InquisitionTale

      Папайрус бежал, что-то бормоча, хохоча и изредка взвизгивая. Да, он явно вёл себя совсем не на двенадцать лет — создавалось впечатление, что ему раза в два меньше. Он восторженно бежал по красной земле, пробегал сквозь высокую бордовую траву, натыкался на камни, спотыкался, падал, вставал и бежал снова. Его, казалось, ничто не могло вывести из состояния эйфории. Он всё бежал вперёд, шарф развевался за его спиной, а смех разносился на огромные расстояния. Уже забылись все предостережения Санса и мамы — Папс явно забежал дальше дозволенного, — а скелет всё нёсся вперёд.       Он вдруг остановился, задумавшись. Огляделся по сторонам — никого! Папайрус уже почти дошёл до границы Хотленда и Ватерфола, а вокруг всё ещё никого! Местные дети очень ценили позитив и лучезарную радость, исходившую от Папайруса, поэтому к этому времени вокруг него обычно формировался кружок местных, который потом расформировывался на группки по интересам. Но сейчас на окраине Хотленда словно все вымерли! Папайрус напрягся. Ему всё это не нравилось.       Он как раз вошёл в небольшую рощицу на самой границе двух районов. Деревья медленно из низеньких, тоненьких и бардовых превращались в толстые и высокие, с сине-зелёными листьями, со свисающими лианами. По ним обычно бегали зверьки, прыгали древесные лягушки, пели птицы… Вот только сейчас было тихо, словно животные где-то попрятались. Слышался только стук — это с шумом падали на землю огромные капли воды. Папайрус разглядел огромного паука, устроившегося между двумя ветками. Капли воды, прилипшие к паутине, сверкали в свете кристаллов на потолке пещеры. Папс остановился, с открытым ртом уставившись на творение паука. Пусть он и побаивался немного, но отливающие серебром ниточки заворожили его. Он подошёл капельку ближе.       Кто-то грубо схватил его, приподнял над землёй и кинул в сторону. Папайрус едва коснулся ногами земли и врезался в дерево лицом. Скелет вскрикнул и сполз вниз, потирая костяными руками ушибленную щёку. Он поднял заплывший глаз, из которого текла кровь. Перед ним вырисовывался силуэт высокой фигуры со скрещенными на груди руками. Он презрительно усмехнулся:       — Монстр. Мелкий! И, кажется, скелет! Интересно…       Папайрус попытался отползти, но упёрся в твёрдую кору дерева. Его обуял страх, и, если бы у него была кожа, то он бы побледнел. Этот голос! Эта фигура!       Папс резко вскочил и толкнул напавшего плечом. Тот отшатнулся и, кажется, упал. Папайрус этого уже не видел — он бежал вперёд так быстро, как мог.       Справа выросла фигура, такая же высокая, как и первая. Она шла вперёд медленно, словно гуляла, и совсем не была заинтересована в происходящем. Но когда Папайрус пробегал мимо, фигура развернулась в его сторону и выставила ногу вперёд. Скелет споткнулся о неё и полетел вперёд, пропахав головой глубокую борозду. Он распластался на земле, не в силах подняться.       — Ловко, Ваше Высочество! — заметил кто-то сверху.       — Я знаю, — самодовольно ответил второй.       Папайрус попытался встать, но его подхватили и хорошенько приложили о ствол соседнего дерева. Скелет застонал, на глаза навернулись слёзы.       Когда глаза привыкли к свету, он разглядел лицо человека, удерживающего его. Точнее, не лицо, а маску — это была сверкающая золотая маска, слепившая глаза. За ней проглядывалась пара глаз, смотревших на Папайруса, как на подопытного кролика.       — Скелет… — констатировал он. — Хм… У него кровь течёт! Как думаешь, это возможно?       — Никто из наших подобного не видел! — отозвался второй.       