Ca. Fe. Aurum

      Душа монстров имеет пористую структуру. Решетку составляет особый вид полуматериальной магии. В ячейках же запасается чистая энергия, которая в неоформленном виде занимает минимум места, что и позволяет хранить ее в большом количестве. Особое место занимает оболочка души. Ее функция в поддержании внутреннего постоянства, а так же участии во множестве процессов.              Поскольку людскую душу изучить не удалось, придется, пусть и условно, применить к ней те же знания.              Разделив осколок на множество отдельных кусочков, Дингс принялся пропускать их через различные растворы. Сначала следует узнать ее состав. Сперва вода, как универсальный растворитель. Затем проба на кислую и щелочные среды и так по каждому пункту довольно длинного списка.              Одна из проб на органических кислотах дала довольно интересный результат: некогда красный кусочек внезапно пожелтел. Проверка магии подтвердила смену энергии. Проведя еще несколько опытов и подтвердив наблюдение, Гастер, довольный маленьким открытием, с еще большим энтузиазмом принялся проверять другие растворы.              Но задача состояла в другом: нужно очистить образец от родной энергии. Сделать его максимально нейтральным. И если химическими методами это сделать не выходит, следует перейти к физическим.              Создав вместе со своей командой несколько установок по зарисовкам Филиппа, Дингс начал с наиболее безобидных. Внося каждый свой шаг в журнал, он скрупулезно фиксировал показатели. Отсутствие изменений – это тоже результат.              Людские души воистину удивительны: даже будучи лишь крошечным кусочком они умудрялись выдерживать нагрузки, при которых даже самая стойкая магия давно бы рассеялась пылью. Правда, к температуре у них все же нет иммунитета. Что ж, у всего есть свои границы.              Размягченный особой магией, кусочек был отправлен под воздушный пресс. В целях безопасности пришлось проводить этот опыт вдали от города, окружив несколькими защитными полями. Кто знает, чего ждать от подобного? Взяв с собой монстров, которые не зададут лишних вопросов, Дингс начал эксперимент.              От меньшего давления к большему. Поначалу кусочек сопротивлялся, не желая поддаваться внезапно нахлынувшей угрозе, но лишенный сил, быстро сдал позиции.              В заранее приготовленную колбу вытекло несколько капель красной жидкости. Пустой белый осколок со звоном упал на дно.              Получилось?              Магией достав образец, Гастер победно улыбнулся: нейтрализация прошла успешно.              

