительность.              Что может значить эта странная, туманная фраза? Что может раскрыть ее смысл? Как прожившему всю жизнь в коробке представить, что же существует за пределами клетки? Лишь со стороны, издали можно уловить суть. Музыка – ноты, Рассказ – слова, Программа – код. Все имеет свои единицы, собственную структуру. Иллюзии не обман, лишь игра с нашим восприятием. Все всегда будет настоящим, если захотеть.              А какова суть твоей реальности? Ты знаешь?              

***

      И вновь никаких следов.              Скрипт тяжело растянулся на кресле, пытаясь собраться с мыслями. Что-то происходит прямо у него под носом, а он даже не может ничего понять. Что уж говорить о предотвращении чего-либо.              Утром пришла новость, что без вести пропал еще один монстр. И никто не может сказать, где его видели в последний раз.              Жертв почти ничего не объединяло. Разный возраст, разные интересы и занятости. К счастью, среди них не было детей: все исчезнувшие – зрелые, а порой престарелые монстры. Но история одна: соседи, друзья, коллеги как один говорили, что однажды просто никто не вернулся. Но да, одна деталь все же была общей – отсутствие семьи либо сильная ссора с ней. Словно все идет к тому, что такая выборка неспроста. Никто не отрицает, что жертв может быть намного больше. Просто сообщить об этом некому.              Прах пропавших обнаружен не был, что может давать легкую надежду на лучший исход. Дело серьезное, да и документы говорят, что нечто подобное стабильно происходит раз в промежуток от пяти до пятидесяти лет. Всего данных немного. Иногда монстры находились, и оказывалось, что они просто были уверены в своей никчемности и бесполезности. Глупые. Иногда причины были другие. Случай с непутевым старшим братом тому подтверждение. Скрипт и в детективы подался, чтобы найти его, ведь знал, что тот ушел сам, испугавшись. Его история, конечно… это что-то. А дальнейшие поступки – тем более.              Вскочив и пройдя вдоль комнаты, монстр взглянул на карту, где булавками отметил места проживания пропавших. Отчего-то по контуру улиц узор напоминал ему четырехконечную звезду. А возможно, он лишь слишком заработался и устал. Тут и Гастер масла подлил своими неимоверно увлекательными историями…              Отчего-то Скрипт остановился и задумчиво подпер подбородок. Его брат – монстр с довольно мощным магическим чутьем. Привлекать его к расследованию, конечно, не по совести, но если это даст хоть какие-то зацепки, хоть то же место исчезновения, тогда оно стоит того.              

***

             – Рядом возникла темная, как длинный коридор, тень, и с тех пор его никто не видел! – В свете тусклого, почти багрового кристалла длинные клыки странной рыбы смотрелись еще зловещее, отчего мурашки невольно пробегали по спине.              Личности рядом отстраненно шушукались, часть монстров скучающе смотрела вдаль, пусть большинство с упоением слушало эти глупые страшилки. И не будь они сами как сошедшие с экрана какого-нибудь хоррора, то это не произвело бы никакого впечатления. За свои жизни Фил многое повидал, пусть магический голод знатно забрал у него воспоминаний в свое время.              Широ вызвалась вперед, дабы поведать очередную, по мнению мужчины, чушь. Но ее слова сумели вызвать интерес. Она рассказывала о страшных и коварных людях. О их жестокости, хитрости, подлости. Хотелось смеяться.              Тихо зевнув, Филипп размял шею и незаметно покинул импровизированный круг. Здесь он не нашел никакой полезной информации. Хотя новые знакомства так или иначе могут пригодиться.        – Хей, Джилл, – обратившись к одному из сидящих, Решимость дружелюбно продолжил. – Не подскажешь, где поблизости можно с пользой провести время? Желательно, чтоб забыть обо всем.        – Я понял, к чему ты клонишь, приятель! – Выглядящий как лев монстр одобряюще кивнул. – В кафе Леди Румян продается сидр. Ты можешь поговорить с ней и купить ее особый рецепт. Поверь мне, мало кто что вспоминал на следующий день! – Смех сквозь рычание. – Двух бутылок обычно хватает.              Славненько. Конечно, пить никто не собирался, но подобные заведения всегда кишат народом и разными слухами. Стоит проверить.              