Папайрус перевёл на него взгляд. На нём был пластинчатый нагрудник и поножи, его небритое лицо смотрело на скелета без капли сочувствия. Он усмехнулся, поддел пальцем каплю крови на лице Папса и осмотрел.       — Похожа на человеческую, — сказал он.       — Берите его с собой! — приказал мужчина в золотой маске. — Похоже, у меня наконец-то появился предмет для изучения!       Он поставил Папайруса на ноги. Скелет попытался вырваться, но сильный пинок в живот выбил воздух из его лёгких. Он обвис на руках, схвативших его, на землю закапали слёзы.       — Не… не… — просипел скелет.       — Пытается что-то сказать, Ваше Высочество! — насмешливо заметил мужчина в броне. — Разумный кажется!       — Плевать! — ответил Золотой. — Пошли уже!       — Конечно, Владыка! Я только…       Раздался свист, прорезавший уши. Что-то шелохнулось, что-то влажно хрустнуло, и мужчина вдруг замолчал. Папайрус, почувствовав, что хватка похитителя ослабела, упал на землю и отполз в сторону.       — Какого?! — Золотой обернулся. Он посмотрел на подчинённого, и в его глазах отразился ужас.       Из груди бронированного, пробив нагрудник и грудь насквозь, торчало светящееся голубым светом копьё. По древку, находившемуся в груди, текла кровь. Она капала на землю, окрашивая её в чёрный цвет. Жертва неожиданной атаки приподнял ногу, пытаясь сделать шаг вперёд, и открыл рот, но завалился на бок. Бездыханное тело глухо ударилась о землю, изо рта потекла струйка крови.       — Что за чертовщина?! — Золотой огляделся и выхватил меч, висевший у него на поясе. Тот сверкнул в свете кристаллов, пахнуло кровью. Папайрус сумел разглядеть на мече красные пятна и пепел. А Золотой крикнул: — Выходи, чтоб тебя!       Сзади мелькнула какая-то тень. Она прошмыгнула за спиной Золотого и юркнула в кусты. Мужчина обернулся, но не успел разглядеть того, кто на него напал. Папайрус заметил, как заколыхались кроны деревьев прямо над ним. Он поднял голову и увидел чьё-то лицо. Разглядеть его он не успел, заметил только палец, который прижался ко рту, призывая скелета сохранять тишину. Он не успел среагировать — тень сделала несколько быстрых шагов по толстой ветке и бесшумно подпрыгнула. Копьё развернулось в воздухе, его хозяин нацелил оружие прямо промеж лопаток Золотому и сжал его.       Однако чужак то ли почувствовал нападение, то ли заметил его. Резко развернувшись, он отвёл наконечник копья и пнул напавшего в живот. Последний отлетел на несколько метров и резко затормозил, уперев ноги в землю.       Это была антропоморфная рыба с красными плавниками на голове и такими же красными собранными в хвост волосами. На вид ей было лет восемнадцать — года на два старше Санса. На ней была чёрная майка и перепачканные джинсы, желтоватые зубы застыли в ненавистном оскале, правой рукой она с огромной силой сжимала копьё. У неё было накачанное тело, так и бугрившееся мышцами. На плечах выступали округлые бицепсы, руки были ловкими и сильными. Папайрус немедленно её узнал и чуть было не расплакался от счастья и облегчения. Это была Андайн.       — Ещё одна тварь, — пробурчал Золотой.       — Человек… — заскрежетала зубами Андайн.       Несколько секунд они безмолвно сверлили друг друга глазами, а потом рыба, не выдержав, зарычала и кинулась вперёд. Золотой ухмыльнулся и сделал ответный выпад. Наконечник копья ударил по лезвию меча, высекая сноп искр. Золотой резко крутанулся, отводя оружие Андайн в сторону, и ударил её в плечо. Девушка-рыба отшатнулась и на секунду потеряла равновесие. Человеку этого оказалось достаточно — он резко наклонился и, толкнув Андайн, ударил её о дерево. Монстр приглушённо застонала, а потом напряглась и оттолкнула Золотого от себя. Тот отшатнулся и крутанул меч в руках, готовясь к новой атаке.       