***

             – Не могу отделаться от чувства, что это плохая идея, – Скрипт судорожно трепал воротник своего пиджака, буквально убегая вперед от волнения.              – Можешь довериться мне, – озвучил скелет, легко догнав того. – Если что-то пойдет не так, я применю захват души и отделю осколок.              – Хотелось бы верить. Очень хотелось бы…              Стоило юному детективу узнать, что Дингс закончил свои опыты и готов приступить к действиям, то незамедлительно направился на встречу. Надежда тепло разливались в груди, пока Дингс не озвучил то, что именно он собирается сделать. Тогда на опустевшее место пришла паника.              Маффет с нетерпением ждала гостей, и стоило тем появиться, как она тут же принялась душить каждого в крепких тройных объятьях.              – Меня скоро заберут? – с надеждой прошептала маленькая. – Мне здесь совсем не нравится, – она обернулась на множество пустующих кроваток позади себя. Других детей почти сразу определяли в новые семьи.              – Как только все закончится, я сразу же заберу тебя, не волнуйся! – улыбнувшись, Скрипт покосился на брата. – Но для начала нужно кое-что проверить.              Кивнув, тот достал нечто, внешне похожее на конфету.              – Дингс, ты серьезно? – жестами спросил младший, ожидая таблетку или магическую сферу, но никак не нечто подобное.              – С детьми нужно общаться по-особенному, – отмахнулся тот и протянул сладость девочке. – Вот, попробуй сразу проглотить.              – Действенный метод, – понимающе протянул серый монстр, когда маленькая довольно облизнулась.              – Дядь Га – дядь Га! – внезапно оживившись, паучишка подняла вверх все руки. – А вы все еще любите ту девушку? – ее глаза ярко загорелись от предвкушения. – Если нет, то вы подождете, когда я вырасту?              – А если подожду, то что? – удивленный ее внезапным вопросом, скелет недоуменно наклонил голову.              – То тогда будете моим мужем? – чистая детская наивность.              Скрипт принялся тихо смеяться в кулак, в то время как Дингс недовольно вздохнул, не желая ни разочаровывать маленькую, ни давать ложную надежду. Но лучше сказать правду.              – Маффет, прости, но она уже моя жена.              Девочка заметно поникла. А затем как-то неестественно скривилась.              – Мне… больно…              – Маффет? – в один голос воскликнули братья.              – Маффет, успокойся, дыши, – взяв ее на руки, Дингс аккуратно положил ее на кровать. – Дыши. Можешь говорить?              – Д-да… – ее руки подрагивали. – В груди больно. Почему?              – Что-нибудь еще чувствуешь? – руки оплела магия, готовая вырваться по первому приказу.              Она скованно покачала головой, с трудом хватая воздух, готовая вот-вот заплакать.              – Боль скоро пройдет, терпи, – мягко произнес скелет, наблюдая, как ее магия искрилась, неприятно обжигала недовольством, но медленно принимала чужую энергию. – Еще немного. Совсем чуть-чуть.              – Угу, – тихо проронила девочка, схватившись за его широкую ладонь сразу четырьмя руками, доверчиво зажмурившись.              Сверкнув сине-золотым светом своих магических глаз, Гастер внимательно всмотрелся в силуэт ее души, стараясь поймать одинокий огонек внедренного осколка. Но ничего не видел.              Скрипт тем временем наматывал очередной круг по комнате, неспособный просто сидеть и ждать, и неспособный ничем помочь. Его беспокойство буквально пульсировало, отдаваясь гулом где-то внутри. Дингс и сам нервничал не меньше.              В одно мгновение девочка затихла. И открыла глаза.              – Маффет? – с сомнением спросил скелет. – Как ты себя чувствуешь?              – Странно, – недоуменно протянула она. – Словно рядом кто-то есть, но его нет.              