***

             Уставившись на едва заметное покачивание магического цветка за стеклом, девушка уткнулась головой в скрещенные руки, облокотившись о стол.              Такая звенящая тишина. Даже Лилу притихла и не подает голоса.              Сол никогда не считала ушедшее за ожиданием время. А сейчас это еще раз потеряло свой смысл. Солнца все равно нет. И за окном никого. Видимо, ночь.              Знакомый звук отвлек ее, заставив поднять голову. Кажется… он донесся из комнаты Дингса.              Быстро поднявшись наверх и постучав, она медленно приоткрыла дверь. Удивление тут же нашло отражение на лице.              Друг пытался укрыть скелета одеялом, но выходило это у него из рук вон плохо. Делать это зубами – не лучшая идея.        – Давай помогу! – Подбежав к кровати, она оценивающе взглянула на эту немного неестественную скованную позу, после чего повернулась к черепу. – Заснул, значит. Это ты его принес? – Получив кивок, девушка осторожно уложила монстра на спину и расправила ткань.              Даже сквозь сон Дингс хмурился. Едва различимый темный след на переносице заметно добавлял ему возраста. Его тело было словно под напряжением, как от удара током.              Подавленный, Друг метался из стороны в сторону, не способный найти себе место. Вместе с ним ворочался, словно в кошмаре, Гастер. Наклонившись, девушка заметила сверкавшие на свету крохотные кристаллики соли у глаз.              Проведя ладонью по его щеке, чтобы стряхнуть сухой след, она невольно ойкнула, отдернув руку, как от иглы, заставив скелета в непонимании раскрыть глаза.        – Сол? Ох, где я? – Голос был тихий, уставший.        – Ты дома, все хорошо. Спи, тебе нужно отдохнуть, – волшебница улыбнулась ему и нежно коснулась подушечками пальцев век, побуждая закрыть глаза. Но тот отвел ее руки, не позволяя трогать себя.        – Извини, но я пойду вниз, – сев, он резким движением откинул одеяло. – Мне нужно…        – Дингс, – немного жестко оборвала его девушка, не дав покинуть кровать. – Я знаю, каково тебе, но не мучай себя. Отдыхай, со всеми делами разберешься завтра.              Не послушав ее, скелет все же поднялся на ноги.              Терпение в душе холодило, дарило легкое безразличие. Сол прекрасно понимала боль потери, но не чувствовала ее. Черта, что так маняще сияет небом, делает своего носителя стойким, пусть и немного равнодушным. Отчасти это к лучшему – нельзя прожить столько лет иначе.              От Гастера так и веяло тоской. Желанием что-то сделать, избавиться от беспомощности. Невыносимо смотреть. Невыносимо оставлять его так.              Оттого она решила помочь своими способами. Нет, он не забудет, не станет жестоким. Просто ему станет легче. Так будет лучше для него же!              Терять кого-то всегда больно.        – Сол, что ты делаешь? – ошарашенно проронил монстр, когда волшебница опрокинула его обратно на кровать, а сама забралась сверху.              Сложив руки на его груди, она закрыла глаза и принялась шептать:        – Именем Терпения внутри меня я ловлю течение жизни, – сквозь закрытые веки бил голубой огонь, а с ее рук струилась магия, водой растекаясь по телу скелета. – Утрата, Принятие, Покой!              Нечто легкое разлилось внутри, стачивая колющие пики, усмиряя огонь. С каждым ее словом он ощущал внутри спасительный холод.              Подняв на него светящиеся от энергии глаза, девушка с облегчением нашла в его взгляде удивление и вместе с тем облегчение.              Гастер молчал, что забавно сочеталось с его приоткрытым от шока ртом. Стало так легко. Словно он обрел свободу после тяжелой ноши.        – Не только же тебе помогать мне, верно? – Отстраненно улыбнувшись, она вздохнула. – Как я не люблю читать заклинания… после них сил никаких…              Приподнявшись, она внезапно осознала себя в объятьях.        – Сол, спасибо тебе! – Крепко прижимая ее, монстр искренне благодарил, не пытаясь сдержать себя, освобожденный от оков.        – Это меньшее, что я могу сделать, – она улыбнулась и обхватила его в ответ.              Ощущавший все вместе с хозяином, Бластер довольно приземлился на ковер и уже хотел вновь стать облаком магии в тени, но заметил, как оба свалились назад, благополучно уснув в довольно странной позе.              Бедняге пришлось вновь мучиться с одеялом.              