И кто знает, чем бы закончилась эта битва, если бы не Папайрус. Когда мужчина понёсся вперёд, с явным намерением превратить Андайн в уху, Папс резко прыгнул вперёд и остановился на пути Золотого в лежачем положении. Тот споткнулся и упал лицом в грязь.       Пока он оплёвывался и чертыхался, Папайрус вылез из-под него, а Андайн, помотав головой, пришла в себя. Она боялась поранить Папайруса, поэтому ей пришлось развернуть копьё тупым концом к человеку. Тот поднял голову, и в тот же момент ему в лицо впечаталось древко копья.       Андайн отдышалась. Она хотела, наверно, добить Золотого, но посчитала, что у них слишком мало времени. Это наверняка не единственные люди в Подземелье. Подбежав к ногам Золотого, рыба осторожно взяла Папайруса и приподняла его.       — Это было смело, шпана! — похвалила она. — Безрассудно и глупо, но смело!       — А-андайн?.. — Папайрус поднял на неё глаза.       — Поблагодаришь потом! — кинула рыба. Особо не церемонясь, она одним резким движением перекинула Папса через плечо и побежала.       Папайрус был благодарен своей спасительнице, но выразить это никак не мог. Андайн сказала, что времени на разговоры нет, так что ему оставалось только смотреть на быстро мелькающую внизу землю, биться о спину Андайн и всеми силами пытаться удержать обед в желудке. Почва из синей сменилась на бардовую и красную — они возвращались в Хотленд. Наверно, никто в Подземелье не мог бегать так же быстро, как Андайн. Всего через минуту грязные ботинки Андайн застучали по деревянному крыльцу дома Гастеров.       — Открывайте! — забарабанила девушка-рыба в дверь. — Открывайте, или я выбью дверь к чертям собачьим!!!       Прошло три секунды, и дверь медленно открылась. На пороге стоял Санс. На его лице как всегда застыла ленивая и слегка глуповатая улыбка, но, увидев Андайн, он напрягся.       — Андайн? — Он наклонил череп. — Что проис…       Вместо ответа девушка-рыба кинула в Санса Папайрусом. Скелет едва успел схватить брата под руки и смягчить его падение.       — Родители дома? — резко спросила Андайн.       — Мама на кухне… — осторожно ответил скелет.       Антропоморфная рыба затолкала его в дом и пронеслась через гостиную, выкрикивая:       — Миссис Гастер! Миссис Гастер!       Из кухни в столовую вышла Ариал. На ней были джинсы и блузка, на лице застыло приветливое выражение. Похоже, она уже привыкла, что Андайн обычно просто врывается к ним домой, снеся дверь с петель.       — Привет, Андайн, — поздоровалась Ариал. — Что случилось?       — Миссис Гастер! — Рыба замахала руками. — Там люди!       Ариал изменилась в лице. Всего секунду назад она приветливо улыбалась, сейчас же с силой сжала зубы. Зрачки в её глазницах задрожали.       — Где?       — На границе с Ватерфолом! Мы видели двоих, но их наверняка больше!       Скелет сжала кулаки. Она положила руку на плечо Андайн.       — Беги к Герсону! Предупреди его!       — А вы?       — Как получится… Ну! Беги!       Андайн нехотя развернулась и выбежала из дома. Санс следил за её удаляющейся фигурой.       — Мам? — с опаской спросил он.       — Санс, бери брата и иди к папе! — приказала Ариал. — Скажи ему, чтобы шёл сюда. Люди уже близко, но я смогу их сдержать…       — Они уже на границе! — возразил Санс. — Я не успею, даже если побегу!       — Тогда телепортируйся! — крикнула мать. — Это критическая ситуация!       — А как же ты? Я тебя не брошу!       — Иди! — погнала его Ариал. — Ты должен защитить Папайруса! Хорошо?       Санс сжал зубы. Ему всё это не нравилось.       — Хорошо, — прошипел он.       Скелет вышел из столовой, держа Папайруса за руку. Тот явно нервничал и до жути боялся. Он посмотрел на брата в поисках поддержки, и тот принуждённо улыбнулся.       — Всё будет хорошо, — пообещал он.       Затем Санс закрыл глаза, сжал руку брата и щёлкнул пальцами. Он почувствовал, как его тело быстро распалось на молекулы. Дрожь прошла по всему телу и перекинулась на Папайруса. Ещё секунда, и они уже устремились вперёд со сверхзвуковой скоростью.       Санс резко собрался из атомов посреди кабинета Винг Дина. Он приземлился на ноги, тяжело дыша. Папайрус упал, больно ударившись локтем о пол. Скелет свернулся в клубочек, испытывая смешанные чувства от переноса.       Гастер с некоторой долей скептицизма смотрел на появившихся сыновей. Он скрестил руки на груди, отложив несколько колбочек и пробирок.       — Санс, — начал он. — Что я тебе говорил о телепортации?       — Пап, нет времени! — закричал Санс. — Там… там люди!       Гастер хотел что-то сказать, но, услышав последние слова, опешил. Он несколько секунд просто смотрел на сына, как будто тот сам был человеком. Потом он помотал головой, приходя в себя.       — Где они?       — Уже, наверное, в Хотленде.       — А ваша мама?       — Сказала, что задержит их!       Гастер помрачнел. Его кулаки сжались, он быстрым и уверенным шагом пошёл к выходу.       — Что нам делать, пап? — побежал за ним Санс.       — Сиди здесь, — не оборачиваясь, сказал Винг Дин.       — Что значит «сиди здесь»?! — возмутился скелет. — Я хочу помочь!       — Ты сейчас ничем не сможешь помочь. — Гастер был неумолим. — Лучшее, что ты можешь сейчас сделать, — остаться здесь и не ввязываться.       — Но ведь…       Винг Дин выдохнул и устало опёрся о стену. Он почти умоляюще взглянул на сына, и Сансу показалось, что он за мгновенье постарел лет на десять.       — Санс, — сказал Гастер, — пожалуйста. Это не твоя битва, не твоя война!       — Но я же хочу помочь! — запротестовал скелет. — Я смогу, честно! Я…       — А ты уверен, что вернёшься оттуда? — вдруг спросил Винг.       — Ну… — Санс несколько опешил. — Нет, но…       — Вот именно! — горько усмехнулся Гастер. — А если ты погибнешь?       — Не пытайся меня напугать, пап!       — Я не пытаюсь тебя напугать, а пытаюсь воззвать к твоему разуму! — Винг Дин отворил дверь и уже ступил на порог. Он вздохнул, опустил голову и прошептал: — Если ты не вернёшься, то что станет с Папайрусом?..       Санс остановился. Гастер мог с тем же успехом засунуть его в одно из своих изобретений и включить его. Скелет обернулся и посмотрел на брата — в глазах того стояли слёзы. Санс сжал зубы. Хотелось бежать, помочь хоть чем-то… но он был почти обезоружен. Подойдя к брату, Санс положил ему руку на плечо.       — Всё будет в порядке, Папс, — сказал он и натянуто улыбнулся.       Папайрус неуверенно кивнул. Ему было страшно.       Гастер бежал по коридорам лаборатории, не видя ничего, кроме своей цели. Он быстро спустился на первый этаж и побежал вперёд. Подол его лабораторного халата развевался за спиной, очки съезжали на нос. На ресепшене его кто-то окликнул, но Винг Дин проигнорировал. Он выбежал из здания и устремился по дорожке.       Бежать долго не пришлось — Гастер увидел какой-то блеск впереди. Он замедлился, прищурился.       