Скрипт вопросительно посмотрел сначала на малышку, затем на брата.              Перебрав в голове несколько вариантов, Дингс еще раз проверил ее магию, но не уловил ничего необычного. Лишь легкое изменение тона, как капля темной краски в баночке светлой.              – Маффет, попробуй принять, – создав шарик нейтральной магии, он протянул его девочке под ее непонимающий взгляд.              – Но тогда же не получилось… ну… хорошо, – обнажив клычки, она втянула его в себя, немного покашляла с непривычки, но все же смогла проглотить энергию, чтобы после довольно заулыбаться.              Стоявший чуть поодаль Скрипт громко зааплодировал.              Теперь Леди Румян не о чем беспокоиться.              

***

             – Я доволен вашими успехами, Гастер. Очень доволен! – широко улыбнувшись, протянул Азгор, ненавязчиво наливая уже третью чашку.              – Благодарю вас, ваше величество, – отложив бумаги в сторону, скелет неспешно потянул чай. – С вашего позволения, я хотел бы попросить для Леди Румян смягчения приговора. Она не имела другого выбора, а потому ее действия нельзя расценивать по существующим законам. Теперь, когда у нас имеется лекарство – она способна полноценно существовать в обществе. Поверьте мне, ранее создать нечто подобное было попросту невозможно, – со звоном поставив блюдце на стол, Дингс молча проглотил свое недовольство этой чайной церемонией.              – Вы умны, добры, а так же невероятно рассудительны, мой друг, – слова короля заставили с недоумением поднять голову. Он не просто так делает эти комплименты.              – Ваше величество, без вашего одобрения мои рассуждения не стоят ни гроша, – поэтому стоит подыграть.              – И скромны, – его магию трудно прочитать. Видимо, что-то скрывает ее. Разумно. –Мне нужно решение еще одного вопроса.              – Слушаю вас, – скелет с готовностью сложил руки.              – Герсон, мой наставник, соратник и правая рука, пожелал уйти на покой, – мягким тоном начал тот. – Как вы сами понимаете, я рассматриваю именно вас на его место. Новый взгляд на развитие нашей страны будет как нельзя кстати.              Оу. Серьезное дело. Ответственная должность. И когда ставки успели подняться так высоко?              – Прошу простить меня, – как можно нейтральнее ответил скелет. – Но не имею знаний о решении государственных дел.              – Оставьте подобные вопросы мне, – легкий смешок. – К тому же роль королевского советника предполагает не только помощь в управлении страной. Мне нужно доверенное лицо.              – Ваше величество, простите мою дерзость, но я не смогу заниматься лишь бумажной работой. Моя страсть – изучение, и я не могу просто оставить ее.              – Вы можете предложить альтернативу? – правитель заинтересованно наклонился вперед.              – Ученый, – то, как когда-то назвала его Сол, как нельзя кстати подходило сейчас. – С вашего позволения, я хотел бы быть ученым.              – Хорошо, и какова будет ваша роль в качестве королевского ученого?              – Улучшение жизни монстров, – кратко и честно.              – Прекрасный ответ. Что ж, в таком случае я назначу день вашего вступления на эту должность. О, и Гастер, – король как-то подозрительно улыбнулся. – Вижу, вы в браке. Я хотел бы познакомиться с вашей половинкой.              Скелета словно пронзило током.              – Ваше величество, это столь необходимо? – голос предательски дрогнул.              – Не нужно скромничать, друг мой. Уверен, что у вас прекрасная пара, – откинувшись назад, монстр-босс довольно вздохнул. – Если вас это успокоит, то на приеме будет и моя невеста.              Тянуть дальше уже будет дурным тоном. Просто надо как следует подготовиться и тогда проблем не будет.              – Как пожелаете. Я буду с супругой.              