***

             Повсюду бегали пауки, и сомневаться в их разумности не приходилось: они ловко перетаскивали по потолку заказы, в том числе и очевидно тяжелые бутылки, убирали столы. И никто не ошибался в доставке. Присутствующий тут народ в количестве двух личностей относился к этому так, словно не было ничего необычного. Монстры… конечно. Небось, и едят этих самых пауков. А потом их самих же. Ха-ха!              Филипп брезгливо проследовал к хозяйке заведения, которая, задействовав совершенно все свои руки, приводила кассу в порядок.        – Извините, обслужить не могу. Кафе закрывается, приходите завтра! – Одарив клыкастой улыбкой, женщина сбросила с себя фирменный фартук и поставила большой треугольник о закрытии.        – Я здесь не для еды, – Решимость пытался уследить за ее руками, но глаза разбегались, прямо как пауки на потолке. – Вы контролируете всех пауков в подземелье?              Королева озадаченно обернулась, и на ее лице отразилось удивление.        – Вы мне льстите! Нет, мне принадлежит только одна колония. Но могу подарить парочку, хотите? – Она налила полную чашку пауков и с довольным шушуканьем протянула ему.        – Э-э, нет, спасибо! – Едва сдержав себя от слишком резкой реакции, мужчина продолжил: – Ваши пауки обладают хорошей памятью? Мне пригодились бы ваши услуги.        – Вшу-шу-шу, и что же вы хотите? Выпечку прямо на дому? – В ее поведении прослеживалась некая кокетливость вместе с полным осознанием своего превосходства.        – Нет, – Фил обернулся, чтобы убедиться в отсутствии лишних ушей. На его удачу, последние посетители уже ушли. – Я бы хотел, чтобы они наблюдали за местностью. Желательно, чтобы следили за одинокими монстрами. Мне нужны доказательства моих догадок. Деньги проблемой не являются, – Филипп продиктовал свои требования твердым голосом, почти прожигая взглядом обладательницу мехового воротника. Но в ответ она лишь прищурилась, что-то обдумывая.        – Мои паучки – и наблюдать за всеми? Вшу-шу-шу! Кем же вы работаете, что готовы озолотить меня? – Ее глаза по очереди моргнули, а сама она оперлась локтями о стойку, прижав к губам одну из ладошек.        – Работаю я на Гастера. Кем, уже не ваше дело, – человек скрестил руки.        – Гастер? О-о-шу-шу-шу, громкое имя в наших кругах, – взгляд в сторону. – Вы же понимаете, что монстров слишком много, чтобы мои паучки могли уследить за всеми. И кто тогда будет работать в кафе? Вшу-шу-шу, это же такие серьезные убытки!– Она мечтательно подняла свои полностью черные глаза. – Двадцать тысяч и никак не меньше.        – Я дам вам двадцать пять. За ваше молчание, миледи.        – Ох, что вы, я сейчас совершенно свободна, – наигранное смущение. – По рукам, вшу-шу. Я Леди Румян, буду рада помочь вам в ваших свершениях.        – Мартис Лилин. И да, взаимно.              