Это были люди. Семеро, наверно. Они шли вперёд, разговаривали, посмеивались. Гастер прислушался.       -…но тот кот — это что-то с чем-то! Никогда не думал, что и среди монстров бывают такие уроды!       — Ага. — Второй пошевелил рукой, перевязанной окровавленным бинтом. — Чуть руку мне не оттяпал!       — Не ной, — сказал тот, что шёл впереди. На его лице сверкала золотая маска. — Как ты дальше идти будешь? Впереди королевский дворец!       Они остановились и помолчали.       — Слушайте, Владыка… — начал один из солдат. — А разве монстры не лишены магии?       — Именно.       — А как тогда тот скелет?       Гастер почувствовал, как на его лбу выступили капельки пота. Неужели?..       — У монстров есть природная магия, — начал объяснять Золотой. — Так сказать, врождённая — от неё не избавить. И вот — нам попалась сильная… особь.       — Да уж, она ведь наших троих положила, — кивнул солдат.       Золотой усмехнулся. Ему, похоже, было плевать. Он остановился, порылся в наплечной сумке и извлёк что-то оттуда. Что-то белое и округлое.       — Любого монстра — любого! — можно победить. Неважно, какой магией они обладают. Неважно, насколько они сильны. Если ваша вера сильна — вы победите!       Он поднял руки и потряс белым предметом в воздухе. Гастер почувствовал, как сильно-сильно забилось его сердце, как похолодел лоб. В конечностях почувствовалась страшная слабость, перед глазами потемнело. Винг Дин почувствовал, что по его щекам потекли слёзы. Золотой поднимал вверх череп Ариал.       Гастер с шумом выдохнул. Он почувствовал, как его охватывает пламя. Его разум затуманился. Винг, дрожа от ярости, горечи и ненависти, вышел на дорожку.       — О, ещё один! — усмехнулся кто-то из солдат и обнажил меч. Гастер этого не слышал. Не видел, как воин вышел вперёд. И не видел, как тот побледнел, как задрожали его руки, когда за спиной Винга что-то появилось. Раздалось гудение, Гастер поднял руку.       Бластеры Гастера были оружием, изобретённым Винг Дином. Ради этого эксперимента пришлось значительно покопаться в ДНК — Гастер даже отдал кусочек собственной кости. Но, в конце концов, у него получилось создать нечто новое. Оружие, которое появлялось только по призыву владельца.       За спиной Гастера появился огромный драконий череп. Он разинул рот, хищно глядя на солдат, и принялся ждать приказа хозяина. Его глаза сверкали белым светом, изучая жертв. Винг Дин сжал руку в кулак.       Изо рта дракона вырвался громогласный рёв. Он разинул пасть, и из неё ударил луч чёрного лазера. Крик солдата быстро потонул в этом пучке света, из-за сверкающего столба виднелись только его кисти и стопы. Он издавал какие-то непонятные звуки и только вздрагивал. Его товарищи с благоговейным трепетом смотрели на это. Когда же драконий череп закрыл пасть, то на землю упали лишь окровавленные, обугленные кисти и стопы. Всё остальное обратилось в чёрный пепел.       — Ах ты, сука!!! — заорал один из солдат. Все, кроме Золотого, кинулись вперёд с явным желанием убить скелета.       Гастер подпустил их поближе, опустил руку и сжал кулак. Первый из нападающих уже поднял меч. Из земли вырвалась кость. Вращаясь в воздухе, она пролетела вверх с огромной скоростью и пробила шею солдату, уничтожив часть его нагрудника. Оторванная голова улетела в сторону, разбрызгивая кровь по всей дороге. Второй затормозил, наткнувшись на обезглавленное тело своего товарища. Винг Дин выстрелил новым снарядом, который пробил живот солдата и пригвоздил его к соседнему дереву. Третий воин поднялся в воздух, подчиняющийся движениям рук Винга, развернулся и полетел вниз. Его голова превратилась в кровавое месиво, смявшись о камень. Четвёртый успел добежать до цели и ударил мечом — вылетевшая из земли кость отбила удар, ударила в ответ, выбила меч из рук солдата и разрубила тело по диагонали. Пятый и шестой попытались атаковать вместе, но Гастер схватил их обоих. Чёрное свечение медленно охватило всё их тело, а потом разделилось на две сферы на теле каждого. Винг Дин резко поднял большие пальцы на обеих руках, и незадачливых солдат разорвало пополам.       