***

             Череда коридоров тянулась бесконечным потоком, собираясь в скучные темные линии по краям глаз.              Серое искаженное пространство.              Звук шагов отдавался эхом где-то позади, оставляя после себя нетронутую тишину. Волнение било изнутри, не давая собраться мыслям. Король же жил еще до возведения барьера. Даже если магия скрыта – он может узнать в Сол человека, просто взглянув на нее.              Лишь сбивчивое дыхание следовало за ним по пятам.              Если он узнает, что будет тогда? Как поведет себя? Убьет ее в отмщение за горькое поражение и множество жертв? Тогда Дингс сам вступит с ним в битву. И будет уже все равно на последствия. Нет-нет, надо избежать этого. Конечно, нельзя исключать подобного, но…              Его тело словно шло само по себе в каком-то неизвестном направлении.              Лучше все обдумать. Лучше подготовиться. Надо все предусмотреть, рассчитать, предугадать.              Он пытался остановиться, пытался сопротивляться, но его держали сотней невидимых нитей, не позволяя даже взглянуть на очевидные вещи.              Магию спрячет платок, но как перестраховку стоит создать украшение и спрятать его в волосы. Как скрыть лицо? Маска? Но если король предложит свой излюбленный чай, что определенно случится – маска будет бесполезна.              В сумраке иллюзий выбора ему казалось, что он мог что-то решать, что каждый его шаг случаен…              У него есть время в запасе, чтобы подготовиться.              …Но внутри он понимал – это далеко не так.              Узнав о назначении на столь высокую и знаменательную должность, Сол на радостях повисла у него на шее, буквально осыпая дождем из поцелуев. Новость о том, что король желает познакомиться с ней, она, на удивление, восприняла спокойно, сказав, что не видит в этом ничего страшного. На все доводы, она с улыбкой смотрела ему в глаза и просила ни о чем не беспокоиться.              Ее решение действительно было простым и даже гениальным.              Взяв несколько баночек с краской, она покрыла белым все открытые участки кожи и подвела черным глаза, не забыв про нос и губы.              – Если спросят, то я тоже скелет, хорошо? – она с наслаждением ловила его удивление.              Двигаясь по давно знакомому пути к дворцу, Дингс вновь и вновь перебирал в голове варианты возможных событий. Тугим клубком вероятности крутились в голове, давая новые петли, дергая за торчащие нити сомнений. И какое-то странное, слишком знакомое чувство преследовало его вкусом дежавю.              Несильно пихнув его в бок, волшебница лишь крепче сжала его руку, продолжая говорить о чем-то своем, чем-то далеком. Ее магия сочилась сквозь связь душ, продолжая дарить столь нужное сейчас чувство покоя.              От нее исходило живое тепло.              – Дингс, все хорошо? Дингс? – она опасливо протянула к нему ладонь.              – Все это так знакомо… – остановившись, он посмотрел на нее, стараясь разглядеть в ее смазанных краской чертах отголосок ответа. Но он давно крутится на языке. – Сол, когда я был еще ребенком, то увидел несколько странных снов. В них была ты, сейчас я это понимаю. Я не верю в судьбу, но, похоже, наша встреча была предопределена. Знаю, звучит глупо, – он растерянно отвел взгляд.              Чей-то зов до сих пор преследовал его, не давая покоя.              – Дингс… – вновь ловя свое имя из ее уст, скелет все яснее понимал, что в тех снах он слышал именно ее. – Мама мне рассказывала, что в детстве я постоянно напевала звук колокольчика. Динь, динь, – смущенная ухмылка. – Когда ты представился, я вспомнила об этом, но не придала значения. Может, это и в правду судьба?              – Возможно. Я уже ничему не удивлюсь.              Лишь звук шагов сопровождал обоих.              Назойливый шум толпы, оглашение, вопли одобрения. Вся эта незначительная суета прошла мимо, не задержалась в памяти ни на миг своих бесполезных событий. Аудиенция, пустые вопросы, выученные наизусть ответы. Так ничтожно. Поняв, что бояться нечего, Гастер вновь, или скорее по привычке, спрятал свои эмоции. Он не реагировал на очевидные провокации, не показывал заинтересованности во внезапно завязавшейся дружбе между Сол и Ториель, не позволял себе лишнего в словах. Черное пальто, заказанное специально в честь новой должности, было непривычно широко в плечах и отвлекало куда больше внимания, чем все, что происходило вокруг.              Но стоило бессмысленной пытке подойти к концу, Дингс позволил себе отшвырнуть безразличие прочь и устало обнять супругу, чтобы во вспышке вернуться домой.              