***

       – Парень, а ну стой! Пробирку от себя, капай по стенке и голову туда не суй, если глаза дороги, – как-то небрежно одернув монстренка за шиворот, Арман заставил его выровнять спину и вытянуть руки вперед. Проворчав что-то еще, он ушел к другому краю стола. Кивнув, Дингс старался следовать указаниям, хоть так сильно хотелось поднести пипетку ближе, ведь держать ее далеко от себя так неудобно. Хотелось рассмотреть, как капли перетекают в раствор, как извиваются желеобразные отростки. Словно крошечные медузы.        – Спину держи! – вновь раздался недовольный голос, заставив вздрогнуть. Спустя мгновение тяжелые шаги кабана раздались совсем рядом, и что-то приземлилось скелету прямо на голову. – Привыкай держать осанку, а то вырастешь маленький и с огромным горбом, – недовольство так и струилось нещадным потоком, вынуждая чувствовать себя зажатым в угол и покорно подчиняться. Заметив это, алхимик хмыкнул. – Никогда ни перед кем не пригибайся, знай себе цену. У тебя ведь есть гордость, в конце концов?              Монстрик скованно кивнул.        – Ясно все с тобой. А ну посмотри на меня! – Взяв его за плечи, кабан продолжил. – Теперь скажи мне, в чем разница между уважением и подлизыванием?        – Уважать – значит не перебивать, не нарушать границ, а подлизываться – льстить и пытаться что-то получить взамен, – немного подумав, ответил тот. – Думаю, в цели. Уважительно – значит по совести.        – Уважать надо в первую очередь себя. Не пытайся казаться ниже, чем ты являешься, только для того, чтоб выставить свою лояльность. Принимай замечания обдуманно. Если они имеют смысл, значит, прислушайся и старайся не допускать помарок. Думай, понял? Не надо мне зажиматься и прятать глаза, ты всему научишься, – отпустив его, Арман взглянул на пробирки. – Получается сносно. Молодец, продолжай.              Улыбнувшись, Дингс кивнул и вновь взял колбы в руки, стараясь держать спину.              

…

             Гастер раскрыл глаза.              Сдержав зевок, он с недоумением осмотрел комнату, а затем опустил взгляд на сопящую на его груди Сол. Не то чтобы его это удивило. Ее магия – вот что настоящее чудо!              Так необычно. Мысли были чисты и прозрачны, ответы всплывали сами собой. Растерянность покинула, боль притупилась. Это лишь часть жизни, которую нужно принять. Арману вряд ли бы понравилось, что его оплакивают. Почтить его память можно, лишь исполнив его волю. Так и нужно поступить.              Аккуратно приподнявшись вместе с девушкой, скелет медленно уложил ее на подушку, а сам направился вниз. В руках еще ощущалась легкая слабость, но это не должно помешать.              Заменить камень, убрать наросты, отдать распоряжение. Нужно разобраться со всем прежде, чем весть об уходе Армана разойдется по ушам. Себе дороже связываться с наглыми ртами, которые не желают ничего слышать.              Также есть и другие дела, требующие решения: разведывание пещер показало, что дальше лишь Барьер. Его команда нашла конец подземелья. Их работа скоро завершится.              