Гастер с трудом сдерживал слёзы. Ему хотелось остаться здесь, разорвать тела каждого, кто находился на этой поляне. Он хотел оторвать каждому из них голову и повесить их на деревья. Но сейчас у Винга не оставалось сил ни на что — он упал на колени и закричал.       — Смело, — вырвал его из скорби голос. — Очень смело.       Мужчина в золотой маске подходил ближе, брезгливо разглядывая искорёженные тела.       Гастер вскочил и пустил залп костей в человека. Тот провёл рукой, и все снаряды просто разлетелись, словно они и Золотой были магнитами с одинаковыми зарядами. Винг Дин словно не заметил этого — он материализовал ещё одну драконью голову и выстрелил лазером. Всё тело Золотого поглотил чёрный лазер. Он исчез в этом свечении.       Прошла секунда… две… десять… Гастер всё ещё держал лазер включенным, словно вымещая на этом человеке всю злость и ненависть. И тут из чёрного свечения вынырнула рука, подёрнутая золотым свечением. Метнувшись в сторону Винга, она схватила его за шейные позвонки.       Бластер тут же испарился, а сильные руки сдавили шею Гастера. Он разинул рот и попытался пропихнуть воздух в лёгкие, вырвалось сдавленное сипение. Винг схватился костяными пальцами за руки Золотого в отчаянной попытке их разжать. Чёрное свечение развеялось, и появилось лицо мужчины в золотой маске. Его глаза сверкали.       — Смело, но глупо, — сказал он.       — Как?.. — непонимающе прошептал Гастер.       — Тебе не понять этого, тварь. Мы — люди, мы — высшая раса! Вы же живёте здесь, под землёй, как жалкие насекомые! Вы даже не представляете, как отдалились от Создателя!       — Чёртов фанатик!.. — прорычал Винг Дин.       — Вы — ничтожества, пыль под ногами! — Золотой ударил Гастера коленом в живот и швырнул на землю. Скелет застонал.       Мужчина обнажил меч и приставил его к спине Винга, разорвав его халат. Потом подумал, положил клинок в ножны и порылся в сумке.       — Мне кажется, в этом грязном, богом забытом месте была только одна семья скелетов? — с насмешкой спросил он и, найдя то, что искал, вытащил это из сумки. — Твоя жена, верно?       — Сволочь… — Гастер попытался подняться, но его огрели чем-то по спине. Из груди выбило воздух, скелет задохнулся и снова упал на землю.       — Какая ирония… — засмеялся Золотой. — «И падут враги Эрама от того, что любят они, что лобзают и целуют!»       И ударил скелета по боку, заставив его перевернуться на спину. В руках мужчина сжимал череп Ариал, который уже начал крошиться. Выражение страха, шока и горечи на мёртвом лице женщины-скелета начало исчезать, сглаживаться, разваливаться.       — Ты станешь одним из многих, погибших на этой войне, — прошептал Золотой, наслаждаясь моментом. — Одним из многих, на чьих мёртвых телах мы построим Империю!       Удар по лицу. Удар. Ещё удар. Голова Гастера отклонилась, скелет почувствовал, как кровь начала заливать глаза. Истёртый в труху череп Ариал упал рядом с ним. Вингу даже показалось, что мёртвая жена со слезами на глазах посмотрела на Гастера, потянулась к нему.       Наступила темнота…