***

             Легкий привкус незнакомого чувства просочился сквозь сон, тихим толчком вырвав из его объятий. Неприятно зажмурившись, Гастер раскрыл глаза.              Комната, в которой он спал, была самой обычной, а вещи самыми привычными. Едва слышимый гул где-то вдали, легкое мигание искр внутри погашенных ламп. Ничего необычного.              Наверное, приснилось. Всякое бывает.              Опустив взгляд, Дингс не смог сдержать улыбки. Удобно устроившись в его объятьях, уткнувшись головой ему в грудь и сплетая с ним ноги, Сол крепко спала, прижав к себе руки. Словно что-то ощутив, она как-то рассеяно потянулась вперед и, осознав, что он рядом, вновь замерла. Безмятежность читалась на ее спокойном лице вместе с чувством полной защиты.              Как-то неосознанно вспомнилось утро, когда он внезапно для себя проснулся в ее доме. Тогда она билась в неясном припадке, колотила скомканное одеяло, словно пытаясь выбраться из ловушки окутавшего ее сна. Пришлось применить магию, чтобы успокоить бунтующую девушку.              Могли ли они тогда предположить, к чему приведет их случайное знакомство? Конечно, нет. Скажи ему кто-нибудь пару лет назад, что его супругой будет человек, то сразу получил бы упрек в ужасном юморе. Но порою реальность куда ироничнее любых шуток.              Странное чувство возникло вновь.              Испуганно замерев, скелет аккуратно приподнялся на локтях, старясь не тревожить спящую волшебницу. Здесь никого кроме них нет и быть не должно. Но, тогда… что это? Не показалось же.              Вспыхнув вновь, ощущение отдало странным переливом. Словно кто-то зовет его. Магически.              Слабое, едва уловимое. Прозрачное. Но откуда оно?              Подняв перед собой руки и сконцентрировавшись, он создал легкий импульс, словно спрашивая: «Кто здесь?»              Предвкушение, смешавшись с тревожностью, кипела где-то внутри, отдавая эхом, заглушая шум. И все для того, чтобы тем же неуверенным писком чувство вновь коснулось сознания, позволив поймать источник. Им оказалась мирно спящая на боку Сол. Но энергия шла не от ее души.              Сконцентрировавшись еще раз, он аккуратно направил несколько волн, словно пуская круги по воде, наблюдая за тем, как дрожит магия. Медленно, чтобы не спугнуть. Осторожно, чтоб не навредить.               Если она проснется, то будет трудно найти отговорку, а говорить ей напрямую, он не хотел. Для начала следует убедиться в своей догадке.              Осознав источник, скелет мягко положил туда руку, прислушавшись и стараясь не терять энергию из виду.              «Ты здесь?» – сообщение состоящее из магии.              В ответ странная, скомканная, отчасти пугливая, но родственная энергия.              Разговор построенный на обмене коротких магических посланий. Это было так необычно, и одновременно очаровывало своей простотой. Гастер с любопытством и азартом ловил каждый отголосок, наслаждаясь им, словно чарующей мелодией. Когда Скрипт был маленьким и еще не умел говорить, общаться с ним можно было только так. И если все аналогично…              «Я друг. Не бойся»               Колыхнувшись в любопытстве, магия отозвалась голодом.              …То догадка оказывается верной.              Сол носит в себе его дитя.              Расплывшись в улыбке, скелет с трудом сдержался, чтобы не обнять ее, тем самым потревожив столь спокойный сладкий сон. Он знал, что это возможно, тайно желал, но сейчас просто не мог найти в себе силы поверить в происходящее. Все слишком хорошо, чтобы быть правдой! Ощущая, как собственная магия сходит с ума, он с усмешкой радовался, что она не имеет чутья.              Постойте, голод? Тогда ясно, почему сегодня у волшебницы наблюдался дефицит маны. Люди же не могут создавать магию сами. Магия… Дитя – монстр?              Немного наклонившись вперед, он сосредоточил свою силу в руках, направляя ее вперед. Магический огонь мягко проникал сквозь кожу, не причиняя вреда, соскальзывая с пальцев подобно сияющему белому дыму. Дингс с трепетом ощущал проявляющийся силуэт молодой души, похожей на крошечный шарик. Она с жадностью поглощала его магию, буквально расплываясь от удовлетворения.              Внезапно Сол начала ворочаться, и Гастер быстро лег на место, притворяясь спящим. Даже с закрытыми глазами он понял, что она проснулась и сейчас смотрит на него. Нежно погладив мужа по голове, после чего последовал легкий поцелуй в лоб, она встала. Ее шаги были едва слышны, а когда она покинула комнату, то вновь наступила тишина.              Она не могла ничего видеть, иначе её реакция была бы совершенно другой. Скорее всего, просто проснулась от странных ощущений.              Глубоко вздохнув, он лег на спину.              Внутри все трясло, сворачивалось в клубок. Собственная душа пугающе билась, грозясь выпрыгнуть из груди. Он только что общался со своим ребенком! Впервые ощутил его энергию!              Интересно, а что скажет сама Сол? Между ними еще не было разговора на эту тему: Дингс не думал, что все случится так скоро. В любом случае, сначала надо прощупать почву. Не хочется просто говорить в лоб такие новости.              Звук открывшейся двери привлек внимание, вновь заставив замереть.              Вместо того чтобы лечь на мягкую кровать, девушка, юркнув под одеяло, сначала прижалась к нему, а после, видимо решив, что ей недостаточно удобно, легла уже на него, положив голову ему на грудь. Как же она любит так делать…              Сначала скелет испугался, что услышав биение, она насторожится, начнет задавать вопросы, но вскоре и сам не заметил, как сон вновь забрал его в свои владения.              