***

             Схватив за ухо, как какого-то глупого подростка, Широ рывком загнала Филиппа в дом, ловко увернувшись от полетевших в ее сторону кулаков.        – Ты что себе позволяешь? – Опешив, мужчина выпучил глаза. Он не ожидал такого отношения к себе.        – Это ты что себе позволяешь?! Ты понимаешь, что я головой за тебя отвечаю? Как ребенок, ушел и даже не предупредил. И куда? Купить выпивку. Идиот!        – Я не обязан отчитываться перед тобой! – Злость в голосе. – Возомнила себя моей матерью.        – Я твоей сестре обещала. Для тебя ее чувства совсем ничего не значат? Она говорила, что ты можешь выкинуть любую глупость. По-твоему, мне нужно было просто сидеть и ждать твоего возвращения? Разбежался.        – За мной не нужен присмотр. Тем более от ползучей рыбы! – Решимость развернулся и направился в свою комнату.        – Козел безрогий, – донеслось ему вслед прежде, чем хлопнула дверь.              И что она только о себе возомнила? Не хватало того, чтоб кто-то еще мешал.              В руках сверкнул голубой силуэт огромной половины шестеренки. Вздохнув, Фил принялся искать нужные ему значения во всплывшем окне.              

***

       – Темми, я же просил держать своих котят подальше от моей комнаты, – Тоби с недовольством уставился на подругу, на что та удивленно похлопала глазами.        – Что они опять сделали?        – Свалили вареное яйцо на клавиатуру и украли несколько моих вещей. В том числе и редактор значений. Теперь мне приходится все вводить через консоль, – в его тоне так и ощущалась досада.        – Ой, они могут, да, – неловкий смешок. – Так создай второй, проблема, что ли?        – В прошлый раз от подобных проделок по всему подземелью появились дыры. Я и так отстаю от графика. Что я скажу людям, которые поддерживают эту игру?        – Не делай из мухи слона, для котят редактор не больше, чем игрушка. Если потеряют, то все равно никто не сможет воспользоваться. Я по пальцам могу пересчитать монстров, которые смогут разобраться. Если он попадет к ним, то я об этом узнаю и заберу. А ты занимайся кодом и ни о чем не беспокойся!        – Не слишком обнадеживающе. Хорошо, рассчитываю на тебя.              

***

             Шарахнувшись от вида бурлящей лавы, Эфи, растерянно закрывшись жилеткой, попятился назад.        – Какое опасное место. Душное и неприветливое… Почему тут, а не у той прелестной поляны? – Мордашка котика умоляюще вытянулась.        – Если машина может превращать магию в тепло, то должен быть и обратный процесс. Здесь тепла достаточно, чтобы попробовать, – без тени опаски Гастер смотрел с обрыва вниз, наблюдая за причудливыми узорами расплавленных камней.        – Каких же ей быть размеров, чтобы охватить огненные реки? – Волнение и дрожь.        – Я об этом тоже подумал, – подняв небольшой камешек и швырнув его, скелет с интересом отметил, как поверхность исказилась и сожгла дотла потревожившую ее вещь. – Размер не главное. Надо думать, из чего она должна быть, чтобы выдерживать такой жар.        – Никак не возьму в толк, зачем тебе такое устройство, да и так далеко от столицы? – Чувствуя, как с носа и лап капает пот, Эфи незаметно смахнул влагу и приоткрыл пасть, стремясь хоть как-то остыть.        – Выше находится просторная пещера с источником питьевой воды. Если здесь будет массивный генератор энергии, то новое поселение – вопрос времени, – обернувшись, Дингс заметил печальное состояние друга. – Ох, прости, не учел, что тут только мне комфортно. Давай вернемся в Домград и обсудим все там. Я показал, что хотел.              Котик послушно согласился и как можно скорее покинул это ужасное, по его мнению, место.              Уже несколько дней строители честно отрабатывали свой хлеб, подготавливая по распоряжению Гастера дом на Водопадье. Скелет решил, что это будет хороший выбор: на полпути к краям подземелья. Да и Сол полюбила этот тихий уголок. Место в пяти шагах от залива с Эхо-цветами. Она сказала, что ей очень нравится там петь. Ей точно должно понравиться. А ему совсем не важно, где жить, главное – где ждут. Уйдя в свои мысли, скелет и не заметил, как вернулся назад. Погрузившись в работу, упустил день.              Так пролетел месяц. Второй.              Дом был готов, а чертежи ждали завершения. И одобрения короля.