***

             Утро прошло в привычном темпе: как всегда проснувшись раньше, Дингс начал готовиться к началу нового трудового дня. За завтраком Сол поделилась и своими планами: она собиралась навестить Перси.              – Тебе не пора ли? – волшебница недвусмысленно кивнула в сторону часов.              – Ничего страшного, я использую короткий путь, – отмахнулся тот, не желая оставлять кофе недопитым.              – Будешь мало двигаться – закостенеешь, – недовольный тон.              – А я уже, – усмехнувшись, он постучал себя по груди с глухим звуком.              Злобно прищурившись, девушка приняла вызов.              – Жар костей не ломит, дорогой. Пакуй косточки и в путь, – невинная улыбка.              Скелет в ответ лишь молча принялся поглощать напиток, смотря на нее из-под бровей.              – Так значит… – одним рывком она села ему на колени. – Хочешь, чтобы я посчитала тебе ребра?              Поставив кружку на стол, Гастер с секунду смотрел ей в глаза, обдумывая следующий шаг, а затем резко лизнул ей кончик носа. Опешив, та отскочила и с недоумением уставилась на него. Сдерживая смех, Дингс провел ладонью вдоль своего лица, намекая, что ответить тем же она ему не сможет.              – Что… Зачем ты… – весь ее вид кричал о растерянности. – Ты нормальный вообще? – невольно вырвалось.              – И это мне говорит та, что связалась с монстром и ушла в подземелье, – спокойно протянул скелет и поднял голову. – Но да, я не лучше.              – Встретились два ненормальных! – засмеявшись в голос, Сол схватилась за живот, оценив внезапную шалость по достоинству.              – Если это так, то какими же будут наши дети? – философски продолжил тот.              Засмеявшись еще сильнее и чуть не плача, волшебница подхватила его мысль:              – Если они пойдут в меня, то нам придется о-о-очень намучаться!               – Я люблю трудности, – легкая улыбка.              – Тогда ты и занимайся воспитанием, понял? – тяжело дыша от смеха, она вздохнула.              – Как скажешь! – он понимающе пожал плечами. – В любом случае, ты права, и мне нужно уходить.              – Так, стоять, – она схватила его за воротник, вынуждая вновь сесть. – Я еще не отомстила.              – Ну, и что же ты сделаешь? – он сдержал усмешку. – У меня же нет…              – Носа нет, но язык – да, – резко перебив, она буквально впилась в него поцелуем, прижав его голову к себе, не позволяя уйти. Не ожидав от нее такого, скелет раскрыл рот, неосознанно позволяя ее мести осуществиться в полной мере. А так же зайти дальше, чем следовало.              – Ох, Сол… С тобой, что ни день, то новые открытия, – с легким недоумением пробормотал монстр, когда девушка, раскрасневшись, убрала руку из-под его свитера.              Поправив одежду и накинув на себя пальто, Дингс, немного замешкавшись в дверях, обернулся:              – И, Сол… Касательно детей… Подумай об этом, хорошо?              

***

             – Лилу, успокойся! – недоуменно воскликнул скелет, когда он, не успев даже переступить порог собственного дома, был схвачен за штанину обеспокоенной собакой.              Песик что-то провыл, покрутился на месте, прижав уши, а затем ринулся в сторону.              Магия вокруг отдавала неприятной горечью. На душе неспокойно.              – Лилу, куда ты? – поспешив за питомцем, Дингс обнаружил его скребущимся в дверь ванной комнаты. Из щелей в деревянной поверхности буквально вытекало склизкое чувство потерянности.              Щелкнув ручкой и заглянув в темную комнату, скелет увидел ее. Прижав к себе ноги и закутавшись в плащ, она забилась в угол, тихо роняя светящиеся от магии слезы.              – Сол, – дрожащий голос выдал кипевшее внутри беспокойство. – Что случилось? – с опаской подойдя к ней, он сел на колени чуть поодаль, не решаясь трогать ее.              Смазав влажные дорожки на щеках краем рукава, волшебница отбросила капюшон назад.              – Перси ждет появление двойни. И она сказала, что я тоже в положении, – тихое хныканье. – Дингс, – она подняла полные слез глаза. – Что растет внутри меня?              Этот вопрос прозвучал громом, заставив на мгновение замереть, в попытке подобрать ответ.              – Ты боишься, – быстро поняв, что является причиной, скелет аккуратно обнял девушку, прижав к себе. – Прости меня за это. Я сам должен был сообщить тебе, – он чувствовал, как она всхлипывает в его руках.              – В сказках, – тихий скованный шепот. – Когда влюблялись те, кто был разных рас… один из пары всегда принимал иной облик. Лягушка превращалась в принцессу, заколдованный зверь в юношу, – она на мгновение затихла. – Я знаю, ты не прекрасный принц. Ты не станешь человеком, ты останешься тем, кто ты есть… А я не смогу стать монстром, даже если захочу. Тело изменится, но душа – нет. Ведь не существует такого заклинания. Не существует… – она уткнулась ему в грудь, а по щекам вновь побежали слезы. – Как что-то может родиться у нас?! Чем будет это существо?! – голос сорвался на крик.              – Сол… – он провел ладонью по ее волосам. – Прошу, не плачь. Кем бы ни был наш малыш, я уже люблю его, – ее магия дрогнула, переливаясь в смеси понимания и удивления. – Я уверен, он не будет чем-то плохим. Будет похож на меня или на тебя. Или на обоих сразу. Ты же не боишься меня, верно? – она отрицательно покивала головой. – Тогда зачем бояться чего-то похожего?              – Ты… – она сглотнула. – Ты прав. Наверное… я слишком много себе надумала.              Песик жалобно уткнулся в ее спину лбом, напоминая о себе.              – Ох, прости, Лилу, – она потрепала бедное создание по голове, а затем вновь прижалась к мужу. – Дингс, пообещай, что не оставишь меня.              – Я обещаю, Сол.              

***

             Следующие несколько месяцев пролетели спокойно. Конечно, не обошлось без странных желаний и еще более странных действий, но они не так важны как сам результат столь утомительного ожидания.              По окончании строительства на Жаркоземье, Гастер продолжил изучение природы души, но с одним изменением: Сол, ввиду своего положения, стала частым гостем на его работе. Теперь, когда ему приходилось обеспечивать магией сразу троих, включая себя, Дингс перестал носить сдерживающий талисман. Более в нем не было нужды.              Скрипт обзавелся двумя милыми малышами, которые всем своим видом пошли в маму. Но в этом нашелся повод для легкой грусти: ни один из них не имел персонального шрифта. Они не унаследовали фамильную черту. Потому младший в шутку говорил, что теперь это обязанность Дингса, на что тот лишь отмахивался, мол, как повезет.              В конце концов, и его счастливый день наступил.              Волнение легким эхом отдавалось где-то внутри, когда медсестры сообщили, что все закончилось.              В комнату пустили лишь мужа и брата.       Огромная медуза в белой шапочке, плавно уползла в сторону, открывая вид на лежащую в постели девушку. Тяжелое, редкое дыхание тихо наполняло комнату некой тревожностью, но и пониманием, что самое трудное уже позади. Обессилено сжимая одеяло побелевшими пальцами, она словно видела дурной сон и не могла проснуться.       – Сол, как ты? – Дингс взял ее ладонь, а свободной рукой принялся рассеивать целебную магию.       – Спасибо, – она приоткрыла глаза, с улыбкой взглянув на него.– Теперь мне легче, – притянув его лицо к себе легким движением ладони, она невесомо чмокнула его.        Филипп молча стоял неподалеку, изредка поглядывая на дверь.        – А вот и мы! – одна из медуз плавно прошла к родителям, неся в многочисленных щупальцах маленький сверток. – Малыш здоров, поздравляю.       Обернувшись на плач, Гастер с замиранием проводил взглядом весь путь малыша от дверей до матери, не смея проронить ни слова.       Волшебница с опаской протянула дрожащую ладонь к ткани и осторожно откинула уголок.              В тот же миг по палате разнесся ее облегченный вздох.       Решимость сделал шаг вперед и взглянул на дитя.        – Я думал, он будет более монстровидным, – с удивлением проронил тот, за что получил злой взгляд от Гастера.       Их первенец выглядел как человек. Тихо хныкая, он перебирал ладошками, иногда задевая едва заметные белые волосы на голове. Немного бледный, пухлый, он в какой-то момент приоткрыл веки и, затихнув, посмотрел на маму, сверкая такими же голубыми глазами.        – Привет! – она аккуратно провела рукой от макушки до шеи, словно очерчивая контур, не веря в то, что перед ней.       В какой-то момент ребенок увидел отца и заулыбался, открыв свой беззубый рот и протянув к нему свои кулачки.        – Ты узнал меня? Здравствуй! – Гастер позволил обхватить свою руку, которую малыш тут же полез жевать.        – Он все равно монстр, верно? – Филипп отвел взгляд.              – Да, у него душа монстра, – повернувшись в его сторону, скелет вновь повторил без того известную информацию. Но мужчина не выглядел расстроенным. Он улыбался.       – Это даже к лучшему, – спустя миг добавил он. – Люди бы его не приняли, а среди вас он в любом случае будет своим.        Дингс изменился в лице, вновь взглянув на дитя, а затем с доброй ухмылкой повернулся и кивнул человеку.        Малыш притих, с любопытством слушая шепот Сол. Она испугано прижимала его к себе и тихо напевала старую колыбельную, пытаясь успокоить больше себя.       – Дашь его мне? – с трепетом спросил монстр, наклонившись к супруге. И та аккуратно протянула ему сверток. Придерживая малыша одной рукой, скелет сел на край кровати и со смешком заметил, что малыш уже готовится засыпать. Маленький живой комочек. Дитя двух таких разных существ. Удивительно само его существование.       – Я чувствую, как магия струится в нем, – с лаской и трепетом скелет приподнял ребенка и аккуратно стукнулся с ним лбом       – Вы такие милые вместе, – добрая улыбка. – Знаешь, Дингс, я совершенно не жалею, что связала свою жизнь с тобой.       Монстр с теплотой улыбнулся в ответ.       – Он... словно лунное дитя. Я знаю, как хочу его назвать! – волшебница едва слышно хихикнула. – Лунай.       – Я дам ему имя, когда узнаю его шрифт. Хм, – Дингс на мгновение замер, наблюдая за заснувшим у него на руках ребенком. – У него есть шанс иметь три имени.       – Вингдингс младший? – усмешка.       – У Солнца сын Луна… – подал голос стоявший в стороне Филипп. – Есть в этом что-то поэтичное. Что ж, поздравляю тебя, сестра, и извиняюсь, ибо вынужден покинуть. Всего хорошего! – мужчина развернулся и быстро скрылся за дверьми под удивленный взгляд супругов. Сол лишь махнула рукой, словно говоря не обращать внимание.              Но любое счастье не вечно.              Не успев прожить и года, Лунай заболел. Он не мог есть, слабел на глазах. Любая попытка колдовать оборачивалась для него болью. Едва научившись ходить, он вновь вернулся в постель. Видеть он хотел только отца, ведь лишь он понимал его, ощущал желания сквозь слабые проявления чутья. Сол оказалась бесполезной в понимании магического существа.              И ей было тяжело с этим смириться.              Сквозь множество исследований, попыток, опытов, Дингс смог понять, что являлось причиной: душа не желала принимать собственное тело. Она вела себя как опухоль, высасывая жизненную магию, расходуя силы. Словно живя лишь для себя.              Тератома.              Словно тело не было ей родным.              Чудовище внутри.              – Дингс, почему ты уверен, что стоит идти именно на такие риски? – Сол пыталась остановить его от совершения столь глупого поступка.              – Помнишь, я рассказывал о своих снах? Если я действительно видел будущее, то я видел, как наш сын обратился в прах, – воспоминания о маленьком зверке, что рассыпался на его руках осколками жемчуга, жгло изнутри, словно яд. – Я не могу допустить этого! – скелет с несвойственной монстрам решимостью изучал людскую магию, стремясь адаптировать ее под себя.              – Дингс, пожалуйста! Это же смертельно! Я не хочу потерять еще и тебя! – волшебница кричала, пытаясь достучаться до его затуманенного горем сознания. – Прошу, не нужно…              – Сол, послушай, – он взял ее за плечи, заставляя посмотреть на себя. – Осколок твоей души заставит его душу принять тело, а моей позволит его магии идти по правильному руслу.              – Ты не должен вредить своей душе! Заклинание построено вокруг силы души, а у тебя ее нет! Тебя просто разорвет на части!              – Но и ты пойми меня. Если есть шанс спасти его, то почему я должен сидеть, сложа руки? – его голос был пронизан жгучим болезненным холодом.              – Дингс… – глаза наполнились слезами.              – Я не собираюсь умирать так скоро, Сол. Верь мне, все получится.              Лжец.              – Я хочу верить, но не могу, – она опустила взгляд. – Ты идешь на самоубийство, и я не могу на это смотреть.              – Почему сейчас, когда мне так важна твоя поддержка, ты отворачиваешься от меня? – ошарашенный собственными словами, скелет застыл. Он словно услышал себя со стороны. Разве он уже говорил это ей? Нет. Должен был сказать?              – Не все дети выживают. Такое случается… – она закрыла лицо руками, понимая, какую боль причиняет ему. – Пожалуйста, не жертвуй собой!              – Нет, Сол, – он развернулся обратно к столу. – Я не могу оставить все так.              – Если ты погибнешь, то я последую за тобой, – она прижала руки к груди, создавая осколок и вручая ему. – Поступай, как считаешь правильным, – а после крепко обняла. –Я люблю тебя, Дингс.